Еще одна проблема транзита

Одной из ключевых проблем предстоящего транзита верховной власти в Казахстане является сам Нурсултан Назарбаев. Стремясь во чтобы то ни стало сохранить и свою власть, и существующий порядок вещей в стране, включая политическую систему и практику, он постоянно пытается модернизировать экономику и народ, но при этом не модернизируется сам и не модернизирует свой главный рабочий инструмент – государство.

Именно поэтому результат многолетних усилий Назарбаева сделать страну, ее экономику и ее граждан конкурентоспособными и преуспевающими, часто описывается словами бывшего российского премьер-министра Виктора Черномырдина: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Более того, можно уже с уверенностью предсказать, что попытки Акорды модернизировать все и вся провалятся.

Почему мы так считаем?

Во-первых, в XXI веке подобную задачу невозможно решить усилиями одного только государственного аппарата, нужны еще не просто поддержка, а активное, мы бы даже сказали, самоотверженное участие бизнеса и общества. Но в Казахстане бизнес занимает подчиненное отношение по отношению к Акорде и государственной вертикали. И эта подчиненность была окончательно закреплена после поражения общественного движения «Демократический выбор Казахстана», ставшего попыткой предпринимателей политически отстоять свои интересы.

То же самое касается казахстанского общества. Стремление Акорды во чтобы то ни стало сохранить внутриполитическую стабильность привело к тому, что в стране сначала была жестко ограничена политическая активность граждан, а затем стала пресекаться и социальная активность. В результате мы имеем то, что имеем – всеобщую пассивность в обществе, которую не способны изменить ни квазиобщественные структуры, ни призывы властей к созидательному труду и активному участию в реализации указаний Назарбаева.

Во-вторых, Акорда и правящая элита в целом пытаются одновременно решать две стратегические для себя задачи: самосохраниться у власти и осуществить модернизацию экономики и общественного сознания, то есть народа. Эти задачи заведомо противоречат друг другу, в результате чего госаппарат как единственный инструмент их реализации вынужден оперировать в расходящихся направлениях.

Мы не можем оценить, понимают ли это сам Нурсултан Назарбаев и его ближайшее окружение, но ощущение того, что Казахстан не просто топчется на месте, но, поскольку мир постоянно движется вперед, отстает от него все больше и больше, в обществе усиливается. Это, в частности, приводит к росту эмиграционных настроений и эмиграции.

Беда в том, что пока мало шансов на то, что Акорда и правящая казахстанская элита решатся на какие-то серьезные преобразования. При этом не имеет значения, будет ли страной по-прежнему руководить Нурсултан Назарбаев или уже его преемник (преемники). Так или иначе, для готовности пойти на кардинальные реформы (изменения) нужен серьезный толчок извне или изнутри. Для правящей элиты в СССР таким толчком стали серьезные, системные экономические проблемы 80‑х годов, когда падение мировых цен на нефть и расходы на афганскую войну обрушили ранее существовавший экономический механизм, сделав его сохранение невозможным в принципе.

Для Казахстана таким толчком, в частности, способно стать очередное падение мировых цен на нефть. Но только в том случае, если цены на казахстанскую нефть снизятся до отметок порядка 20–25 долларов за баррель, то есть вдвое против текущего уровня, Акорда окажется перед реальной необходимостью что-то менять в стране и меняться самой. Правда, благодаря Национальному фонду у казахстанских властей и правящей элиты будет несколько лет отсрочки, но не более того.

Прогнозы, что существующий порядок вещей в Казахстане может быть изменен действиями радикальных исламистов или массовыми выступления мирных граждан в защиту своих гражданских прав и свобод, мы считаем мало реальными. Да, они могут потрясти страну, но опыт подсказывает, что Акорда научилась им противостоять, более того, готова к этому.

Плюс казахстанские власти гарантированно получат поддержку России, уже имеющей опыт противостояния вооруженным сепаратистам на Северном Кавказе. Опыт той же Сирии показал, что Россия способна справиться с такими эксцессами даже в отдаленном от себя регионе, что же тогда говорить про соседний с ней Казахстан?

Казахстан также граничит с Китаем, который имеет серьезные проблемы с экстремизмом в Синьзян-Уйгурском автономном районе и уже по этой причине поддержит власти Казахстана и, соответственно, не будет возражать против ввода российских войск на территорию последнего для поддержки Назарбаева или его преемников.

Поэтому существующая внутриполитическая «стабильность» в Казахстане, основанная отнюдь не на величии Нурсултана Назарбаева и верности его идей, а на стабильности мировых цен на нефть, жесткости государственной вертикали, консолидации правящей элиты и ее неготовности жертвовать своими интересами, плюс заинтересованности соседних государств в сохранении статус-кво, будет продолжаться относительно долго. Другое дело, что точно не вечно.

Таким образом, можно прогнозировать, что Казахстан будет еще долго вынужден идти параллельными внутриполитическими курсами с Россией и Китаем, с неизбежными поправками на размеры экономик, качество правящей элиты и ее способность не только обеспечивать внутриполитическую стабильность, но и модернизировать, развивать экономику.

При этом в силу необходимости пережить транзит верховной власти в Казахстане, ближайшее окружение елбасы в частности и правящая элита в целом в ближайшие годы будут больше внимания уделять именно своему самосохранению во власти, нежели модернизации страны. Что вполне логично: первое для них точно важнее второго.