19 C
Астана
22 апреля, 2024
Image default

Дело Козлова: нефтяники не хотели оговорить подсудимых

Во втор­ник, 28 авгу­ста, на оче­ред­ном засе­да­нии по «делу Коз­ло­ва» в Актау суд начал­ся с опро­са сви­де­те­лей-неф­тя­ни­ков. Эти рабо­чие про­хо­ди­ли по уго­лов­но­му делу сна­ча­ла в каче­стве фигу­ран­тов, а затем были отпу­ще­ны на сво­бо­ду «в свя­зи с дея­тель­ным рас­ка­я­ньем» по 65 ста­тье УПК. Пока­за­ния дава­лись сви­де­те­лям с тру­дом — люди пыта­лись сохра­нить лицо. 

 

Автор: Алла ЗЛОБИНА

 

Засе­да­ние нача­лось с опро­са сви­де­те­ля обви­не­ния Мак­си­ма Бисем­ба­е­ва, пред­се­да­те­ля проф­со­ю­за ПФ «Озен­му­най­газ». Про­ку­ро­ры, как и преж­де, наста­и­ва­ли на подроб­ном рас­ска­зе об исто­рии жана­о­зен­ских заба­сто­вок. Сви­де­тель прось­бу выпол­нил, уточ­нив:  после того, как был оштра­фо­ван за под­держ­ку голо­да­ю­щих неф­тя­ни­ков, в заба­стов­ках он не участвовал.

Проф­со­юз остал­ся в стороне

- Мы пошли на встре­чу с голо­да­ю­щи­ми, — сооб­щил Бисем­ба­ев. — Там был заме­сти­тель началь­ни­ка ГУВД — он вел разъ­яс­ни­тель­ную рабо­ту. Когда бра­ли объ­яс­ни­тель­ные у тех, кто голо­дал, при­шли неиз­вест­ные муж­чи­на и жен­щи­на. Я спро­сил, кто они такие. Он отве­тил мне, что­бы я не вме­ши­вал­ся, ина­че поеду с ними. Меня забра­ли в управ­ле­ние внут­рен­них дел. Там озна­ко­ми­ли с шестью тре­бо­ва­ни­я­ми заба­стов­щи­ков. Я ниче­го из этих тре­бо­ва­ний не понял. Меня про­дер­жа­ли до обе­да и отпу­сти­ли. Потом ко мне домой при­нес­ли повест­ку из про­ку­ра­ту­ры. Там дали какие-то бума­ги разъ­яс­ни­тель­но­го харак­те­ра, где я рас­пи­сал­ся. Про­дер­жа­ли до обе­да и потом забра­ли в адми­ни­стра­тив­ный суд. Там по ста­тье 173 при­ме­ни­ли взыс­ка­ние в виде штра­фа в раз­ме­ре 20 МРП. На сле­ду­ю­щий день я опла­тил штраф и боль­ше не при­ни­мал уча­стие в забастовках.

- Кто орга­ни­зо­вы­вал до это­го заба­стов­ки? — про­дол­жи­ли опрос прокуроры.

- В 2008 году, из-за упразд­не­ния наше­го под­раз­де­ле­ния, пред­ло­же­ние посту­пи­ло от Акжа­на­та Ами­но­ва: «Что если мы вый­дем на забастовку?».

- На эти собра­ния при­ез­жа­ли люди извне? Кто они были и о чем говорили?

- Они нача­ли при­ез­жать в 2011 году. Я про­сто слы­шал об этом — про Була­та Аби­ло­ва, Бола­та Ата­ба­е­ва и Мамая. Я их не видел и с ними не знаком.

- В каче­стве пред­се­да­те­ля проф­со­ю­за вы долж­ны были участ­во­вать в этих собра­ни­ях или нет? — к опро­су пере­шли защит­ни­ки подсудимых.

- С нашей сто­ро­ны (руко­во­ди­те­лей ОМГ, пред­ста­ви­те­лей аки­ма­та и при­ми­ри­тель­ной комис­сии) были пред­ло­же­ния — открыть клуб, куда мож­но при­хо­дить и дис­ку­ти­ро­вать, что­бы туда при­ез­жа­ли пред­ста­ви­те­ли  вла­сти и СМИ. Но это пред­ло­же­ние так и оста­лось толь­ко на словах.

- Вы долж­ным обра­зом выпол­ня­ли свои обя­зан­но­сти, что­бы не допус­кать заба­сто­вок, реша­ли про­ти­во­ре­чия меж­ду рабо­то­да­те­лем и рабочими?

- С нашей сто­ро­ны были пись­ма в адрес руко­вод­ства КМГ.

- После того как вас при­влек­ли к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти, это озна­ча­ло:  вы отка­зы­ва­лись выпол­нять свои обязанности?

- Заба­стов­ка была при­зна­на неза­кон­ной, а я не имею пра­ва нару­шать зако­но­да­тель­ство, — отве­тил свидетель.

Под­су­ди­мый Серик Сапар­га­ли поин­те­ре­со­вал­ся у Бисем­ба­е­ва, давал ли он сове­ты, как посту­пить нефтяникам.

- Я знал, что объ­яви­ли заба­стов­ку, но это пра­во каждого.

Каких либо сво­их выво­дов о при­чи­нах и след­стви­ях заба­сто­вок сви­де­тель выска­зы­вать не стал. Вопро­сов к нему не было, и судья Мыр­за­бек­тов при­гла­сил сле­ду­ю­ще­го сви­де­те­ля сто­ро­ны обви­не­ния — рабо­че­го АО «Бур­гы­лау» Естая Кара­ша­е­ва, одно­го из актив­ных участ­ни­ков забастовок.

Естай на Коз­ло­ва не указал

Опрос  Естая Кара­ша­е­ва, начал­ся с той же прось­бы про­ку­ро­ров о подроб­ном изло­же­нии хро­но­ло­гии заба­сто­вок с акцен­та­ми на ее организаторах.

- Сре­ди орга­ни­за­то­ров тех заба­сто­вок могу назвать Ами­но­ва, — отве­чая на вто­рой вопрос, сви­де­тель пони­зил голос почти до шепо­та. — Перед этим при­ез­жа­ла Соко­ло­ва… Думаю, заба­стов­ка нача­лась после того, как неф­тя­ни­ки нача­ли гово­рить, что их зар­пла­ты  долж­ны быть выше. Все нача­лось из-за этого.

На экране появи­лось обра­ще­ние Мух­та­ра Абля­зо­ва к нефтяникам.

- В 2011 году по чье­му ука­за­нию рабо­чим раз­да­ва­ли листов­ки? — сто­ро­на обви­не­ния поче­му-то упор­но назы­ва­ла откры­тое обра­ще­ние биз­не­сме­на листовками.

- Не могу ска­зать конкретно…

- Неф­тя­ни­кам ока­зы­ва­ли мате­ри­аль­ную помощь со стороны?

- В интер­не­те была инфор­ма­ция: откры­ты сче­та, куда посту­па­ли сред­ства в помощь басту­ю­щим. На мое имя тоже был открыт счет. Жур­на­лист газе­ты «Сво­бо­да сло­ва» гово­рил, что­бы мы откры­ли счет, и тогда опуб­ли­ку­ют обра­ще­ние к наро­ду о помо­щи. На этот счет посту­пи­ло все­го око­ло 30 тысяч тен­ге. Я по тыся­че раз­дал рабо­чим. Слы­шал, что Ами­ро­ва раз­да­ла людям, но их не смог­ли исполь­зо­вать: забра­ли  полицейские.

- Зна­е­те людей, кото­рые созда­ва­ли види­мость забо­ты о рабо­чих, настра­и­вая их про­тив вла­сти? Кому они под­чи­ня­лись? — вопро­сы про­ку­ро­ров ста­ли носить утвер­ди­тель­ный харак­тер. Но судья вопрос не снял.

- Туда при­ез­жа­ли мно­гие, в том чис­ле из пар­ла­мен­та. Они гово­ри­ли: помо­жем, помо­жем, но так и не помог­ли, — тако­го отве­та про­ку­ро­ры, види­мо, не ожи­да­ли, и реши­ли задать вопрос по-дру­го­му: — Кон­крет­но был чело­век, кото­рый про­во­ци­ро­вал, под­стре­кал про­тив вла­сти рабочих?

- При­ез­жа­ли мно­гие, гово­ри­ли: вы пра­вы, мы вас поддерживаем…

- Вы зна­е­те под­су­ди­мо­го Коз­ло­ва? При каких обсто­я­тель­ствах вы познакомились?

- В 2010 году я при­хо­дил в офис «Алги». Мы пого­во­ри­ли и обме­ня­лись друг с дру­гом теле­фон­ны­ми номе­ра­ми. В том же году, в сен­тяб­ре Коз­лов мне позво­нил, и мы встре­ти­лись в Актау. Он спра­ши­вал: есть люди, кото­рые могут поехать на рефе­рен­дум? Я отве­тил: навер­ное, есть. Он мне дал 230 тысяч тен­ге на транс­порт­ные рас­хо­ды. Вече­ром я вер­нул­ся в Жана­о­зен, взял теле­фон и часть денег и пошел на встре­чу с ребя­та­ми. На ули­це меня изби­ли, я поте­рял созна­ние, а когда очнул­ся — ни денег, не сото­во­го теле­фо­на в кар­мане не было.

Кто избил неф­тя­ни­ка и поче­му это слу­чи­лось сра­зу после встре­чи с Вла­ди­ми­ром Коз­ло­вым, про­ку­ро­ры уточ­нять не ста­ли, и зада­ли сле­ду­ю­щий вопрос:

- Все заба­сто­воч­ные вопро­сы преж­де реша­лись. Поче­му в 2011 году она (заба­стов­ка) про­дол­жа­лась так долго?

- Не знаю, в чем причина.

- А в чем при­чи­на собы­тий 16 декаб­ря? Поче­му заба­стов­ка при­ве­ла к тако­му исхо­ду? — явно натал­ки­ва­ли на соот­вет­ству­ю­щий ответ прокуроры.

- Я не знаю…

На суде с памя­тью проблемы

Нако­нец, к опро­су пре­сту­пи­ли адвокаты.

- Вы помни­те содер­жа­ние обра­ще­ния, кото­рое под­пи­са­но Абля­зо­вым? — спро­сил адво­кат Алек­сей Плугов.

- Запом­ни­лось, что в тек­сте была фами­лия зна­ко­мая — там было тре­бо­ва­ние осво­бо­дить Жака Ами­но­ва. Это было летом.

- Когда оно появи­лось, люди соби­ра­лись, что­бы обсу­дить содер­жа­ние этих листовок?

- Нет, не видел.

- Мы про­ана­ли­зи­ро­ва­ли ваши пока­за­ния, кото­рые вы дава­ли ранее и после при­ме­не­ния 65 ста­тьи. Вы дали абсо­лют­но оди­на­ко­вые пока­за­ния. Раз­ре­ши­те про­ци­ти­ро­вать? Про­кол от 12 мая и про­то­кол от 12 июня…

Плу­гов зачи­тал: «В декаб­ре Сак­та­га­нов выехал в Аста­ну, что­бы встре­тить­ся  с пре­зи­ден­том. Все его жда­ли, но когда он вер­нул­ся, то ска­зал: к пре­зи­ден­ту на при­ем не попал. Неф­тя­ни­ки поня­ли: их про­бле­мы никто решать не будет. Это при­ве­ло к собы­ти­ям 16 декабря».

- Вы под­твер­жда­е­те эти пока­за­ния, дан­ные на пред­ва­ри­тель­ном след­ствии? — спро­сил адвокат.

- Да.

Адво­кат Вене­ра Сар­сем­би­на поин­те­ре­со­ва­лась: «Так какие ваши пока­за­ния взять за осно­ву?» и напом­ни­ла: «В ходе пред­ва­ри­тель­но­го след­ствия вы ска­за­ли: жур­на­ли­сты «Рес­пуб­ли­ки», «Стан ТВ» поли­ти­зи­ро­ва­ли забастовку…».

- Не помню…

- Судя по вашим пока­за­ни­ям, на неф­тя­ни­ков силь­но повли­я­ли обра­ще­ния к ним. Уточ­ни­те, что имен­но повли­я­ло? — спро­сил Вла­ди­мир Козлов.

- Листов­ка, где отра­же­но, что неф­тя­ни­ки полу­ча­ют 600—700 тысяч тенге.

- Из одних ваших пока­за­ний сле­ду­ет: обра­ще­ние Мух­та­ра Абля­зо­ва при­хо­ди­ли в адрес Ами­ро­вой один раз — в сен­тяб­ре 20011 года. Поз­же вы гово­ри­те, что она их полу­ча­ла уже с сен­тяб­ря по декабрь. Чем-то вы може­те это подтвердить?

- Не пом­ню, не могу сказать…

- Вы под­твер­жда­е­те ваши сло­ва: «Если будет боль­ше под­держ­ки, ситу­а­ция раз­ре­шит­ся»? Они есть в мате­ри­а­лах дела.

- Сей­час мно­гие вещи не пом­ню и не пом­ню, в каком смыс­ле я гово­рил, — повто­рял один и тот же ответ сви­де­тель Карашаев.

- Вы под­твер­жда­е­те, что в то вре­мя были источ­ни­ком инфор­ма­ции для СМИ? В деле есть ваши сло­ва о том, что даже извест­ный аме­ри­кан­ский певец Стинг вас под­дер­жал, а мест­ные арти­сты молчат.

К сло­ву заме­тим, во вре­мя семи­ме­сяч­ной заба­стов­ки неф­тя­ни­ков не толь­ко жур­на­ли­сты инте­ре­со­ва­лись заба­сто­воч­ным дви­же­ни­ем в Жана­о­зене, но и сами рабо­чие иска­ли встре­чи с пред­ста­ви­те­ля­ми СМИ, сооб­щая, как про­дви­га­ет­ся реше­ние тру­до­во­го спора.

- Да, тогда мы про­чи­та­ли ста­тью, что Стинг под­дер­жал неф­тя­ни­ков, — все-таки при­знал Естай Карашаев.

- Вы пока­за­ли, что неф­тя­ни­ки отпра­ви­ли Тал­га­та Сак­та­га­но­ва в ОБСЕ, что они вери­ли: после его выступ­ле­ния их вер­нут на рабо­чие места. Вы помни­те, кто им дал такую надеж­ду? — спро­сил Вла­ди­мир Козлов.

- Это собы­тие име­ло место, но кто дал надеж­ду, не знаю, — опять впал в забыв­чи­вость свидетель.

- Вы гово­ри­ли: Ами­ро­ва коор­ди­ни­ро­ва­ла работу…

- Я хотел ска­зать: она раз­го­ва­ри­ва­ла с неф­тя­ни­ка­ми, они гово­ри­ли о сво­их проблемах.

- А фра­зу «коор­ди­ни­ро­ва­ла рабо­ту шта­ба» вы сами про­из­нес­ли или фор­му­ли­ров­ку вам под­ска­зал следователь?

- Не пом­ню, — не стал отри­цать Естай.

- В томе 9, на стра­ни­це 31 есть ваши сло­ва о том, что про­бле­му неф­тя­ни­ков может решить толь­ко пре­зи­дент. Если  бы пре­зи­дент стра­ны при­е­хал в Жана­о­зен не после, а до тра­ги­че­ских собы­тий, это бы изме­ни­ло ситуацию?

Ответ одно­го из актив­ных участ­ни­ков заба­сто­вок мог бы про­яс­нить его пози­цию, но вопрос тут же отклонили.

- В 9‑м томе в допро­се от 1 июня вы назы­ва­е­те Сапар­га­ли, Ата­ба­е­ва, Мамая,  Ами­ро­ву «абля­зов­ски­ми людь­ми», — про­дол­жил Вла­ди­мир Коз­лов. — Отку­да вы вяли этот тер­мин и чем може­те дока­зать пра­во­моч­ность при­ме­не­ния тако­го тер­ми­на к этим людям?

- Не помню.

- Вы назы­ва­ли этих людей «абля­зов­ски­ми»? Да или нет?

- Не могу вспомнить…

- На сви­де­те­ля ока­зы­ва­ет­ся дав­ле­ние! — вме­ша­лись в блиц-опрос прокуроры.

- Да, не ока­зы­вай­те дав­ле­ние на сви­де­те­ля, — под­дер­жал до это­го вни­ма­тель­но слу­шав­ший диа­лог судья Мырзабеков.

- Неф­тя­ни­ки гово­ри­ли: 16 декаб­ря что-то про­изой­дет, к чему они не име­ют отно­ше­ния. Об этом они сооб­щи­ли в аки­мат. Это тоже из ваших пока­за­ний. Подтверждаете?

- Да.

- Аки­мат полу­чил пре­ду­пре­жде­ние, но поче­му все-таки слу­чи­лась эта трагедия?

Опять встал про­ку­рор: «Вопрос к делу отно­ше­ния не име­ет!». Судья под­дер­жал обви­ни­те­лей — вопрос сняли.

Сви­де­тель уточ­нил неко­то­рые дета­ли и был отпу­щен из зала суда.

К неф­тя­ни­кам при­ез­жал совет­ник елбасы?!

В зал при­гла­си­ли сле­ду­ю­ще­го сви­де­те­ля — акти­вист­ку заба­сто­воч­но­го дви­же­ния неф­тя­ни­ков, опе­ра­то­ра ОМГ Ната­лью Ажи­га­ли­е­ву. Она рас­ска­за­ла суду, как и по каким при­чи­нам зарож­да­лись жана­о­зен­ские заба­стов­ки, как рабо­чие иска­ли юри­стов и эко­но­ми­стов для реше­ния про­из­вод­ствен­ных вопро­сов, как она позна­ко­ми­лась с юри­стом Соко­ло­вой, как неф­тя­ни­ки встре­ча­лись с пред­ста­ви­те­ля­ми гос­струк­тур, кто при­ез­жал к ним на пло­щадь и поче­му она реши­ла вый­ти на голодовку.

- Мы не полу­ча­ли отве­тов на свои вопро­сы, и я ста­ла гото­вить свои тре­бо­ва­ния по опла­те тру­да, — ска­за­ла Ната­лья Ажи­га­ли­е­ва. — Голо­дов­ку хоте­ла про­ве­сти перед пред­при­я­ти­ем УОС‑5.

Рас­ска­зав о кон­флик­те с проф­со­юз­ни­ком Айну­ром Кур­ма­но­вым, сви­де­тель заяви­ла, что ее исполь­зо­ва­ли, пред­ста­вив лиде­ром заба­сто­воч­но­го движения.

- К нам при­ез­жа­ли Аби­лов, Коз­лов, Уткин, Ата­ба­ев, Мамай. С ними я не раз­го­ва­ри­ва­ла. Когда при­ез­жал Коз­лов, он спра­ши­вал, поче­му мы голо­да­ем. Я ска­за­ла: у нас тру­до­вой спор из-за опла­ты тру­да. Потом было мно­го собы­тий. Во вре­мя это­го я на себя выли­ла бен­зин и попа­ла в боль­ни­цу с отрав­ле­ни­ем бен­зи­ном. В боль­ни­це была око­ло двух дней. Потом меня укра­ли отту­да род­ствен­ни­ки и рабо­чие — вывез­ли в част­ный недо­стро­ен­ный дом за горо­дом. Там я нахо­ди­лась почти дот кон­ца июня. Когда при­е­хал депу­тат Евро­пар­ла­мен­та Пол Мер­фи, я попро­си­ла отвез­ти меня на алан. Раз­го­ва­ри­ва­ла с ним. Он рас­спра­ши­вал о наших тру­до­вых отно­ше­ни­ях, поче­му заба­стов­ка нача­лась. Я попро­си­ла мате­ри­аль­ной помо­щи для рабо­чих: мы басто­ва­ли чет­вер­тый месяц, и в семьях не было денег на еду. Пол Мер­фи ска­зал: «Поста­ра­ем­ся помочь». В октяб­ре при­ез­жа­ли Аби­лов и Алдам­жа­ров. В аки­ма­те при содей­ствии Аби­ло­ва про­ве­ли собра­ние.  Там был и Сар­бо­пе­ев, и Ешма­нов, и про­ку­рор Тай­жан. Мы поста­ви­ли вопрос о вос­ста­нов­ле­нии рабо­чих на те места, с кото­рых их уво­ли­ли. На что Ешма­нов отве­тил: не смо­жет нас при­нять назад, мы нару­ши­ли закон, а на наши места уже при­ня­ты дру­гие люди.

Ната­лья Ажи­га­ли­е­ва рас­ска­за­ла, как на алан при­во­зи­ли газе­ты, как слы­ша­ла о листов­ках, но не виде­ла их, как рабо­чие пода­ва­ли заяв­ле­ние о выхо­де из пар­тии «Нур Отан» и о вступ­ле­нии в ряды «Халык Майданы».

- Потом на алан при­во­зи­ли видео­за­пись из тюрь­мы, — про­дол­жа­ла Ажи­га­ли­е­ва. — Это был чело­век по име­ни Рус­лан, а на запи­си был Ами­нов. Он гово­рил о сво­ей ситу­а­ции на казах­ском язы­ке. Я пло­хо пони­ма­ла, что он гово­рит. Эту запись мы вос­при­ня­ли как про­во­ка­цию: этот Рус­лан пред­ста­вил­ся… совет­ни­ком пре­зи­ден­та страны.

Нуж­ное обви­не­нию произнесено

Закон­чив свой рас­сказ, сви­де­тель сде­ла­ла пау­зу. Когда через пару секунд она нача­ла гово­рить, ее голос дро­жал. Было оче­вид­но: сло­ва ей дают­ся с трудом.

- Я хочу ска­зать: декабрь­ская тра­ге­дия — это итог того, что наш тру­до­вой спор… поли­ти­зи­ро­ва­ли. Нашим поло­же­ни­ем про­сто при­кры­ва­лись. Я, напри­мер, все это до сих пор тяже­ло пере­жи­ваю. Учи­ты­вая все это, чув­ствую и при­ни­маю свою вину за все произошедшее…

Было боль­но смот­реть на жен­щи­ну, кото­рая столь­ко уси­лий и здо­ро­вья при­ло­жи­ла к реше­нию тру­до­вых спо­ров неф­тя­ни­ков. И еще воз­ни­ка­ло отчет­ли­вое ощу­ще­ние: текст это­го заяв­ле­ния был зара­нее подготовлен.

-… Пото­му что все рав­но были жерт­вы, есть уби­тые, есть осуж­ден­ные люди, — про­дол­жа­ла Ажи­га­ли­е­ва, и было непо­нят­но, верит она соб­ствен­ным сло­вам или нет. —  Все это итог того, что нас исполь­зо­ва­ли. Пото­му что вся инфор­ма­ция, кото­рая исхо­ди­ла про нас или от нас, все это пре­под­но­си­лось одно­бо­ко. Все это про­изо­шло пото­му, что нам гово­ри­ли: «Вы пра­вы!», пото­му что обна­де­жи­ва­ли нас. Откры­ли сче­та, но все это были копей­ки. День­ги дели­ли сре­ди рабо­чих по 5 тысяч, пото­му что поло­же­ние было труд­ным… Было все, что угод­но, но толь­ко не реше­ние наших тре­бо­ва­ний… Мы уста­ли от тако­го положения…

Нико­му и нигде, кажет­ся, не при­хо­ди­ло рань­ше в голо­ву, что помощь (не важ­но — кому и какая) мож­но поста­вить в вину и соору­дить из нее фун­да­мент для обви­не­ния. А логи­ка неф­тя­ни­ков, кото­рые, посме­ем пред­по­ло­жить, про­из­но­си­ли в суде гото­вые фор­му­ли­ров­ки, была тоже на удив­ле­ние про­ста и неза­тей­ли­ва: под­дер­жа­ли, зна­чит, дали надеж­ду, поэто­му, мол, и стояли.

Понят­но, что эта иудо­ва схе­ма при­ду­ма­на не самим рабо­чи­ми, а теми, кто в СИЗО вел с ними дол­гие бесе­ды, тор­гу­ясь их же сво­бо­дой. Воз­мож­но,  они пред­по­ла­га­ли: заяв­ле­ния «65‑х сви­де­те­лей» вызо­вет взрыв него­до­ва­ния у СМИ, кото­рые на про­тя­же­нии почти года сто­я­ли за неф­тя­ни­ков сте­ной, давая им воз­мож­ность доне­сти свои чая­ния до вла­сти и обще­ства. Ну, чем не соци­аль­ная рознь?

…Судья пре­рвал сви­де­те­ля и объ­явил пере­рыв. Про­дол­же­ние репор­та­жа читай­те на пор­та­ле позже.

Read this article:
«Дело Коз­ло­ва»: неф­тя­ни­ки не хоте­ли ого­во­рить подсудимых

архивные статьи по теме

«Босс» во главе «преступного синдиката». Путин и Россия в мемуарах Обамы

Editor

«Правило 61»

Акорда возвращает Казахстан в 37‑й год?