Играть в терроризм режиму выгодно

Режим Назар­ба­е­ва отнюдь не слу­чай­но решил­ся обви­нить оппо­зи­цию в под­го­тов­ке тер­ак­тов. Этот маневр пре­сле­ду­ет как мини­мум две цели – отвлечь вни­ма­ние обще­ства от жана­о­зен­ско­го дела и начать более реши­тель­ные дей­ствия в борь­бе с глав­ным оппо­нен­том елба­сы Мух­та­ром Абля­зо­вым, счи­та­ет гла­ва отде­ла Сред­ней Азии Инсти­ту­та стран СНГ Андрей Грозин.

 

Автор: Андрей ГРОЗИН

 

Оппо­зи­ция как поле боя

- Андрей Вален­ти­но­вич, в Казах­стане из оппо­зи­ции лепят ОПГ, обви­няя в под­го­тов­ке неких тер­ак­тов. Отче­го, на Ваш взгляд, режим решил­ся на уже­сто­че­ние внут­рен­ней политики?

- В Казах­стане борь­ба меж­ду раз­лич­ны­ми финан­со­во-про­мыш­лен­ны­ми груп­па­ми име­ет пер­ма­нент­ный харак­тер, она то обост­ря­ет­ся, то зати­ха­ет. Пер­вый раз, что ли, прес­су­ют казах­стан­скую оппо­зи­цию? Оппо­зи­ция — это одно из види­мых полей боя, на кото­ром раз­ные груп­пы сво­дят сче­ты и демон­стри­ру­ют кру­тость. Я так пони­маю, что сей­час гос­по­ди­ну Нур­таю Абы­ка­е­ву надо про­де­мон­стри­ро­вать, что он не даром ест госу­дар­ствен­ные хлеба.

- Но поче­му имен­но тер­ро­ризм выбрали?

- А что еще так хоро­шо может подой­ти для чекист­ско­го ведом­ства? Рас­кры­тие заго­во­ра тер­ро­ри­стов, кото­рые хоте­ли взо­рвать госу­дар­ствен­ную ста­биль­ность, — это ведь очень яркое, зри­мое и удоб­ное собы­тие. Вооб­ще, уни­что­жить поли­ти­че­ско­го оппо­нен­та, обви­нив его в тер­ро­риз­ме, — это в духе нынеш­не­го вре­ме­ни. Подоб­ное в раз­ных фор­мах про­ис­хо­дит прак­ти­че­ски повсе­мест­но, пото­му что обви­не­ние в тер­ро­ри­сти­че­ской дея­тель­но­сти — это нын­че про­сто неуби­ва­е­мая кар­та. Меж­ду тем дея­тель­ность Мух­та­ра Абля­зо­ва мно­гих раз­дра­жа­ет в Казах­стане. Как мож­но его заткнуть? Эко­но­ми­че­ски­ми мето­да­ми, кото­ры­ми пытал­ся столь­ко вре­ме­ни зани­мать­ся гос­по­дин Варен­ко? Но это очень дол­го, мутор­но и с финан­со­вой точ­ки зре­ния очень рас­ход­ное меро­при­я­тие. Надо под­ма­зать кучу адво­ка­тов, сфор­ми­ро­вать обще­ствен­ное мне­ние, посто­ян­но пла­тить юри­стам и лоб­би­стам. А резуль­тат не оче­ви­ден. Поэто­му про­ще обви­нить в тер­ро­ри­сти­че­ской деятельности.

- Вы вери­те в эти обвинения?

- Все эти видео­ма­те­ри­а­лы, кото­рые демон­стри­ру­ют­ся, где непо­нят­ный чело­век с непо­нят­ной био­гра­фи­ей озву­чи­ва­ет непо­нят­ную вер­сию… Смот­рит­ся все это мало­убе­ди­тель­но. Но мы не зна­ем, что есть еще у КНБ, кро­ме того, что пока­за­ли миру в «Юту­бе». Если толь­ко подоб­ные пока­за­ния, то это не серьезно.

- Какие цели пре­сле­ду­ет власть, при­кры­ва­ясь необ­хо­ди­мо­стью «борь­бы с терроризмом»?

- Режи­му важ­но сей­час пере­клю­чить вни­ма­ние обще­ства с жана­о­зен­ско­го про­цес­са на новые зна­чи­мые для обще­ства собы­тия. А что для насе­ле­ния может быть сопо­ста­ви­мо по зна­чи­мо­сти? Что мог­ло бы отвлечь вни­ма­ние от явных дырок, кото­рые выле­за­ют в судеб­ном про­цес­се в Актау? Есте­ствен­но, заяв­ле­ние о том, что доб­лест­ный Коми­тет наци­о­наль­ной без­опас­но­сти, не щадя себя, предот­вра­тил жут­кое кровопролитие.

- Полу­ча­ет­ся, пыта­ют­ся сыг­рать на люд­ских фобиях?

- Да, чело­ве­ку свой­ствен­но экс­тра­по­ли­ро­вать все про­бле­мы, о кото­рых ему рас­ска­зы­ва­ет теле­ви­зор, на себя. И, к сожа­ле­нию, этот мир дей­стви­тель­но под­вер­жен фоби­ям, свя­зан­ным с тер­ро­ри­ста­ми-оди­ноч­ка­ми, манья­ка­ми, идей­ны­ми тер­ро­ри­ста­ми. При­чем здесь гра­ниц ника­ких нет. Все пре­крас­но зна­ют то, что недав­но про­изо­шло во Фран­ции, Нор­ве­гии, США, и то, что посто­ян­но про­ис­хо­дит в Ира­ке, Афга­ни­стане, Сирии. Поэто­му с точ­ки зре­ния воз­дей­ствия на мас­со­вое созна­ние имен­но заяв­ле­ния о том, что суще­ству­ет реаль­ная тер­ро­ри­сти­че­ская угро­за, кото­рая может кос­нуть­ся каж­до­го, — это выиг­рыш­ная пар­тия, играть в кото­рую поли­ти­че­ско­му руко­вод­ству стра­ны все­гда интересно.

Гай­ки власть закру­тит до упора

- Как Вы може­те оце­нить про­хо­дя­щий в Актау суд над так назы­ва­е­мы­ми участ­ни­ка­ми бес­по­ряд­ков в Жана­о­зене 16 декаб­ря про­шло­го года?

- Пока мате­ри­а­лов с судеб­ных слу­ша­ний почти нет, за исклю­че­ни­ем того, что пуб­ли­ку­ет­ся на пор­та­ле «Рес­пуб­ли­ка». Не «Хабар» же читать или «Литер». Там сугу­бо дози­ро­ван­ная, очень отце­жен­ная инфор­ма­ция. И по офи­ци­аль­ным дан­ным понять, что на этом про­цес­се про­ис­хо­дит, затруд­ни­тель­но, мяг­ко говоря.

Одна­ко, гля­дя на обще­по­ли­ти­че­скую тен­ден­цию, мы видим, что в Казах­стане идет закру­чи­ва­ние гаек. Да, с одной сто­ро­ны, выпу­сти­ли Иго­ря Виняв­ско­го, но, с дру­гой сто­ро­ны, осталь­ные оста­ют­ся сидеть, им шьют серьез­ные обви­не­ния, в том чис­ле в тер­ро­ри­сти­че­ской дея­тель­но­сти, и логич­но пред­по­ло­жить, что и сро­ки им накру­тят на пол­ную катушку.

- Насколь­ко это адек­ват­но для циви­ли­зо­ван­ной страны?

- Это пло­хо, ведь ясно, что мно­гих из тех, кого нын­че обви­ня­ют в тер­ро­риз­ме, сде­ла­ли обви­ня­е­мы­ми авто­ма­ти­че­ски. Я не думаю, что, если бы подоб­но­го рода про­цесс про­хо­дил в циви­ли­зо­ван­ном мире, эти люди вооб­ще ока­за­лись бы на ска­мье под­су­ди­мых. Даже в Рос­сии мно­гих из этих людей отпу­сти­ли бы из зала суда после пер­вич­ных слушаний.

- Мно­гие наблю­да­те­ли уве­ре­ны, что при­го­во­ры участ­ни­ки Жана­о­зен­ских собы­тий полу­чат жест­кие. Како­ва, на Ваш взгляд, может быть реак­ция наро­да на это?

- Если при­го­во­ры будут очень суро­вы­ми, в них мало кто пове­рит. Про­сто насе­ле­ние пони­ма­ет, что пле­тью обу­ха не пере­ши­бешь. Власть вос­при­ни­ма­ет­ся как враж­деб­ная сила, люди пони­ма­ют, что, если попал в сети этой силы, она тебя живьем не отпу­стит. На быто­вом уровне люди будут, конеч­но, сочув­ство­вать тем, кто попал в жер­но­ва этой систе­мы, но что они могут сде­лать? Власть, кста­ти, демон­стри­руя свою суро­вость насе­ле­нию, не рас­счи­ты­ва­ет на то, что оно может актив­но про­те­сто­вать про­тив это­го. И соб­ствен­но, пожа­луй, она пра­ва, ожи­дать всплес­ка граж­дан­ской актив­но­сти, даже в круп­ных горо­дах Казах­ста­на, преждевременно.

К ухо­ду пре­зи­ден­та уже готовятся?

- В послед­нее вре­мя все чаще появ­ля­ет­ся неофи­ци­аль­ная инфор­ма­ция об ухуд­ше­нии здо­ро­вья Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва, вслед­ствие это­го — низ­кой рабо­то­спо­соб­но­сти пре­зи­ден­та. Соб­ствен­но, про­бле­мы со здо­ро­вьем в его годы — это нор­ма. Но какие угро­зы для стра­ны может нести подоб­ная ситуация?

- Чест­но гово­ря, надо­е­ло на эту тему гово­рить. Пото­му что, когда захо­дит речь и с запад­ны­ми, и с восточ­ны­ми кол­ле­га­ми о Казах­стане, все раз­го­во­ры непре­мен­но сво­дят­ся к само­чув­ствию пер­во­го лица стра­ны и что будет, если вдруг его не ста­нет. Но это гада­ние на кофей­ной гуще! Ведь тео­ре­ти­че­ски, если учи­ты­вать совре­мен­ное раз­ви­тие меди­ци­ны, осо­бен­но запад­ной, да и восточ­ной нетра­ди­ци­он­ной, пре­зи­дент может нахо­дить­ся в рабо­чей фор­ме еще дол­го. И 10, и 15, и 20 лет… Но мы пом­ним, как неожи­дан­но ушел из жиз­ни лидер Турк­ме­ни­ста­на Сапар­му­рат Ния­зов. Да, у него была мас­са про­блем со здо­ро­вьем, но ниче­го смер­тель­но­го. Я видел его по теле­ви­зо­ру за неде­лю до того, как он умер, он про­из­во­дил впе­чат­ле­ние вполне бодро­го чело­ве­ка. Одна­ко раз — и все. Как гово­рит­ся, чело­век пред­по­ла­га­ет, а Бог рас­по­ла­га­ет. Так что рано или позд­но пре­зи­дент пере­ста­нет быть пре­зи­ден­том, и, навер­ное, к подоб­но­му собы­тию надо гото­вить­ся заранее.

- А как, по-ваше­му, с этой под­го­тов­кой обсто­ит дело в Казахстане?

- Я думаю, что сей­час под­го­тов­ка пра­вя­ще­го клас­са к это­му пери­о­ду акти­ви­зи­ро­ва­лась. Все участ­ни­ки боль­шой игры в пре­ем­ни­ка, по моим ощу­ще­ни­ям, серьез­но верят в то, что пора начи­нать дей­ство­вать. Мол, если не пото­ро­пить­ся, не под­су­е­тить­ся, то есть риск ока­зать­ся на обо­чине поли­ти­че­ско­го про­цес­са и лишить­ся все­го: вли­я­ния и вслед за ним денег. Актив­ность, на мой взгляд, воз­рос­ла после того, как эта поли­ти­че­ская систе­ма испы­та­ла очень серьез­ные внут­рен­ние про­бле­мы. Она и без того рабо­та­ла из года в год все хуже. Но в бли­жай­шем окру­же­нии пре­зи­ден­та все-таки пыта­лись сохра­нить некую ста­биль­ность. Во вся­ком слу­чае, после зачист­ки Али­е­ва пыта­лись выстро­ить некую новую схе­му с опо­рой, с одной сто­ро­ны, на ста­рую гвар­дию, с дру­гой — на людей сле­ду­ю­ще­го поко­ле­ния, поко­ле­ния Маси­мо­ва, Муси­на, на наи­бо­лее вли­я­тель­ных и во всех смыс­лах сло­ва обес­пе­чен­ных ресур­са­ми, вли­я­ни­ем. Но эта систе­ма, кото­рую пыта­лись выстро­ить в тече­ние послед­них лет, не прижилась.

- Что или кто ей помешал?

- Круг людей, име­ю­щих пря­мой доступ к пре­зи­ден­ту, несмот­ря на поте­ри послед­них лет, оста­вал­ся доста­точ­но ста­биль­ным. И эта систе­ма мог­ла рабо­тать даль­ше. Одна­ко после зачист­ки, кото­рая в про­шлом году прак­ти­че­ски поста­ви­ла крест на нефор­маль­ных лиде­рах юга, из кото­рых сей­час остал­ся более или менее на пла­ву лишь гос­по­дин Шуке­ев, ста­ло оче­вид­но, что систе­ма, при кото­рой люди из окру­же­ния пре­зи­ден­та кон­ку­ри­ро­ва­ли меж­ду собой, а елба­сы высту­пал в каче­стве арбит­ра, не прижилась.

А все пото­му, что новая груп­па людей — гла­ва адми­ни­стра­ции, пре­мьер-министр, сред­ний зять пре­зи­ден­та — реши­ли, что глу­по делить­ся пра­вом на доступ к пре­зи­ден­ту с кем-то еще. Сна­ча­ла зачи­сти­ли южан, потом выда­ви­ли ста­рую гвар­дию, отда­лив ее от пре­зи­ден­та. Они реши­ли, что доступ к пре­зи­ден­ту — ресурс, кото­рый надо моно­по­ли­зи­ро­вать, то есть сфор­ми­ро­вать вокруг пре­зи­ден­та некий барьер. Потом по зако­ну есте­ствен­но­го отбо­ра из тро­их оста­лось двое. Из этих дво­их оста­нет­ся один.

- И ста­нет победителем?

- Не обя­за­тель­но… В Казах­стане в послед­ние годы появи­лась такая тен­ден­ция: когда кто-то нара­щи­ва­ет свое вли­я­ние, пре­вра­ща­ясь в моно­по­ли­ста и угро­зу для осталь­ных кла­нов, груп­пы про­тив него объ­еди­ня­ют­ся и сов­мест­ны­ми уси­ли­я­ми его валят. Так было с Раха­том Али­е­вым, с южа­на­ми, Тиму­ром Кули­ба­е­вым. Хотя я не могу пред­ста­вить себе в реаль­но­сти ситу­а­ции, при кото­рой Аслан Мусин с Кари­мом Маси­мо­вым закры­лись бы где-то в каби­не­те и ста­ли раз­ра­ба­ты­вать на пари­тет­ных усло­ви­ях некие схемы.

- Поче­му?

- Эти люди могут быть союз­ни­ка­ми толь­ко в так­ти­че­ских целях на корот­кое вре­мя для реше­ния каких-то прак­ти­че­ских задач, то есть дру­жить про­тив кого-то, но не более. Это верх­няя план­ка подоб­но­го рода кон­струк­ции. Это то, что было у Кур­ман­бе­ка Баки­е­ва с Фелик­сом Куло­вым в тече­ние 2005—2006 годов. Они как бы обра­зо­вы­ва­ли тан­дем, но каж­дый ста­рал­ся по мере воз­мож­но­сти при­ду­шить сво­е­го това­ри­ща. То есть Мусин — Маси­мов — это не рос­сий­ский вари­ант тан­де­ма, а кыр­гыз­ский. В Биш­ке­ке силь­нее ока­зал­ся Баки­ев, кото­рый пре­вра­тил Куло­ва в поли­ти­че­ский труп. Одна­ко наи­бо­лее силь­ные фигу­ры в нынеш­ней казах­стан­ской поли­ти­ке оста­ют­ся зави­си­мы­ми от президента.

- Но есть и такое мне­ние, что это пре­зи­дент сего­дня зави­сим от окружения.

- Я так не счи­таю. Я согла­сен с Сер­ге­ем Дува­но­вым в том, что пре­зи­дент оста­ет­ся глав­ным цен­тром при­ня­тия всех реше­ний и ни от кого этот центр не зави­сит. Он тер­пит и Муси­на, и Маси­мо­ва не пото­му, что не может их заме­нить, он про­сто не видит в этом необ­хо­ди­мо­сти. Они его устра­и­ва­ют. Вот зять елба­сы не устро­ил по раз­ным при­чи­нам, и он его убрал. Хотя еще в октяб­ре-нояб­ре про­шло­го года неко­то­рые сай­ты твер­ди­ли, что он прак­ти­че­ски пре­ем­ник, мол, ему оста­лось еще немно­го, еще какая-нибудь кру­тая госдолж­ность, а там вот уже и вожде­лен­ное крес­ло. У мно­гих было ощу­ще­ние, что Тимур уже почти пре­зи­дент. Похо­же, и сам Тимур пове­рил в это, и вот тогда его быст­рень­ко подвинули.

- Вы пола­га­е­те, Тимур Кули­ба­ев — поли­ти­че­ский труп?

- Нет, это вовсе не зна­чит, что он теперь будет пре­бы­вать в опа­ле веч­но. Не обя­за­тель­но. В подоб­но­го рода систе­мах, в кото­рых все упи­ра­ет­ся в настро­е­ние и мыс­ли толь­ко одно­го чело­ве­ка, невоз­мож­но пред­ска­зать ниче­го. Пре­зи­дент может взять и, что назы­ва­ет­ся, реста­ври­ро­вать поло­же­ние и вли­я­ние зятя, а может задви­нуть его навсе­гда в самый даль­ний угол казах­стан­ской поли­ти­ки. Все может быть в этой систе­ме, мы лишь можем предполагать…

Интер­вью под­го­то­ви­ла Татья­на ГАРЬКАВАЯ