14 C
Астана
19 мая, 2024
Image default

Похищение “КазМунайГаза”

Тран­зит­ный пери­од в Казах­стане про­хо­дит не толь­ко в деко­ра­ци­ях пуб­лич­ной поли­ти­ки, но и в реаль­ном биз­не­се.  Речь идет о мас­штаб­ной при­ва­ти­за­ции «команд­ных высот» наци­о­наль­ной эко­но­ми­ки, ори­ен­ти­ро­ван­ных на экс­порт сырье­вых ресур­сов. «Пра­виль­ный» под­бор инве­сто­ров, как пока­зал рос­сий­ский опыт, гаран­ти­ру­ет иму­ще­ствен­ные инте­ре­сы семьи, как мини­мум, на деся­ти­ле­тие. Наци­о­наль­ные инте­ре­сы при таком под­бо­ре могут и «подви­нуть­ся».

О том, что бри­тан­ская кор­по­ра­ция Shell полу­чи­ла от казах­стан­ской наци­о­наль­ной ком­па­нии “Каз­Му­най­Га­за” пред­ло­же­ние о покуп­ке доли в капи­та­ле и его рас­смат­ри­ва­ет, сооб­щил (со ссыл­кой на Bloomberg) казах­стан­ский финан­сист, веду­щий свой блог в Facebook.

Вопрос, для кого эта сдел­ка была бы полез­ной, повис в воз­ду­хе. Мы реши­ли разо­брать­ся в ситу­а­ции, кото­рая на повер­ку ока­за­лась весь­ма слож­ной и запутанной.

«Жем­чу­жи­на» в «Ракуш­ке»

О пред­ло­же­нии Shell купить часть КМГ ста­ло извест­но почти одно­вре­мен­но    с инфор­ма­ци­ей о том, что Shell может уси­лить свои пози­ции в глав­ном казах­стан­ском неф­тя­ном про­ек­те – Кашаганском.

Это уси­ле­ние про­изой­дет после того, как в состав про­ек­та будет вклю­чен блок место­рож­де­ний «Жем­чу­жи­на», кото­рые так­же рас­по­ло­же­ны на Кас­пий­ском шель­фе – по сосед­ству с Каша­га­ном.  Кон­троль­ный пакет в “Жем­чу­жине” при­над­ле­жит Shell.

Оба бло­ка раз­ра­ба­ты­ва­ют­ся по совре­мен­ной вер­сии «кон­цес­си­он­ной моде­ли».   14 декаб­ря 2005 года Мини­стер­ство энер­ге­ти­ки и мине­раль­ных ресур­сов РК под­пи­са­ло согла­ше­ние о раз­де­ле про­дук­ции (СРП) с меж­ду­на­род­ным кон­сор­ци­у­мом. В его состав вошли три участ­ни­ка –  “ Shell EP Offshore Ventures Ltd”, АО МНК “Каз­Му­най­Те­низ” (100% дочер­няя ком­па­ния КМГ) и Oman Pearls Company Ltd.  А спу­стя год (8 янва­ря 2007 года) в юрис­дик­ции Нидер­лан­дов была заре­ги­стри­ро­ва­на ком­па­ния-опе­ра­тор про­ек­та Caspi Meruerty Operating Company B.V. Но если доля Shell в кон­сор­ци­у­ме был 55% (25% у“КазМунайТениз”, 20% – у Оман­ской ком­па­нии), то в капи­та­ле опе­ра­то­ра доли бри­тан­ской и казах­стан­ской сто­ро­ны были раз­де­ле­ны поров­ну – по 40%. Тем не менее, раз­де­ле­ние долей в опе­ра­ци­он­ной ком­па­нии обыч­но не афи­ши­ру­ет­ся и про­ект “Жем­чу­жи­ны” счи­та­ет­ся «шел­лов­ским», тем более что с тех­но­ло­ги­че­ской точ­ки зре­ния он таков и есть.

По усло­ви­ям согла­ше­ния 2005 года кон­сор­ци­ум полу­чил пра­во на раз­вед­ку неф­ти на кон­тракт­ной тер­ри­то­рии «Жем­чу­жи­ны» в тече­ние шести лет (с 2005 года по  2011 год). В 2011 году это пра­во было про­дле­но на два года (до 14 декаб­ря 2013 года), и затем оно про­дле­ва­лось еще два раза – до 14 декаб­ря 2015 года и до 14 декаб­ря 2017 года.

В кон­це 2017 года вме­сто пред­став­ле­ния ито­гов раз­вед­ки (или оче­ред­но­го про­дле­ния) из интер­не­та про­па­да­ет сайт  кон­сор­ци­у­ма http://www.cmoc.kz. Послед­няя прав­ка на нем дати­ро­ва­на 16 нояб­ря 2017 года. Что кон­крет­но там исправ­ля­лось, уста­но­вить не уда­ет­ся: кто-то очень тща­тель­но и про­фес­си­о­наль­но вычи­стил все мате­ри­а­лы сай­та кон­сор­ци­у­ма из интер­нет-архи­ва. На память оста­лась лишь стра­нич­ка на сай­те груп­пы Shell.

«Исчез­но­ве­ние» опе­ра­ци­он­ной ком­па­нии ста­но­вит­ся более понят­ным после того, как ста­ло извест­но о пере­да­че “Жем­чу­жи­ны” в состав Кашагана.

Фор­маль­ным осно­ва­ни­ем для это­го реше­ния ста­ло сосед­ство место­рож­де­ния Хазар (вхо­дит в состав «Жем­чу­жи­ны») с мор­ской частью   Калам­ка­са – место­рож­де­ния, вхо­дя­ще­го в зону СРП Каша­га­на. У ком­па­нии North Caspian Operating Co. (NCOC) – опе­ра­то­ра Каша­га­на есть пра­ва на раз­ра­бот­ку трех сосед­них с «боль­шим Каша­га­ном» место­рож­де­ний – Кай­ра­на, Акто­ты и Калам­ка­са (мор­ской части). Но ком­мер­че­ский инте­рес пред­став­ля­ет лишь Каламкас. 

«Ракуш­ка» в Кашагане

То, что с тех­ни­че­ской точ­ки зре­ния выгля­дит вполне логич­ным, угро­жа­ет раз­ру­шить хруп­кий баланс инте­ре­сов участ­ни­ков Каша­га­на, сло­жив­ший­ся после мно­го­чис­лен­ных пере­ста­но­вок и кон­флик­тов. Сей­час в про­ек­те семь участ­ни­ков, чет­ве­ро из кото­рых пред­став­ля­ют инте­ре­сы веду­щих запад­ных част­ных неф­тя­ных кон­цер­нов (или биз­нес групп, кото­рые сто­ят за ними). Это Shell Kazakhstan Development B.V., Total E&P Kazakhstan, Agip Caspian Sea B.V., а так­же ExxonMobil Kazakhstan Inc.  Каж­дый пред­ста­ви­тель из этой чет­вер­ки обла­да­ет «выве­рен­ной до сотой» долей в капи­та­ле проекта.

Любое уси­ле­ние «ракуш­ки» может при­ве­сти к серьез­но­му кон­флик­ту и вряд ли рас­смат­ри­ва­ет­ся все­рьез авто­ра­ми зате­ян­ной интри­ги. Настоль­ко же мало­ве­ро­ят­но, что Shell после всех этих лет поис­ков захо­тел бы про­сто «вый­ти в кэш», пере­дав “Хазар” в состав Кашагана.

Самый про­стой вари­ант – «подви­нуть» инте­ре­сы КМГ. Это мож­но сде­лать, сни­зив  долю в самом про­ек­те (гос­ком­па­нии при­над­ле­жит самая боль­шая доля в СРП).  Либо купив долю в КМГ.

В реаль­но­сти может быть реа­ли­зо­ва­на ком­би­ни­ро­ван­ная стра­те­гия захва­та. Но в любом слу­чае опе­ра­тив­ные воз­мож­но­сти дав­ле­ния на КМГ сей­час огром­ны из-за недав­не­го аре­ста акций ком­па­нии KMG Kashagan B.V.- дочер­ней струк­ту­ры “Каз­Му­най­Га­за”. Напом­ним, что аре­сто­ва­на эта доля по реше­нию арбит­ра­жа по иску мол­дав­ских инве­сто­ров Стати.

Читай­те подроб­нее про иск Ста­ти к Казах­ста­ну в ста­тьях О деле Ста­ти и гря­ду­щей ката­стро­фе, Про замо­роз­ку акти­вов Нац­фон­да и Акор­да рис­ку­ет Каша­га­ном  и про пере­пи­тии с Каша­га­ном в ста­тьях Гран­ди­оз­ный рас­пил Каша­га­на, Ни Кувей­та, ни Вене­су­эл­лы из Казах­ста­на не вышло, Каша­ган в игре.

Зачем «ракуш­ке» Кашаган?

Поми­мо «про­стых» неф­тя­ных инте­ре­сов у Shell есть куда более серьез­ные зада­чи в Кашагане.

Поми­мо двух СРП – «Жем­чу­жи­ны» (КМОК) и «Каша­га­на» (НКОК), ком­па­нии при­над­ле­жит 5.75% в Кас­пий­ском тру­бо­про­вод­ном кон­сор­ци­у­ме (КТК).  И, что осо­бен­но важ­но, лишь 1,75% – непо­сред­ствен­но через свою дочер­нюю ком­па­нию (Oryx Caspian Pipeline LLC). А еще 3,75%  ком­па­ния кон­тро­ли­ру­ет через сов­мест­ное пред­при­я­тие с весь­ма крас­но­ре­чи­вым назва­ни­ем Rosneft-Shell Caspian Ventures Limited.

Напом­ним, что КТК  это вла­де­лец и опе­ра­тор неф­те­про­во­да «Тен­гиз – Ново­рос­сийск», кото­рый соеди­ня­ет место­рож­де­ния запа­да Казах­ста­на с рос­сий­ским побе­ре­жьем Чёр­но­го моря, отку­да нефть тан­ке­ра­ми экс­пор­ти­ру­ет­ся в Европу.

КТК это, конеч­но же, не про­стое ком­мер­че­ское пред­при­я­тие. Изна­чаль­но неф­те­про­вод был постро­ен с целью выве­сти кас­пий­скую нефть из систе­мы совет­ских (рос­сий­ских) тру­бо­про­во­дов, что уда­лось, несмот­ря на то, что тер­ри­то­ри­аль­но он про­хо­дит по рос­сий­ской зем­ле.  Более того, его зна­че­ние не огра­ни­чи­ва­лось изна­чаль­ной целью – про­кач­кой неф­ти с место­рож­де­ния Тен­гиз до пор­та Ново­рос­сийск.  Пред­по­ла­га­лось, что он будет исполь­зо­вать­ся и для «боль­шой неф­ти» Каша­га­на. Имен­но поэто­му гово­ри­лось о том, что изна­чаль­ная про­пуск­ная спо­соб­ность тру­бы –  28 млн тонн в год  – будет наращиваться.

Это пред­по­ло­же­ние с само­го нача­ла при­об­ре­ло гео­по­ли­ти­че­ский харак­тер, суть кото­ро­го сво­дит­ся к тому, «кто будет кон­тро­ли­ро­вать тари­фы на про­кач­ку кас­пий­ской неф­ти в КТК». Исто­ри­че­ский опыт пока­зы­ва­ет, что кон­троль над тари­фа­ми обес­пе­чи­ва­ет кон­троль за ценами.

Сей­час это может зву­чать как исто­ри­че­ский курьез, но  Shell  состо­я­лась как неф­тя­ная ком­па­ния бла­го­да­ря…  кас­пий­ской неф­ти. Осно­ва­тель ком­па­нии, бри­тан­ский подан­ный Мар­кус Саму­ил тор­го­вал в Лон­доне шка­тул­ка­ми с ракуш­ка­ми (назва­ние ком­па­нии и ее кор­по­ра­тив­ный брэнд – дань этой исто­рии), кото­рые при­во­зил из стран Юго-Восточ­ной Азии.

Семья Саму­и­лов мог­ла и даль­ше оста­вать­ся лавоч­ни­ка­ми и тор­го­вать без­де­луш­ка­ми. Но (бук­валь­но как в анек­до­те) ей уда­лось подру­жить­ся с бри­тан­ски­ми Рот­шиль­да­ми, кото­рые пред­ло­жи­ли «немно­го потор­го­вать еще и нефтью». Это про­изо­шло не в Лон­доне, а в Бату­ми, где Рот­шиль­ды смог­ли «отжать» себе выгод­ную кон­цес­сию на построй­ку желез­ной доро­ги от Баку к Бату­ми, кото­рую они выку­пи­ли у разо­рив­ших­ся ини­ци­а­то­ров этой идеи. Саму­ил согла­сил­ся и ско­ро боч­ки с бакин­ским осве­ти­тель­ным керо­си­ном (основ­ной про­дукт неф­те­пе­ре­ра­бот­ки, вос­тре­бо­ван­ный на тогдаш­нем миро­вом рын­ке) ока­за­лись в стра­нах Юго-Восточ­ной Азии – глав­ном тор­го­вом парт­не­ре импор­те­ре раку­шек. В конеч­ном ито­ге бри­тан­ские Рот­шиль­ды про­да­ли свой биз­нес Shell, и сде­ла­ли это очень вовре­мя – в раз­гар пер­вой миро­вой вой­ны и нака­нуне рево­лю­ции. А уже через пару лет Shell столк­нул­ся с боль­ше­ви­ка­ми и вынуж­ден был рас­стать­ся со сво­им рос­сий­ским биз­не­сом. Надол­го. Но, как выяс­ни­лось, не навсегда.

Заме­тим, что в Салым­ском про­ек­те Shell ока­зал­ся с помо­щью Шал­вы Чиги­рин­ско­го, чело­ве­ка, кото­рый так­же начи­нал свою биз­нес-карье­ру с тор­гов­ли «без­де­луш­ка­ми» (обыч­но упо­ми­на­ют рус­ские ико­ны, кото­рые выво­зи­лись на Запад из СССР) и был бес­ко­неч­но далек от неф­тя­но­го биз­не­са (он и сей­час очень далек от него, сра­жа­ясь в США с обви­не­ни­я­ми в совра­ще­нии несо­вер­шен­но­лет­ней девушки).

Кас­пий­ский опыт Shell сто­лет­ней дав­но­сти отлич­но про­де­мон­стри­ро­вал глав­ную акси­о­му сырье­во­го рын­ка – послед­нее сло­во на нем име­ет не вла­де­лец сырья, а его тран­зи­тер. Одно­вре­мен­но с Shell на «транс­порт­ной волне» под­нял­ся глав­ный кон­ку­рент «ракуш­ки» – аме­ри­кан­ский трест Рок­фел­ле­ра, кото­ро­му так­же уда­лось «нала­дить» (то есть моно­по­ли­зи­ро­вать) транс­порт­ную схе­му. Тогда осно­ва­те­лю аме­ри­кан­ско­го неф­тя­но­го биз­не­са «уда­лось» дого­во­рить­ся с желез­но­до­рож­ни­ка­ми о пред­став­ле­нии серьез­ных ски­док его ком­па­ни­ям (фор­маль­но они даже не были свя­зан­ны­ми кор­по­ра­ци­я­ми), кото­рые пре­вра­ти­ли биз­нес его кол­лег по добы­че и пере­ра­бот­ке в пустую тра­ту вре­ме­ни и денег. Часть ски­док потом, как счи­та­ет­ся, воз­вра­ща­лась назад транс­порт­ным ком­па­ни­ям, но обанк­ро­чен­ным кон­ку­рен­там это не помогло.

Судя по все­му, согла­сие участ­ни­ков про­ек­та было достиг­ну­то. Об этом гово­рит рост поста­вок неф­ти по КТК.  По ито­гам 2017 года их объ­е­мы достиг­ли отмет­ки 55,1 млн тонн, что на 24,4% боль­ше по срав­не­нию с 2016 годом (44,3 млн тонн) и в два раза боль­ше изна­чаль­ной мощ­но­сти. Таким обра­зом, до запла­ни­ро­ван­ной отмет­ки в 67 млн тонн в год оста­лось не так много.

В насто­я­щее вре­мя КТК — это основ­ной марш­рут для экс­пор­та казах­стан­ской неф­ти.  Вопрос в том, какой марш­рут будет основ­ным во вре­ме­ни буду­щем.  Глав­ный кон­ку­рент КТК –  неф­те­про­вод Баку-Тби­ли­си-Джей­хан, кото­рый вме­сте с мор­ской достав­кой заду­мы­вал­ся как аль­тер­на­ти­ва рос­сий­ской тру­бе (путь даже не вхо­дя­щей в систе­му Транс­неф­ти). Пред­по­ла­га­ет­ся, что объ­ем добы­чи неф­ти на Каша­гане достиг­нет в 2018 году 11 млн тонн, и это толь­ко начало.

Суще­ству­ет несколь­ко сце­на­ри­ев достав­ки неф­ти с Каша­га­на, но пока неиз­вест­но, в какой мере они будут исполь­зо­ва­ны. Понят­но лишь, что у Shell есть оче­вид­ный кон­фликт интересов.

Сце­на­рии транс­пор­ти­ров­ки Каша­ган­ской нефти

По мор­ско­му неф­те­про­во­ду нефть с Каша­га­на будет достав­лять­ся в Ескине. После она может рас­хо­дить­ся по сле­ду­ю­щим направлениям:

Уча­стие в КТК поз­во­ля­ет «ракуш­ке» кон­тро­ли­ро­вать и добы­чу, и транс­пор­ти­ров­ку неф­ти. Тем более что глав­ный аль­тер­на­тив­ный марш­рут для КТК – БТД, кон­тро­ли­ру­ет кон­церн BP – исто­ри­че­ский кон­ку­рент Shell.  Создан­ная бри­тан­ской ари­сто­кра­ти­ей госу­дар­ствен­ная British Petroleum долж­на была про­ти­во­сто­ять «без­род­ным тор­гов­цам ракуш­ка­ми» и обес­пе­чить бес­пе­ре­бой­ное снаб­же­ние мазу­том бри­тан­ско­го фло­та.  Имен­но BP пер­вой из круп­ных кор­по­ра­ций позна­ко­ми­лась с мате­ри­а­ла­ми пер­вой неф­те­раз­вед­ки на место­рож­де­ни­ях буду­ще­го Каша­га­на, но затем ей при­шлось поки­нуть проект.

Кро­ме того, что инте­ре­сы Рос­сии и Shell объ­ек­тив­но сов­па­да­ют по кон­крет­но­му про­ек­ту, меж­ду ком­па­ни­ей и стра­ной суще­ству­ет куда боль­шая связь. Ком­па­ния реа­ли­зу­ет два круп­ней­ших про­ек­та по добы­че полез­ных иско­па­е­мых в Рос­сии.  Один из них, «Сахалин‑2», по соб­ствен­но­му при­зна­нию пред­ста­ви­те­лей Shell, явля­ет­ся круп­ней­шим в мире ком­плекс­ным про­ек­том раз­ра­бот­ки неф­те­га­зо­вых место­рож­де­ний, а так­же  одним из самых слож­ных в инже­нер­ном отно­ше­нии из когда-либо осу­ществ­ляв­ших­ся про­ек­тов. Вто­рой – раз­ра­бот­ка Салым­ской груп­пы место­рож­де­ний.  На сай­те ком­па­нии она име­ну­ет­ся «круп­ней­шим инве­сти­ци­он­ным про­ек­том по раз­ра­бот­ке неф­тя­ных место­рож­де­ний на суше Рос­сии с уча­сти­ем ино­стран­ной компании».

На пути к сво­им успе­хам Shell про­шлось пере­жить мно­же­ство серьез­ных испы­та­ний, в резуль­та­те чего глав­ным парт­не­ром ком­па­нии в Рос­сии ста­ла «груп­па Газ­про­ма» (Газ­пром – на шель­фе Саха­ли­на, а Газ­пром­нефть – на Салы­ме). Не будет боль­шим пре­уве­ли­че­ни­ем ска­зать, что судь­бу этих про­ек­тов  в конеч­ном ито­ге будет опре­де­лять систе­ма отно­ше­ний Shell с упо­мя­ну­той группой

Что это все означает?

Мы не обла­да­ем пока инсай­дом по раз­ви­тию ситу­а­ции в отно­ше­ни­ях Shell с Казах­ста­ном. Более того, мы можем сме­ло пред­по­ло­жить, что в такой слож­ной ситу­а­ции любой инсайд может на самом деле ока­зать­ся попыт­кой мани­пу­ля­ции. Но сово­куп­ность уже извест­ных фак­тов поз­во­ля­ет сде­лать вывод о том, что Shell хочет не про­сто участ­во­вать в капи­та­ле КМГ, но ищет вари­ан­ты уста­нов­ле­ния кон­тро­ля за кон­крет­ны­ми про­ек­та­ми, кото­рые дадут в конеч­ном ито­ге воз­мож­ность стра­те­ги­че­ско­го уча­стия в систе­му управ­ле­ния казах­стан­ским ТЭКом. Так­же на деся­ти­ле­тия вперед.



Ори­ги­нал ста­тьи: The expert communication channel of Central Asia region Kazakhstan 2.0

архивные статьи по теме

Таинственный Мистер Мирчев

Editor

Расследования убитой мальтийской журналистки ведут в Китай

Editor

Обиделся на правду и требует сатисфакции

Editor