-5 C
Астана
21 апреля, 2021
Image default

Биография для рыжих

«Какую био­гра­фию дела­ют наше­му рыже­му!» – вос­клик­ну­ла Анна Ахма­то­ва в 1964 году, во вре­мя судеб­но­го про­цес­са по обви­не­нию Иоси­фа Брод­ско­го в туне­яд­стве. И попа­ла, что назы­ва­ет­ся, в самую дыроч­ку. Судья Саве­лье­ва при­го­во­ри­ла буду­ще­го нобе­лев­ско­го лау­ре­а­та, кото­ро­му тогда было все­го 24, к пяти годам при­ну­ди­тель­ных работ в отда­лен­ной мест­но­сти. Так начал­ся его путь к миро­вой славе.

 

Автор: Вадим БОРЕЙКО

 

Пока в деревне Норен­ская Архан­гель­ской обла­сти Иосиф изу­чал поэ­зию Уисте­на Оде­на, в его защи­ту высту­пи­ли тита­ны куль­ту­ры — и совет­ские (Шоста­ко­вич, Твар­дов­ский, Пау­стов­ский, Чуков­ский), и зару­беж­ные (Сартр). В ито­ге ссыл­ку сокра­ти­ли до фак­ти­че­ски отбы­тых полу­то­ра лет, а в СССР заро­ди­лось пра­во­за­щит­ное дви­же­ние. Как гово­рит­ся, за что боролись…

Нечто подоб­ное про­ис­хо­дит сего­дня и в Казах­стане. При­чем с мно­го­крат­ны­ми повто­ра­ми. Кото­рые наве­ва­ют мыс­ли о граблях.

Спа­сти часть мундира

На днях изме­ни­ли меру пре­се­че­ния Ната­лье Соко­ло­вой, защи­щав­шей тру­до­вые пра­ва неф­тя­ни­ков ком­па­нии «Кара­жан­бас­му­най» и осуж­ден­ной в авгу­сте про­шло­го года к шести годам коло­нии «за воз­буж­де­ние соци­аль­ной вражды».

При­зна­ние Соко­ло­вой сво­ей вины, вза­мен на кото­рое она полу­чи­ла три года услов­но (вклю­чая трех­лет­ний запрет на обще­ствен­ную дея­тель­ность), думаю, нико­го не вве­дет в заблуж­де­ние. Чита­ю­щие эти замет­ки — люди взрос­лые и име­ют пред­став­ле­ние о «вышин­ской цари­це дока­за­тельств», кото­рую наши слав­ные орга­ны уна­сле­до­ва­ли от совет­ских. Пола­гаю, Соко­ло­вой сде­ла­ли нехит­рое пред­ло­же­ние: как 23 фев­ра­ля встре­тишь (то есть под­пи­шешь «при­знан­ку») — так 8 мар­та и про­ве­дешь (вый­дешь на сво­бо­ду). И она не смог­ла отказаться.

Никто не впра­ве осу­дить Ната­лью за это. Да и вряд ли сей факт повре­дит ее меж­ду­на­род­ной репу­та­ции защит­ни­цы про­ле­та­ри­ев, за кото­рую засту­пал­ся целый Стинг. И заметь­те: ведь это не столь­ко даже СМИ и депу­тат Евро­пар­ла­мен­та Пол Мэр­фи, сколь­ко казах­стан­ские вла­сти сами сво­им «рыцар­ским» пове­де­ни­ем, воз­ве­ли скром­но­го ман­ги­ста­уско­го юри­ста на пье­де­стал евро­пей­ской известности.

А «при­знан­ка» — мы ж пони­ма­ем, для чего она вла­стям. Для спа­се­ния части мун­ди­ра и руч­но­го само­уте­ше­ния: типа не Евро­па на нас нада­ви­ла, а Соко­ло­ва сама раскаялась.

Чтоб не писал и что­бы мень­ше думал

Имя Иго­ря Виняв­ско­го извест­но доста­точ­но дав­но, но преж­де, пусть уж не оби­жа­ет­ся, оно не гре­ме­ло. Хоро­ший креп­кий жур­на­лист (хотя и таких нын­че немно­го). Да и его «Взгляд» все­гда был как бы в тени «стар­шей сест­ры» — «Рес­пуб­ли­ки» с ее впе­чат­ля­ю­щей био­гра­фи­ей (под­жог офи­са, отре­зан­ная соба­чья голо­ва на окне редак­ции, уго­лов­ные дела, куча псев­до­ни­мов газе­ты, изъ­я­тия тира­жа, типо­граф­ские отка­зы, допро­сы в КНБ — коро­че, 10 с лиш­ним лет на поро­хо­вой бочке).

И кто Игорь теперь в гла­зах казах­стан­ской и меж­ду­на­род­ной обще­ствен­но­сти? Герой! Кото­ро­го упек­ли в узи­ли­ще за ста­тьи о некро­ре­а­лиз­ме Жана­о­зе­на — чтоб не писал и что­бы мень­ше думал. За него сего­дня впря­га­ют­ся жур­на­лист­ские орга­ни­за­ции раз­ных стран, вклю­чая «Репор­те­ров без гра­ниц», и Европарламент.

Предъ­ява вла­стей к нему — «при­зы­вы к насиль­ствен­но­му свер­же­нию или изме­не­нию кон­сти­ту­ци­он­но­го строя» на осно­ва­нии филь­ки­ных поза­про­шло­год­них листо­вок — не про­ка­ти­ла бы не толь­ко у Ста­ни­слав­ско­го. Уж на что кон­си­лье­ри Ерты­с­ба­ев кре­мень-чело­век, но и тот дрог­нул перед абсур­дом обви­не­ния Виняв­ско­му: «Я думаю, он доста­точ­но уже нака­зан с точ­ки зре­ния задер­жа­ния. Он может даль­ше про­дол­жать свою редак­ци­он­ную политику».

Его сло­ва — да вла­сти в уши. Дай-то Бог. Но как бы ни сло­жи­лась судь­ба Иго­ря (этот мате­ри­ал напи­сан до его осво­бож­де­ния. — В.Б.), фами­лия «Виняв­ский» отныне впи­са­на в исто­рию совре­мен­ной казах­стан­ской жур­на­ли­сти­ки. За это КНБ — отдель­ное спасибо!

Гете — в защи­ту Атабаева

Кто там еще в оче­ре­ди за звезд­ным ста­ту­сом политзаключенного?

Серик Сапар­га­ли, Айжан­гуль Ами­ро­ва, Вла­ди­мир Коз­лов, Болат Ата­ба­ев, Жан­бо­лат Мамай. Все — тоже по жана­о­зен­ским делам, всем предъ­яв­ле­но «воз­буж­де­ние соци­аль­ной враж­ды». Пер­вые трое аре­сто­ва­ны. Болат и Жан­бо­лат — под под­пис­кой о невыезде.

Что любо­пыт­но, режис­се­ра Ата­ба­е­ва gloria mundi уже настиг­ла. 20 фев­ра­ля ему при­суж­де­на офи­ци­аль­ная награ­да ФРГ — медаль Гете. Не за Жана­о­зен, конеч­но, а за созда­ние Немец­ко­го теат­ра в Темир­тау в 1980 году. Спу­стя столь­ко лет награ­да нашла героя. И глав­ное — акку­рат после воз­буж­де­ния про­тив него уго­лов­но­го дела. Надо же, какое совпадение!

Если кто не понял, это назы­ва­ет­ся мес­седж. От круп­ней­шей евро­пей­ской дер­жа­вы — нашим вла­стям: дескать, на чьей она, дер­жа­ва, стороне.

Медаль Ата­ба­е­ву вру­чит пре­зи­дент Гете-Инсти­ту­та Клаус-Дитер Леманн 28 авгу­ста это­го года в Вей­ма­ре. Если, конеч­но, фау­сты в штат­ском мес­седж рас­шиф­ру­ют и Болат Мана­ше­вич ока­жет­ся в зоне досту­па. А не про­сто в зоне.

Зона как источ­ник вдохновения?

Счи­тать, буд­то био­гра­фии нашим «рыжим» дела­ют исклю­чи­тель­но в пост­жа­на­о­зен­ском син­дро­ме, было бы серьез­ной ошибкой.

Месяц назад по амни­стии вышли на сво­бо­ду жур­на­лист Тох­ни­яз Кучу­ков и пра­во­за­щит­ник Евге­ний Жовтис. За что они отси­де­ли по два с поло­ви­ной года — все вы помни­те. Сколь­ко пья­ных водил в пого­нах сби­ва­ли насмерть людей и потом отма­зы­ва­лись — тоже не сек­рет. Изби­ра­тель­ное судо­про­из­вод­ство все­гда у нас было люби­мей­шей наци­о­наль­ной заба­вой. Но я сей­час не об этом.

…С Тох­ни­я­зом мы про­ра­бо­та­ли бок о бок несколь­ко лет в еже­днев­ке «Вре­мя»: я редак­то­ром, он — кор­ре­спон­ден­том. Это репор­тер неис­то­щи­мой тру­до­спо­соб­но­сти: всю ночь, не смы­кая глаз, мог гнать на машине из Жар­кен­та, утром отпи­сать две поло­сы, потом — в тот же день! — смо­тать­ся на убий­ство в Тал­гар, сде­лать мате­ри­ал и об этом… Сло­вом, про­го­нять его из редак­ции домой, что­бы выспал­ся, мне при­хо­ди­лось едва ли не на пин­ках. Осо­бы­ми сти­ли­сти­че­ски­ми изыс­ка­ми ста­тьи Кучу­ко­ва не отли­ча­лись, да и вер­хом наг­ло­сти было бы их тре­бо­вать: добы­ва­ет экс­клю­зив — и на том спасибо.

О том, что Тоха ведет в усть-каме­но­гор­ской коло­нии днев­ник, я узнал, когда наве­стил его там два года назад. С тех пор с нетер­пе­ни­ем ждал, во что же эти писа­ния выльют­ся. И вот на про­шлой неде­ле во «Вре­ме­ни» вышла пер­вая часть его сери­а­ла «Суд­ный день. Запис­ки из казен­но­го дома». Я был пора­жен: совер­шен­но дру­гой уро­вень! Это не жур­на­ли­сти­ка даже, а суро­вая муж­ская про­за, где за каж­дой строч­кой — лич­ный горь­кий опыт.

Да, и таким вот обра­зом в нашей стране моти­ви­ру­ют твор­че­ский рост сотруд­ни­ков средств мас­со­вой информации.

Иде­а­лизм как спо­соб самосохранения

Жовтис пуб­ли­ко­вал свои запис­ки из коло­нии в газе­те «Вре­мя» в про­цес­се отсид­ки. И каж­дая из 20 глав была про­пи­та­на про­те­стом про­тив абсурд­но­сти нашей уго­лов­но-испол­ни­тель­ной систе­мы. Не уста­вая воз­му­щать­ся этим Зазер­ка­льем (точ­нее — Зако­лю­чьем), Евге­ний Алек­сан­дро­вич неиз­мен­но и педан­тич­но апел­ли­ро­вал к Закону.

Это каза­лось бес­пре­дель­ной наив­но­стью, и мне хоте­лось крик­нуть: «Да при­ми же ты этот абсурд как нор­му — тебе же лег­че будет!» Толь­ко потом я понял, что имен­но юри­ди­че­ский иде­а­лизм и пра­во­вая бес­ком­про­мисс­ность (ну и харак­тер тоже) и помог­ли ему выдер­жать все и остать­ся тем, кем он был.

Ска­зать, что до коло­нии Жовти­са в Казах­стане не зна­ли, — согре­шить про­тив прав­ды. Луч­ший юрист стра­ны по вер­сии наци­о­наль­но­го кон­кур­са «Выбор года». Авто­ри­тет­ный пра­во­за­щит­ник, под руко­вод­ством кото­ро­го Казах­стан­ское бюро по пра­вам чело­ве­ка помог­ло сот­ням, если не тыся­чам граж­дан. Посто­ян­ный участ­ник меж­ду­на­род­ных кон­фе­рен­ций по гума­ни­тар­ным вопро­сам. Но, без­услов­но, та его извест­ность не шла ни в какое срав­не­ние, ска­жем, с пиа­ром китай­ско­го «узни­ка сове­сти» Лю Сяо­бо, лау­ре­а­та Нобе­лев­ской пре­мии мира. Да она Евге­нию Алек­сан­дро­ви­чу и не нуж­на была: стя­жа­нью сла­вы он пред­по­чи­тал «домаш­нюю рабо­ту» по защи­те лич­но­сти от госу­дар­ствен­ной машины.

…Не мне вам рас­ска­зы­вать, какая вол­на «за Жовти­са» под­ня­лась в мире после его осуж­де­ния. Напом­ню лишь два фак­та: при­суж­де­ние ему Нор­веж­ским Хель­синк­ским коми­те­том пре­мии сво­бо­ды име­ни Саха­ро­ва летом 2010 года и встре­ча Розы Акыл­бе­ко­вой, замгла­вы Бюро по пра­вам чело­ве­ка, с Бара­ком Оба­мой, на кото­рой под­ни­ма­лась «про­бле­ма Жовтиса».

Сего­дня Евге­ний Алек­сан­дро­вич — пра­во­за­щит­ник миро­во­го уров­ня и извест­но­сти (хотя, воз­мож­но, и про­тив сво­ей воли). И кого мы опять же долж­ны за это благодарить?

…Post scriptum воз­ни­ка­ет соблазн пред­по­ло­жить, что в Акор­де око­па­лись аген­ты оппо­зи­ци­он­но­го вли­я­ния, кото­рые из года в год целе­на­прав­лен­но натрав­ли­ва­ют аль­фа-сило­ви­ков на тех или иных домо­ро­щен­ных «дис­си­ден­тов», что­бы тем самым свар­га­нить им несу­свет­ное паб­ли­си­ти, а меж­ду­на­род­ный имидж Казах­ста­на опу­стить ниже плинтуса.

Но это вряд ли. Все «аль­тер­на­тив­ное» там дав­но вычис­ле­но и зака­та­но в асфальт. Дело, думаю, в дру­гом. Неуто­ми­мая борь­ба вла­сти со сво­и­ми несрав­нен­но более сла­бы­ми оппо­нен­та­ми — срод­ни айки­до, где пре­вос­хо­дя­щая сила одно­го из сопер­ни­ков часто обо­ра­чи­ва­ет­ся про­тив него самого.

Пер­ма­нент­ные вой­ны пра­во­охра­ни­тель­ных струк­тур по прин­ци­пу «все про­тив всех» и нести­ха­ю­щие под­ко­вер­ные интри­ги в цивиль­ных ведом­ствах при­учи­ли нас к мыс­ли, что на поли­ти­че­ском олим­пе суще­ству­ет несколь­ко цен­тров силы. Поло­жа руку на серд­це, не поме­ша­ло бы и несколь­ко цен­тров ума.

Источ­ник: Газе­та “Голос Рес­пуб­ли­ки” №10 (232) от 16 мар­та 2012 года

Continued here:
Био­гра­фия для рыжих

архивные статьи по теме

Когда в товарищах согласья нет

Три лица панарабской революции

Бей журналюг, прикрывай зад!