Два события последних дней (выход на свободу Серика Ахметова и кончина Узакбая Караманова), несмотря на свою разность, имеют одну этимологическую схожесть: обе связаны с людьми, которые в разные годы были у руля правительства Казахстана.
В новейшей истории их было 10 (включая и Узакбая Караманова, который руководил правительством накануне обретения Независимости).
Все они разные: и по личностным качествам, и по взглядам на пути развития экономики. В нашей ситуации они также разнятся и по клановому происхождению (что скрывать, такой компонент у нас тоже является важным для продвижения наверх!). Разные также и их дальнейшие, после ухода с поста номер 2, судьбы: иных уж нет, а те — далече.
Но есть у них у всех что-то общее, что когда-то и привело их на эту должность? Попробую назвать некоторые элементы этой общности.
Первое качество это – востребованность каждого из них в тот или иной период экономического развития. И эту востребованность я бы разделил на две части: общую, объективную и… частную, субъективную.
Общая часть подразумевает под собой необходимость решение тактических задач на коротком отрезке времени. Например, приход Акежана Кажегельдина в правительство (сначала первым вице-премьером, потом и премьером) я воспринимаю как ответ президента на вызов того времени: нужно было страну выводить из тяжелейшего кризиса и понадобился сильный, с жестким характером, умеющий брать на себя персональную ответственность, главное, знающий основы рыночной экономики (был в бизнесе), человек. Понимаю, что как бывший пресс-секретарь и заместитель по партии РНПК, я могу быть необъективен к экс-премьеру, но вышеназванные мною его качества признают даже его враги (коих у него, как у любого деятельного и принимавшего решения премьера предостаточно). В результате страна вышла из кризиса и многие достижения правительства реформ стали основой нынешних положительных экономических показателей: только вот тогдашнего премьера в этои контексте у нас упоминать не принято.
Кстати, этот неловкий момент актуализирует давнишнюю тему об ответственности: когда ресь идет о достижениях в экономике, говорят о елбасы, а когда нужно подчеркнуть упущения называют исключительно премьеров: как будто они не по президенстским программам и стратегиям работали?!
Или же востребованность Имангали Тасмагамбетова, который в свое время был призван задать новый темп работе правительства, привнести присущую ему энергичность и решительность, а позже, согласившись на роль политического камикадзе, ценой своей отставки позволил президенту принять скандальный Земельный кодекс. Он на деле доказал, что ради елбасы готов на все, но оценил ли такое поведение сам президент? Вот в чем вопрос.
Даже по нашим специфическим меркам он отработал совсем маленький срок (всего-то полтора года). Причина, на мой взгляд, не только в том, чтобы президенту он понадобился как жертва (разменная монета?) для принятия Земельного кодекса. Думаю, что растущая его популярность в народе, несомненный организаторский талант и задатки политического лидера сыграли с ним злую шутку: весьма, возможно, что его недруги нашептали много чего на ушко елбасы: мол, зачем Вам такой конкурент. Вот и оказался он, в конце концов, в Москве. Весьма возможно, что известная всем его эмоциональность и окружение себя некоторыми неоднозначными персонами тоже добавили масла в огонь критики в его адрес.
Та же глыба в лице Нурлана Балгимбаева была востребована сразу же после кажегельдинских реформ для того, чтобы более эффективно использовать (правда возникает вопрос: для кого – народа или кучки околонефтяных олигархов?) сложившейся тогда конъюнктуры высоких цен на «черное золото». Но «тучные годы» не были использованы нашей властью для диверсификации казахстанской экономики и она до сих пор на «нефтяной игле»! И виновны в этом все наши премьеры, какими бы приятными для народа не были их лица!
Ведь все здравомыслящие граждане понимают, что в стране давно и весьма успешно функционирует пророссийское «околонефтяное лобби», которое не хотело осуществить такую диверсифакцию. И потому до сих пор сохраняется наша зависимость от российского бензина и керосина! И, похоже, это лобби своим тайными сетями опутало как самого елбасы, так и всех премьеров: придет время и мы узнаем какой коррупционной ценой экономика страны отстала на годы! И не удивлюсь, что тогда всплывут имена и наших премьеров!
В народе также говорят о разной степени их коррупированности. Конечно, лично мне, не имея на руках конкретных документов и фактов, сложно кого-то в чем-то обвинять. Но, думаю, что наступающая (почти наступившая!) «эра транзита» откроет «ящик Пандоры», когда ненавидящие друг друга кланы начнут топить все и вся, выбрасывая в эфир шокирующие компроматы, тогда мы и увидим, насколько были чисты наши премьеры перед Законом и страной!
Тот же Узакбай Караманов ушел из жизни без всяких грязных обвинений в коррупции. Видимо, на это подействовала не только общая обстановка того времени, когда коррупция не стала обыденностью и непременным условием успеха, но и особенности личности самого Караманова: чистота, порядочность, принципиальность в отстаивании государственных интересов. И, конечно, осуждение Серика Ахметова якобы за коррупцию, стало совершенной неожиданностью для всех на фоне чудовищной и тотальной общей коррупции: кого-кого, а Серика Ахметова сложно назвать таким уж отъявленным мздоимцем. Есть у нас и почище персоны!
События вокруг него наглядно показали, насколько у нас зыбка граница между фаворой и опалой перед одним человеком! Это урок также и нынешним фаворитам и любимчикам елбасы: все в мире преходяще, включая и высочайшее соизволение и благосклонность! Также все еще действует универсальное фольклорное условие про яму, которую негоже рыть другому, ибо сам в нее и попадешь!
Несомненно, и другие премьеры были востребованы елбасы по своим, эксклюзивным, ведомым только ему самому причинам, нам же, простым смертным, приходится только догадываться о них: не все отражается в скупых строках Указа о назначении и отставке…
Частная же часть востребованности заключатся в том, что на разных этапах у президента, который и единолично назначает премьера, бывали свои, более личностные мотивы и причины. Допускаю, что такие перемены в требованиях к резюме были также связаны с необходимостью иметь более покладистого, удобного для решения политически интимных задач главу правительства.
Такие метаморфозы также были связаны и с наличием (или отсутствием?) в должности руководителя администрации президента конкретного лица, который не хотел бы иметь конкурентоспособного (своенравного, непослушного и с характером) премьера на собственном фоне.
В нашей стране сложилась парадоксальная ситуация: после феномена Кажегельдина, страна живет тревожными ожиданиями: а как сложится дальнейшая карьера уходящего в отставку премьера? Ведь Кажегельдин показал, что, оказывается, можно иметь собственное мнение, которое не соответствует мнению президента. Уход в оппозицию, создание мощной и организованной оппозиционной партии РНПК по-настоящему испугали власть!
Отсюда и все, беспрецедентные жесточайшие меры в отношении как самого Кажегельдина, так и всех, кто как-то и когда-то был причастен к нему! Хотя и ранее и позже были факты ухода в оппозицию глав парламента (Серикболсына Абдильдина, Жармахан Туякбая), все же «кажегельдинский демарш» был более показателен и основателен в силу его личности, способности привлечь финансовые, людские и иные (в том числе и международные) ресурсы.
После такого показательного наказания со стороны елбасы уже мало кто из первых руководителей отважился встать против режима.
Хотя, считаю, у ряда экс-премьеров были (и есть!) существенные причины быть недовольным как елбасы , так и его влиятельным на тот или иной момент окружением. Но для этого одной обиды мало, нужны такие редкие качества, как принципиальность, последовательность, уверенность в своей правоте и чистоте (система имеет на всех экс-премьеров свой компромат!) и… просто мужская гордость! С этим у нас, увы, проблемы…
«Халық айтса, қалт айтпайды» («народ никогда не ошибается») гласит казахская мудрость. Можно вести самые разные пиар и имиджевые кампании, запудрить мозги официозом, но общество давно уже дало свои оценки каждому из экс-премьеров. Даже по взгляду, поведению перед елбасы и телекамерами обществом безошибочно оценивает потенциал и возможности былых и нынешних глав правительства! От людского глаза никуда не спрячешься, его не обманешь!
И посему, несмотря на нынешний высокий или низкий государственный статус, народ уже в глубине своей души определил их будущее, включая и способность (или неспособность) каждого из них встать выше своей экс-премьерской планки!
«Я вскарабкался на верхушку намыленного столба», — сказал в свое время Бенджамин Дизраэли, вступив на должность премьер-министра Великобритании. Образно говоря, у каждого нашего премьера были свои старты и финиши на таком, намыленном столбе! Все они оказались обреченными после обретения такого статуса и ныне пожинают плоды своей деятельности на этом посту: кто сладкие, а кто и горькие…
Что касается общей хронологии других премьеров, то ее можно кратко описать так.
Сергей Терещенко был призван премьерские ряды еще во времена наличия СССР. Вместе с Союзом разваливалась ранее единая, плановая экономика. Рушились старые хозяйственные связи. Правительству приходилось ручным методом руководить былым советским хозяйством. Происходила не только экономическая, но и психологическая ломка. И все это выпало на долю тогдашнего правительства. В новых реалиях правительству не хватало не только знаний и опыта, но и решимости (внутренней уверенности?) в осуществлении реформ: не забываем, что знаменитая программа приватизации была принята именно при этом правительстве.
Свой дипломатизм и желание ни с кем не вступать в конфликт (а премьер априори должен принимать жесткие решения, которые не могут всем нравиться!) показал на посту профессиональный дипломат Касым-Жомарт Токаев. При нем многие актуальные и не терпящие отлагательства постановления правительства оставлялись «на потом», что, в свою очередь, сказалось на темпах развития экономики. И, конечно, он запомнился своей обличительной речью в адрес движения ДВК, выставив себя самым настоящим ретроградом. Помнится, я тогда писал об этом выступлении по ТВ: мол, такое ощущение, что ему поручили зачитать чужой текст.
Рабочей лошадкой показал себя премьер, вышедший из акимовского корпуса Даниал Ахметов. Его премьерство пришлось на «тучные годы». К сожалению, шальные деньги были направлены не на заявленную как раз в те годы индустриально-инновационную политику, а банкам и олигархическим сырьевым структурам.
Несомненным рекордсменом по стажу работы премьером, конечно, является Карим Масимов, который запомнился своим заявлением, что будет «верным помощником (президента – АК) всегда, какую бы должность ни занимал». Многие до сих пор ставят эти его слова ему в укор, но, если честно, он сказал то, о чем думают фактически все назначенцы елбасы! Служить и прислуживать они всегда рады! Такова система!
И ныне он находится в зените карьеры, возглавляя всемогущий КНБ, заодно усиливая его полномочия. По всей видимости, ему будет отведена особая роль при реализации операции «Преемник».
Как воспользуется своими новым возможностями Масимов, принесет пользу или вред стране, не настроит ли против себя остальные кланы, выполняя специфические поручения елбасы? И не станет ли, в конце концов, виновным за все репрессивные меры власти в бытность главой КНБ, не выкинет ли его елбасы как использованный материал (как это было с другими его предшественниками) – покажет совсем недалекое время.
Как и Тасмагамбетов, всего полтора года поработал премьером Серик Ахметов. Как раз в эту пору были озвучены спорные инициативы по поднятию пенсионного возраста женщин, отмена «декретных», сомнительные новаций в сфере ЕНПФ, а также концепция проведения злополучного ЭКСПО. Все это не могло не сказаться на имидже Ахметова, как антисоциального премьера: такое ощущение, что его намеренно назначили главой правительства чтобы провести непопулярные меры. Хотя с организаторской и управленческой точек зрения к нему не было особых претензий. Он вторым из премьеров был осужден. Если в ситуации с Кажегельдиным причиной гонений против него стал его переход в политическую оппозицию, то с Сериком Ахметовым дела обстоят иначе: он не проявлял политических амбиций, а, скорее, пал жертвой межклановых разборок.
Не буду подробно останавливаться на нынешнем премьере, ибо почти каждую неделю комментирую действия власти: читателю известная моя критическая позиция в отношении правительства, которое все еще не способно не только справиться с кризисом, а порой само становится причиной такого кризиса. В сложившихся условиях считаю Бахытжана Сагинтаева не только результатом межкланового консенсуса накануне реализации операции «Преемник»: просто на данный момент нужен именно такой премьер и все! Фишкой действующего правительства также стали непрекращающиеся публичные скандалы связанные не с самим премьером, а его совсем уж неуклюжими министрами. В любой другой стране за такие квазиреформы и скандалы любой министр тут же был бы отправлен в отставку! Но только не у нас. А о том, что некоторые из них не могут и двух слов связать я промолчу: просто становится не по себе, как представлю, что как наши доморощенные «цицероны» общаются со своими коллегами из тех же стран СНГ – за державу обидно!
Каковы же выводы из всего сказанного?
Первый. Все мы понимаем, что в тот или иной период развития общества и экономики, отбирая потенциальных кандидатов в премьеры прежде всего учитывалось такое непременное в авторитарных режимах качество, как личная преданность. Нужно перестать назначать премьеров. Надо их избирать. Это не только демократично и справедливо, такое правило позволит самому премьеру перестать оглядываться на Акорду, стать полноценной политической фигурой! Необходимо формировать правительство по итогам парламентских выборов, премьер должен самостоятельно формировать свою команду без оглядки на администрацию президента. Защитить свою программу на 4–5 лет и полномочно ее реализовать. Не выполнил – на следующих выборах избиратели сами не проголосуют за эту партию и такого премьера!
Второй. Нужно усиливать полномочия правительства. В том числе и расширение полномочий правительства в сфере общественно-политического развития, включая и духовную жизнь. Ныне эта область – епархия администрации президента. Тогда мы получим не усеченного, а полномасштабного политика-премьера!
Третий. Партийный принцип формирования правительства позволил бы также укрепить командный дух министров, они несли бы общую, солидарную ответственность за свои успехи и упущения! А то не секрет, что в нашем правительстве сидит не единая команда, а выдвиженцы от разных (конкурирующих друг с другом!) кланов, и в результате нет нацеленности на общий результат, за то одни подсиживают других и ждут их ухода, чтобы занять их места!
И последнее.
При всем моем уважении к имеющимся некоторым положительным качествам отдельных представителей казахстанской «десятки», все они несут свой крест, свою часть политической (и персональной!) ответственности за установленный в стране режим единовластия, культа личности, общей атмосферы коррупции, лицемерия и официальной лжи! По сути они являются оформителями всех экономических и политических решений верховной власти, в том числе и наиболее одиозных, опасных и вредных для страны!
Возможно, завтра, когда уйдет елбасы, появятся их мемуары, свидетельствующие о том, что где-то, как-то они в кулуарах говорили президенту о недопустимости тех или иных негативных, антинародных решений. Но, как говорится, хороша ложка к обеду. Да и после драки кулаками обычно не машут…
Амиржан Косанов, специально для проекта “ДАТ”,
Амиржан Косанов
5 октября 2017 года
