9 C
Астана
20 сентября, 2021
Image default

Саммит ШОС, афганская повестка и возможность Китая поиграть дипломатическими мускулами

Сам­мит Шан­хай­ской орга­ни­за­ции сотруд­ни­че­ства, бло­ка евразий­ской без­опас­но­сти, прой­дет в Душан­бе 16 сен­тяб­ря. Китай, Рос­сия, Иран и несколь­ко стран Южной и Цен­траль­ной Азии обсу­дят ситу­а­цию в Афганистане.

После дра­ма­ти­че­ско­го авгу­ста, когда к вла­сти в Афга­ни­стане при­шли тали­бы, Шан­хай­ская орга­ни­за­ция сотруд­ни­че­ства (ШОС) про­во­дит в сен­тяб­ре сам­мит в Таджи­ки­стане, в повест­ке кото­ро­го — ситу­а­ция с без­опас­но­стью в реги­оне, кото­рая ста­но­вит­ся всё более неопределенной.

Евразий­ский блок без­опас­но­сти, в кото­рый вхо­дят Китай, Индия, Казах­стан, Кыр­гыз­стан, Паки­стан, Рос­сия, Таджи­ки­стан и Узбе­ки­стан, сосре­до­то­чит свое вни­ма­ние на послед­стви­ях выво­да войск меж­ду­на­род­ной коа­ли­ции под руко­вод­ством США из Афга­ни­ста­на и воз­вра­ще­ния тали­бов к власти.

Лиде­ры стран Шан­хай­ской орга­ни­за­ции сотруд­ни­че­ства на сам­ми­те 2019 года в Бишкеке

Как имен­но офи­ци­аль­ные лица раз­роз­нен­ных стран при­дут к обще­му кон­сен­су­су — неиз­вест­но. Чле­ны ШОС при­дер­жи­ва­ют­ся раз­ных взгля­дов по отно­ше­нию к «Тали­ба­ну».

ШОС с момен­та сво­е­го осно­ва­ния в 2001 году пози­ци­о­ни­ро­ва­ла себя как мно­го­сто­рон­нюю орга­ни­за­цию, кото­рая сосре­до­то­че­на на борь­бе с тем, что она назы­ва­ет «тре­мя сила­ми зла», — сепа­ра­тиз­мом, экс­тре­миз­мом и тер­ро­риз­мом — про­бле­ма­ми, име­ю­щи­ми место в пре­иму­ще­ствен­но авто­ри­тар­ных стра­нах блока.

Рос­сий­ская воен­ная тех­ни­ка на анти­тер­ро­ри­сти­че­ских уче­ни­ях ШОС в Кыр­гыз­стане, 2016 год

Но ШОС так­же высту­па­ет мик­ро­ми­ром меня­ю­щей­ся гео­по­ли­ти­ки Евра­зии. Доми­ни­ру­ю­щие в орга­ни­за­ции Пекин и Москва исполь­зо­ва­ли блок, что­бы най­ти новые пути как для сотруд­ни­че­ства в реги­оне, так и для сдер­жи­ва­ния реги­о­наль­ных амби­ций друг друга.

Посколь­ку ситу­а­ция в Афга­ни­стане пре­ва­ли­ру­ет сей­час над про­бле­ма­ми чле­нов ШОС, то реак­цию орга­ни­за­ции на собы­тия в этой стране мож­но счи­тать лак­му­со­вой бумаж­кой для опре­де­ле­ния вли­я­ния Китая в Евра­зии и буду­щей зна­чи­мо­сти блока.

В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ САММИТА

Всё вни­ма­ние во вре­мя встре­чи в Душан­бе 16 сен­тяб­ря будет уде­ле­но Афганистану.

Пекин уста­но­вил рабо­чие свя­зи с «Тали­ба­ном», при­знав его прав­ле­ние, согла­сив­шись предо­ста­вить Афга­ни­ста­ну помощь и пере­дать вак­ци­ну от коронавируса.

Ради­каль­ная груп­пи­ров­ка при­вет­ство­ва­ла Китай и под­дер­жа­ла его ини­ци­а­ти­ву «Один пояс — один путь», пообе­щав, что не поз­во­лит ради­каль­ным груп­пи­ров­кам уйгу­ров, кото­рые Пекин рас­смат­ри­ва­ет как внут­рен­нюю угро­зу, дей­ство­вать в Афганистане.

Вывод ино­стран­ных войск из Афга­ни­ста­на открыл воз­мож­но­сти для рас­ши­ре­ния китай­ско­го вли­я­ния. Но Пекин сей­час осто­ро­жен, он не допус­ка­ет чрез­мер­но­го рас­ши­ре­ния вли­я­ния, опа­са­ясь, что это втя­нет Китай в ваку­ум без­опас­но­сти в Афганистане.

Китай, вме­сто это­го, ищет обще­го реше­ния в Цен­траль­ной и Южной Азии и наде­ет­ся, что ШОС может стать фору­мом, где мож­но будет поиг­рать дипло­ма­ти­че­ски­ми мускулами.

Одна­ко это будет нелегко.

Готов­ность сотруд­ни­чать с «Тали­ба­ном», поми­мо Китая, демон­стри­ру­ет и Рос­сия, но есть несколь­ко нуж­да­ю­щих­ся в уре­гу­ли­ро­ва­нии клю­че­вых раз­но­гла­сий меж­ду чле­на­ми ШОС, кото­рые гра­ни­чат с Афганистаном.

Таджи­ки­стан по-преж­не­му враж­деб­но настро­ен по отно­ше­нию к «Тали­ба­ну» и обес­по­ко­ен тем, что эта груп­пи­ров­ка может озна­чать для его соб­ствен­ной внут­рен­ней без­опас­но­сти, в то вре­мя как Узбе­ки­стан балан­си­ру­ет на гра­ни, уста­нав­ли­вая кон­так­ты с груп­пи­ров­кой и одно­вре­мен­но пыта­ясь дистан­ци­ро­вать­ся от хао­са вдоль границы.

У Паки­ста­на слож­ные отно­ше­ния с «Тали­ба­ном», но Исла­ма­бад оста­ет­ся его глав­ным покро­ви­те­лем. Меж­ду тем Индия рас­смат­ри­ва­ет бое­ви­ков как став­лен­ни­ков Паки­ста­на, у Дели есть дав­ние стра­те­ги­че­ские опа­се­ния по пово­ду рис­ков, кото­рые несет прав­ле­ние «Тали­ба­на».

Попыт­ка най­ти точ­ки сопри­кос­но­ве­ния меж­ду эти­ми про­ти­во­ре­чи­вы­ми пози­ци­я­ми — серьез­ная про­бле­ма. То, насколь­ко Пекин смо­жет добить­ся ком­про­мис­са на сам­ми­те ШОС, будет сим­во­ли­зи­ро­вать готов­ность дру­гих чле­нов после­до­вать при­ме­ру Китая.

Кро­ме афган­ской темы, на сам­ми­те, как сооб­ща­ет­ся, будет обсуж­дать­ся вопрос пол­но­прав­но­го член­ства Ира­на в орга­ни­за­ции. Недав­но избран­ный пре­зи­дент Ира­на Эбра­хим Раи­си, как ожи­да­ет­ся, будет при­сут­ство­вать на встре­че в Душанбе.

Блок так­же про­ве­дет сов­мест­ные воен­ные уче­ния в кон­це сен­тяб­ря в Рос­сии в рам­ках теку­щих кон­тр­тер­ро­ри­сти­че­ских манев­ров и уси­лий ШОС по созда­нию боль­шей опе­ра­тив­ной сов­ме­сти­мо­сти меж­ду воору­жен­ны­ми сила­ми сво­их стран.

ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ ДОСТИГНУТО?

Что может быть сде­ла­но на встре­че ШОС в таджик­ской сто­ли­це — цен­траль­ный вопрос саммита.

ШОС была осно­ва­на в 2001 году как пре­ем­ни­ца «Шан­хай­ской пятер­ки». Орга­ни­за­ция пыта­лась высту­пать плат­фор­мой для уре­гу­ли­ро­ва­ния погра­нич­ных спо­ров после рас­па­да Совет­ско­го Сою­за, а поз­же при­ня­ла более широ­кую повест­ку, сосре­до­то­чен­ную на без­опас­но­сти, эко­но­ми­че­ском раз­ви­тии и гума­ни­тар­ной помощи.

Воору­жен­ные бое­ви­ки «Тали­ба­на» у зда­ния МВД в Кабу­ле. 16 авгу­ста 2021 года

Но блок так­же столк­нул­ся с кри­ти­кой — из-за пустых раз­го­во­ров и неболь­шо­го коли­че­ства дел. Про­бле­мы, исхо­див­шие из Афга­ни­ста­на, дол­гое вре­мя нахо­ди­лись в цен­тре вни­ма­ния ШОС, одна­ко прак­ти­че­ских дей­ствий было немно­го: про­во­ди­лись встре­чи на низ­ком уровне, стра­на была при­вле­че­на в орга­ни­за­цию в каче­стве наблюдателя.

Огра­ни­че­ния внут­ри ШОС были отча­сти пред­на­ме­рен­ны­ми. Хоть блок и явля­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но китай­ской ини­ци­а­ти­вой, Рос­сия тра­ди­ци­он­но рас­смат­ри­ва­ет Цен­траль­ную Азию как часть сво­ей «сфе­ры вли­я­ния». Пекин пони­ма­ет, что его рас­ту­щее вли­я­ние в этом реги­оне — чув­стви­тель­ный для Моск­вы вопрос. И ШОС — это сво­е­го рода экс­пе­ри­мент: как два основ­ных игро­ка смо­гут сотрудничать.

Несмот­ря на рас­ту­щее парт­нер­ство Рос­сии и Китая в послед­ние годы, Москва по-преж­не­му обес­по­ко­е­на амби­ци­я­ми Китая и тем, что она может ока­зать­ся в ста­ту­се млад­ше­го парт­не­ра по мере углуб­ле­ния отно­ше­ний меж­ду дву­мя стра­на­ми. Это при­ве­ло к двой­ствен­но­му под­хо­ду, при кото­ром Москва изби­ра­тель­но под­дер­жи­ва­ет ини­ци­а­ти­вы Китая и в то же вре­мя пре­пят­ству­ет его рас­ши­ре­нию в Цен­траль­ной Азии и в ШОС.

Рас­ши­ре­ние ШОС и вхож­де­ние в нее Индии и Паки­ста­на в 2017 году мно­гие наблю­да­те­ли рас­це­ни­ли как попыт­ку Рос­сии огра­ни­чить вли­я­ние Китая через при­вле­че­ние двух его соперников.

Когда речь идет о реги­о­наль­ной без­опас­но­сти, Пекин и Москва, как пра­ви­ло, схо­дят­ся во взгля­дах, но Рос­сия не спе­шит отка­зы­вать­ся от сво­е­го дав­не­го вли­я­ния в реги­оне. По мере обостре­ния ситу­а­ции в Афга­ни­стане Рос­сия акти­ви­зи­ро­ва­ла воен­ное сотруд­ни­че­ство и про­ве­ла несколь­ко уче­ний с госу­дар­ства­ми Цен­траль­ной Азии в рам­ках Орга­ни­за­ции Дого­во­ра о кол­лек­тив­ной без­опас­но­сти (ОДКБ), воен­но­го бло­ка под руко­вод­ством Моск­вы, в кото­рый не вхо­дит Китай.

ШОС И РЕГИОНАЛЬНЫЕ АМБИЦИИ КИТАЯ

Зна­чи­мость Пеки­на в Евра­зии рез­ко воз­рос­ла за послед­нее деся­ти­ле­тие и про­дол­жа­ет рас­ти, но боль­шой вопрос заклю­ча­ет­ся в том, пере­рос­ла ли ШОС свою эффективность.

Орга­ни­за­ция увяз­ла в про­ти­во­ре­чи­вых пла­нах сво­их чле­нов, на этом фоне Китай начал рас­ши­рять свое вли­я­ние с чле­на­ми ШОС на дву­сто­рон­ней осно­ве и посред­ством мас­штаб­ных про­ек­тов, таких как «Один пояс — один путь», кото­рый осно­вы­ва­ет­ся на самой силь­ной сто­роне Пеки­на — его эко­но­ми­че­ской мощи.

Китай­ские поли­ти­ки по-преж­не­му ценят мно­го­сто­рон­ний под­ход к серьез­ным про­бле­мам и не стре­мят­ся при­ме­рить на себя роль США, играв­ших веду­щую роль в Афга­ни­стане. Поэто­му Пекин будет стре­мить­ся сфор­ми­ро­вать кол­лек­тив­ный ответ на вызовы.

Наме­ки на такую стра­те­гию Пеки­на были заме­че­ны во вре­мя июль­ско­го турне мини­стра ино­стран­ных дел Китая Ван И по Цен­траль­ной Азии, кото­рое вклю­ча­ло визит в Турк­ме­ни­стан, сам­мит ШОС на уровне мини­стров в Таджи­ки­стане и реги­о­наль­ную кон­фе­рен­цию в Узбекистане.

Ван И встре­чал­ся с высо­ко­по­став­лен­ны­ми чинов­ни­ка­ми в ходе визи­тов, и Афга­ни­стан был цен­траль­ной темой пере­го­во­ров. Офи­ци­аль­ные лица спе­ши­ли пред­ло­жить свою под­держ­ку китай­ско­му руко­вод­ству в вопро­сах без­опас­но­сти гра­ниц и сов­мест­ной рабо­ты по Афга­ни­ста­ну, одна­ко о каких-либо чет­ких или кон­крет­ных шагах объ­яв­ле­но не было.

Ори­ги­нал ста­тьи: Казах­стан — Радио «Сво­бод­ная Европа»/Радио «Сво­бо­да»

архивные статьи по теме

Журналиста Жанболата Мамая связали с «делом БТА Банка»

Editor

Прогноз погоды: душно в стране

Бизнес Булата Утемуратова прирос новыми активами