18 C
Астана
27 сентября, 2022
Image default

Финпол в Казахстане ищет…

Полицейские Казахстане

Поче­му в Казах­стане борь­бой с экс­тре­миз­мом зани­ма­ет­ся финан­со­вая поли­ция и как это отра­жа­ет­ся на казах­стан­ских СМИ, выяс­нял кор­ре­спон­дент DW. 

Про­бле­ма экс­тре­миз­ма сего­дня вол­ну­ет прак­ти­че­ски каж­дое госу­дар­ство миро­во­го сооб­ще­ства. В Казах­стане вопро­са­ми про­ти­во­дей­ствия экс­тре­миз­му и тер­ро­риз­му зани­ма­ют­ся не толь­ко коми­тет наци­о­наль­ной без­опас­но­сти, но и Агент­ство по борь­бе с кор­руп­ци­он­ной пре­ступ­но­стью, или ина­че — фин­по­ли­ция. Каза­лось бы, этот сило­вой госу­дар­ствен­ный орган, по идее, дол­жен зани­мать­ся кор­руп­ци­он­ны­ми рас­сле­до­ва­ни­я­ми, а не борь­бой с экс­тре­миз­мом и тер­ро­риз­мом, боль­ше отно­ся­щей­ся к вопро­су по нац­без­опас­но­сти. Одна­ко, как выяс­нил кор­ре­спон­дент DW, не все так просто.

Где начи­на­ет­ся поли­ти­че­ская безопасность

По сло­вам офи­ци­аль­но­го пред­ста­ви­те­ля фин­по­ли­ции Мура­та Жума­бая, высту­пив­ше­го на бри­фин­ге в Астане 7 авгу­ста, “финан­со­вая поли­ция пере­ори­ен­ти­ро­ва­ла свою дея­тель­ность на выяв­ле­ние и ней­тра­ли­за­цию орга­ни­зо­ван­ных пре­ступ­ных групп”, посколь­ку “пре­се­че­ние систем­ных и орга­ни­зо­ван­ных форм кор­руп­ции и эко­но­ми­че­ской пре­ступ­но­сти поз­во­ля­ет выявить орга­ни­за­то­ров пре­ступ­ных схем…”

В ком­мен­та­ри­ях DW извест­ный казах­стан­ский пра­во­за­щит­ник Евге­ний Жовтис пояс­нил, что в стране дей­ству­ют три сило­вые струк­ту­ры, “кото­рые под­чи­ня­ют­ся непо­сред­ствен­но пре­зи­ден­ту Нур­сул­та­ну Назар­ба­е­ву и кото­рые явля­ют­ся клю­че­вы­ми, если гово­рить о поли­ти­че­ской состав­ля­ю­щей и о без­опас­но­сти госу­дар­ства”. К этим струк­ту­рам отно­сят­ся КНБ Казах­ста­на, Агент­ство по борь­бе с кор­руп­ци­он­ны­ми пре­ступ­ле­ни­я­ми и гене­раль­ная прокуратура.

“Зача­стую их зада­чи носят поли­ти­че­ский харак­тер, — отме­тил пра­во­за­щит­ник. — Но, соглас­но зако­ну “Об орга­нах финан­со­вой поли­ции”, дан­ная орга­ни­за­ция обя­за­на зани­мать­ся обес­пе­че­ни­ем эко­но­ми­че­ской без­опас­но­сти. В законе чет­ко ска­за­но, что к зада­чам орга­нов финан­со­вой поли­ции отно­сят­ся пре­ду­пре­жде­ние, выяв­ле­ние и рас­кры­тие финан­со­вых и кор­руп­ци­он­ных пре­ступ­ле­ний”. Одна­ко на деле вопро­сы эко­но­ми­че­ской и поли­ти­че­ской без­опас­но­сти часто пере­пле­та­ют­ся, что вызы­ва­ет пере­се­че­ние дея­тель­но­сти фин­по­ли­ции и КНБ Казахстана.

Экс­перт: Закон трак­то­вать мож­но по-разному

Кста­ти, как сооб­щи­ла еще 30 июля пресс-служ­ба фин­по­ли­ции, этим ведом­ством за пол­го­да воз­буж­де­но 68 уго­лов­ных дел об экс­тре­миз­ме и тер­ро­риз­ме. Кро­ме того, была пре­се­че­на дея­тель­ность 16 пред­при­я­тий, при­част­ных к финан­си­ро­ва­нию ради­каль­ных рели­ги­оз­ных течений.

“Дру­гое дело — в интер­пре­та­ции ситу­а­ции. Кто, к при­ме­ру, меша­ет при­рав­нять к тер­ро­риз­му и экс­тре­миз­му все, что толь­ко мож­но?” — гово­рит Жовтис. В “Законе о про­ти­во­дей­ствии экс­тре­миз­му” в опре­де­ле­нии поли­ти­че­ско­го экс­тре­миз­ма есть фор­му­ли­ров­ка “орга­ни­за­ция воору­жен­но­го мяте­жа и уча­стие в нем, раз­жи­га­ние соци­аль­ной, сослов­ной роз­ни”. В свя­зи с этим, счи­та­ют казах­стан­ские пра­во­за­щит­ни­ки, суще­ству­ет риск того, что к экс­тре­ми­стам может быть отне­сен любой чело­век или орга­ни­за­ция, выска­зы­ва­ю­щие неудоб­ные взгляды.

Кто сто­ит за финполицией

В свою оче­редь гла­ва редак­ци­он­ной кол­ле­гии объ­яв­лен­ной в Казах­стане экс­тре­мист­ской газе­ты “Рес­пуб­ли­ка” Ири­на Пет­ру­шо­ва сооб­щи­ла DW: “Фин­пол сей­час не столь­ко ищет в рядах оппо­зи­ции тер­ро­ри­сти­че­скую состав­ля­ю­щую, сколь­ко пыта­ет­ся обна­ру­жить схе­мы финан­си­ро­ва­ния акти­ви­стов. Источ­ник в адми­ни­стра­ции казах­стан­ско­го пре­зи­ден­та рас­ска­зал мне, что КНБ яко­бы ото­шел в сто­ро­ну от борь­бы с оппозицией”.

При­чи­ны, по кото­рым на борь­бу с оппо­зи­ци­ей бро­ше­на фин­по­ли­ция, по мне­нию Пет­ру­шо­вой, вполне объ­яс­ни­мы. Во-пер­вых, счи­та­ет она, КНБ силь­но себя дис­кре­ди­ти­ро­вал недав­ни­ми судеб­ны­ми про­цес­са­ми, в том чис­ле суда­ми над неза­ви­си­мы­ми СМИ. Кро­ме того, еще све­жа память о при­част­но­сти КНБ к убий­ству извест­но­го оппо­зи­ци­он­но­го поли­ти­ка Алтын­бе­ка Сарсенбаева.

“Так что то, что имен­но фин­пол сей­час зани­ма­ет­ся акти­ви­ста­ми оппо­зи­ци­я­ми и неза­ви­си­мы­ми жур­на­ли­ста­ми, — это вопрос так­ти­ки. За ним все рав­но сто­ит КНБ. Что каса­ет­ся вопро­са, может ли быть при­рав­не­но к тер­ро­риз­му и экс­тре­миз­му напи­са­ние поли­ти­че­ских ста­тей, то ответ — да, без­услов­но. В наших ста­тьях о поли­ти­че­ской ситу­а­ции в стране как раз и обна­ру­жи­ли тот самый экс­тре­мизм”, — гово­рит Ири­на Петрушова.


Источ­ник: www.dw.de,
полу­че­но с помо­щью rss-farm.ru

Visit link:
Фин­пол в Казах­стане ищет…

архивные статьи по теме

За путь от денег к невероятной отваге

Про чемодан без ручки и абмиции Дариги

Почему Казахстан вряд ли станет признавать “ДНР” и “ЛНР”

Editor