18 C
Астана
30 мая, 2024
Image default

А потом возьмутся за атеистов?

Про­чи­тал у казах­стан­ских наци­о­нал-пат­ри­о­тов: «Одна стра­на — одна рели­гия». Это из их кон­цеп­ции. Так они жела­ют покон­чить с мно­го­бо­жи­ем в Казах­стане. Мне, про­жжен­но­му ате­и­сту, каза­лось бы, долж­но быть поров­ну: опи­ум для наро­да — он что из раз­ных сосу­дов, что из одно­го обще­го – все одно опи­ум. Но что-то мне под­ска­зы­ва­ет, что, покон­чив с мно­го­бо­жи­ем, нац­па­ты могут взять­ся и за атеистов.

 

Автор: Сер­гей ДУВАНОВ

Сам прин­цип при­ве­де­ния всех к обще­му зна­ме­на­те­лю по опре­де­ле­нию исклю­ча­ет чужих. А чужи­ми здесь будут все, кто не впи­сы­ва­ет­ся в кон­цеп­ту­аль­ную нор­му «одна стра­на — одна религия».

Сво­и­ми тре­во­га­ми решил поде­лить­ся со сво­им зна­ко­мым, всю жизнь дока­зы­ва­ю­щим, что истин­ная вера каза­хов — тен­гри­ан­ство. Кон­цеп­цию он не читал, поэто­му при­шлось ему ее пере­слать для озна­ком­ле­ния. Через минут два­дцать  перезвонил.

Начал с мата, эмо­ци­о­наль­но, с упо­ром на умствен­ные спо­соб­но­сти авто­ров кон­цеп­ции. Затем эмо­ции сме­ни­лись аргу­мен­та­ци­ей. «Что делать поло­вине насе­ле­ния, — гово­рил он, — кото­рые верят дру­гим богам? Или не верят вооб­ще? Или испо­ве­ду­ют «непра­виль­ный ислам»? Если наци­о­на­ли­сты зав­тра при­дут к вла­сти, пол­стра­ны ока­жет­ся перед выбо­ром: либо сроч­но обра­щать­ся в «пра­виль­ный» ислам, либо уез­жать из стра­ны, либо ухо­дить в под­по­лье и бороть­ся с этим мракобесием».

Ни то, ни дру­гое, ни тре­тье меня не устра­и­ва­ло, поэто­му я спро­сил: а нель­зя ли как-то обой­тись без все­го это­го? «Мож­но, — отве­тил мой собе­сед­ник, — но для это­го нуж­но сде­лать все, что­бы эти люди нико­гда не ока­за­лись во власти».

Сле­ду­ю­щий зво­нок был чле­ну бап­тист­ской церк­ви. «Одна стра­на — одна рели­гия, — поста­вил я ему ввод­ную. — Что дума­ешь по это­му пово­ду»? Бап­тист посчи­тал, что про­воз­гла­шать такое в поли­кон­фес­си­о­наль­ном Казах­стане — это очень боль­шая глу­пость. По его мне­нию, люди, пред­ла­га­ю­щие это, идут по пути рас­ко­ла стра­ны и в ито­ге могут посе­ять вели­кую сму­ту. «Хоро­шо, — пора­до­вал­ся он в кон­це, — что оппо­зи­цию не пус­ка­ют в теле­эфир. Если такое на всю стра­ну дать — мно­гие напугаются».

Захо­те­лось узнать, что дума­ют об этом пред­ста­ви­те­ли вто­рой по зна­чи­мо­сти рели­ги­оз­ной общи­ны — пра­во­слав­ной церк­ви. Вспом­нил дав­не­го зна­ко­мо­го, кото­рый лет десять назад, что назы­ва­ет­ся, ушел в рели­гию и стал после­до­ва­тель­ным хри­сти­а­ни­ном. С тру­дом разыс­кал теле­фон, дозво­нил­ся, объ­яс­нил цель звонка.

По мне­нию собе­сед­ни­ка, такой лозунг — откро­вен­ная про­во­ка­ция: «Заяв­ля­ю­щие это про­ти­во­по­став­ля­ют ислам осталь­ны­ми рели­ги­я­ми. По сути, пред­ла­га­ет­ся сде­лать ислам госу­дар­ствен­ной рели­ги­ей, где всем осталь­ным кон­фес­си­ям будет отве­де­но место изго­ев. Если это ста­нет реаль­ным лозун­гом како­го-то поли­ти­че­ско­го дви­же­ния, то это гро­зит при­ве­сти к меж­кон­фес­си­о­наль­ной роз­ни. Прин­ци­пи­аль­но важ­но, что­бы вла­сти не допу­сти­ли этого».

Для пол­но­ты кар­ти­ны не хва­та­ло точ­ки зре­ния про­сто чело­ве­ка с ули­цы, жела­тель­но каза­ха. Слу­чай пред­ста­вил­ся, под­во­зив­ший меня муж­чи­на лет соро­ка пяти на вопрос, что он дума­ет по пово­ду тези­са «одна стра­на — одна рели­гия», ска­зал очень емко и содер­жа­тель­но: «Про­еха­ли! Это нуж­но было в 19 веке напря­гать­ся. Сего­дня позд­но. Куда всех осталь­ных денешь, они тоже казах­стан­цы. Нель­зя же им дик­то­вать, при­нуж­дать. Да и кому это сего­дня нуж­но? Дру­гие про­бле­мы нуж­но решать».

За неде­лю мне уда­лось пого­во­рить на эту тему еще с десят­ком алма­тин­цев. Все они были еди­но­душ­ны в непри­я­тии тези­са «одна стра­на — одна рели­гия». Понят­но, то, что я не встре­тил нико­го, кто бы под­дер­жал этот девиз, еще ни о чем не гово­рит. Навер­ня­ка они есть, и, воз­мож­но, их даже мно­го. Я вполне допус­каю это. В этом слу­чае давай­те пофан­та­зи­ру­ем, что будет с нами, с Казах­ста­ном, если зав­тра к вла­сти при­дут люди, кото­рые уже сего­дня реши­ли за всех казах­стан­цев, каким богам им молиться.

Сда­ет­ся мне, что уже одно это при­ве­дет к боль­шим про­бле­мам. Но вряд ли наци­о­на­ли­сты огра­ни­чат­ся кон­тро­лем над рели­ги­ей. Рели­гия — это, ско­рее все­го, над­вод­ная, види­мая часть айс­бер­га. То, что скры­то под водой, — куда более серьез­но. Поче­му я так счи­таю? Пото­му что исхо­жу из при­ро­ды наци­о­на­лиз­ма, пред­по­ла­га­ю­щей един­ство кро­ви и, как след­ствие, вос­при­ни­ма­ю­щей госу­дар­ствен­ность, заме­шан­ную на этом един­стве крови.

То, как наци­о­на­ли­сты реша­ют вопрос с верой в госу­дар­стве, нагляд­но под­твер­жда­ет, что пра­ва­ми чело­ве­ка они замо­ра­чи­вать­ся не соби­ра­ют­ся. Это спе­ци­фи­ка наци­о­на­лиз­ма — пра­во нации для них выше прав чело­ве­ка. И, как сви­де­тель­ству­ет исто­ри­че­ский опыт, ради дости­же­ния сво­ей цели наци­о­на­ли­сты не оста­нав­ли­ва­ют­ся перед попра­ни­ем любых прав и сво­бод. В рам­ках про­воз­гла­ша­е­мой цели — созда­ния этни­че­ско­го госу­дар­ства — вполне пред­ска­зу­ем и дру­гой тезис — «одна стра­на — одна нация», а за ним не за гора­ми и дру­гой из этой же серии — «одна стра­на — один вождь». Если помни­те, кое-кто уже насту­пал на эти граб­ли! Или исто­рия не учит?

Неза­ви­си­мо от нали­чия или отсут­ствия всех этих тези­сов глав­ным вопро­сом здесь ста­но­вят­ся усло­вия, на каких наци­о­на­ли­сты пред­ла­га­ют жить в этом госу­дар­стве людям чужой кро­ви. Это аль­фа и оме­га любо­го наци­о­на­лиз­ма. И в любом слу­чае озвуч­ка тези­са «одна стра­на — одна рели­гия» есть очень тре­вож­ный зво­но­чек и для демо­кра­ти­че­ски мыс­ля­щих казах­стан­цев, и для тех, кто, как гово­ри­ли рань­ше, был вос­пи­тан на интер­на­ци­о­наль­ных принципах.

Теперь есть воз­мож­ность срав­ни­вать тех, кто сего­дня во вла­сти, и тех, кто пре­тен­ду­ет на эту власть из чис­ла наци­о­нал-пат­ри­о­тов. Что луч­ше — воро­ва­тая, неком­пе­тент­ная и пре­сле­ду­ю­щая ина­ко­мыс­лие власть или наци­о­нал-пат­ри­о­ти­че­ская оппо­зи­ция, кото­рая с ходу заяв­ля­ет, что в части рели­гии она всех «постро­ит»? Для людей демо­кра­ти­че­ских убеж­де­ний тут выбо­ра одно­знач­но нет. Не здесь ли нуж­но искать при­чи­ны внут­рен­ней эми­гра­ции, уси­ли­ва­ю­щей­ся в послед­нее время?

Дру­гой момент  — это то, что боль­шин­ство дале­ких от поли­ти­ки казах­стан­цев сего­дня вос­при­ни­ма­ют наци­о­нал-пат­ри­о­тов как часть оппо­зи­ции. Наци­о­на­лизм послед­них серьез­но изме­нил обще­ствен­ное мне­ние в части отно­ше­ния к оппо­зи­ции вооб­ще. Как ска­зал мне один зна­ко­мый, ранее сим­па­ти­зи­ро­вав­ший демо­кра­ти­че­ской оппо­зи­ции: «И после это­го ты хочешь, что­бы я голо­со­вал за эту оппо­зи­цию?! Нет уж, луч­ше пус­кай Назар­ба­ев оста­ет­ся во вла­сти. И чем доль­ше, тем лучше».

И так ста­ли счи­тать очень мно­гие из чис­ла про­тестно настро­ен­ных к режи­му Назар­ба­е­ва. В этом смыс­ле наци­о­на­ли­сты, кото­рые в обще­ствен­ном мне­нии не все­гда отде­ля­ют­ся от демо­кра­ти­че­ской оппо­зи­ции, сво­и­ми пуга­ю­щи­ми заяв­ле­ни­я­ми одно­знач­но рабо­та­ют на власть и лич­но на Назарбаева.

Спо­ру нет, на опре­де­лен­ном эта­пе исто­рии прин­цип един­ства нации и госу­дар­ства имел про­грес­сив­ное зна­че­ние в деле кон­со­ли­да­ции людей и созда­ния суве­рен­ных госу­дарств. Одна­ко не все нации успе­ли прой­ти этап наци­о­наль­но­го само­опре­де­ле­ния, не всем наро­дам повез­ло создать свое наци­о­наль­ное госу­дар­ство: кому-то не дали заво­е­ва­те­ли, кто-то слиш­ком позд­но начал само­иден­ти­фи­ци­ро­вать­ся. Но сего­дня в мир при­шли дру­гие цен­но­сти, иные при­о­ри­те­ты, и прин­цип этно­го­су­дар­ствен­но­сти себя изжил. Вот это­го наци­о­на­ли­сты не хотят и не могут понять и при­нять. Это тоже спе­ци­фи­ка наци­о­на­лиз­ма — зацик­лен­ность на идее этни­че­ско­го госу­дар­ства, неспо­соб­ность адек­ват­но оце­ни­вать ситуацию.

В боль­шин­стве стран мира госу­дар­ствен­ность как тако­вая дав­но уже не явля­ет­ся этни­че­ской кате­го­ри­ей. Не важ­но, кто-то по наци­о­наль­но­сти, важ­на твоя граж­дан­ская при­над­леж­ность. Этот прин­цип гос­под­ству­ет даже в отно­си­тель­но моно­эт­ни­че­ских стра­нах, таких как Фран­ция, Шве­ция, Гер­ма­ния, Ита­лия, Бол­га­рия, Поль­ша. Не гово­ря уже о поли­эт­ни­че­ских госу­дар­ствах, где про­жи­ва­ют пред­ста­ви­те­ли раз­лич­ных этно­сов, таких как Рос­сия, Укра­и­на, Бель­гия, Кана­да, Австралия.

Во всех этих стра­нах этни­че­ский пока­за­тель дав­но уже исклю­чен из поня­тия граж­дан­ствен­но­сти. В Кон­сти­ту­ции Фран­цуз­ской Рес­пуб­ли­ки нет фран­цу­зов, но есть фран­цуз­ский народ. Точ­но так же в Основ­ном законе Коро­лев­ства Шве­ция нет этно­са шве­дов, но есть швед­ский народ. И про нем­цев в Кон­сти­ту­ции Гер­ма­нии нет ни сло­ва, толь­ко немец­кий народ. При этом народ  — это не этнос, а сово­куп­ность всех граж­дан, про­жи­ва­ю­щих в  госу­дар­стве. И в казах­стан­ской Кон­сти­ту­ции гово­рит­ся о наро­де Казах­ста­на, то есть о казахстанцах.

Весь циви­ли­зо­ван­ный мир отка­зал­ся от этнич­но­сти как прин­ци­па госу­дар­ствен­но­сти. Пытать­ся сего­дня в мно­го­на­ци­о­наль­ной стране созда­вать граж­дан­ствен­ность на этни­че­ской осно­ве — это не про­сто архи­слож­но, это не толь­ко чре­ва­то боль­ши­ми рис­ка­ми и угро­за­ми, но это еще и откро­вен­ная арха­и­ка с точ­ки зре­ния общей исто­ри­че­ской тен­ден­ции. Это шаг назад в прошлое.

Конеч­но, мож­но тягу в про­шлое объ­яс­нять исто­ри­че­ской памя­тью, при­вер­жен­но­стью к тра­ди­ци­ям, мен­таль­но­стью наро­да. Мож­но! Но насколь­ко это реаль­но в усло­ви­ях совре­мен­но­го мира? Точ­но так­же мож­но пате­ти­че­ски рас­суж­дать о том, что набед­рен­ная повяз­ка — это часть куль­ту­ры наших общих пред­ков, и  ее ноше­ние­нуж­но рас­смат­ри­вать как сле­до­ва­ние доб­рой ста­рой тра­ди­ции. Ради бога. Как демо­крат, я кате­го­ри­че­ски про­тив того, что­бы запре­щать кому-то ходить в набед­рен­ной повяз­ке. Но при этом у меня есть пра­во выра­зить свое отно­ше­ние к это­му — покру­тить паль­цем у вис­ка. И как чело­ве­ку, живу­ще­му в 21 веке, мне труд­но согла­сить­ся с теми, кто пред­ла­га­ет стро­ить наше госу­дар­ство по мер­кам 19 века.

Кто-то ска­жет: а как же быть с пра­вом нации на само­опре­де­ле­ние? Есть такое пра­во! И, как пра­во­за­щит­ник, я буду его отста­и­вать (даже если оно будет рас­хо­дить­ся с мои­ми лич­ны­ми инте­ре­са­ми), если:

а) оно будет выра­жать мне­ние все­го это­го этно­са, а не отдель­ной груп­пы лиц;

б) реа­ли­за­ция это­го пра­ва не будет нару­шать прав дру­гих граж­дан стра­ны, а они и де-факто, и де-юре тако­вы­ми являются.

Раз­го­вор о пра­ве на уча­стие в управ­ле­нии госу­дар­ством, пра­ве на сво­бо­ду сове­сти и рели­гии, пра­ве на сво­бо­ду сло­ва, пра­ве на юри­ди­че­ское равен­ство граж­дан перед зако­ном и судом, пра­ве на исполь­зо­ва­ние род­но­го язы­ка и про­чих пра­вах граж­дан, гаран­ти­ро­ван­ных им Кон­сти­ту­ци­ей стра­ны и меж­ду­на­род­ным правом.

Пока же я вижу, что наци­о­на­ли­сты откры­то про­воз­гла­ша­ют лозунг «одна стра­на — одна рели­гия»,   в слу­чае реа­ли­за­ции кото­ро­го будут нару­ше­ны пра­ва очень мно­гих казах­стан­цев. Это­го нель­зя допустить.

Ори­ги­нал статьи: 

А потом возь­мут­ся за атеистов?

архивные статьи по теме

WSJ рассказал о Путине, Кабаевой и троих детях. Что нужно знать об этой публикации

Editor

Акимат – дольщикам: пожили и хватит!

Казахстану необходимы три госязыка