В Акорде еще нет решения по Мамаю

Одна­ко посколь­ку судеб­ный про­цесс бли­зит­ся к кон­цу, реше­ние будет при­ня­то уже в бли­жай­шее вре­мя. При этом не исклю­чен самый неожи­дан­ный вари­ант: напри­мер, пол­ное оправ­да­ние под­су­ди­мо­го или, наобо­рот, лише­ние сво­бо­ды на дли­тель­ный срок с пол­ной кон­фис­ка­ци­ей имущества.

Неопре­де­лен­ность в отно­ше­нии судеб­но­го при­го­во­ра объ­яс­ня­ет­ся тем, что уго­лов­ное дело, воз­буж­ден­ное в отно­ше­нии Жан­бо­ла­та Мамая, име­ет ярко выра­жен­ный поли­ти­че­ский харак­тер и орга­ни­зо­вы­ва­лось в рам­ках пер­ма­нент­ной борь­бы Акор­ды с Мух­та­ром Аблязовым.

Дело в том, что после реше­ния Гос­со­ве­та Фран­ции не выда­вать послед­не­го Рос­сии, казах­стан­ские вла­сти ока­за­лись силь­но огра­ни­че­ны в сво­их воз­мож­но­стях. На сего­дняш­ний день, если не при­ни­мать во вни­ма­ние физи­че­ское устра­не­ние оппо­нен­та, Акор­да, по наше­му мне­нию, име­ет толь­ко два рабо­чих инстру­мен­та для про­дол­же­ния «вой­ны»: граж­дан­ские иски к Абля­зо­ву и свя­зан­ным с ним лицам и орга­ни­за­цию судеб­но­го про­цес­са во Фран­ции по обви­не­ни­ям, ранее предъ­яв­лен­ным ему в Казахстане.

Имен­но в рам­ках под­го­тов­ки к тако­му про­цес­су (по нашей вер­сии) в Казах­стане состо­ял­ся суд над быв­ши­ми мене­дже­ра­ми «БТА Бан­ка»:  самим Мух­та­ром Абля­зо­вым (заоч­но), а так­же Саду­а­ка­сом Маме­ш­те­ги, Жак­сы­лы­ком Жарим­бе­то­вым и Кай­ра­том Сады­ко­вым — в про­шлом соот­вет­ствен­но пред­се­да­те­лем прав­ле­ния, заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля прав­ле­ния и  дирек­то­ром по кредитованию.

Недав­нее реше­ние апел­ля­ци­он­но­го суда о сни­же­нии  меры нака­за­ния Кай­ра­ту Сады­ко­ву с пят­на­дца­ти лет лише­ния сво­бо­ды на пять лет лише­ния услов­но чет­ко укла­ды­ва­ет­ся в логи­ку нашей вер­сии – всем трем быв­шим мене­дже­рам пред­сто­ит высту­пить сви­де­те­ля­ми обви­не­ния на пред­сто­я­щем во Фран­ции судеб­ном раз­би­ра­тель­стве по делу Мух­та­ра Аблязова.

Напом­ним, что в пер­вой инстан­ции Кай­рат Сады­ков, в отли­чие от сво­их подель­ни­ков, при­знал свою вину толь­ко частич­но, за что и  полу­чил весь­ма жест­кое пре­ду­пре­жде­ние от вла­стей. Теперь он, види­мо, осо­знал необ­хо­ди­мость сотруд­ни­чать и после пол­но­го при­зна­ния вины уже вышел на свободу.

Оче­вид­но, что Жан­бо­ла­та Мамая так­же пла­ни­ро­ва­ли сде­лать сви­де­те­лем обви­не­ния на буду­щем про­цес­се во Фран­ции, одна­ко в силу то ли непро­фес­си­о­на­лиз­ма испол­ни­те­лей поли­ти­че­ско­го зака­за, то ли из-за отсут­ствии реаль­ных дока­за­тельств его вины, судеб­ное раз­би­ра­тель­ство при­ня­ло неожи­дан­ный для Акор­ды харак­тер. И теперь осуж­де­ние Мамая к реаль­но­му лише­нию сво­бо­ды, при­чем по обви­не­нию в отмы­ва­нии денеж­ных средств, кото­ро­го не было по опре­де­ле­нию, посколь­ку Жан­бо­лат полу­чен­ные яко­бы от Абля­зо­ва сред­ства израс­хо­до­вал на изда­ние газе­ты оппо­зи­ци­он­но­го харак­те­ра, может ока­зать­ся серьез­ным аргу­мен­том в руках защит­ни­ков Мух­та­ра Аблязова.

Послед­ние навер­ня­ка исполь­зу­ют буду­щий судеб­ный при­го­вор по делу жур­на­ли­ста, осо­бен­но если он будет жест­ким, как дока­за­тель­ство того, что обви­не­ния, кото­рые  Казах­стан выдви­нет про­тив Мух­та­ра Абля­зо­ва во Фран­ции, пусть и в эко­но­ми­че­ских пре­ступ­ле­ни­ях, носят поли­ти­че­ский харак­тер. Явная  же сомни­тель­ность вер­дик­та, кото­рая навер­ня­ка будет пуб­лич­но под­твер­ждать­ся пред­ста­ви­те­ля­ми граж­дан­ско­го обще­ства, ста­нет неоспо­ри­мым дока­за­тель­ством отсут­ствия в  Казах­стане пра­во­су­дия и закон­но­сти, осо­бен­но в  уго­лов­ных делах, воз­буж­ден­ных в отно­ше­нии оппо­нен­тов Акорды.