Воду бастующим ерсаевцам доставляют пешком, а их матери и жены настроены не менее решительно, чем сами рабочие. В этом мы убедились после поездки к бастующим. Наш второй день в Мангистау начался с поездки на автовокзал города Актау, где бастуют работники АО «Каражанбасмуная» («КБМ»). К нашему приезду там собралось более двух тысяч забастовщиков. Поддержать их в тот день пришли жены с детьми. О том, как мы провели первый день поездки по нефтяному региону, охваченному забастовками, можно почитать тут.
Следующий день начался в Актау. На городском автовокзале мы застали Тилегена Сагындыкова, первого
- Необходимо бастующим выйти на работу, затем и можно будет разговаривать, — объяснил
Забастовщики в ответ заявили, что не верят устным обещаниям руководства и требуют письменных доказательств их слов — в виде договоров и других документов.
Пришедшая в тот день к нефтяникам одна из женщин считает требования бастующих справедливыми.
- Больше месяца наши дети находятся здесь. Почему с ними никто не разговаривает? Приходят и говорят об одном: выходите на работу — и все. А где гарантии того, что после выхода на работу их не обманут снова?! — возмущена Улбосын Толенова, сын которой работает на месторождении Каражанбас.
Перед собравшимися журналистами и активистами находящейся в процессе регистрации НП «Алга» решил выступить один из представителей бастующих работников АО «Каражанбасмунай»:
- Мы добиваемся освобождения Натальи Соколовой, которая голодает в СИЗО, а также требуем, чтобы с нами за стол переговоров сели представители правительства, и хотим восстановить всех уволенных во время забастовки людей. Почему не приходит руководитель китаец к нам поговорить, подпись которого стоит под приказом об увольнении, а вместо этого посылает замов? К нам приходят журналисты местного телеканала «Казахстан» и ничего не показывают, нам не нужны такие журналисты.
Его поддержал другой нефтяник:
- Вся эта история началась в 2008 году, когда в РК был введен коэффициент 1.8, но нам оплату по нему так и не произвели, и это привело к нынешней ситуации. Нам руководство компании не устает говорить, что забастовка наша незаконна, однако у них нет основания так говорить. Каракиякский районный суд вынес такое решение, но мы подали на апелляцию в областной суд, и сейчас окончательного решения нет, — сказал нефтяник Адильбек Айдархан, выступая перед коллегами.
- Руководство компании заявило акиму области, что из 128 уволенных 47 вернулись на рабочие места, но это неправда! Если такие действительно есть, пусть они выйдут и скажут об этом сами. Перед вашим приездом я звонил Али Сахимову,
Глухонемая власть
Когда встреча с каражанбасцами уже подходила к концу, стало известно, что общественное движение матерей «Ак жаулыкты аналар» проводит акцию в поддержку нефтяников у областного акимата.
Прибыв на центральную площадь города, первым делом мы встретили сотрудников полиции, которые проверили наши документы. Следует отметить, что с этого момента полицейские сопровождали нас всюду.
Сама акция протеста женщин сводилась к… молчанию.
- Власть и руководство бастующих компаний не слышат забастовщиков, свой народ, то есть они слепы, глухи, — объяснила смысл акции Нурияш Абдраимова. — Вот как я вас не слышала во время акции, так и они не слышат нас. Мы хотели образно показать их равнодушие.
Любопытно, что в это же время тут же, на площади, собралась группа школьников. Мы узнали, что это члены «Жас Отана» проводят спортивные соревнования. Стало интересно, это за соревнования и как часто они проводятся.
- Мы будем соревноваться по прыжкам со скакалкой, бегать… у нас в первый раз такие соревнования проходят, но теперь будем их проводить постоянно, нам никто не указывал, мы сами пришли, — бойко пояснила одна из школьниц.
Узнав, что в селе Курык перед районным акиматом собрались жены и матери работников «Ерсая», мы направились туда. Далее наш путь лежал к самим бастующим ерсаевцам.
Меньше чем через час мы прибыли в село Курык, Каракиякского района. Перед зданием акимата мы сначала заметили полицеский «пазик», а затем — полтора десятка женщин, стоявших в тени единственного дерева.
- Мы пришли сюда потому, что аким обещал нам, что в 10 часов утра с нами встретится первый руководитель «Ерсая», — рассказала одна из них. — Однако он не пришел сам, а послал
- Дорогу на Ерсай закрыли, машины не пропускают. Нам не разрешают возить воду, еду для наших детей (с 7 июня полицейские перекрыли пути для доставки рабочим предприятия продуктов питания и воды — авт.). Якобы аким беспокоится за них, что мы разведем антисанитарию. А то, что без воды и пищи они долго не продержатся, его не волнует? Может, они хотят измором взять бастующих, но мы не сдаемся, в день по нескольку раз возим на тачках пешком воду за 11 километров от села, — добавила другая.
Поговорив с женщинами, мы отправились к бастующим работникам «Ерсая». Но дорогу, ведущую к предприятию «Ерсай Каспиан Контрактор», нам преградили полицейский автомобиль и легковушка с частными номерами.
- Мы журналисты, хотим встретиться с нефтяниками, почему вы загородили дорогу? На каком основании? Покажите ваши документы! — вступили мы в диалог с полицейскими.
Однако те лишь молчали. Мы снова повторили наши требования и цели. Но стражи порядка не реагировали.
После получасового препирательства нас нагнали женщины, с которыми мы встретились у акимата. Отчаянные женщины заявили, что перевернут автомобили, если полицейские не пропустят гостей.
Тогда один из сотрудников начал звонить
Вскоре на горизонте появились два автомобиля, из которых вышли несколько сотрудников полиции. Один из них, в чине полковника, представившись заместителем начальника Каракиякского РОВД, заявил, что пропускать наши машины не будет, а все вопросы переадресовал в
Возмущение собравшихся нарастало, и группа приняла решение пойти пешком вместе с ребятами, которые везли бастующим воду из села.
Даже туалетная бумага разная!
После часа переговоров полицейские согласились довезти нас на своих машинах до того места, где готовили еду для бастующих их матери и жены. Проехав буквально несколько километров, мы добрались до следующего кордона. Это уже сами женщины перекрыли дорогу для постороннего транспорта.
- На этот шаг мы пошли
Вскоре, узнав кто мы такие, с какой целью прибыли, они согласились довезти нас на своем транспорте до места назначения. Так мы наконец добрались до ерсаевцев.
В это время бастующие проводили собрание.
- Мы еще раз хотим повторить, что у нас существует дискриминация между местными рабочими и иностранцами. К примеру, тот же
- Буквально на днях 64 сотрудницы столовой ушли с работы в нашу поддержку. В моем отделе работают 52 человека, и только 10% из них — местные жители. Нас это возмущает, наши ребята могут тоже выполнять эту работу. Около 30 человек, объявивших голодовку, попали в больницу, еще столько же продолжают голодовку, — рассказал другой.
- Нашим женщинам наш замруководителя заявил: «Если вам не хватает денег и если не можете прокормить детей, зачем столько рожаете?» Какое право он имеет так говорить?! Нас никто не имеет права унижать, мы такие же люди, как и иностранцы, мы не скот! А их отношение к нам говорит об обратном!
Собрание продолжалось, а мы собрались в обратный путь.
…Следует отметить, что на всех объектах, где бастуют нефтяники, бросилась в глаза четкая организованность, железная дисциплина. Никто не говорил лишнего, не допускал ругательств или грубостей в чей бы то ни было адрес. После общения с ними сложилось впечатление, что простые работники отличаются грамотностью, знанием своих прав и обязанностей.
А сегодня мы узнали, что полиция вынудила рабочих разойтись по домам. Но забастовка не окончена.
