13 C
Астана
25 мая, 2022
Image default

«Дело Козлова»: сенсация от Ешманова

Пред­ла­га­ем вни­ма­нию чита­те­лей первую часть пол­но­го репор­та­жа с пят­нич­но­го засе­да­ния суда в Актау по делу Вла­ди­ми­ра Коз­ло­ва, Сери­ка Сапар­га­ли и Акжа­на­та Ами­но­ва. Мы уже рас­ска­зы­ва­ли о неко­то­рых акцен­тах это­го дня, но в этом мате­ри­а­ле наши соб­ко­ры поста­ра­лись изло­жить про­ис­хо­дя­щее в деталях. 

 

Автор: Алла ЗЛОБИНА

 

Начал­ся судеб­ный про­цесс в пят­ни­цу с опро­са зна­ко­вых фигур — тех, от кого по дол­гу служ­бы реаль­но зави­се­ло раз­ре­ше­ние тру­до­вых спо­ров неф­тя­ни­ков. Весь день суд опра­ши­вал быв­ше­го дирек­то­ра «Озен­му­най­га­за» Ешма­но­ва, вице-мини­стра тру­да Нурым­бе­то­ва и быв­ше­го пер­во­го заме­сти­те­ля аки­ма обла­сти Айт­ку­ло­ва. (Послед­не­го сви­де­те­ля вве­ли в зал в наруч­ни­ках — он нахо­дит­ся в ожи­да­нии суда, но пока непо­нят­но, где имен­но будет про­хо­дить его судеб­ный процесс.)

Тези­сы жана­о­зен­ских руко­во­ди­те­лей были созвуч­ны: в Жана­о­зен­ской тра­ге­дии вино­ва­ты поли­ти­ки, обще­ствен­ные дея­те­ли и неза­ви­си­мые СМИ. Но в про­цес­се опро­са в эмо­ци­ях Ешма­нов вдруг при­знал­ся: в день празд­но­ва­ния 20-летия Неза­ви­си­мо­сти Казах­ста­на руко­вод­ство обла­сти пла­ни­ро­ва­ло «отбить» алан у неф­тя­ни­ков с помо­щью… 200 полицейских.

Пока­за­ния этих сви­де­те­лей все, кто при­сут­ство­вал в суде, слу­ша­ли очень вни­ма­тель­но. Толь­ко Ешма­нов гово­рил не с лист­ка, осталь­ные чита­ли или шпар­гал­ки, или заго­тов­лен­ный текст. Пере­вод­чи­ки пута­лись в пере­во­де: на экра­нах мони­то­ров их ком­пью­те­ров были выве­де­ны пока­за­ния сви­де­те­лей из мате­ри­а­лов уго­лов­но­го дела, поэто­му то, что они пере­во­ди­ли, не все­гда сов­па­да­ло с тем, что реаль­но гово­ри­ли свидетели.

«Сами не зна­ют, чего хотят?!»

Выступ­ле­ние быв­ше­го дирек­то­ра АО «Озен­му­най­газ» Кийк­бая Ешма­но­ва дли­лось аж пять часов. В про­цес­се это­го опро­са стал как-то выри­со­вы­вать­ся сце­на­рий суда: при­сут­ство­вав­шим и, глав­ное, прес­се и бло­ге­рам, долж­ны были пока­зать офи­ци­аль­ную вер­сию тита­ни­че­ских уси­лий вла­сти по реше­нию тру­до­вых спо­ров неф­тя­ни­ков. Поэто­му речь сви­де­те­ля изоби­ло­ва­ла долж­но­стя­ми высо­ких руко­во­ди­те­лей и назва­ни­я­ми комис­сий, кото­рые вре­ме­на­ми засе­да­ли, что­бы поту­шить очаг рабо­че­го конфликта.

- Если рас­ска­зы­вать все, это зай­мет мно­го вре­ме­ни, — пре­ду­пре­дил Кийк­бай Ешманов.

- Гово­ри­те все, что извест­но с нача­ла заба­сто­воч­но­го дви­же­ния — с 2008 года, — раз­ре­шил судья Мырзабеков.

В 2008 году Кийк­бай Ешма­нов зани­мал долж­ность началь­ни­ка одно­го из под­раз­де­ле­ний АО «Озен­му­най­газ». Пер­вая заба­стов­ка нача­лась на пред­при­я­тии УОС‑5 (напом­ним, на тер­ри­то­рии это­го пред­при­я­тия в 2011 году рабо­чие сто­я­ли до лета, пока их не выну­ди­ли занять дру­гую тер­ри­то­рию — цен­траль­ную пло­щадь Жана­о­зе­на, где 16 декаб­ря 2012 года и про­изо­шли кро­ва­вые события).

Рабо­чие тре­бо­ва­ли, что­бы УОС‑5 не пере­да­ва­ли в част­ные руки, повы­сить зар­пла­ту, осво­бо­дить от долж­но­стей руко­во­ди­те­лей фили­а­ла КМГ. Заба­стов­ка дли­лась пять меся­цев. После при­ез­да пер­вых руко­во­ди­те­лей КМГ спор­ные вопро­сы, по сло­вам Ешма­но­ва, были раз­ре­ше­ны, и руко­во­дя­щие долж­но­сти под­раз­де­ле­ний ком­па­нии заня­ли дру­гие люди.

- Тогда у Акжа­на­та Ами­но­ва воз­рос авто­ри­тет сре­ди неф­тя­ни­ков, — неожи­дан­но пере­шел к оцен­ке роли одно­го из под­су­ди­мых Ешма­нов. — Уве­ли­чи­лось чис­ло еди­но­мыш­лен­ни­ков. Они назна­чи­ли Ами­но­ва руко­во­дить соци­аль­ной служ­бой УОС‑5. 2009 год был спо­кой­ным. В сен­тяб­ре 2009 года в авгу­сте не был выпол­нен план по добы­че неф­ти. Не были выпла­че­ны пре­ми­аль­ные в тече­ние двух меся­цев. Ами­нов и дру­гие лиде­ры объ­яви­ли голо­дов­ку. Они тре­бо­ва­ли, что­бы при­ня­ли на рабо­ту детей неф­тя­ни­ков, и осво­бо­дить от долж­но­сти дирек­то­ра пред­при­я­тия (неф­тя­ни­ки тогда заяв­ля­ли: они рабо­та­ют по 40 часов в неде­лю и в «невы­пол­не­ние» пла­на по добы­че не верят — авт.). С КМГ при­ле­тел Ибра­шев, озна­ко­мил­ся с тре­бо­ва­ни­я­ми. Пре­ми­аль­ные выпла­ти­ли, дирек­то­ра пред­при­я­тия осво­бо­ди­ли и раз­ре­ши­ли по кон­кур­су взять на рабо­ту 100 чело­век. Потом все ути­хо­ми­ри­лось. Вновь назна­чен­ный дирек­тор пред­при­я­тия Бисе­ке­нов пред­при­нял меры для устра­не­ния нару­ше­ний тру­до­вой дисциплины.

- Он не счи­тал­ся с рабо­чи­ми, как это было при преж­нем руко­во­ди­те­ле, и не стал раз­го­ва­ри­вать с Ами­но­вым и его коман­дой, — про­дол­жал Ешма­нов. — После чего Ами­нов и его еди­но­мыш­лен­ни­ки ста­ли нега­тив­но настра­и­вать­ся. В то вре­мя были вне­се­ны изме­не­ния в Тру­до­вой кодекс РК, и они при­ня­ли это во вни­ма­ние — вве­де­ние отрас­ле­во­го коэф­фи­ци­ен­та 1,8. Ста­ли рас­про­стра­нять­ся слу­хи, что дирек­тор при­ни­ма­ет меры для умень­ше­ния зар­пла­ты. 1 апре­ля долж­ны были вой­ти новые систе­мы опла­ты, и рабо­чим были высла­ны уве­дом­ле­ния: если они отка­жут­ся от новой систе­мы опла­ты, то будут уво­ле­ны. Бисе­ке­нов заме­нил руко­во­ди­те­лей при­мер­но шести под­раз­де­ле­ний пред­при­я­тия. 1 мар­та рабо­чие при­оста­но­ви­ли рабо­ту пред­при­я­тия на час, на дру­гой день — на 3 часа и с 3 мар­та пол­но­стью. На рабо­ту не вышли 6 тысяч неф­тя­ни­ков. Это про­дол­жа­лось до 18 марта.

Ешма­нов сооб­щил суду: неф­тя­ни­ки тре­бо­ва­ли уво­лить назна­чен­ных руко­во­ди­те­лей, при­нять на рабо­ту их детей, в рас­че­те зар­плат при­ме­нять отрас­ле­вые и реги­о­наль­ный коэф­фи­ци­ен­ты 1,8 и 1,7, не допу­стить пере­хо­да на новую опла­ту тру­да, выпла­тить зар­пла­ту за дни заба­стов­ки и пре­кра­тить гоне­ния нефтяников.

- 11 чело­век встре­ти­лись за сто­лом пере­го­во­ров для реше­ния дан­ной про­бле­мы. 18 вече­ром нача­лась рабо­та комис­сии, и она про­дол­жа­лась да четы­рех утра, — рас­ска­зы­вал Кийк­бай Ешма­нов. — На авто­стан­ции рабо­чие жда­ли изве­стий. Бисе­ке­нов был уво­лен, рабо­чим пред­ло­жи­ли создать новое ТОО. Неф­тя­ни­ки были про­тив ТОО. Все уве­дом­ле­ния были воз­вра­ще­ны обрат­но. Был состав­лен двух­сто­рон­ний про­то­кол, где ска­за­но, что будет опла­чи­вать­ся отрас­ле­вой коэф­фи­ци­ент 1,8, а так­же отсут­ству­ю­щий в Тру­до­вом кодек­се коэф­фи­ци­ент 1,7. Он был в кодек­се СССР, теперь был вне­сен в тру­до­вой кол­лек­тив­ный дого­вор и дол­жен был дей­ство­вать в тече­ние пяти лет. В то вре­мя КМГ руко­во­дил Мирош­ни­ков, и он обе­щал при­ни­мать на рабо­ту людей, свое­вре­мен­но решать вопро­сы. Про­ку­ро­ру горо­да Мара­ту Тай­жа­ну было реко­мен­до­ва­но оста­но­вить гоне­ния и не при­ни­мать ника­ких мер. Все рас­пи­са­лись и при­шли к согла­сию. К утру заба­стов­ка была пре­кра­ще­на, и 22 мар­та на пло­ща­ди отме­ча­ли Наурыз: каж­дый празд­но­вал свою победу.

Затем сви­де­тель Ешма­нов сно­ва вер­нул­ся к лич­но­сти и роли Акжа­на­та Ами­но­ва в заба­сто­воч­ном дви­же­нии. «Авто­ри­тет неф­тя­ни­ка не падал», — испод­воль под­чер­ки­вал он: мол, на ска­мье под­су­ди­мых неф­тя­ник ока­зал­ся не зря.

- Как-то он и его сто­рон­ни­ки попро­си­ли меня при­е­хать на свя­щен­ное место Кара­ман-ата. Это осо­бен­ное место. Кто на этом свя­том месте про­из­не­сет ложь, тот будет нести ответ­ствен­ность перед Алла­хом. Там я им ска­зал, что все будет решать­ся в рам­ках зако­но­да­тель­ства, что буду помо­гать в реше­нии про­блем и пре­кра­ще­нии соци­аль­ной роз­ни. После это­го все успо­ко­и­лось, но сре­ди наро­да пошел слух, что я, яко­бы боясь Ами­но­ва, ска­зал эти слова.

Затем вновь нача­лась заба­стов­ка, на кото­рую вышли 2 тыся­чи рабо­чих. 18 сен­тяб­ря в Жана­о­зене празд­но­ва­ли 260-летие Бекет-ата.

- Когда шла под­го­тов­ка к меро­при­я­тию, УОС‑5 пре­кра­ти­ло рабо­ту. Рабо­чие ска­за­ли: вы хоти­те нас про­дать китай­цам, вы про­да­е­те им КМГ, вы нас уни­что­жи­те. Тогда мы при­шли к согла­сию. Но аре­сто­ва­ли одно­го из рабо­чих, Каша­но­ва Тал­га­та, по подо­зре­нию в хра­не­нии нар­ко­ти­ков. На заба­стов­ку вышли рабо­чие УОС‑2 и УОС‑5. Они счи­та­ли, что это заказ­ное дело. В аки­ма­те во гла­ве с Айт­ку­ло­вым созда­ли штаб. С помо­щью Кушер­ба­е­ва мы реши­ли при­ме­нить санк­цию в отно­ше­нии Каша­но­ва — домаш­ний арест…

Заба­сто­воч­ную хро­ни­ку Ешма­нов закон­чил фра­зой: «Я для чего так подроб­но все рас­ска­зы­ваю. Что­бы вы поня­ли: они (неф­тя­ни­ки) сами не зна­ют, чего хотят…»

Меша­ли чинов­ни­кам СМИ и Аминов

Затем сви­де­тель пере­шел, судя по все­му, к глав­ной части сво­ей речи. Из пока­за­ний Ешма­но­ва явство­ва­ло: все тита­ни­че­ские уси­лия чинов­ни­ков по раз­ре­ше­нию тру­до­во­го спо­ра сво­дил на нет не толь­ко лидер рабо­чих Акжа­нат Ами­нов и «его сто­рон­ни­ки». (К сло­ву, на «суде 37 неф­тя­ни­ков» эта роль отда­ва­лась пре­иму­ще­ствен­но Тал­га­ту Сак­та­га­но­ву. Впро­чем, то, что суды, рас­сле­ду­ю­щие жана­о­зен­скую тра­ге­дию, по выдви­га­е­мым вер­си­ям все вре­мя про­ти­во­ре­чат друг дру­гу, кажет­ся, уже ни у кого не вызы­ва­ет удив­ле­ния.) Еще меша­ли чинов­ни­кам СМИ.

- Всем извест­ные теле­ка­на­лы «К‑плюс» и «Стан ТВ» тоже нега­тив­но повли­я­ли, пото­му что жана­о­зен­цы с «Хаба­ра» и «Казах­ста­на» пере­шли на «К‑плюс», — так объ­яс­нил сви­де­тель при­чи­ну дли­тель­ных про­те­стов рабо­чих Жанаозена.

Когда после бес­пре­це­дент­но затя­нув­шей­ся заба­стов­ки к рабо­чим ста­ли при­ез­жать поли­ти­ки, «их встре­ча­ли с боль­шим почте­ни­ем», что, по мне­нию Ешма­но­ва, тоже явля­лось чьим-то тай­ным умыслом.

- После это­го раз­лич­ные дея­те­ли пар­тий «Алга», «Азат», при­сут­ству­ю­щий здесь Аби­лов и сам Коз­лов при­ез­жа­ли на УОС‑5. Им каза­лось: явил­ся их спа­си­тель, — рас­ска­зы­вал Кийк­бай Ешма­нов. — Те люди, кото­рые под­дер­жи­ва­ли их, ока­за­лось, были их дру­зья­ми. После это­го никто не стал слу­шать наших акти­ви­стов и акса­ка­лов, и все нача­ли смот­реть канал «К‑плюс». И у них был девиз: «До конца…»

- Поэто­му раз­жечь соц­рознь не соста­ви­ло ника­ко­го тру­да, — резю­ми­ро­вал сви­де­тель и доба­вил: тут еще при­е­хал ирлан­дец Пол Мер­фи из Европарламента.

- Он был в моем каби­не­те и про­сил все разъ­яс­нить. Мы все разъ­яс­ни­ли. Но где это вида­но, что­бы ирлан­дец решал про­бле­мы каза­ха, а казах — про­бле­мы ирланд­ца?! — воз­му­щал­ся Кийк­бай Ешма­нов. — Он все рав­но под­дер­жал басто­вав­ших и сде­лал вид, что ниче­го не понял. Сло­вом, вышел на пло­щадь и мораль­но их под­дер­жал: под­нял им дух и уехал.

Затем, по вер­сии Ешма­но­ва, неф­тя­ни­ки реши­ли под­нять весь Жана­о­зен, потре­бо­вав повы­ше­ние зар­пла­ты и работ­ни­кам бюд­жет­ной сфе­ры. Пре­ступ­ное вли­я­ние при­ез­жав­ших под­дер­жать рабо­чих поли­ти­ков и обще­ствен­ных дея­те­лей, по мне­нию сви­де­те­ля, заклю­ча­лось в том, что в дни встреч коли­че­ство людей на алане уве­ли­чи­ва­лось до 3 тысяч человек.

Ешма­нов пытал­ся убе­дить суд (и, види­мо, всех при­сут­ство­вав­ших в зале): он делал все воз­мож­ное для раз­ре­ше­ния тру­до­вых спо­ров. В под­твер­жде­ние это­му он вдруг рас­ска­зал о теле­фон­ном звон­ке пер­во­го заме­сти­те­ля быв­ше­го аки­ма обла­сти Айт­ку­ло­ва. Этот сюжет прак­ти­че­ски свел на нет все его преды­ду­щие утвер­жде­ния о деструк­тив­ном вли­я­нии тех, кто при­ез­жал под­дер­жать нефтяников.

Из пере­ска­зан­но­го им теле­фон­но­го раз­го­во­ра полу­ча­лось: мест­ные чинов­ни­ки пла­ни­ро­ва­ли 16 декаб­ря спро­во­ци­ро­вать неф­тя­ни­ков, толь­ко вот зна­ли об этом не все.

- 15 декаб­ря по ука­за­нию аки­ма­та я дол­жен был поста­вить юрты в цен­тре пло­ща­ди: десять юрт «Озен­му­най­га­за», — рас­ска­зал Кийк­бай Ешма­нов. — Я не мог понять: рань­ше юрты ста­ви­ли по обе сто­ро­ны сце­ны, теперь в цен­тре. Мои замы объ­яс­ни­ли: отдел внут­рен­ней поли­ти­ки аки­ма­та дал такое ука­за­ние. Мы зна­ли о пре­тен­зи­ях неф­тя­ни­ков по пово­ду уста­нов­ле­ния юрт. Кто будет решать еще и эту про­бле­му? Я вышел на аки­ма и про­сил не ста­вить юрты. Мне при­нес­ли листов­ку — не пом­ню, какой пар­тии. Я опа­сал­ся беды. Мне позво­нил Айт­ку­лов и ска­зал: «Кийк­бай, ты чего бес­по­ко­ишь­ся? Это оче­ред­ные слу­хи. У нас есть 200 поли­цей­ских, мы долж­ны «отбить» пло­щадь». Это предот­вра­тить было невоз­мож­но, и юрты были выстав­ле­ны с гаран­ти­ей акимата…

Оша­ра­шив при­сут­ство­вав­ших в зале сво­им рас­ска­зом, Кийк­бай Ишма­нов вновь вер­нул­ся к роли под­су­ди­мых в нере­ше­нии тру­до­во­го спо­ра рабочих:

- Я хочу ска­зать, эти заба­стов­ки под руко­вод­ством Ами­но­ва носи­ли ран­ний харак­тер. Мы долж­ны задать­ся вопро­сом: поче­му про­дол­жа­лось все это и кто сто­ял за их спи­на­ми (неф­тя­ни­ков)? Их тре­бо­ва­ния были неза­кон­ны, есть судеб­ное реше­ние. Все это нача­ла Соко­ло­ва, и она при­зна­лась в этом, а оппо­зи­ци­он­ные пар­тии нега­тив­но настра­и­ва­ли рабо­чих и непра­виль­но направ­ля­ли народ.

Вопро­сы на засып­ку: кто что делал

В сво­их вопро­сах про­ку­ро­ры сде­ла­ли акцент на лиде­рах заба­сто­вок: «Кто орга­ни­зо­вы­вал заба­стов­ки?» — «Жак Ами­нов и его сто­рон­ни­ки», — отве­тил Ешманов.

На экра­нах мони­то­ров появи­лись безы­мян­ные листовки.

- Эти листов­ки? — спро­си­ли прокуроры.

- Эти, — отве­тил свидетель.

- Если заба­стов­ки были неза­кон­ны­ми, поче­му вы тогда выпол­ня­ли их тре­бо­ва­ния? — задал вопрос адво­кат Досболов.

- Думаю, спро­сить нуж­но у преж­них руко­во­ди­те­лей, кото­рые шли им на уступки.

- У вас есть кон­крет­ные фак­ты, дока­за­тель­ства, что Ами­нов орга­ни­за­тор этих заба­сто­вок, кро­ме ваших впечатлений?

- Это извест­ное обсто­я­тель­ство. В доме Ами­но­ва соби­ра­лись его сто­рон­ни­ки, и все гово­ри­ли: «Ами­нов ска­зал это, Ами­нов ска­зал то».

- Спа­си­бо сви­де­те­лю, — встал со ска­мьи под­су­ди­мых Вла­ди­мир Коз­лов.- Вы хотя бы не назва­ли нас экс­тре­ми­ста­ми. Сей­час нас так назы­ва­ют… Вы ска­за­ли: неф­тя­ни­ки смот­рят «К‑плюс», а не «Хабар». Не свя­зы­ва­е­те ли вы это обсто­я­тель­ство с тем, что «К‑плюс» инте­ре­со­вал­ся про­бле­ма­ми неф­тя­ни­ков, а госу­дар­ствен­ные теле­ка­на­лы — нет и толь­ко поль­зо­ва­лись пресс-рели­за­ми прокуратуры?

- Не согла­шусь с вами. С «Хаба­ра» и «Казах­ста­на» при­ез­жа­ли несколь­ко раз и сни­ма­ли наши встре­чи и пока­зы­ва­ли все. Они при­зы­ва­ли к миру и спо­кой­ствию, — отве­тил Ешманов.

- Что имен­но под­стре­ка­тель­но­го было в моих дей­стви­ях, в моих сло­вах? — спро­сил подсудимый.

- Если бы после ваше­го при­ез­да все разо­шлись бы, я ска­зал бы: не под­стре­ка­ли. Но заба­стов­ка при­ня­ла еще более актив­ный оборот…

- Сколь­ко раз я приезжал?

- Я знаю толь­ко об одном вашем приезде.

- Мой при­езд явля­ет­ся подстрекательством?

- Я не гово­рю, что ваш при­езд под­стре­ка­тель­ство, но то, что вы под­дер­жи­ва­ли рабо­чих, — зна­чит, вы подстрекали…

Коз­лов про­ци­ти­ро­вал мате­ри­а­лы дела, кото­рые лежа­ли перед ним: «Здесь на каж­дой стра­ни­це у вас раз­ные пока­за­ния. На одной — одни, через несколь­ко стра­ниц — дру­гие. В одном слу­чае вы гово­ри­те, что при­чи­ны види­те в том, что на пло­щадь выхо­ди­ли из-за Соко­ло­вой, потом — что мас­ла в огонь под­ли­ва­ли мы. Как все-таки дело было?

- Ами­нов был осуж­ден услов­но, а Соко­ло­ва к реаль­но­му сро­ку. Из-за это­го неф­тя­ни­ки вышли. В Алма­ты, в Рос­сии уве­ли­чи­лось чис­ло их сто­рон­ни­ков, — отве­тил Ешманов.

- Пар­ти­я­ми Рос­сии я не руко­во­жу, — заме­тил Коз­лов и задал сле­ду­ю­щий вопрос: — Вы под­твер­жда­е­те пока­за­ния на стра­ни­це 101‑й, что была груп­па людей, кото­рые, цити­рую, «спо­кой­но под­жи­га­ли офис и сжи­га­ли жест­кие дис­ки ком­пью­те­ров». О чем это, поясните?

- Я ука­зал, что это не явля­ет­ся делом рук каких-то 30-ти чело­век. Это было повсе­мест­но, и какая-то груп­па зани­ма­лась сня­ти­ем жест­ких дисков.

- Я так понял, этим сле­до­ва­те­ли не заинтересовались…

- Вопрос снят, — после про­те­ста про­ку­ро­ров объ­явил судья.

- Сар­бо­пе­ев и Айт­ку­лов заста­ви­ли поста­вить юрты на пло­ща­ди. По ваше­му мне­нию, это было попыт­кой провокации?

- Не счи­таю, что это было так. У меня пря­мой харак­тер, и я отка­зал­ся ста­вить 10 юрт в цен­тре, и зво­нок был отве­том на мою реак­цию. Если бы они орга­ни­зо­ва­ли это, то в тече­ние шести часов не лежа­ли бы на кры­ше гора­ки­ма­та. (К сло­ву, одна из жен­щин-неф­тя­ни­ков, кото­рая нахо­ди­лась 16 декаб­ря рядом с аки­ма­том — она будет высту­пать в суде в каче­стве сви­де­те­ля, — заяви­ла жур­на­ли­стам, что виде­ла, как днем, после рас­стре­ла людей, поли­цей­ские эва­ку­и­ро­ва­ли из аки­ма­та и Сар­бо­пе­е­ва, и Айт­ку­ло­ва. Они не пря­та­лись в зда­нии до вече­ра, как утвер­жда­ли. Види­мо, в про­цес­се суда мы еще узна­ем подроб­но­сти и этой исто­рии — авт.)

- Поче­му вы дума­е­те, что листов­ку, кото­рую тут пока­за­ли, рас­про­стра­ни­ла наша партия?

- Пото­му что содер­жа­ние тек­ста не под­хо­дит к мест­но­му мен­та­ли­те­ту, и потом эти тек­сты были напе­ча­та­ны в газе­тах Алма­ты. Такие слу­хи шли.

- Вы гово­ри­те: моло­дежь, кото­рая бега­ла в капю­шо­нах, мест­ная. Поче­му ни один из них не сел на ска­мью под­су­ди­мых по 241 ста­тье? Поче­му их не уста­но­ви­ли, если они местные?

- Вы не были здесь. Мно­гие были при­вле­че­ны и амнистированы.

На самом деле неф­тя­ни­ки, кото­рые были осуж­де­ны, не ходи­ли по пло­ща­ди в капю­шо­нах. Дока­за­тельств на «суд 37-ми» это­му пред­став­ле­но не было. Но вопрос остал­ся без допол­ни­тель­ных пояснений.

- Были с вашей сто­ро­ны ошиб­ки или вы счи­та­е­те: вся вина лежит на людях? — спро­сил под­су­ди­мый Серик Сапаргали.

- Не счи­таю себя белее сне­га, но если были упу­ще­ния и если была вина, то пусть Жак сам ска­жет мне это в лицо. 15 чело­век на пло­ща­ди напрас­но погибли…

- Я счи­таю, люди, кото­рые лежа­ли на пло­ща­ди, у них не было выхо­да, — про­дол­жил Сапар­га­ли. — Вы гово­ри­те: казах­ский народ очень довер­чив. Если это так, то вам долж­но было быть лег­ко в управ­ле­нии ими, а зна­чит, в реше­нии спора.

- Вопрос снят, — про­ку­ро­ры вновь вынес­ли про­тест, и судья их поддержал.

- Жана­о­зен­цы гово­ри­ли: те, кто бегал в капю­шо­нах, — это дети-сиро­ты, при­ве­зен­ные из дру­гих горо­дов. Что вы может ска­зать об этом? — спро­сил Сапаргали.

- Это необос­но­ван­но. В Жана­о­зене живет око­ло 120 тысяч чело­век, и это ска­за­ла одна жен­щи­на. Вы вери­те в это. Это вызы­ва­ет у меня смех. Не думаю, что вы такой чело­век… Ее сло­ва юри­ди­че­ски не подкреплены…

Опрос сви­де­те­ля Кийк­бая Еша­ма­но­ва про­дол­жил­ся во вто­рой поло­вине дня.

Адво­ка­ты высту­пи­ли с хода­тай­ством: вто­рич­но вызвать сви­де­те­ля в суд, что­бы про­ве­сти очную став­ку с пер­вым замом аки­ма обла­сти Айт­ку­ло­вым. Нуж­но было все-таки выяс­нить, что имел в виду послед­ний, гово­ря, что «им» нуж­но «отбить» алан, для чего уже под­го­то­ви­ли аж 200 полицейских…

Про­дол­же­ние репор­та­жа следует

ОТ РЕДАКЦИИ. Напо­ми­на­ем, сле­дить за ходом про­цес­са мож­но по ссыл­ке http://twitter.com/respublika_kaz. Основ­ную инфор­ма­цию с допро­сов сви­де­те­лей, выступ­ле­ний адво­ка­тов и под­су­ди­мых мож­но полу­чать в режи­ме реаль­но­го вре­ме­ни. Сле­ди­те за нами: @respublika_kaz и хеш­те­га­ми #kozlov #aktausud. Твит-транс­ля­цию ведет на сво­ей стра­ни­це и «Алга» — @algaparty.

Taken from:
«Дело Коз­ло­ва»: сен­са­ция от Ешманова

архивные статьи по теме

Как «поздравляли» Токаева, походы в Акорду и штрафы за пикеты

Editor

«Цифровая» революция в Гонконге. Роль онлайн-инструментов в массовых протестах 2019 г.

Editor

Ходоки к Медведеву и народное ополчение