Некоторое время назад Министерство национальной экономики РК вынесло на обсуждение экспертных сообществ Астаны и Алматы проект программного документа под названием “Стратегический план развития Республики Казахстан до 2025 года”.
Сейчас его финальный вариант доступен для всеобщего сведения в виде приложения к проекту Указа президента РК «Об утверждении Стратегического плана развития Республики Казахстан до 2025 года и внесении изменений в указы Президента Республики Казахстан от 18 июня 2009 года № 827”.
Как отметил министр экономики РК Тимур Сулейменов, новый документ приходит на смену Стратегии развития до 2020 года, так как его основные задачи уже достигнуты, а в качестве главной цели до 2025 года обозначено достижение качественного и устойчивого роста экономики, ведущего к повышению уровня жизни людей, сопоставимого со странами ОЭСР.
Поскольку план обширный, порядка 157 страниц, программный, многоуровневый, плюс к тому же написан бюрократическим языком, он, несомненно, слишком сложен для восприятия среднестатистическим казахстанцем. Более того, мы сомневаемся, что его прочитают даже государственные служащие, за исключением разве что тех, кто участвовал в подготовке «Стратегии», а после ее утверждения главой государства будет отчитываться о выполнении.
Именно поэтому мы отказались от идеи комментирования проекта и ограничимся объяснением, почему этот документ, хотя и представляет собой продукт труда столь авторитетных структур, как Министерство национальной экономики РК и американская консалтинговая компания The Boston Consulting Group (BCG), позиционирующая себя «глобальным лидером на рынке управленческого консалтинга», бесполезная трата денег, времени и усилий, а также почему он представляет интерес только для узкого круга специалистов как материал, в котором компетентно изложено профессиональное видение того, в каких направлениях должны, но не будут развиваться Казахстан и его экономика в ближайшее десятилетие.
Во-первых, проект “Стратегического плана развития Республики Казахстан до 2025 года” – это голимая теория. То есть описание того, что хотелось бы. Однако, как это обычно имеет место быть на евразийском пространстве, гладко было на бумаге, но забыли про овраги, а по ним ходить.
В подтверждение нашего тезиса сошлемся на то, что составить прекрасную инструкцию на тему того, как ходить по веревке, натянутой на высоте между двух столбов, несложно, однако из 18 миллионов казахстанцев вряд ли это смогут реально сделать больше нескольких десятков человек.
Конечно, по отдельным задачам в “Стратегии” возможны успехи, и даже существенные, но точно не потому, что авторы документа их упомянули.
Во-вторых, в «Стратегии» нет даже понимания того, каким будет механизм реализации намеченных планов. На сегодняшний день Акорда располагает только двумя рабочими инструментами – квазигосударственным сектором и бюджетными инвестициями (расходами). Все остальные, вроде государственно-частного партнерства, иностранных инвестиций, кластеров и так далее, это имитация бурной деятельности, а не реально существующие механизмы. При этом массовому притоку инвестиций, технологий, компетенций из того же Китая будет препятствовать массовая китаефобия как в самом Казахстане, так и в соседней России. Соответственно, пока Акорда не найдет «точку опоры», изменить что-либо в стране не получится.
В‑третьих, стремление разложить все по полочкам, необходимое и целесообразное для анализа положения дел, сыграло роль подножки как для экспертов из BCG, так и их партнера в лице Министерства национальной экономики РК. Ведь для практический реализации “Стратегического плана развития Республики Казахстан до 2025 года” нужен обратный процесс по трансформации планов, намерений, ожиданий в конкретные проекты. А с этим в Казахстане всегда была проблема. Те же квазигосударственные структуры в лице “Самрук-Казыны” и “Байтерека” с выполнением подобной функции не справились, крупные же иностранные инвесторы в страну не спешат, и завлечь их обещаниями точно не получится.
В‑четвертых, казахстанская правящая элита, начиная с самого “лидера нации” и заканчивая самым последним “клиентом”, это главным образом потребители. Они прекрасно умеют распределять, перераспределять, отбирать, делить и потреблять, но при этом не умеют созидать и производить. В связи с этим спрашивается: а кто же конкретно будет руководить выполнением суперграндиозных замыслов, описанных в стратегии?
Не будем вспоминать поименно нынешних ключевых обитателей Акорды, оценивать их успехи в государственном строительстве, реформировании страны и экономики, скажем только, что лидеров, за которыми люди пойдут не по служебному долгу, среди них просто нет.
В принципе можно было продолжить наше объяснение, почему “Стратегический план развития Республики Казахстан до 2025 года” после утверждения главой государства останется набором благих пожеланий, перечнем пустых надежд и списком нереализуемых мечтаний, однако нам кажется, что и выше зафиксированных факторов достаточно.
Таким образом, в скором времени Казахстан получит еще один программный документ, который прочитает подавляющее меньшинство казахстанцев, а выполнять будут вообще несколько тысяч человек – клерки из профильного ведомства, квазигосударственных структур и акиматов.
Оригинал статьи: The expert communication channel of Central Asia region Kazakhstan 2.0
