28 C
Астана
16 мая, 2021
Image default

Прощание с экономикой. Владимир Милов о том, как скажется на России новый виток санкций

В России распространено мнение, что западные санкции — простая формальность, которая в реальности ни на что не влияет. Даже после новой порции ограничения операций с российским госдолгом остаются люди, считающие, что на экономике страны это никак не скажется. Владимир Милов уверен, что на этот раз неизбежны последствия не только для экономики, но и для режима.

Луч­ший инди­ка­тор серьез­но­сти новых шагов адми­ни­стра­ции Бай­де­на — реак­ция рос­сий­ских вла­стей. Если им дей­стви­тель­но «все рав­но», они не идут на такие ради­каль­ные меры, как фак­ти­че­ская высыл­ка аме­ри­кан­ско­го посла на фоне уже слу­чив­ше­го­ся отзы­ва рос­сий­ско­го посла из США (кото­рый оче­вид­но был свя­зан с гото­вя­щи­ми­ся санк­ци­я­ми), пуб­лич­ный отказ от толь­ко что пред­ло­жен­но­го аме­ри­кан­ца­ми вожде­лен­но­го сам­ми­та с Бай­де­ном, целый набор ради­каль­ных угроз типа «пол­но­го отка­за от дол­ла­ра» и про­чих несбы­точ­ных пуга­лок. Когда вам по-насто­я­ще­му все рав­но, вы так вести себя не станете.

Поче­му рос­сий­ским вла­стям не все рав­но? Ведь, каза­лось бы, ну внес­ли каких-то оче­ред­ных рос­си­ян не само­го высо­ко­го ран­га в санк­ци­он­ные спис­ки, пра­ви­тель­ство их при­кро­ет, на Запад этим слу­жа­кам не надо — что тако­го? Тем более, что рос­сий­ские вла­сти уже не стес­ня­ясь созда­ют для пер­сон, попав­ших под санк­ции, пре­фе­рен­ци­аль­ный пра­во­вой режим.

В новом паке­те санк­ций от Бай­де­на содер­жит­ся одна важ­ная раз­гад­ка — санк­ции про­тив рос­сий­ско­го госдол­га, пре­сло­ву­тых ОФЗ. Имен­но эта мера очень дол­го обсуж­да­лась, и взбе­си­ла она рос­сий­ское руко­вод­ство вовсе не из-за сво­их сию­ми­нут­ных послед­ствий, а по двум дру­гим при­чи­нам. Во-пер­вых, ОФЗ важ­ны не столь­ко как инстру­мент заим­ство­ва­ний для покры­тия дефи­ци­та бюд­же­та, сколь­ко как общий инди­ка­тор поло­же­ния Рос­сии на миро­вом финан­со­вом рын­ке. Пока они оста­ва­лись вне санк­ци­он­но­го поля, мы не были изго­ем для меж­ду­на­род­ных кре­ди­то­ров. Теперь — ста­ли им.

И, во-вто­рых, в послед­ние годы на Запа­де обсуж­дал­ся целый ряд новых мер более серьез­но­го уров­ня в отно­ше­нии Пути­на — сюда вхо­ди­ли санк­ции про­тив госдол­га, гос­бан­ков, путин­ских «денеж­ных меш­ков» и совсем уже ради­каль­ные меры типа отклю­че­ния Рос­сии от меж­бан­ков­ской систе­мы SWIFT или неф­тя­но­го эмбар­го. Даже реа­ли­за­ция части этих мер, не гово­ря про SWIFT или эмбар­го, очень серьез­но уда­рит по эко­но­ми­ке стра­ны, отре­зая наши финан­со­вые вла­сти и круп­ней­шие кор­по­ра­ции от меж­ду­на­род­ных финан­со­вых рын­ков, воз­мож­но­сти закуп­ки обо­ру­до­ва­ния и тех­но­ло­гий, то есть фак­ти­че­ски пере­кры­вая кран для раз­ви­тия экономики.

Это еще не санк­ции иран­ско­го типа, но уже почти. Кста­ти, «спа­си­бо» Пути­ну за то, что выстро­ил в Рос­сии негиб­кую систе­му доми­ни­ро­ва­ния круп­ных гос­бан­ков и гос­мо­но­по­лий в круп­ней­ших сек­то­рах эко­но­ми­ки — теперь гораз­до про­ще поста­вить целые отрас­ли в труд­ное поло­же­ние, уда­рив все­го по несколь­ким круп­ным игрокам.

С выстро­ен­ной в Рос­сии систе­мой круп­ных гос­бан­ков и гос­мо­но­по­лий гораз­до про­ще поста­вить целые отрас­ли в труд­ное положение

Так вот, после круп­но­мас­штаб­но­го паке­та санк­ций, вве­ден­ных США, ЕС и их союз­ни­ка­ми в 2014 году из-за сби­то­го над Дон­бас­сом малай­зий­ско­го «Боин­га», ниче­го серьез­но­го в целом не пред­при­ни­ма­лось, за исклю­че­ни­ем отдель­ных мер про­тив чинов­ни­ков и вто­ро­сте­пен­ных ком­па­ний обо­рон­но­го и IT-секторов.

Вопре­ки рас­про­стра­нен­ным заблуж­де­ни­ям, санк­ции 2014 года ока­за­ли исклю­чи­тель­но серьез­ный эффект на рос­сий­скую эко­но­ми­ку — наши кор­по­ра­тив­ные заем­щи­ки фак­ти­че­ски ока­за­лись отре­за­ны от меж­ду­на­род­ных рын­ков капи­та­ла, и это напря­мую внес­ло вклад в отток капи­та­ла, невоз­мож­ность при­вле­кать новые кор­по­ра­тив­ные зай­мы на Запа­де (чем мы актив­но зани­ма­лись до 2014 года) и фак­ти­че­ски лиши­ло Рос­сию пер­спек­тив эко­но­ми­че­ско­го роста.

Но кор­по­ра­ции кор­по­ра­ци­я­ми, а госу­дар­ствен­ные зай­мы были почти нетро­ну­ты санк­ци­я­ми, и Мин­фин этим демон­стра­тив­но хва­стал­ся, рекла­ми­руя себя перед меж­ду­на­род­ны­ми инве­сто­ра­ми как «само­го надеж­но­го заем­щи­ка» (у Рос­сии низ­кий госдолг, боль­шой запас денег в ФНБ и ста­биль­ные неф­тя­ные дохо­ды — дей­стви­тель­но, инве­сто­рам в ОФЗ бес­по­ко­ить­ся было не о чем). Инве­сто­ры ОФЗ обо­жа­ли, их доля на рын­ке на пике дохо­ди­ла до 35% (в мар­те 2020 года, пока у нас не начал­ся кри­зис, вызван­ный пан­де­ми­ей COVID-19 и паде­ни­ем цен на нефть).

Что теперь?

Сами по себе ОФЗ не явля­ют­ся супер­кри­тич­ным спо­со­бом попол­не­ния бюд­же­та. Хотя объ­ем госдол­га по этим обли­га­ци­ям вырос втрое с нача­ла 2015 года и почти в 20 раз за 10 лет, в целом это все­го лишь 3% рос­сий­ско­го ВВП, и нель­зя ска­зать, что этот инстру­мент серьез­но вли­я­ет на бюд­жет­ную ста­биль­ность. Хотя новые раз­ме­ще­ния пери­о­ди­че­ски про­ис­хо­дят, объ­ем заим­ство­ва­ний через ОФЗ в послед­нее вре­мя колеб­лет­ся вокруг одной и той же циф­ры в $40 млрд, а министр финан­сов Антон Силу­а­нов жало­вал­ся в интер­вью «Ведо­мо­стям», что для Рос­сии новые зай­мы слиш­ком доро­ги, и это пре­пят­ству­ет нара­щи­ва­нию госдол­га: «У нас сто­и­мость госдол­га высо­кая. Мы сей­час зани­ма­ем под 5,5–6,3%, раз­ви­тые стра­ны — мень­ше чем под 1%. Еже­год­но мы уже пла­тим более 800 млрд руб­лей одних про­цен­тов, если удво­им при­вле­че­ния, будем пла­тить уже око­ло 1,5% ВВП, а это более 6% все­го бюд­же­та — при­дет­ся сокра­щать дру­гие расходы».

Столь высо­кие про­цен­ты, кста­ти, — это пла­та за санк­ци­он­ные рис­ки: при­вет всем, кто утвер­жда­ет, что «запад­ные санк­ции не рабо­та­ют». Но важ­ны не сами ОФЗ как инстру­мент заим­ство­ва­ний для бюд­же­та. Госу­дар­ствен­ные обли­га­ции — вер­ши­на пира­ми­ды рос­сий­ско­го дол­га. Посколь­ку наша эко­но­ми­ка сама не гене­ри­ру­ет длин­ных деше­вых денег, брать мы их можем толь­ко на запад­ных финан­со­вых рын­ках (Китай, на кото­рый у Пути­на были боль­шие надеж­ды, не явля­ет­ся актив­ным меж­ду­на­род­ным кре­ди­то­ром, и дает взай­мы в основ­ном лишь на под­держ­ку экс­пор­та китай­ских това­ров и услуг). Соб­ствен­но, поэто­му мы и оста­но­ви­лись в росте, когда в 2014 году кор­по­ра­тив­но­му сек­то­ру посред­ством финан­со­вых санк­ций пере­кры­ли воз­мож­ность про­дол­жать беше­но кре­ди­то­вать­ся на Западе.

Одна­ко ОФЗ — глав­ный инстру­мент рос­сий­ских заим­ство­ва­ний — пока оста­вал­ся вне санк­ци­он­но­го поля. Это поз­во­ля­ло делать вид, что санк­ции каса­ют­ся толь­ко отдель­ных ком­па­ний, а в целом Рос­сия — респек­та­бель­ный участ­ник миро­во­го финан­со­во­го рын­ка, во мно­гом люби­ми­ца меж­ду­на­род­ных кре­ди­то­ров (нефть, бога­тый ФНБ, низ­кий госдолг, вот это все). Новые санк­ции Бай­де­на кар­ди­наль­но изме­ни­ли эту ситу­а­цию. Теперь любой инве­сти­ци­он­ный мемо­ран­дум любо­го рос­сий­ско­го заем­щи­ка будет начи­нать­ся с упо­ми­на­ния того, что вооб­ще-то вся рос­сий­ская систе­ма заим­ство­ва­ний, начи­ная с само­го вер­ха, ток­сич­на и нахо­дит­ся под меж­ду­на­род­ны­ми санк­ци­я­ми. Если корот­ко — взай­мы мы боль­ше не полу­чим. Опа­са­ясь аме­ри­кан­ских санк­ций, от рос­сий­ско­го дол­га будут дер­жать­ся подаль­ше дале­ко не толь­ко аме­ри­кан­ские кредиторы.

Если корот­ко — взай­мы мы боль­ше не получим

Вла­сти най­дут, как сба­лан­си­ро­вать бюд­жет, — будут вка­чи­вать в ОФЗ день­ги гос­бан­ков. Фак­ти­че­ски это пре­вра­тит­ся в эмис­си­он­ное финан­си­ро­ва­ние, так как гос­бан­ки, так или ина­че, будут полу­чать вза­мен под­держ­ку от ЦБ, но, по-мое­му, мы уже начи­на­ем при­вы­кать к мыс­ли, что вре­ме­на низ­кой инфля­ции закон­чи­лись. А вот с ростом эко­но­ми­ки при­дет­ся попро­щать­ся насо­всем. Это и есть цена новых санк­ций США — внут­рен­них источ­ни­ков роста у Рос­сии нет, пре­сло­ву­тые госин­ве­сти­ции и «нац­про­ек­ты» (помни­те такие?) не работают.

Но гораз­до хуже для Крем­ля даже не это, а тот факт, что после несколь­ких лет пози­ци­он­но­го про­ти­во­сто­я­ния Запад все же сдви­нул­ся с мерт­вой точ­ки и начал при­ни­мать какие-то более серьез­ные меры, чем оче­ред­ная пор­ция санк­ций про­тив чинов­ни­ков, гене­ра­лов и при­го­жин­цев. Мно­гие на Запа­де ожи­да­ли ново­го раун­да обостре­ния отно­ше­ний с Пути­ным, и из-за это­го все ини­ци­а­ти­вы о санк­ци­ях про­тив ОФЗ (их было мно­го) заво­ра­чи­ва­лись. Теперь «лед тро­нул­ся». Это зна­чит, что ско­ро мож­но ждать санк­ций про­тив гос­бан­ков, госкор­по­ра­ций, оли­гар­хов. До отклю­че­ния от SWIFT и неф­тя­но­го эмбар­го пока вряд ли дой­дет (эмбар­го будет шоком для миро­во­го энер­ге­ти­че­ско­го рын­ка, а от SWIFT пока все же отклю­ча­ли толь­ко за нару­ше­ние дого­во­ра о нерас­про­стра­не­нии ядер­но­го ору­жия), но и эти меры будут иметь очень серьез­ные последствия.

От это­го «сдви­га с мерт­вой точ­ки» Путин и Ко про­сто вне себя — они-таки доби­лись эска­ла­ции санк­ци­он­ной поли­ти­ки, ее выхо­да на каче­ствен­но новый уро­вень после пау­зы 2014–2021 годов. Опа­се­ния пере­хо­да к новым серьез­ным мерам отбро­ше­ны, про­цесс пошел. Вопре­ки пред­став­ле­ни­ям сто­рон­них наблю­да­те­лей, кото­рые ждут каких-то «боль­ших и окон­ча­тель­ных» санк­ций, после кото­рых Путин сра­зу сдаст­ся — адми­ни­стра­ция Бай­де­на пони­ма­ет, что тако­го не будет, и санк­ци­он­ные гай­ки луч­ше закру­чи­вать посте­пен­но, остав­ляя себе про­стран­ство для манев­ра. Одна­ко план даль­ней­ших дей­ствий уже поня­тен — лиде­ры демо­кра­ти­че­ско­го боль­шин­ства в Кон­грес­се (в част­но­сти, новый гла­ва коми­те­та Сена­та по меж­ду­на­род­ным делам демо­крат Боб Менен­дес) уже при­зва­ли к про­дол­же­нию и к новым санк­ци­ям про­тив гос­бан­ков, оли­гар­хов, «Север­но­го пото­ка 2».

Путин силь­но опа­са­ет­ся того, куда все это может при­ве­сти, осо­бен­но на фоне быст­ро вос­ста­нав­ли­ва­ю­щих­ся транс­ат­лан­ти­че­ских отно­ше­ний меж­ду США и ЕС и рис­ка повто­ре­ния аме­ри­кан­ских мер уже Евро­пой. Рос­сия будет ста­но­вить­ся все более изо­ли­ро­ван­ной, все более зави­си­мой от Китая (кото­рый не спе­шит нас спа­сать и лишь поль­зу­ет­ся пло­да­ми нашей зави­си­мо­сти в виде поста­вок рос­сий­ских ресур­сов по уль­т­ра-деше­вым ценам). Эко­но­ми­че­ские пер­спек­ти­вы будут толь­ко ухуд­шать­ся — у Пути­на и так боль­шие про­бле­мы с рей­тин­гом перед выбо­ра­ми в Гос­ду­му, а перед гла­за­ми уже мая­чит 2024 год, где, судя по опро­сам обще­ствен­но­го мне­ния, Путин не име­ет чет­ко­го боль­шин­ства в под­держ­ку про­дле­ния сво­е­го прав­ле­ния, а сре­ди рос­си­ян моло­же 40 боль­шин­ство про­тив этого.

Поэто­му Кремль и реа­ги­ру­ет на санк­ции столь болез­нен­но — попут­но доста­лось и Фон­ду борь­бы с кор­руп­ци­ей, кото­рый про­ку­ра­ту­ра потре­бо­ва­ла при­знать «экс­тре­мист­ским» бук­валь­но в те же мину­ты, как было объ­яв­ле­но о фак­ти­че­ской высыл­ке аме­ри­кан­ско­го посла. Не сомне­ва­юсь, что эти дей­ствия увя­за­ны меж­ду собой, пара­но­и­ки в Крем­ле и Сов­бе­зе дей­ству­ют в сво­ей логи­ке «оппо­зи­ция — это аген­ты вли­я­ния США».

В общем, «Искан­де­ры» боль­ше не сме­ют­ся, запу­щен новый раунд санк­ци­он­но­го дав­ле­ния, кото­рый горя­чо под­дер­жан широ­ки­ми поли­ти­че­ски­ми кру­га­ми в раз­ви­тых стра­нах. Ско­ро его под­хва­тит и Евро­па, будут и новые меры со сто­ро­ны США. Не жди­те какой-то быст­рой и одно­мо­мент­ной «царь-бом­бы» типа отклю­че­ния от SWIFT — ско­рее будет посте­пен­ное нара­щи­ва­ние обо­ро­тов. Путин это пони­ма­ет луч­ше, чем ком­мен­та­то­ры, рас­суж­да­ю­щие про «незна­чи­мость» новых санк­ций. Отсю­да исте­ри­че­ская реак­ция и жела­ние «пока­зать в ответ силу». Но силы нерав­ны — в мире это пони­ма­ют. Новый виток меж­ду­на­род­ной изо­ля­ции, без­услов­но, осла­бит путин­ские пози­ции в Рос­сии и в мире. И это хорошо

Владимир Милов ( политик, экономист, общественный деятель)

Источ­ник: https://theins.ru/

архивные статьи по теме

Эмомали Рахмон увидел конкурента?

Акорда еще не наигралась с гайками?

Почему в КР низкое доверие к власти