25 C
Астана
15 июля, 2024
Image default

ТС соединит бурлящий запад Казахстана с российским Кавказом

Тер­ро­ри­сти­че­ский акт в казах­стан­ском Акто­бе (быв­ший Актю­бинск) казах­стан­ские вла­сти пред­по­чи­та­ют назы­вать “само­под­ры­вом”, наста­и­вая на этой фор­му­ли­ров­ке во всех офи­ци­аль­ных выступ­ле­ни­ях. В ходу — “быто­вая” вер­сия инци­ден­та. Подроб­но­сти читай­те на http://clck.ru/DQPt
 

Автор: Миха­ил ПАК 

По инфор­ма­ции сило­ви­ков, некий Рахим­жан Мака­тов, граж­да­нин Казах­ста­на 1986 года рож­де­ния, отец трех доче­рей и лау­ре­ат музы­каль­но­го кон­кур­са “Жас Канат” (“Моло­дое кры­ло” — каз.) — совер­шил “акт само­под­ры­ва” с целью “укло­не­ния от ответ­ствен­но­сти”, посколь­ку чис­лил­ся подо­зре­ва­е­мым “в совер­ше­нии ряда пре­ступ­ле­ний в соста­ве орга­ни­зо­ван­ной пре­ступ­ной группы”.

Взрыв про­гре­мел утром 17 мая 2011 года в зда­нии област­но­го депар­та­мен­та Коми­те­та наци­о­наль­ной без­опас­но­сти, где один из посе­ти­те­лей, по неко­то­рым дан­ным, при­вел в дей­ствие устрой­ство, очень похо­жее на пояс шахи­да. Смерт­ник погиб на месте, сооб­ща­ет­ся о двух постра­дав­ших, один из кото­рых ока­зал­ся рядом слу­чай­но. К чести казах­стан­ских сило­ви­ков, у кото­рых, в отли­чие от их рос­сий­ских кол­лег, очень мало прак­ти­че­ско­го опы­та в вопро­сах про­ти­во­дей­ствия тер­ро­ри­стам: они отре­а­ги­ро­ва­ли доста­точ­но опе­ра­тив­но. Весь после­ду­ю­щий день из Акто­бе посту­па­ла инфор­ма­ция о спе­цо­пе­ра­ции по поим­ке пред­по­ла­га­е­мых сообщ­ни­ков тер­ро­ри­ста. Впро­чем, сомне­ний в том, что они будут пой­ма­ны в крат­чай­шие сро­ки, лич­но у меня нет. И вот почему.

Почти все раз­го­во­ры с казах­стан­ски­ми экс­пер­та­ми о ситу­а­ции на запа­де Казах­ста­на в послед­ние годы начи­на­ют­ся с двух набо­лев­ших тем: иссле­до­ва­те­ли, кото­рые хоть сколь­ко-нибудь раз­би­ра­ют­ся в пред­ме­те бесе­ды, пред­по­чи­та­ют гово­рить о жест­ко­сти мест­ных сило­ви­ков и пест­ром рели­ги­оз­ном оде­я­ле, накрыв­шем реги­он. Адеп­ты раз­лич­ных сект и дви­же­ний исла­ма, боль­шую часть кото­рых труд­но отне­сти к ради­каль­ным, доста­точ­но уве­рен­но про­ни­ка­ют в страну.

Ска­зы­ва­ет­ся спе­ци­фи­че­ская гео­гра­фия реги­о­на: его тер­ри­то­рия пред­став­ля­ет из себя огром­ный котел, рас­по­ло­жен­ный меж­ду Закав­ка­зьем с запа­да, Узбе­ки­ста­ном и Турк­ме­ни­ей с юга. Эти рай­о­ны рес­пуб­ли­ки дол­гое вре­мя суще­ство­ва­ли в усло­ви­ях почти про­зрач­ных гра­ниц — да и кому в девя­но­стые, а так­же в нача­ле двух­ты­сяч­ных при­шло бы в голо­ву закры­вать рубе­жи со вче­ра еще брат­ски­ми рес­пуб­ли­ка­ми? Эта, назы­вай­те, как хоти­те, уве­рен­ность или невни­ма­тель­ность к соб­ствен­ным гра­ни­цам сыг­ра­ла впо­след­ствии злую шут­ку с реги­о­наль­ны­ми вла­стя­ми, когда в отно­си­тель­но бла­го­по­луч­ный Казах­стан из сопре­дель­ных рес­пуб­лик рину­лись тол­пы без­ра­бот­ных, боль­шая часть из кото­рых испо­ве­до­ва­ла ислам­ские ценности.

О чем гово­рить, если даже в самом “бога­том” во всем реги­оне горо­де Аты­рау (быв­ший Гурьев) есть целые “кара­кал­пак­ские” рай­о­ны, где живут, в основ­ном, тру­до­вые мигран­ты. Живут, надо ска­зать, в ужа­са­ю­щих усло­ви­ях: про­ра­бо­тав в неф­тя­ной сто­ли­це Казах­ста­на без мало­го два года, я видел по 15 про­жи­ва­ю­щих в стан­дарт­ной одно­ком­нат­ной “хру­що­бе” гастар­бай­те­ров. Понят­но, что сило­ви­ки в этих усло­ви­ях вынуж­де­ны рабо­тать крайне жест­ко, зача­стую не счи­та­ясь с выбо­ром мер воз­дей­ствия на мно­го­чис­лен­ных мигрантов.

Это, кста­ти, та самая вто­рая наи­бо­лее обсуж­да­е­мая тема в бесе­дах с экс­пер­та­ми: мето­ды, кото­рые исполь­зу­ют мест­ные спе­ци­аль­ные служ­бы, мало чем отли­ча­ют­ся от обык­но­вен­ных “зачи­сток”. Но зато они эффек­тив­ны — доста­точ­но мель­ком взгля­нуть на инфор­ма­ци­он­ную кар­ту реги­о­на, что­бы отме­тить чет­кую и сла­жен­ную рабо­ту по обез­вре­жи­ва­нию тех или иных ради­каль­ных групп. И, в общем-то, на пер­вый взгляд, ниче­го неожи­дан­но­го в этом нет — спец­служ­бы по мере воз­мож­но­стей пыта­ют­ся эффек­тив­нее отфиль­тро­вы­вать при­ток мигран­тов. Но есть один тон­кий нюанс, кото­рый ста­вит под вопрос каче­ство этих методов.

Рас­ска­зы­вая о жест­кой рабо­те спец­служб, мои собе­сед­ни­ки, а осо­бен­но те, кто имел воз­мож­ность пожить на запа­де Казах­ста­на, отме­ча­ют одну крайне важ­ную деталь: под пресс сило­ви­ков попа­да­ют реши­тель­но все потен­ци­аль­ные ради­ка­лы. А тако­вых сре­ди мигран­тов нема­ло. Без­услов­но, я далек от мыс­ли, что все “пона­е­хав­шие” на запад стра­ны несут собой опас­ность суще­ству­ю­щей ста­биль­но­сти. Вовсе нет. Но — харак­тер­ная деталь: опас­ность они начи­на­ют пред­став­лять после того, как пооб­ща­ют­ся… с сило­ви­ка­ми. Даже в интер­не­те есть нема­ло сви­де­тельств: мест­ные мусуль­мане, мяг­ко гово­ря, оби­же­ны при­сталь­ным вни­ма­ни­ем к сво­е­му вероисповеданию.

Похо­жая ситу­а­ция наблю­да­лась, если не оши­ба­юсь, в Даге­стане, где мусуль­мане ста­но­ви­лись по-насто­я­ще­му ради­каль­ны­ми в резуль­та­те бес­си­стем­но­го, но крайне жест­ко­го прес­син­га. Но в Рос­сии — прес­синг был хотя бы оправ­дан — вме­сте с мир­ны­ми пра­во­вер­ны­ми в раз­ра­бот­ки сило­ви­ков попа­да­ли и реаль­ные бое­вые груп­пы исла­ми­стов. В Казах­стане же — таких слу­ча­ев было крайне мало: навскид­ку мож­но вспом­нить толь­ко груп­пи­ров­ку, кото­рая соби­ра­лась взо­рвать неф­те­про­вод. Зато спе­ци­а­ли­сты акцен­ти­ру­ют вни­ма­ние на послед­стви­ях такой жест­кой внут­рен­ней поли­ти­ки по отно­ше­нию к мигран­там, что не в послед­нюю оче­редь спо­соб­ство­ва­ло ради­ка­ли­за­ции настро­е­ний мест­ной уммы.

С дру­гой сто­ро­ны, надо отда­вать себе отчет в том, что “бар­хат­ны­ми” мето­да­ми такая рабо­та не дела­ет­ся нико­гда — и если смот­реть на ситу­а­цию в целом, то жест­кие дей­ствия сило­ви­ков в ряде слу­ча­ев име­ют прак­ти­че­ский смысл. Осо­бен­но, если учесть, что по мно­го­чис­лен­ным сви­де­тель­ствам, на запа­де Казах­ста­на появи­лись “инструк­то­ры” — выход­цы с Кав­ка­за, в резуль­та­те чего — казах­стан­ские ради­ка­лы демон­стри­ру­ют отлич­ную подготовку.

За дока­за­тель­ства­ми — дале­ко ходить нет надоб­но­сти. 22 июня 2010 года в Ман­ги­ста­уской обла­сти груп­па заклю­чен­ных совер­ши­ла дерз­кий побег с при­ме­не­ни­ем огне­стрель­но­го ору­жия из коло­нии стро­го­го режи­ма. Дан­ные о том побе­ге раз­нят­ся до сих пор, одна­ко извест­но, что почти сра­зу мест­ная газе­та “Лада”, сослав­шись на “источ­ник в коми­те­те уго­лов­но-испол­ни­тель­ной” систе­мы, опуб­ли­ко­ва­ла такие дан­ные: “сбе­жав­шие заклю­чен­ные были пред­ста­ви­те­ля­ми нетра­ди­ци­он­ной мусуль­ман­ской секты”.

Впо­след­ствии эта инфор­ма­ция “уто­ну­ла” в дета­лях про­изо­шед­ше­го — мно­гие СМИ, а в Казах­стане они в подав­ля­ю­щем боль­шин­стве аффи­ли­ро­ва­ны с близ­ки­ми к вла­стям людям, поспе­ши­ли дез­аву­и­ро­вать “ислам­ский след”. Одна­ко есть два фак­та, кото­рые дают пра­во не исклю­чать эту вер­сию. Пер­вый — один из сбе­жав­ших, Дау­рен Алим­бе­тов, 1976 года рож­де­ния, был осуж­ден за “раз­жи­га­ние меж­ре­ли­ги­оз­ной враж­ды и тер­ро­ризм”. И это вполне офи­ци­аль­ная информация.

Дру­гое сви­де­тель­ство выло­жи­ли неиз­вест­ные авто­ры на сай­те одной из реги­о­наль­ных газет: видео задер­жа­ния пре­ступ­ни­ков, где сило­ви­ки “допра­ши­ва­ют” одно­го из ране­ных бег­ле­цов, широ­ко разо­шлось по Казах­ста­ну. В выло­жен­ном кли­пе ясно слыш­ны вопро­сы поли­цей­ских и отве­ты допра­ши­ва­е­мых — почти все они каса­ют­ся ислам­ской про­бле­ма­ти­ки. Кро­ме того, задер­жан­ный при­зна­ет, что “вое­вал за Аллаха”.

Одна­ко пере­чис­лен­ные фак­ты не име­ли бы прак­ти­че­ской цен­но­сти, если бы боль­шим коли­че­ством СМИ, в том чис­ле ана­ли­ти­ка­ми ИА REGNUM не отме­ча­лась важ­ная деталь: в послед­нее вре­мя уча­сти­лись слу­чаи, когда в Даге­стане в ходе про­ве­де­ния кон­тр­тер­ро­ри­сти­че­ских опе­ра­ций нача­ли фигу­ри­ро­вать бое­ви­ки с казах­ски­ми пас­пор­та­ми. А совсем недав­но и вовсе — в этой рес­пуб­ли­ке Севе­ро-Кав­каз­ско­го Феде­раль­но­го окру­га были пой­ма­ны бое­ви­ки — этни­че­ские казахи.

ИА REGNUM доста­точ­но мно­го писа­ло об этом гром­ком деле, поэто­му мы сфо­ку­си­ру­ем­ся на дру­гом: сло­вах быв­ше­го началь­ни­ка отде­ла Управ­ле­ния по борь­бе с орга­ни­зо­ван­ной пре­ступ­но­стью Депар­та­мен­та внут­рен­них дел Алма­ты, под­пол­ков­ни­ка поли­ции Руста­ма Мир­за­ба­е­ва, кото­рый, ком­мен­ти­руя ИА REGNUM обостре­ние ситу­а­ции в запад­ном реги­оне Казах­ста­на, осо­бо отме­тил сле­ду­ю­щее: “Обу­че­ние на запа­де Казах­ста­на может осу­ществ­лять­ся, а вот апро­ба­ция вряд ли. Ни в запад­ном Казах­стане, ни вооб­ще в рес­пуб­ли­ке. Я имею в виду, что мало­ве­ро­ят­на апро­ба­ция бое­ви­ков в бук­валь­ном смыс­ле — с исполь­зо­ва­ни­ем их бое­во­го опы­та. Но вот в каче­стве кри­ми­наль­ных эле­мен­тов — апро­ба­ция, конеч­но, воз­мож­на. Они все­гда исполь­зу­ют пре­ступ­ную дея­тель­ность: мошен­ни­че­ства, гра­бе­жи, раз­бои, убий­ства”. Это интер­вью было запи­са­но за две неде­ли до тер­ак­та — и после­ду­ю­щие собы­тия толь­ко под­твер­ди­ли акту­аль­ность аргу­мен­та­ции. И вот почему.

Преж­де чем гово­рить о подроб­но­стях тер­ак­та, я хотел бы напом­нить офи­ци­аль­ную пози­цию казах­стан­ских вла­стей: инци­дент назван “само­под­ры­вом” с целью “укло­не­ния от ответ­ствен­но­сти”. Навер­ня­ка эта вер­сия гото­ви­лась впо­пы­хах, при­чем ее авто­ры пре­сле­до­ва­ли вполне кон­крет­ную цель — не допу­стить мас­со­вой исте­рии. Ина­че объ­яс­нить такой под­ход казах­стан­ских сило­ви­ков не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным, пото­му что под видом “цен­ной опе­ра­тив­ной инфор­ма­ции” они каким-то обра­зом выда­ли оче­вид­ную чушь. Мог ли быть обыч­ным пре­ступ­ни­ком чело­век, кото­рый при­шел целе­на­прав­лен­но взры­вать зда­ние област­но­го депар­та­мен­та Коми­те­та наци­о­наль­ной без­опас­но­сти? Для несве­ду­щих — пред­ставь­те, что напа­де­нию под­верг­лось зда­ние ФСБ в любом из горо­дов России.

Поче­му бы тако­му подо­зре­ва­е­мо­му “в совер­ше­нии ряда пре­ступ­ле­ний в соста­ве орга­ни­зо­ван­ной пре­ступ­ной груп­пы”, если уж ему так захо­те­лось “уйти от ответ­ствен­но­сти” путем само­убий­ства — не пове­сить­ся, не уто­пить­ся, не выбро­сить­ся из окна, в кон­це кон­цов? Глав­ное — сде­лать это по-тихо­му? Нет, он соби­ра­ет “пояс шахи­да” (!) и идет взры­вать депар­та­мент орга­ни­за­ции, кото­рая как раз борет­ся с про­яв­ле­ни­я­ми ради­ка­лиз­ма. Еще инте­рес­нее, что, по дан­ным казах­стан­ской газе­ты “Вре­мя”, смерт­ник взо­рвал себя со сло­ва­ми “что же вы житья не дае­те мусульманам?!”.

Но самое важ­ное — любой, даже самый невни­ма­тель­ный обы­ва­тель ска­жет, что за тер­ак­том любо­го уров­ня — сто­ит опре­де­лен­ная, порой серьез­ная под­го­тов­ка. Подой­ти к зда­нию депар­та­мен­та Коми­те­та наци­о­наль­ной без­опас­но­сти, не про­яв­ляя нер­воз­но­сти. Обя­за­тель­но успеть ска­зать клю­че­вую фра­зу перед взры­вом. Нако­нец, при­ве­сти взрыв­ное устрой­ство в дей­ствие — и все это на гла­зах про­фес­си­о­наль­ных бор­цов с тер­ро­риз­мом — согла­си­тесь, такой чело­век дол­жен быть, как мини­мум, хоро­шо под­го­тов­лен пси­хо­ло­ги­че­ски. Что­бы точ­нее оце­нить ситу­а­цию, про­ве­сти реко­гнос­ци­ров­ку мест­но­сти, необ­хо­дим ряд меро­при­я­тий: наблю­де­ние, выяв­ле­ние сла­бых мест, режим охра­ны. Я не гово­рю уже о про­из­вод­стве поя­са шахи­да — его изго­тов­ле­ние так­же тре­бу­ет очень вни­ма­тель­но­го отно­ше­ния к дета­лям, не гово­ря уже о необ­хо­ди­мо­сти мини­маль­ных зна­ний в обла­сти взрыв­но­го дела.

Поэто­му — мож­но с боль­шой долей уве­рен­но­сти гово­рить: акция гото­ви­лась доволь­но скру­пу­лез­но. Обра­ща­ет на себя вни­ма­ние вре­мя ее осу­ществ­ле­ния: у чеки­стов шли утрен­ние пла­нер­ки, то есть в зда­нии было необ­хо­ди­мое для дости­же­ния мак­си­маль­но­го эффек­та коли­че­ство людей. Зна­чит, не совсем диле­тан­та­ми были люди, кото­рые под­го­то­ви­ли, спла­ни­ро­ва­ли и совер­ши­ли этот, без­услов­но, дерз­кий тер­ро­ри­сти­че­ский акт? И един­ствен­ный про­счет, если мож­но будет так выра­зить­ся, заклю­чал­ся в том, что мощ­ность взрыв­но­го заря­да ока­за­лась отно­си­тель­но сла­бой. Это может гово­рить… о малом бое­вом опы­те рабо­тав­шей груп­пы. В этом кон­тек­сте — сло­ва под­пол­ков­ни­ка Мир­за­ба­е­ва об осу­ществ­ле­нии исклю­чи­тель­но “тео­ре­ти­че­ской под­го­тов­ки” бое­ви­ков на тер­ри­то­рии Казах­ста­на, выгля­дят попа­да­ни­ем “в яблочко”.

И все-таки, кем же были люди, име­ю­щие отно­ше­ние к пер­во­му в исто­рии неза­ви­си­мо­го Казах­ста­на тер­ро­ри­сти­че­ско­му акту? И суме­ет ли дать ответ на этот вопрос след­ствие? Все веду­щие реги­о­наль­ные экс­пер­ты гово­рят о ради­каль­ном исла­ме, как сред­стве, при помо­щи кото­ро­го сто­рон­ни­ми сила­ми “рас­ка­чи­ва­ет­ся” вся Сред­няя Азия. В реги­о­наль­ном тиге­ле про­ис­хо­дят бур­ные про­цес­сы — и совсем нет гаран­тии, что вла­сти Казах­ста­на совер­шен­но чет­ко отда­ют себе отчет об их сути. Во вся­ком слу­чае, уча­стие госу­дар­ства в афган­ской кам­па­нии — это ведь тоже некий пока­за­тель поли­ти­че­ско­го вос­при­я­тия ситу­а­ции на сопре­дель­ных территориях?

Не добав­ля­ет опти­миз­ма и ана­лиз внут­рен­них про­цес­сов — в част­но­сти, крайне важ­ное заме­ча­ние в интер­вью ИА REGNUM еще до латент­но­го уси­ле­ния ради­ка­лист­ских тен­ден­ций в этом реги­оне, сде­ла­ла казах­стан­ский социо­лог Гуль­ми­ра Иле­уова: “Для реги­о­на вооб­ще очень харак­тер­ны силь­ные внут­ри­ро­до­вые свя­зи — это силь­но отли­ча­ет ситу­а­цию от дру­гих реги­о­нов Казах­ста­на. В Ман­ги­стау, напри­мер, боль­шин­ство состав­ля­ет род “адай”. В неко­то­рых реги­о­нах живут толь­ко адай­цы. Теперь давай­те посмот­рим, как выгля­дит эта про­бле­ма при­ме­ни­тель­но к родо­вой систе­ме отно­ше­ний. Есть лидер рода, вокруг него соби­ра­ют­ся род­ствен­ни­ки. Но родо­вые груп­пы — очень замкну­тые, и поэто­му если туда внед­ря­ет­ся еще и рели­ги­оз­ный момент, это очень силь­ное допол­не­ние для кон­со­ли­да­ции”. Так­же она отме­ча­ет еще один важ­ный момент: “напри­мер, в Аты­рау очень силь­ное недо­воль­ство. Уро­вень жиз­ни там, может быть, выше, чем, ска­жем, в Чим­кен­те, но при этом он низ­кий для Аты­ра­уской обла­сти. Где нет этой раз­ни­цы в дохо­дах, там нет радикалов”.

При­ме­ни­тель­но к сло­вам социо­ло­га, хоте­лось бы доба­вить, что важ­но осо­зна­вать: родо­вая и соци­аль­ная струк­ту­ры в адми­ни­стра­тив­ных цен­трах запа­да Казах­ста­на суще­ствен­но раз­нят­ся. Тезис баналь­ный, но о нем ино­гда забы­ва­ют, оце­ни­вая и ана­ли­зи­руя про­ис­хо­дя­щие здесь про­цес­сы. К при­ме­ру, Аты­рау очень силь­но отли­ча­ет­ся от Акто­бе даже по этни­че­ско­му соста­ву. Но раз нали­цо общ­ность про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих в “запад­ном кот­ле”, зна­чит, они име­ют некую общую при­ро­ду? А если вспом­нить, что автох­то­ны Казах­ста­на нико­гда не были при­вер­жен­ца­ми ради­каль­ных форм исла­ма, то про­цес­сы, наблю­да­е­мые в запад­ных реги­о­нах рес­пуб­ли­ки, выгля­дят вооб­ще из ряда вон выходящими.

Меж­ду тем, 1 июля 2011 года меж­ду Казах­ста­ном, Рос­си­ей и Бело­рус­си­ей в рам­ках Тамо­жен­но­го сою­за откро­ют­ся гра­ни­цы. Рос­сий­ская сто­ро­на уже выра­жа­ла оза­бо­чен­ность по пово­ду не повсе­мест­но кон­тро­ли­ру­е­мых рубе­жей Казах­ста­на с сопре­дель­ны­ми рес­пуб­ли­ка­ми Сред­ней Азии. Прав­да, эта тре­во­га выра­жа­лась, в основ­ном, по пово­ду нар­ко­тра­фи­ка, кото­рый может при­нять еще боль­ший мас­штаб в резуль­та­те закры­тия пунк­тов тамо­жен­но­го кон­тро­ля. Но кто зна­ет, какие еще нега­тив­ные про­цес­сы может акту­а­ли­зи­ро­вать инте­гра­ция? Ведь, в кон­це кон­цов, еще одно госу­дар­ство, с кото­рым гра­ни­чит став­ший неожи­дан­но взры­во­опас­ным запад Казах­ста­на — это Рос­сий­ская Феде­ра­ция, сопри­ка­са­ю­ща­я­ся с РК не самы­ми бла­го­по­луч­ны­ми сво­и­ми районами.

Источ­ник: ИА REGNUM

More:
ТС соеди­нит бур­ля­щий запад Казах­ста­на с рос­сий­ским Кавказом

архивные статьи по теме

«Голос Республики» остался без принтера

Плошча год спустя: опять жестокий разгон

Внук Назарбаева стал жертвой полиции