Присяжных удалили для блага Курамшина

Оче­ред­ное судеб­ное засе­да­ние по делу Вади­ма Курам­ши­на в Тара­зе опять про­шло без при­сяж­ных засе­да­те­лей. И это неуди­ви­тель­но: когда сто­ро­ны про­цес­са углуб­ля­ют­ся в дета­ли дела, всплы­ва­ют подроб­но­сти, удив­ля­ю­щие даже опыт­ных юристов.

 

Автор: Андрей ЦУКАНОВ

 

Напом­ним, Вадим Курам­шин обви­ня­ет­ся в вымо­га­тель­стве денег в осо­бо круп­ном раз­ме­ре (п. «б», ч. 4, ст. 181 УК РК) у помощ­ни­ка про­ку­ро­ра Кор­дай­ско­го рай­о­на Мух­та­ра Удер­ба­е­ва. Яко­бы пра­во­за­щит­ник тре­бо­вал выкуп за флеш-кар­ту, содер­жа­щую ком­про­ме­ти­ру­ю­щее закон­ни­ка видео.

В минув­ший втор­ник в нача­ле оче­ред­но­го про­цес­са судей­ское место занял пред­се­да­тель Спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­но­го меж­рай­он­но­го суда по уго­лов­ным делам Нур­ма­хам­мад Аби­дов. Он зачи­тал реше­ние по хода­тай­ству защи­ты об отво­де судьи Толесбая. Хода­тай­ство он оста­вил без удо­вле­тво­ре­ния, так как, по его мне­нию, защи­та не смог­ла при­ве­сти аргу­мен­ты в дока­за­тель­ство заин­те­ре­со­ван­но­сти Толесбая в исхо­де дела.

- При­сяж­ных засе­да­те­лей судья уда­лял для того, что­бы у них не воз­ник­ло предубеж­де­ния в отно­ше­нии под­су­ди­мо­го, — заявил г‑н Аби­дов. — Остав­ляю хода­тай­ство защи­ты без удовлетворения.

После 20-минут­но­го пере­ры­ва место пред­се­да­тель­ству­ю­ще­го вновь занял Самат Толесбай, и про­цесс продолжился.

Ниче­го нико­му не скажу

Пер­вым был вызван сви­де­тель Батыр­хан Ибра­ев, стар­ший опер­упол­но­мо­чен­ный ДВД Жам­был­ской обла­сти. В день задер­жа­ния Курам­ши­на Ибра­ев, сняв свою верх­нюю одеж­ду и зака­тав рука­ва, при­ни­мал уча­стие в лич­ном досмот­ре задер­жан­но­го и извле­че­нии из его кар­ма­нов раз­лич­ных предметов.

- На про­шлом засе­да­нии вы дали пока­за­ния, что видео­за­пись мое­го задер­жа­ния велась с нача­ла задер­жа­ния. Это так? — задал вопрос Вадим Курамшин.

- Да.

- Когда я уже сто­ял лицом к стене или все-таки с начала?

- Навер­ное.

- Чем вы може­те объ­яс­нить, что видео­за­пись пока­за­на не с само­го нача­ла, а с момен­та, когда я стою у сте­ны на раскорячках?

- Не знаю.

- Кто взял клю­чи от маши­ны со сту­ла во вре­мя досмот­ра? Вы же обыс­ки­ва­ли! — зада­ла вопрос защит­ник Разия Нурмашева.

Вопрос о клю­чах для защи­ты — прин­ци­пи­аль­ный, посколь­ку авто­мо­биль обыс­ки­ва­ли без само­го Курам­ши­на и изъ­яли из маши­ны нет­бук с ори­ги­на­лом видео, где про­ку­рор фак­ти­че­ски «раз­во­дит» биз­не­сме­на. Одна­ко это самое видео к мате­ри­а­лам дела при­об­ще­но не было.

- Я не фик­си­ро­вал, где клю­чи, — после­до­вал ответ.

- Но вы же рас­кла­ды­ва­ли изъ­ятые пред­ме­ты на сту­ле! И клю­чи в том чис­ле. Куда они потом делись?

- Не могу ответить.

- Кто ответ­ствен­ный за изъ­ятые вещи?

- Сле­до­ва­тель, навер­ное. Руко­во­ди­тель след­ствен­но­го мероприятия.

- Может быть, вы вспом­ни­те, кто взял клю­чи со сту­ла? — спро­сил Вадим Курам­шин. — Кто потом дал вам клю­чи, когда вы при­сту­па­ли к обыс­ку автомобиля?

- Сле­до­ва­тель, по-мое­му. Давай­те видео посмот­рим. По руке на видео смо­гу определить.

- На каком осно­ва­нии ста­ли досмат­ри­вать авто­мо­биль граж­дан­ки Байтеловой?

- Ско­рее все­го, сле­до­ва­тель указал.

Затем при­шла оче­редь отве­чать на вопро­сы постра­дав­ше­му от «вымо­га­тель­ства» пра­во­за­щит­ни­ка — про­ку­ро­ру Мух­та­ру Удербаеву.

- Кто при­ни­мал заяв­ле­ние о вымо­га­тель­стве от вас? — обра­ти­лась Разия Нур­ма­ше­ва к потер­пев­ше­му, сотруд­ни­ку про­ку­ра­ту­ры Удербаеву.

- Не пом­ню, — отве­тил тот.

- Вы заяв­ле­ние в ДВД (кото­рое нахо­дит­ся в Тара­зе — авт.) сда­ва­ли или в Кордае?

- Не помню.

- Вы заяв­ле­ние писа­ли в буду­щем или в насто­я­щем вре­ме­ни? — под­клю­чил­ся к допро­су Курамшин.

- В смыс­ле как — «в буду­щем»? Не понял. При­шли сотруд­ни­ки УБОП и ска­за­ли, что при­е­дет Курам­шин и будет вымо­гать день­ги за ролик.

Сле­ду­ю­щим был допро­шен сви­де­тель Ерлан Жиде­шев, опер­упол­но­мо­чен­ный ДВД Жам­был­ской области.

- Мое место дис­ло­ка­ции: Мой­ын­кум, Чу. В тот день рано утром мы со стар­шим опер­упол­но­мо­чен­ным Ибра­е­вым выеха­ли в Кор­дай. Нам было при­ка­за­но нахо­дить­ся воз­ле зда­ния про­ку­ра­ту­ры. При­мер­но в обед я зашел внутрь и уви­дел задер­жан­но­го. Моя зада­ча была под­стра­хо­вы­вать, что­бы он не выпрыг­нул со вто­ро­го эта­жа. Все мое вни­ма­ние было сосре­до­то­че­но на Курам­шине. Пом­ню, что он отка­зал­ся от адвоката.

- Вы были с само­го нача­ла? — зада­ла вопрос Разия Нурмашева.

- Нет.

- Видео­съем­ка велась?

- Да.

- Сотруд­ни­ки пра­ва разъ­яс­ня­ли задержанному?

- Не знаю.

- Поня­тых где взяли?

- Не знаю. Все сек­рет­но было.

- Какие вещи вытас­ки­ва­ли из кар­ма­нов задержанного?

- Пом­ню деньги.

Далее в оче­ред­ной раз было вклю­че­но видео задер­жа­ния и лич­но­го досмот­ра Вади­ма Курамшина.

- Вспом­ни­ли, кто взял клю­чи? — обра­ти­лась Разия Нур­ма­ше­ва к сви­де­те­лю Ибраеву.

- Нет, не вспомнил.

- Рань­ше в след­ствен­ных дей­стви­ях с видео участвовали?

- Да.

- Если съем­ка пре­ры­ва­ет­ся, как об этом сообщается?

- Не успе­ешь сказать.

- На сколь­ко пре­ры­ва­лась съемка?

- Не помню.

Опять вклю­чи­ли видео. На одном из кад­ров изъ­ятые клю­чи лежат на сту­ле, а на сле­ду­ю­щем их уже нет.

- Клю­чи взя­ли, что­бы они не поте­ря­лись, — нако­нец-то при­знал факт исчез­но­ве­ния клю­чей во вре­мя след­ствен­ных дей­ствий Ибраев.

Араб­ский — тоже хоро­ший язык

На этом допро­сы сви­де­те­лей Ибра­е­ва и Жиде­ше­ва были закон­че­ны и объ­яв­лен пере­рыв. После пере­ры­ва защит­ни­ки Разия Нур­ма­ше­ва и Искан­дер Алим­ба­ев зачи­та­ли ряд хода­тайств. Сре­ди них — при­знать недей­стви­тель­ны­ми резуль­та­ты пси­хо­ло­го-фило­ло­ги­че­ской экс­пер­ти­зы скры­той видео­за­пи­си раз­го­во­ра Курам­ши­на и потер­пев­ше­го в каби­не­те последнего.

- Была про­ве­де­на фак­ти­че­ски толь­ко фило­ло­ги­че­ская экс­пер­ти­за. Пси­хо­ло­гов сре­ди экс­пер­тов не было, хотя ряд вопро­сов в экс­пер­ти­зе адре­со­ван имен­но пси­хо­ло­гам, — пояс­нил защит­ник Искан­дер Алим­ба­ев. — Кро­ме того, один из экс­пер­тов, про­во­див­ших экс­пер­ти­зу, вооб­ще не имел пра­ва это­го делать, так как он явля­ет­ся экс­пер­том в обла­сти араб­ско­го язы­ка и литературы.

- Я про­тив удо­вле­тво­ре­ния дан­но­го хода­тай­ства, — заявил гособ­ви­ни­тель Рах­ме­тул­ла Ахме­тов, — араб­ский язык — не осно­ва­ние для отво­да эксперта.

Хода­тай­ство было остав­ле­но откры­тым до 16—00 30 мая.

Дру­гое хода­тай­ство защит­ни­ков было о при­ну­ди­тель­ном достав­ле­нии в суд Кари­бая Куса­и­но­ва и пред­при­ни­ма­тель­ни­цы Анны Кузь­ми­ной, а так­же ряда дру­гих сви­де­те­лей, ука­зан­ных в обви­ни­тель­ном заключении.

- Без при­ну­ди­тель­ной явки этих сви­де­те­лей невоз­мож­но уста­но­вить исти­ну по делу, — пояс­нил г‑н Алимбаев.

Посо­ве­щав­шись (сам с собой) на месте, судья решил дан­ное хода­тай­ство удо­вле­тво­рить частич­но, то есть вызвать всех сви­де­те­лей не при­ну­ди­тель­но, а выслать им повест­ки для явки в суд.

Еще одно хода­тай­ство было об истре­бо­ва­нии и изу­че­нии мате­ри­а­лов опе­ра­тив­но-розыск­ных мероприятий.

- Про­ра­бо­тай­те вопрос о воз­мож­но­сти пол­но­го или частич­но­го рас­сек­ре­чи­ва­ния этих мате­ри­а­лов, — обра­тил­ся судья к гособвинителю.

Хода­тай­ство было остав­ле­но откры­тым до 16 часов 30 мая.

Новое в УПК

После это­го в зал засе­да­ния был при­гла­шен сле­до­ва­тель ДВД Жам­был­ской обла­сти Али­ев, кото­рый вел дело Вади­ма Курамшина.

- Я при­был в Кор­дай, где с полич­ным был задер­жан граж­да­нин Курам­шин, — рас­ска­зал суду сви­де­тель. — Сотруд­ни­ки УБОП обес­пе­чи­ли поня­тых. Поня­тым разъ­яс­ни­ли их пра­ва и обя­зан­но­сти. У задер­жан­но­го обна­ру­жи­ли и изъ­яли лич­ные вещи, кото­рые были упа­ко­ва­ны и опе­ча­та­ны. Затем был досмот­рен авто­мо­биль Курам­ши­на. Все фик­си­ро­ва­лось на видео­ка­ме­ру. Затем задер­жан­ный был водво­рен в ИВС, полу­че­на санк­ция на арест.

- Что яви­лось осно­ва­ни­ем для задер­жа­ния? — зада­ли вопрос адвокаты.

- Осно­ва­ни­ем явил­ся рапорт Кал­му­ха­но­ва, зам­на­чаль­ни­ка УБОП ДВД. Я выехал стар­шим след­ствен­но-опе­ра­тив­ной груп­пы. По при­бы­тии в Кор­дай работ­ни­ки 7‑го управ­ле­ния уста­но­ви­ли в каби­не­те помощ­ни­ка про­ку­ро­ра Удер­ба­е­ва аппа­ра­ту­ру для скры­той видео­за­пи­си. Аппа­ра­ту­ра была уста­нов­ле­на в ночь с 22 на 23 января.

- Осно­ва­ния для уста­нов­ки аппа­ра­ту­ры есть? — поин­те­ре­со­вал­ся судья.

- Осно­ва­ние — это рапорт Кал­му­ха­но­ва. Санк­ция про­ку­ро­ра Жам­был­ской обла­сти име­ет­ся, — отве­тил г‑н Алиев.

- Был ли нет­бук в авто­мо­би­ле, кото­рым управ­лял Курам­шин? — спро­сил гособ­ви­ни­тель Ахметов.

- Нет, не было, — после­до­вал ответ.

- Кто откры­вал авто?

- Один из убоповцев.

- Тут со сто­ро­ны защи­ты доно­сят­ся упре­ки в мой адрес, что они полу­чи­ли непол­ный текст обви­ни­тель­но­го заклю­че­ния. Поче­му у них нет пол­но­го текста?

- Я им выдал ске­лет обви­ни­тель­но­го заклю­че­ния, что было у меня на момент их обращения.

- То есть вы при­зна­е­те, что у них обви­ни­тель­ное заклю­че­ние непол­ное? — спро­сил судья.

- Они обра­ти­лись, я выдал им проект.

- Вы им гово­ри­ли, что выда­е­те им проект?

- Не помню.

- По чье­му хода­тай­ству была назна­че­на фило­ло­ги­че­ская экспертиза?

- Я сво­им поста­нов­ле­ни­ем назначил.

- Курам­шин вно­сил туда свои вопросы?

- Не помню.

- Каким обра­зом поста­нов­ле­ние сда­ли в Центр судеб­ных экспертиз?

- Поехал в Чим­кент и сдал в канцелярию.

- С экс­пер­та­ми встречались?

- Нет.

- На нем сто­ит под­пись экс­пер­та Жуни­со­вой. Зна­чит, ваше поста­нов­ле­ние она лич­но принимала?

- Я не помню.

- На вопро­сы экс­пер­ти­зы отве­ча­ли толь­ко фило­ло­ги. Вы инте­ре­со­ва­лись, есть ли сре­ди экс­пер­тов психологи?

- Я позво­нил туда и спро­сил, дела­ют ли они такие экс­пер­ти­зы. Они ска­за­ли, что делают.

- Кто задер­жи­вал Курамшина?

- Началь­ник УБОП и началь­ник отдела.

- Кто про­из­во­дил видеосъемку?

- Экс­перт-кри­ми­на­лист РОВД Кордая.

- Вы про­ве­ря­ли зна­ние рус­ско­го язы­ка у понятых?

- В лич­ной бесе­де они пони­ма­ли язык. Они назва­ли мне свои анкет­ные дан­ные на рус­ском языке.

- Но любой чело­век смо­жет назвать свои анкет­ные дан­ные, если даже пло­хо вла­де­ет язы­ком! — воз­му­ти­лись адвокаты.

- Нет, не смо­жет, — воз­ра­зил г‑н Али­ев. — Если я не вла­дею, напри­мер, англий­ским язы­ком, то не смо­гу отве­тить на эти вопросы.

- Вы счи­та­е­те, что долж­ны объ­явить задер­жан­но­му его права?

- Я обя­зан разъ­яс­нить ему его пра­ва. Когда его доста­ви­ли в ИВС, я разъ­яс­нил пра­ва. А до это­го я озна­ко­мил его с протоколом.

- При задер­жа­нии вы зачи­ты­ва­ли права?

- Он был про­сто физи­че­ски задержан.

- В УПК есть такое поня­тие: «физи­че­ское задержание»?

- Он был задер­жан, были обна­ру­же­ны вещи, име­ю­щие отно­ше­ние к делу…

- Мы спра­ши­ва­ем: в УПК есть такое понятие?

Но внят­но­го отве­та о зачи­ты­ва­нии прав так и не последовало.

«Я убеж­ден, что Вадим — преступник»

- Вы мне позво­ни­ли чуть ли не ночью, око­ло 11 часов, и сооб­щи­ли, что задер­жа­ли Вади­ма, — взя­ла сло­во мать под­су­ди­мо­го, Оль­га Сте­па­нов­на. — Вы ска­за­ли, что он задер­жан в Жам­был­ской обла­сти. Я тол­ком ниче­го не поня­ла. В Севе­ро-Казах­стан­ской обла­сти, где я живу, тоже есть Жам­был­ский рай­он. Поче­му вы не дали теле­фон мое­му сыну?

- Пото­му что в его теле­фоне мог­ли быть важ­ные све­де­ния. Поэто­му я и не дал ему в руки телефон.

- Но он же име­ет пра­во на один звонок!

- Я же сооб­щил вам све­де­ния! И отку­да мне знать, что у вас (мама Вади­ма про­жи­ва­ет в Пет­ро­пав­лов­ске — авт.) тоже есть Жам­был­ский район?

- В момент задер­жа­ния были сомне­ния в винов­но­сти Курам­ши­на? — спро­си­ла Разия Нурмашева.

- Это­го вопро­са у меня не возникало.

- Когда вы при­е­ха­ли, то зна­ли, в чем подо­зре­ва­ет­ся Курамшин?

- О ста­тье не было раз­го­во­ра. Ква­ли­фи­ка­цию я опре­де­ляю при воз­буж­де­нии уго­лов­но­го дела.

- Когда воз­бу­ди­ли уго­лов­ное дело?

- В день задержания.

- Вы объ­яви­ли ему, за что он задержан?

- Объ­явил о лич­ном досмотре.

- То есть в момент «физи­че­ско­го удер­жа­ния» не разъяснили?

- У меня не было осно­ва­ний подо­зре­вать его в чем-либо.

- Вы зна­ли о том, что Курам­шин дей­ство­вал в инте­ре­сах пред­при­ни­ма­тель­ни­цы Кузьминой?

- Он упо­ми­нал об этом. Но он при­шел вымо­гать! Я наблю­дал за этим про­цес­сом в сосед­ней ком­на­те. Кто его упол­но­мо­чи­вал на эти дей­ствия? В дове­рен­но­сти это­го нет. Отку­да он узнал, что Удер­ба­ев — преступник?

- Поче­му вы не отра­бо­та­ли Куса­и­но­ва так же, как и меня? — задал вопрос Вадим Курам­шин. — Он же при­шел со мной!

- Я его допро­сил как свидетеля.

- Поче­му?

- Пото­му что он не полу­чал день­ги и не был задержан.

- Но закон обя­зы­ва­ет охва­ты­вать всех участ­ни­ков пред­по­ла­га­е­мо­го пре­ступ­ле­ния, а вы Куса­и­но­ва отсек­ли на поро­ге про­ку­рор­ско­го кабинета!

- Рас­сле­до­ва­ние было про­ве­де­но объективно.

- С чего вы взя­ли, что я совер­шаю преступление?

- Это мое лич­ное мнение.

- Клю­чи от авто­мо­би­ля вклю­чи­ли в опись изъ­ятых предметов?

- Они не име­ют отно­ше­ния к делу.

- Их изъ­яли как поло­же­но? По УПК они долж­ны быть опе­ча­та­ны неза­ви­си­мо от того, име­ют они отно­ше­ние к делу или нет. Вы соглас­ны, что дерз­ко нару­ши­ли УПК?

- Нет!

- Поче­му обыск авто­мо­би­ля был про­из­ве­ден без постановления?

- Пото­му что вы при­бы­ли на нем.

- Поче­му вы не пред­ло­жи­ли мне доб­ро­воль­но выдать вещи?

- Это не нарушение.

- Нет, нару­ше­ние, иду­щее враз­рез с законом!

После это­го опять была про­де­мон­стри­ро­ва­на видео­за­пись задер­жа­ния Вади­ма Курам­ши­на. Защи­та попро­си­ла про­де­мон­стри­ро­вать момен­ты, из кото­рых вид­но, что клю­чи, изъ­ятые у задер­жан­но­го и поло­жен­ные на стул, в после­ду­ю­щем исче­за­ют в неиз­вест­ном направ­ле­нии. В после­ду­ю­щем, перед нача­лом осмот­ра авто­мо­би­ля, клю­чи обна­ру­жи­ва­ют­ся в руках опе­ра Ибра­е­ва. Но г‑н Али­ев стал отри­цать факт исчез­но­ве­ния клю­чей и после­ду­ю­ще­го похи­ще­ния нет­бу­ка Кари­бая Куса­и­но­ва из автомобиля.

- Клю­чи не исчез­ли, про­сто их пере­ло­жи­ли на дру­гой стул, сто­яв­ший рядом, — заявил сле­до­ва­тель. — Да и если мы бы захо­те­ли поко­пать­ся в вашем авто, то мы бы выта­щи­ли дове­рен­ность и созда­ли бы вам проблемы.

- А какой вам смысл похи­щать дове­рен­ность? — уди­вил­ся Вадим Курам­шин. — Похи­щен нет­бук с веще­ствен­ны­ми доказательствами!

- О каком вто­ром сту­ле гово­рит сле­до­ва­тель? Не было ника­ко­го вто­ро­го сту­ла! — выска­зал свое мне­ние после про­цес­са Рус­лан Хали­дов, руко­во­ди­тель мест­но­го фили­а­ла Бюро по пра­вам чело­ве­ка и соблю­де­нию закон­но­сти. — Да и вооб­ще вид­но, что про­цесс идет с обви­ни­тель­ным уклоном.

…На этом оче­ред­ное засе­да­ние завершилось.