11 C
Астана
5 октября, 2022
Image default

Угрозы для ЦА после 2014 года

По сло­вам реги­о­наль­ных экс­пер­тов, недав­нее повы­ше­ние актив­но­сти цен­траль­но­ази­ат­ских ислам­ских груп­пи­ро­вок на тер­ри­то­рии север­но­го Афга­ни­ста­на, сви­де­тель­ству­ет об их пла­нах запол­нить ваку­ум, кото­рый может обра­зо­вать­ся после выво­да меж­ду­на­род­ных войск в 2014 году.

Эти ради­каль­ные груп­пы, участ­ву­ю­щие в бое­вых опе­ра­ци­ях под руко­вод­ством Тали­ба­на, могут пой­ти на рас­ши­ре­ние про­из­вод­ства нар­ко­ти­ков для того, что­бы полу­чить допол­ни­тель­ные источ­ни­ки для сво­ей тер­ро­ри­сти­че­ской дея­тель­но­сти, счи­та­ют они.

Вес­ной это­го года в север­ных афган­ских про­вин­ци­ях Бадах­шан и Фарьяб, кото­рые рас­по­ло­же­ны, соот­вет­ствен­но, на гра­ни­це с Таджи­ки­ста­ном и Турк­ме­ни­ста­ном, про­изо­шли оже­сто­чен­ные столк­но­ве­ния пра­ви­тель­ствен­ных войск с сила­ми тали­бов. Тали­бан про­во­дил сов­мест­ные опе­ра­ции с чле­на­ми Ислам­ско­го Дви­же­ния Узбе­ки­ста­на (ИДУ).

В интер­вью Радио Сво­бо­да в апре­ле, губер­на­тор Бадах­ша­на заявил, что бое­ви­ки, сре­ди кото­рых были и чле­ны ИДУ, скон­цен­три­ро­ва­лись в 30—40 кило­мет­рах от гра­ни­цы с Таджикистаном.

Осно­ван­ное узбек­ски­ми исла­ми­ста­ми из Фер­ган­ской доли­ны ИДУ впер­вые заяви­ло о себе во вре­мя попыт­ки воору­жен­но­го про­ник­но­ве­ния на тер­ри­то­рию Кыр­гыз­ста­на и Узбе­ки­стан в 1999 и 2000 годах. Впо­след­ствии груп­па пере­дис­ло­ци­ро­ва­лась на севе­ро-запад Паки­ста­на после того, как ее покро­ви­тель Тали­бан был сверг­нут с вла­сти в 2001. Но, в послед­нее вре­мя, актив­ность бое­ви­ков ста­ла замет­на в север­ных реги­о­нах Афаганистана.

В кон­це мая, ИДУ и тали­бы взя­ли на себя ответ­ствен­ность за ата­ку шести тер­ро­ри­стов-смерт­ни­ков на рези­ден­цию губер­на­то­ра про­ви­ции Пан­дж­шер, кото­рая нахо­дит­ся к югу от Бадах­ша­на. В резуль­та­те ата­ки погиб­ли все шесте­ро тер­ро­ри­стов-смерт­ни­ков и один сотруд­ник поли­ции. В отдель­ных заяв­ле­ни­ях, рас­про­стра­нен­ных от име­ни Тали­ба­на и ИДУ, были назва­ны одни и те же име­на смерт­ни­ков, сре­ди кото­рых упо­ми­на­лись два узбе­ка и один кыргыз.

В сво­ем заяв­ле­нии ИДУ так­же ссы­ла­лось на свои пла­ны и гово­ри­ло о «буду­щих заво­е­ва­ни­ях в рай­оне Маве­ран­на­хра», исто­ри­че­ской обла­сти, обо­зна­ча­ю­щей тер­ри­то­рию к севе­ру от реки Амударьи.

8 июня в про­вин­ции Сари-Пуль была про­ве­де­на опе­ра­ция по поим­ке одно­го из коман­ди­ров ИДУ. Сооб­ща­лось о двух уби­тых бое­ви­ках, хотя неиз­вест­но, был ли он сре­ди них или нет. Двое бое­вых коман­ди­ров ИДУ были задер­жа­ны в про­вин­ции Баглан в мае.

Мощ­ное наступ­ле­ние тали­бов на севе­ре гово­рит о стрем­ле­нии добить­ся при­сут­ствия по всей стране и укре­пить свои пози­ции, что­бы бро­сить вызов Афган­ской Наци­о­наль­ной Армии после ухо­да меж­ду­на­род­ных войск.

Вопрос о том, каким обра­зом ИДУ впи­сы­ва­ет­ся в эту стра­те­гию, оста­ет­ся откры­тым. Пока нали­цо одно — груп­пи­ров­ка обес­пе­чи­ва­ет пушту­нов-тали­бов опыт­ны­ми бое­вы­ми силами.

Реги­о­наль­ные экс­пер­ты соглас­ны с тем, что соб­ствен­ные амби­ции тали­бов огра­ни­че­ны Афга­ни­ста­ном. Но их союз­ни­ки — ислам­ские бое­ви­ки, наце­лен­ные на Цен­траль­ную Азию — могут иметь дру­гие наме­ре­ния, направ­лен­ные на поко­ре­ние «Маве­ран­на­хра».

«Деста­би­ли­за­ция Афга­ни­ста­на опас­на для сосе­дей толь­ко тем, что там ради­ка­лам будут созда­ны гораз­до более луч­шие усло­вия», — гово­рит казах­стан­ский поли­то­лог Марат Шибутов.

Как объ­яс­нил Алек­сандр Зели­чен­ко, дирек­тор Цен­траль­но-Ази­ат­ско­го цен­тра нар­ко­по­ли­ти­ки в Биш­ке­ке, из-за при­сут­ствия меж­ду­на­род­ных сил в Афга­ни­стане чле­ны ислам­ских груп­пи­ро­вок не мог­ли сво­бод­но пере­дви­гать­ся по его тер­ри­то­рии. После выво­да войск ситу­а­ция может изме­нить­ся в их пользу.

Гла­ва Цен­тра иссле­до­ва­ний Афга­ни­ста­на и Цен­траль­ной Азии в Душан­бе Косим­шо Искан­да­ров пола­га­ет, что учи­ты­вая про­тя­жен­ность гра­ни­цы, рельеф мест­но­сти мел­ким груп­пам тер­ро­ри­стов не соста­вит боль­шо­го тру­да перей­ти границу.

“Опыт про­шлых лет пока­зы­ва­ет, что экс­тре­мист­ские и тер­ро­ри­сти­че­ские груп­пы исполь­зу­ют имен­но такой метод про­ник­но­ве­ния в Цен­траль­ную Азию, что­бы укре­пить­ся на месте и попы­тать­ся деста­би­ли­зи­ро­вать ситу­а­цию”, — ска­зал он.

По его сло­вам: “Если ради­каль­ные груп­пы закре­пят­ся на при­гра­нич­ных тер­ри­то­ри­ях Афга­ни­ста­на, то могут осу­ществ­лять напа­де­ние на гра­ни­це — на погран­по­сты и мир­ных жите­лей — и обрат­но уйти в Афганистан”.

Зели­чен­ко пре­ду­пре­дил, что вла­сти в реги­о­нах долж­ны быть гото­вы к такой угрозе.

“Как толь­ко меж­ду­на­род­ные силы будут выве­де­ны из Афга­ни­ста­на, этим непре­мен­но вос­поль­зу­ют­ся эти орга­ни­за­ции. Не сам Тали­бан. Он нико­гда нико­му не предъ­яв­лял ника­ких тер­ри­то­ри­аль­ных пре­тен­зий. Это не в его инте­ре­сах”, — ска­зал он.

Зели­чен­ко так­же доба­вил: “У них у всех раз­ные цели. ИДУ, напри­мер, высту­па­ет за уста­нов­ле­ние ислам­ско­го госу­дар­ства в Узбе­ки­стане, за свер­же­ние режи­ма Исла­ма Кари­мо­ва. Кто-то гово­рит об уста­нов­ле­нии хали­фа­тов на тер­ри­то­рии Фер­ган­ской долины.”

Искан­да­ров ука­зал на то, что в послед­нее вре­мя гово­рит­ся о созда­нии сре­ди таджи­ков в Паки­стане и Афга­ни­стане орга­ни­за­ции «Анса­рул­лах» во гла­ве с мул­ло Амруддином.

По сло­вам Зели­чен­ко, каж­дая груп­па име­ет соб­ствен­ные финан­со­вые ресурсы.

“Они нача­ли актив­но рабо­тать на тер­ри­то­ри­ях цен­траль­но-азит­ских стран и нача­ли актив­но под­тя­ги­вать сво­их джи­ха­ди­стов из мест­ных жите­лей. Это зна­чит, что они к чему-то гото­вят­ся”, — ска­зал он.

Но он под­черк­нул, что у них на пер­вом месте сто­ят поли­ти­че­ские цели: “Для них нар­ко­биз­нес — это спо­соб полу­че­ния допол­ни­тель­ных финан­сов для того, что­бы осу­ществ­лять свою дея­тель­ность допол­ни­тель­но к тому, что дают им их доноры”.

Из трех госу­дарств Цен­траль­ной Азии, гра­ни­ча­щих с Афга­ни­ста­ном, толь­ко Узбе­ки­стан в силах закрыть свою гра­ни­цу и спра­вить­ся с воен­ны­ми угро­за­ми. Этот 137-кило­мет­ро­вый отре­зок отго­ро­жен двой­ным ограж­де­ни­ем из колю­чей про­во­ло­ки и обес­пе­чи­ва­ет­ся хоро­шо воору­жен­ной охра­ной. Если потре­бу­ет­ся, Узбе­ки­стан с лег­ко­стью смо­жет закрыть мост через Амударью.

Совсем иная ситу­а­ция на таджик­ской и турк­мен­ской гра­ни­цах с Афга­ни­ста­ном, про­тя­жен­ность кото­рых намно­го боль­ше и состав­ля­ет, соот­вет­ствен­но, 1300 км и 744 км.

Как отме­тил Зели­чен­ко, пра­ви­тель­ство Таджи­ки­ста­на с тру­дом кон­тро­ли­ру­ет дви­же­ние через свою южную гра­ни­цу вслед­ствие труд­но­про­хо­ди­мой гор­ной мест­но­сти, недо­стат­ка финан­си­ро­ва­ния для укреп­ле­ния гра­ни­цы и повсе­мест­ной коррупции.

Кро­ме того, таджик­ско-афган­ская гра­ни­ца предо­став­ля­ет транс­порт­ный кори­дор в Кыр­гыз­стан и, далее, в Казах­стан и Рос­сию. Этот путь явля­ет­ся хоро­шо нала­жен­ным марш­ру­том транс­пор­ти­ров­ки наркотиков.

Как ска­зал Шибу­тов, обо­ро­на гра­ни­цы на этих важ­ных участ­ках остав­ля­ет желать лучшего.

«Не вид­но, что­бы силь­но уси­ли­лась гра­ни­ца в Турк­ме­ни­стане и Таджи­ки­стане — а ведь это клю­че­вое усло­вие», — гово­рит он.

Фарид Тух­ба­тул­лин, руко­во­ди­тель Турк­мен­ской ини­ци­а­ти­вы по пра­вам чело­ве­ка, нахо­дя­щей­ся в Вене, ска­зал IWPR, что послед­ние наступ­ле­ния бое­ви­ков в про­вин­ции Фарьяб могут стать при­зна­ком гря­ду­щих про­блем. Он скеп­ти­че­ски ото­звал­ся о сте­пе­ни под­го­тов­лен­но­сти турк­мен­ской погра­нич­ной службы.

«Вес­ной про­шло­го года состо­я­лись уче­ния с при­вле­че­ни­ем резер­ви­стов. Но там отра­ба­ты­ва­лись дей­ствия по при­е­му гипо­те­ти­че­ских бежен­цев из сопре­дель­ных стран», — ска­зал он.

Тух­ба­тул­лин напом­нил, что у покой­но­го пре­зи­ден­та Турк­ме­ни­ста­на Сапар­му­ра­та Ния­зо­ва была неофи­ци­аль­ная дого­во­рен­ность с талибами.

«Ния­зов в свое вре­мя пред­по­чи­тал дру­жить с тали­ба­ми, отку­па­ясь горю­чим и не при­ни­мая бежен­цев из сосед­них афган­ских про­вин­ций, турк­мен кста­ти. Воз­мож­но, он опа­сал­ся того, что афган­ские турк­ме­ны при­вне­сут в стра­ну свои взгля­ды, в том чис­ле и рели­ги­оз­ные», — гово­рит Тухбатуллин.

Но с тех пор, по его сло­вам, нема­лое коли­че­ство моло­де­жи из Турк­ме­ни­ста­на отучи­лось в раз­лич­ных рели­ги­оз­ных учеб­ных заве­де­ни­ях Паки­ста­на, Тур­ции и ряда дру­гих стран. Они вер­ну­лись на роди­ну и нача­ли рас­про­стра­нять полу­чен­ные там зна­ния и, судя по послед­ним репор­та­жам о турк­мен­ских бое­ви­ках в Сирии, вполне пре­успе­ли в этом.

Как ска­зал Зели­чен­ко, что каса­ет­ся нар­ко­тра­фи­ка, то эта дав­но суще­ству­ю­щая в реги­оне угро­за может усилиться.

“С выхо­дом войск НАТО … эта угро­за уси­лит­ся. Кро­ме тра­ди­ци­он­но­го нар­ко­тра­фи­ка, кото­рый сего­дня уже суще­ству­ет, эти орга­ни­за­ции — о кото­рых я гово­рил ранее — поста­ра­ют­ся рас­ши­рить нар­ко­по­се­вы, интен­си­фи­ци­ро­вать нар­ко­тра­фик, что­бы полу­чить допол­ни­тель­ные сред­ства для джи­ха­да”, — счи­та­ет он.

Ана­ли­тик из Фер­ган­ской доли­ны Абду­са­лом Эрга­шев опа­са­ет­ся, что тер­ри­то­рия Фер­ган­ской доли­ны, на кото­рой схо­дят­ся Кыр­гыз­стан, Таджи­ки­стан и Узбе­ки­стан, может стать бес­кон­троль­ной территорией.

Он отме­ча­ет, что это уже ста­ло оче­вид­ным на юге Кыр­гыз­ста­на, где цен­траль­ная власть име­ет огра­ни­чен­ное вли­я­ние и мест­ные груп­пы вли­я­ния не под­чи­ня­ют­ся ей. По его мне­нию, то же самое может про­изой­ти в Таджи­ки­стане или Узбекистане.

«Отсут­ствие вер­ти­ка­ли вла­сти в Кыр­гыз­стане может стать при­чи­ной меж­на­ци­о­наль­ных кон­флик­тов, кото­рые вне­зап­но могут охва­тить всю Фер­ган­скую доли­ну», — гово­рит Эргашев.

«Уси­ле­ние нар­ко­тра­фи­ка, в первую оче­редь, уве­ли­чит мас­шта­бы суще­ству­ю­щей кор­руп­ции во всех власт­ных струк­ту­рах, что при­ве­дет к даль­ней­ше­му росту отсут­ствия вер­хо­вен­ства зако­на — осо­бен­но в Узбе­ки­стане. Мни­мая ста­биль­ность там осу­ществ­ля­ет­ся не бла­го­да­ря зако­но­по­слуш­но­сти насе­ле­ния, а види­мой угро­зе огром­ной маши­ны кара­тель­ных орга­нов», — ска­зал он.

По сло­вам Зели­чен­ко, в реги­оне уже нали­цо пер­вые при­зна­ки того, что нар­ко­биз­нес стал серьез­но заяв­лять пре­тен­зии на поли­ти­че­скую власть, посте­пен­но пре­вра­ща­ясь в мафию.

“Мафия, кото­рая кон­тро­ли­ру­ет боль­шой пласт поли­ти­ки, эко­но­ми­ки — ее нали­чие в неко­то­рых госу­дар­ствах Цен­траль­ной Азии может отри­цать толь­ко сле­пой. Идет ее сра­щи­ва­ние с поли­ти­че­ским эстаб­лиш­мен­том, выдви­же­ние сво­их кан­ди­да­тов в зако­но­да­тель­ные орга­ны, частич­ное финан­си­ро­ва­ние раз­лич­ных изби­ра­тель­ных кам­па­ний. Такие фак­ты у нас выяв­ля­лись в про­цес­се выбо­ров здесь в регионе”.

Сер­гей Аба­шин из Инсти­ту­та этно­ло­гии и антро­по­ло­гии в Москве выска­зал мне­ние, что ислам­ские груп­пи­ров­ки не пре­ми­нут вос­поль­зо­вать­ся любы­ми при­зна­ка­ми поли­ти­че­ской нестабильности.

“Во всех стра­нах Цен­траль­ной Азии дей­ству­ет целая сеть раз­но­об­раз­ных исла­мист­ских груп­пи­ро­вок, кото­рые отли­ча­ют­ся сво­и­ми целя­ми, инте­ре­са­ми и мето­да­ми. Без­услов­но, они будут пытать­ся исполь­зо­вать, так или ина­че, ошиб­ки вла­стей и соци­аль­ные труд­но­сти для того, что­бы уси­лить своё вли­я­ние”, — ска­зал он.

Экс­перт по Цен­траль­ной Азии из Мос­ков­ско­го цен­тра Кар­не­ги Алек­сей Мала­шен­ко выска­зал пред­по­ло­же­ние, что в слу­чае борь­бы за власть в Казах­стане или Узбе­ки­стане, поли­ти­че­ские груп­пы теря­ю­щие пози­ции могут разыг­рать ислам­скую карту.

“Если в пере­ход­ный пери­од будет идти борь­ба за власть, то я не исклю­чаю, что тот, кто будет про­иг­ры­вать обра­тить­ся к исла­му. Наи­бо­лее веро­ят­но, что обра­тит­ся напря­мую, мол, “я самый вер­ный мусуль­ма­нин” и попро­сит помо­щи … “, — ска­зал Мала­шен­ко во вре­мя выступ­ле­ния на кон­фе­рен­ции “Вызо­вы без­опас­но­сти в Цен­траль­ной Азии”, орга­ни­зо­ван­ной в нояб­ре про­шло­го года Инсти­ту­том миро­вой эко­но­ми­ки и меж­ду­на­род­ных отно­ше­ний РАН.

Вме­сте с тем, как гово­рит Аба­шин, не нуж­но пре­уве­ли­чи­вать все эти угро­зы без­опас­но­сти, кото­рые пред­став­ля­ют ислам­ские группировки.

«За 22 года неза­ви­си­мо­го суще­ство­ва­ния цен­траль­но­ази­ат­ские обще­ства и эли­ты окреп­ли, научи­лись, пусть и не без издер­жек, решать свои про­бле­мы, пре­одо­ле­вать кри­зи­сы, дого­ва­ри­вать­ся меж­ду собой», — гово­рит он.

Аба­шин пола­га­ет, что не сто­ит так­же пре­уве­ли­чи­вать угро­зу рас­про­стра­не­ния ради­каль­ных идей.

“В обще­стве суще­ству­ет свой потен­ци­ал про­ти­во­дей­ствия экс­тре­миз­му. Мно­гие ислам­ские дея­те­ли и общи­ны в Цен­траль­ной Азии вовсе не стре­мят­ся к углуб­ле­нию кри­зи­са и пыта­ют­ся играть при­ми­рен­че­скую и посред­ни­че­скую роль. Соот­но­ше­ние всех этих сил не явля­ет­ся обя­за­тель­но в поль­зу ради­ка­лов”, — ска­зал Абашин.

Читать ори­ги­нал статьи — 

Угро­зы для ЦА после 2014 года

архивные статьи по теме

Изабель Сантуш встретилась с Сашей Павловым

Мнение о «русских землях» в Казахстане не является «официальным»

Editor

Кого Путин защищает в Украине?