Казахский писатель Абиш Кекильбаев.
22.12.2015
Декабрь в этом году примечателен тем, что в возрасте 76 лет скончался писатель Абиш Кекильбаев. Это был один из самых известных казахских писателей, вполне сопоставимый с Чингизом Айтматовым, лауреат всевозможных премий, инициативный сенатор, автор 16-томного собрания сочинений. При жизни мы обычно не углубляемся в произведения своих коллег, зачастую они становятся объектами всяких пересудов, но смерть – это тот предел, за которым надо все же понять, кого мы потеряли.
В этом плане лучше начать с раннего творчества писателя, поскольку именно в этот период мы находимся в состоянии поиска и развития и все расширяющегося диалога с миром. Еще Абай писал, что…
В 1968 году Абиш Кекильбаев выпускает прозаический цикл «Степные баллады», из которого я хотел бы разобрать такие вещи, как «Конец легенды» и «Колодец». Этот цикл мне напомнил роман «Иосиф и его братья» Томаса Манна, привлек методом потока сознания, характерном для Джойса, стереоскопическим повествованием от лица разных героев в стиле Фолкнера. Меня эти вещи привлекли тем, что в них прослеживается вертикальный пласт в творчестве Кекильбаева, поскольку в первом произведении речь идет о строительстве мечети, а во втором – о самом глубоком колодце в мангистауской степи. Это тем более показательно, что речь идет о землях кочевников, для которых вроде бы нехарактерно строительство высоких сооружений. Более того, на мой взгляд, Кекильбаев – сторонник концепции о симбиозе кочевого и оседлого населения в таких местах, например, как Маверренахр, или тюркско-персидское Двуречье, усеянное городами не меньше, чем кочевьями. Я тоже приветствую эту концепцию, поскольку там кочевники рассматриваются в совместном развитии с человечеством.
Что касается вертикали в творчестве Кекильбаева – это ко всему прочему еще и духовная вертикаль, поскольку герои здесь показаны на острие своих запросов, на максимах своего сознания. Так Повелитель из «Конца легенды» явно является слепком с Тамерлана, как и сама легенда – легендой о мечети Биби ханум, только разница в том, что в последней юного зодчего убивают, чтобы он нигде больше не мог построить подобной мечети. Но автор, деконструируя эту легенду, дает понять, что речь идет о любви между Младшей Ханшей и Зодчим и что именно это обстоятельство хотел скрыть Повелитель, лишая Мастера зрения и языка. Получается, что Повелителю можно все, а обычным людям нельзя даже намека на чувства. В подробном повествовании автор показывает, что чувство между героями только зарождалось, а поцелуя и вовсе не было, поскольку ханша подставила вместо себя служанку.
На самом деле повесть эта даже и не о любви, а о тщеславии, которая так или иначе одолевает нас всех. Ведь младшая ханша начинает строительство мечети не из любви к Зодчему, она его тогда и не знала, а чтобы показать как она любит своего Повелителя, как она его ждет. Тут еще главным мотивом является также и зависть к Старшей Ханше, пребывающей в походе вместе с императором. И только когда мечеть зримо вырастает, она порождает в душе Младшей Ханши интерес к Мастеру… Точно также и для Зодчего – это поначалу престижный проект, возможность показать свое мастерство и умения. Его бедный отец умер, но сумел оставить его в городе и теперь он должен во что бы то ни стало состояться. Здесь самое потрясающее то, что из всех этих самых обычных побуждений вырастает красавица-мечеть, чудо архитектуры, как бы побеждающее статику, выражая самые разные состояния, в которые погружается Мастер. Когда смотришь на нее вблизи, она надменна-неприступна, но издали — как будто машет тебе рукой, маня к себе. Это как бы образ отношений мастера и Младшей Ханши и в то же время Повелителя и его младшей жены.
Но в повести есть и еще один на этот раз незримый герой – это боязнь Молвы и Пересудов, характерная и для Повелителя, и для Младшей Ханши, и для Мастера. Вот где выражется истинная суть восточного человека, или может быть даже, самого автора. Боязнь молвы столь тотальна, что каждый пытается скрыть свои истинные порывы, умолчать о сокровенном. Даже самый безвестный герой, каким является молодой Зодчий, одолеваем жаждой славы, но для этого он должен угодить другим. В итоге возникает сплошная взаимозависимость, извращающая всякую подлинность отношений.
Публикации раздела “Блогистан” могут не отражать позицию Азаттыка.
Читать оригинал статьи:
