12 C
Астана
20 мая, 2024
Image default

Турецкий транзит: от диктатуры к демократии. Ч. I

 

Исто­рия Тур­ции пока­зы­ва­ет, что мно­го­пар­тий­ность дале­ко не все­гда демо­кра­тия. А  демо­кра­тия де-факто это дале­ко не все­гда либе­раль­ная систе­ма. Зато дик­та­ту­ра, исхо­дя из исто­ри­че­ских фак­тов, неиз­мен­на со сво­и­ми рас­пра­ва­ми и репрессиями.

Мы про­дол­жа­ем наш цикл о том, как про­ис­хо­дил тран­зит вла­сти в раз­ных стра­нах мира. Про опыт Испа­нии, Пор­ту­га­лии и Бра­зи­лии вы може­те про­чи­тать по ссыл­кам О тран­зи­те вла­сти и важ­но­сти дис­кус­сии, Как испан­цы изба­ви­лись от дик­та­ту­ры Фран­ко, Послед­няя рево­лю­ция на Запа­де, Тран­зит вла­сти в Бра­зи­лии. Путь к демо­кра­тии, Тран­зит в Бра­зи­лии. Попыт­ка номер два. 

В этой же ста­тье речь пой­дет о Турции.

Демо­кра­тия на гра­ни­цах НАТО

У Тур­ции мно­го отли­чий от Испа­нии, Пор­ту­га­лии и Бра­зи­лии — госу­дарств, пере­жив­ших слож­ней­шую транс­фор­ма­цию авто­ри­тар­ной систе­мы госу­дар­ствен­но­го управ­ле­ния в демо­кра­ти­че­скую. Но, пожа­луй, толь­ко одно из этих отли­чий ста­ло насто­я­щей про­бле­мой для поли­ти­че­ской систе­мы страны.

«Основ­ные про­бле­мы Тур­ции порож­де­ны фак­том нали­чия общей гра­ни­цы с Совет­ским Сою­зом, что тре­бу­ет посто­ян­но­го сопро­тив­ле­ния совет­ско­му дав­ле­нию и реа­ли­за­ции опре­де­лен­ных задач», — это цита­та из докла­да о поло­же­нии дел в Тур­ции, под­го­тов­лен­но­го ана­ли­ти­ка­ми ЦРУ США еще в 1948 году. С тех пор эта фра­за, в том или ином виде, вос­про­из­во­ди­лась во всех докла­дах о поло­же­нии дел в стране в пери­од с 1945 по 1991 гг. (И ско­рее все­го вос­про­из­во­дит­ся и сего­дня, о чем мы узна­ем через десятилетия).

В усло­ви­ях Холод­ной вой­ны нали­чие гра­ни­цы с СССР пре­вра­ща­ло любые вопро­сы турец­кой внут­рен­ней поли­ти­ки в эле­мент «боль­шой стра­те­гии». Тем более, что в отли­чие от всех дру­гих гра­ниц, Тур­ция была клю­че­вым хабом всех ком­му­ни­ка­ций в регионе.

Таким обра­зом, если при­ме­ни­тель­но к дру­гим стра­нам «угро­за ком­му­низ­ма» озна­ча­ла риск при­хо­да к вла­сти мест­ных орга­ни­за­ций лево­го тол­ка, то в Тур­ции эта угро­за мог­ла реа­ли­зо­вать­ся в виде совет­ских десант­ни­ков, выса­див­ших­ся в Стам­бу­ле для уста­нов­ле­ния кон­тро­ля за Бос­фо­ром и Дар­да­нел­ла­ми, и тогда Чер­но­мор­ский флот авто­ма­ти­че­ски пре­вра­щал­ся Средиземноморский.

Для таких стра­хов у Тур­ции были исто­ри­че­ские осно­ва­ния. Уста­нов­ле­ние кон­тро­ля над про­ли­ва­ми и созда­ние там соб­ствен­ной воен­ной базы было стра­те­ги­че­ской зада­чей Рос­сий­ской импе­рии, и лишь Октябрь­ская рево­лю­ция 1917 года поме­ша­ла ее реализации.

Из Вики­пе­дии: «18 мар­та 1915 года было оформ­ле­но сек­рет­ное согла­ше­ние меж­ду стра­на­ми Антан­ты, по кото­ро­му Вели­ко­бри­та­ния и Фран­ция согла­ша­лись раз­ре­шить веко­вой Восточ­ный вопрос путём пере­да­чи Кон­стан­ти­но­по­ля с чер­но­мор­ски­ми про­ли­ва­ми Рос­сий­ской импе­рии в обмен на зем­ли в ази­ат­ской части Осман­ской импе­рии. Пла­той за Кон­стан­ти­но­поль долж­на была стать раз­вёр­ну­тая Рос­си­ей воен­но-мор­ская Бос­фор­ская опе­ра­ция. В 1917 году министр ино­стран­ных дел Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства П. Н. Милю­ков добил­ся от союз­ни­ков под­твер­жде­ния, что усло­вия согла­ше­ния 1915 года оста­ют­ся в силе.

Совет­ская власть сна­ча­ла отка­за­лась от этих пла­нов, так как сде­ла­ла став­ку на «осво­бож­ден­ную Тур­цию». Более того, она опуб­ли­ко­ва­ла текст тай­но­го согла­ше­ния, в кото­ром Англия и Фран­ция дава­ли доб­ро на эту опе­ра­цию в рам­ках общей про­грам­мы по раз­де­лу Осман­ской импе­рии после Пер­вой миро­вой войны.

Из Вики­пе­дии:  после Октябрь­ской рево­лю­ции Ленин под­пи­сал (3 декаб­ря 1917) обра­ще­ние к тру­дя­щим­ся мусуль­ма­нам Восто­ка, в кото­ром под­твер­дил нали­чие сек­рет­но­го согла­ше­ния цар­ской Рос­сии со стра­на­ми-союз­ни­ца­ми в Пер­вой миро­вой войне о раз­де­ле Тур­ции, раз­гла­сил его поло­же­ния, заявив, что «тай­ные дого­во­ры сверг­ну­то­го царя о захва­те Кон­стан­ти­но­по­ля, под­твер­ждён­ные сверг­ну­тым Керен­ским, ныне порва­ны и уничтожены».

Но, тем не менее, это согла­ше­ние оста­лось в исто­ри­че­ской (и поли­ти­че­ской) памя­ти Тур­ции и вновь ока­за­лось акту­аль­ным после Вто­рой миро­вой вой­ны, когда совет­ский лидер Иосиф Ста­лин неожи­дан­но для Тур­ции вер­нул­ся к доре­во­лю­ци­он­ной повест­ке и потре­бо­вал кон­тро­ля над про­ли­ва­ми Бос­фор и Дар­да­нел­лы (поми­мо тре­бо­ва­ний тер­ри­то­ри­аль­ных уступок).

НАПОМНИМ, ЧТО в 1946 году Совет­ский Союз разо­рвал совет­ско-турец­кий дого­вор, под­пи­сан­ный в 1925 году. 8 авгу­ста и 24 сен­тяб­ря 1946 года СССР предъ­явил Тур­ции ноты с тре­бо­ва­ни­ем усту­пить севе­ро-восточ­ные вилай­е­ты, вклю­чая Карс, Арда­ган и Тра­б­зон, а так­же кон­троль над про­ли­ва­ми. Вру­че­ние нот сопро­вож­да­лось воен­ны­ми манев­ра­ми совет­ских войск у совет­ско-турец­кой гра­ни­цы. 22 авгу­ста Тур­ция в ответ­ной ноте отверг­ла тре­бо­ва­ния СССР, и, учи­ты­вая реаль­ность агрес­сии, избра­ла линию на сбли­же­ние с Запа­дом. Тур­ция полу­чи­ла аме­ри­кан­скую помощь по линии док­три­ны Тру­ме­на и пла­на Мар­шал­ла. А 18 фев­ра­ля 1952 года Вели­кое наци­о­наль­ное собра­ние Тур­ции при­ня­ло закон №5886, про­го­ло­со­вав за союз с НАТО.

При­чи­ны и вне­зап­ный харак­тер таких тре­бо­ва­ний до сих пор не совсем понят­ны. При всех сво­их амби­ци­ях Ста­лин вряд ли решил­ся бы на такой уль­ти­ма­тум.  Воз­мож­но, он стал жерт­вой тай­ной дипло­ма­тии, дого­во­рив­шись с Рузвель­том и Чер­чил­лем лич­но, но ока­зав­шись в «бле­стя­щей изо­ля­ции» после смер­ти пер­во­го и отстав­ки второго.

Новые руко­во­ди­те­ли США и Вели­ко­бри­та­нии не про­сто под­дер­жа­ли Тур­цию, но исполь­зо­ва­ли демарш Ста­ли­на как обос­но­ва­ние неиз­беж­но­го вит­ка совет­ской экс­пан­сии. Это было круп­ней­шим пора­же­ни­ем совет­ской дипло­ма­тии, кото­рое пре­вра­ти­ло Тур­цию в физи­че­ский рубеж Холод­ной вой­ны. Кро­ме поли­ти­че­ской и воен­ной, Тур­ция полу­чи­ла эко­но­ми­че­скую помощь. Одно­вре­мен­но в стране нача­лась внут­рен­няя поли­ти­че­ская пере­строй­ка, кото­рая долж­на была смяг­чить жест­кие рам­ки авто­ри­тар­ной моде­ли госу­прав­ле­ния, создан­ной Ата­тюр­ком и пере­жив­шей создателя.

Лик­ви­да­ция импе­рии и тео­кра­ти­че­ской монар­хии в нача­ле 1920‑х годов не при­ве­ла к уста­нов­ле­нию демо­кра­тии в Тур­ции. Как и в СССР, рево­лю­ци­о­не­ры уста­но­ви­ли моно­по­лию на власть, кото­рую кон­тро­ли­ро­ва­ла Народ­но-рес­пуб­ли­кан­ская пар­тия (НРП).

Из Вки­пе­дии: «Вой­на за неза­ви­си­мость Тур­ции (в совет­ской исто­рио­гра­фии наци­о­наль­но-осво­бо­ди­тель­ная вой­на турец­ко­го наро­да, Турец­кая или Кема­лист­ская рево­лю­ция, 19 мая 1919 — 29 октяб­ря 1923) — воору­жён­ная борь­ба наци­о­наль­но-пат­ри­о­ти­че­ских сил Тур­ции во гла­ве с Муста­фой Кема­лем Ата­тюр­ком про­тив ино­стран­ной воен­ной интер­вен­ции, завер­шив­ша­я­ся изгна­ни­ем окку­пан­тов и уста­нов­ле­ни­ем рес­пуб­ли­кан­ско­го строя. «Кема­лист­ские рефор­мы» при­ве­ли к пре­вра­ще­нию Тур­ции в свет­ское государство.

После того, как 29 октяб­ря 1923 года была про­воз­гла­ше­на рес­пуб­ли­ка Тур­ция, Кемаль Ата­тюрк был избран пер­вым её пре­зи­ден­том. В соот­вет­ствии с кон­сти­ту­ци­ей, выбо­ры пре­зи­ден­та стра­ны про­во­ди­лись раз в четы­ре года, изби­рал его пар­ла­мент и Вели­кое Наци­о­наль­ное Собра­ние Тур­ции изби­ра­ло Ата­тюр­ка на этот пост в 1927, 1931 и 1935 годах. В нояб­ре 1938 года он умер. Его пре­ем­ни­ком на посту пре­зи­ден­та и лиде­ра Народ­но-рес­пуб­ли­кан­ской пар­тии стал Исмет Инёню.

Тур­ция тогда офи­ци­аль­но явля­лась пар­ла­мент­ской рес­пуб­ли­кой, глав­ное лицо стра­ны – был пре­мьер-министр, он же, как пра­ви­ло, был и лиде­ром поли­ти­че­ской пар­тии, побе­див­шей на выбо­рах. Кан­ди­да­ту­ра выдви­га­лась пар­ла­мент­ски­ми фрак­ци­я­ми и утвер­жда­лась пар­ла­мен­том про­стым боль­шин­ством голо­сов. Пре­зи­дент имел ско­рее пред­ста­ви­тель­скую функ­цию, его изби­рал парламент.

Рост­ки зеленого

Пер­вые при­зна­ки пере­строй­ки в Тур­ции появи­лись после Вто­рой миро­вой вой­ны, когда раз­ре­ши­ли созда­вать новые поли­ти­че­ские пар­тии. На этот счет у стра­ны уже был опыт — весь­ма пла­чев­ный. Поли­ти­че­ское дви­же­ние на зака­те Осман­ской импе­рии офор­ми­лась в два мегатрен­да. Пер­вый полу­чил назва­ние «мла­до­ос­ма­низ­ма» и сво­дил­ся к попыт­кам сохра­нить мно­го­на­ци­о­наль­ную импе­рию на новых феде­ра­тив­ных прин­ци­пах. Вто­рой, извест­ный как «мла­до­тюр­кизм», сто­ял на этни­че­ских принципах.

Для раз­ви­тия «мла­до­ос­ма­низ­ма» нуж­на была «инклю­зив­ная» идео­ло­ги­че­ская плат­фор­ма, роль кото­рой выпол­нял ислам. Они счи­та­ли, что любой чело­век может стать под­дан­ным импе­рии при усло­вии при­ня­тия ее религии.

«Мла­до­тюр­кизм» был «экс­клю­зив­ным» —  из госу­дар­ствен­но­го стро­и­тель­ства «исклю­ча­лись» дру­гие этно­сы. В чис­ло таких «исклю­че­ний», напри­мер, попа­ла поли­ти­че­ская орга­ни­за­ция курд­ско­го мень­шин­ства, чис­лен­ность кото­ро­го состав­ля­ла от 5 до 10% насе­ле­ния новой Тур­ции, но уез­жать кото­ро­му из стра­ны было неку­да (в отли­чие от дру­гих мень­шинств). Это была актив­ная груп­па, но ника­кой серьез­ной угро­зы для стра­ны она не пред­став­ля­ла. По сути это была про­бле­ма пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов и охранки.

Из Вики­пе­дии: «Мла­до­тюр­кизм» — поли­ти­че­ское дви­же­ние в Осман­ской импе­рии, кото­рое, начи­ная с 1876 года, пыта­лось про­ве­сти либе­раль­ные рефор­мы и создать кон­сти­ту­ци­он­ное госу­дар­ствен­ное устрой­ство. Мла­до­тур­кам уда­лось сверг­нуть сул­та­на Абдул-Хами­да II (1908) и про­ве­сти поло­вин­ча­тые про­за­пад­ные рефор­мы, одна­ко после пора­же­ния Тур­ции в Пер­вой миро­вой войне они поте­ря­ли власть. После побе­ды Кема­ля Ата­тюр­ка боль­шин­ство нача­ло актив­ную дея­тель­ность в кема­лист­ской Народ­но-рес­пуб­ли­кан­ской партии.

Ислам­ская идео­ло­гия мог­ла исполь­зо­вать для сво­е­го рас­про­стра­не­ния аль­тер­на­тив­ные госу­дар­ствен­ным инфор­ма­ци­он­ные и орга­ни­за­ци­он­ные кана­лы. Ислам оста­вал­ся хоть и задав­лен­ной, но само­сто­я­тель­ной соци­аль­ной орга­ни­за­ци­ей, кото­рая была необ­хо­ди­ма любой поли­ти­че­ской орга­ни­за­ции, не рас­по­ла­гав­шей адми­ни­стра­тив­ным ресурсом.

В то же вре­мя, исла­ми­сты име­ли свою повест­ку, пре­крас­но пони­ма­ли свой элек­то­раль­ный потен­ци­ал и иска­ли все воз­мож­ные вари­ан­ты для само­ре­а­ли­за­ции. В резуль­та­те сло­жил­ся извест­ный пара­докс турец­кой поли­ти­че­ской жиз­ни: любая попыт­ка создать оппо­зи­цию режи­му мла­до­тюр­ков вела к ислам­ской идео­ло­гии и организации.

Угро­за неми­ну­е­мой транс­фор­ма­ции любой оппо­зи­ци­он­ной ини­ци­а­ти­вы в ислам­скую ста­ла само­сто­я­тель­ным фак­то­ром поли­ти­че­ской жиз­ни стра­ны. Более того, эта угро­за регу­ляр­но исполь­зо­ва­лась кема­ли­ста­ми для лик­ви­да­ции любых оппо­зи­ци­он­ных проектов.

Пер­вым извест­ным при­ме­ром тако­го рода ста­ла Про­грес­сив­но-рес­пуб­ли­кан­ская пар­тия.  Создан­ная в 1924 году, она про­воз­гла­си­ла под­держ­ку прин­ци­пов либе­раль­ной демо­кра­тии. Но в том же году ее орга­ни­за­то­ров обви­ни­ли… в созда­нии цен­тра при­тя­же­ния исла­ми­стов. Пар­тию разо­гна­ли, акти­ви­стов суди­ли воен­ным три­бу­на­лом. В послед­ний момент казнь лиде­ров была заме­не­на домаш­ним аре­стом, кото­рый спас их жизнь, но «затя­нул­ся» на два деся­ти­ле­тия — вплоть до пери­о­да после­во­ен­ной либе­ра­ли­за­ции системы.

Сле­ду­ю­щую попыт­ку ини­ци­и­ро­вал сам Ата­тюрк, кото­рый стре­мил­ся к Запа­ду настоль­ко, что готов был создать «мно­го­пар­тий­ную систему».

В 1930 году он дал раз­ре­ше­ние на созда­ние вто­рой пар­тии дове­рен­но­му лицу Али Фет­хи Окьяру.

В пери­од с 1925 по 1930 гг. Окьяр зани­мал пост посла Тур­ции во Фран­ции. Вер­нув­шись в стра­ну, он при­сту­пил к пар­тий­но­му стро­и­тель­ству, в резуль­та­те чего свет уви­де­ла Про­грес­сив­но-рес­пуб­ли­кан­ская пар­тия (Пар­тия сво­бо­ды).  Одна­ко ее дея­тель­ность про­дол­жа­лась крайне недол­го. Бди­тель­ные «кема­ли­сты» обра­ти­ли вни­ма­ние сво­е­го вождя Кема­ля Ата­тюр­ка на то, что в сре­де легаль­ной оппо­зи­ции «око­па­лись» все те же исла­ми­сты и про­тив­ни­ки реформ, после чего про­ект был закрыт. Окья­ру повез­ло боль­ше, чем его пред­ше­ствен­ни­кам в 1924 году. Он сохра­нил сво­бо­ду и даже поли­ти­че­ское влияние.

Эти про­ек­ты парт­стро­и­тель­ства испу­га­ли кема­лист­скую эли­ту настоль­ко, что вплоть до 1945 года попыт­ки созда­ния дру­гих пар­тий пре­кра­ти­лись. За любой даже самой либе­раль­ной и выра­щен­ной в про­бир­ке оппо­зи­ци­ей отцы-осно­ва­те­ли рес­пуб­ли­ки виде­ли тень «исла­миз­ма». Даже в скром­ной легаль­ной фор­ме идея «поли­ти­че­ско­го исла­ма» кате­го­ри­че­ски не устра­и­ва­ла Анка­ру. Рес­пуб­ли­ка была постро­е­на на этни­че­ской, а не рели­ги­оз­ной плат­фор­ме и в допол­ни­тель­ной поли­ти­че­ской под­держ­ке объ­ек­тив­но не нуж­да­лась. Но про­стран­ства для поли­ти­че­ской кон­ку­рен­ции на этой поч­ве было немно­го, что ста­ло оче­вид­ным уже в после­во­ен­ном десятилетии.

Исто­ри­ки пишут о том, что после Вто­рой миро­вой вой­ны наря­ду с Народ­но-рес­пуб­ли­кан­ской пар­ти­ей в Тур­ции появи­лась Демо­кра­ти­че­ская пар­тия (1946) – близ­кая к НРП по про­грам­ме, но более соци­аль­но ори­ен­ти­ро­ван­ная, про­воз­гла­шав­шая заин­те­ре­со­ван­ное сотруд­ни­че­ство с ино­стран­ны­ми госу­дар­ства­ми; Соци­а­ли­сти­че­ская пар­тия – сход­ная с бри­тан­ски­ми лей­бо­ри­ста­ми и дру­гие соци­а­ли­сти­че­ские дви­же­ния. Выбо­ры 1946 года про­шли уже по мно­го­пар­тий­ной систе­ме, и несмот­ря на побе­ду НРП, ДП соста­ви­ла зна­чи­тель­ную фрак­цию в пар­ла­мен­те — Вели­ком Наци­о­наль­ном Собра­нии Тур­ции (ВНСТ). На выбо­рах 1950 г. про­грам­ма ДП, осо­бен­но обви­не­ния в кор­руп­ции в адрес НРП, при­нес­ли ей победу.

Управ­ля­е­мая демократия 

Пря­мая связь поли­ти­че­ской либе­ра­ли­за­ции после 1945 года с эко­но­ми­че­ской и стра­те­ги­че­ской под­держ­кой США не дока­за­на. Но инте­рес­но другое.

В рас­сек­ре­чен­ном докла­де ЦРУ 1948 года нам уда­лось обна­ру­жить инте­рес­ный пас­саж о том, что поли­ти­че­ские раз­но­гла­сия меж­ду вла­стью и оппо­зи­ци­ей в Тур­ции кон­цен­три­ро­ва­лись исклю­чи­тель­но в темах внут­рен­ней поли­ти­ки и эко­но­ми­ки. По вопро­сам наци­о­наль­ной без­опас­но­сти меж­пар­тий­ных раз­но­гла­сий не было. Они про­сто «выпа­ли» из поли­ти­че­ской повест­ки дня. Эти­ми вопро­са­ми зани­ма­лись совер­шен­но дру­гие люди.

В 1947 году в стра­ну при­бы­ла спе­ци­аль­ная груп­па «обо­зре­ва­те­лей» из США, кото­рая кон­тро­ли­ро­ва­ла рас­хо­до­ва­ние средств из про­грам­мы, опре­де­лен­ной Кон­грес­сом США для Гре­ции и Тур­ции. Они «реко­мен­до­ва­ли» истра­тить всю сум­му пер­во­го тран­ша, кото­рый полу­чи­ла Тур­ция ($100 млн) на про­грам­му тех­ни­че­ской модер­ни­за­ции и воен­ной под­го­тов­ки турец­кой армии. На эти же цели был отправ­лен и вто­рой транш ($75 млн).

Кро­ме про­ли­вов Бос­фор и Дар­да­нел­лы, как сле­ду­ет из докла­дов ЦРУ, США боль­ше все­го вол­но­ва­ла воз­мож­ность уси­ле­ния СССР на Ближ­нем Восто­ке в свя­зи с нарас­та­ни­ем кон­флик­та меж­ду араб­ски­ми госу­дар­ства­ми и еврей­ски­ми посе­лен­ца­ми — сио­ни­ста­ми. Пред­по­ла­га­лось, что уси­лен­ная Тур­ция смо­жет участ­во­вать в уре­гу­ли­ро­ва­нии это­го кон­флик­та и одно­вре­мен­но эффек­тив­но пре­пят­ство­вать попыт­кам СССР вме­шать­ся в систе­му транс­порт­ных ком­му­ни­ка­ций ближ­не­во­сточ­но­го реги­о­на, а так­же про­ти­во­сто­ять угро­зам неф­тя­ным месторождениям.

Жест­кая гео­по­ли­ти­че­ская повест­ка того вре­ме­ни не остав­ля­ла оппо­зи­ции шан­са на обсуж­де­ние вопро­сов наци­о­наль­ной без­опас­но­сти. В усло­ви­ях крайне огра­ни­чен­ных воз­мож­но­стей глав­ной оппо­зи­ци­он­ной силой в этот момент ста­ла Демо­кра­ти­че­ская пар­тия, кото­рой при­шлось кон­со­ли­ди­ро­вать свой элек­то­рат на шат­кой плат­фор­ме кри­ти­ки кор­руп­ции отдель­ных чле­нов пра­вя­щей Народ­но-рес­пуб­ли­кан­ской пар­тии (НРП).

Поми­мо анти­кор­руп­ци­он­ных тре­бо­ва­ний, Демо­кра­ти­че­ская пар­тия выдви­га­ла (несколь­ко экзо­ти­че­ские для того вре­ме­ни) тре­бо­ва­ния по рас­ши­ре­нию част­ной соб­ствен­но­сти и сни­же­нию гос­кон­тро­ля в эко­но­ми­ке. Они объ­яс­ня­лись потря­са­ю­щей неком­пе­тент­но­стью управ­ля­ю­щих госу­дар­ствен­ны­ми про­мыш­лен­ны­ми пред­при­я­ти­я­ми в ста­ле­ли­тей­ной, гор­но­про­мыш­лен­ной и тек­стиль­ной отрас­лях. Все они по фак­ту были банк­ро­та­ми и дер­жа­лись на пла­ву лишь за счет госу­дар­ствен­ной поддержки.

Эта пози­ция «демо­кра­тов» устра­и­ва­ла лиде­ра НРП, пре­ем­ни­ка Ата­тюр­ка Исме­та Инё­ню, кото­рый, по мне­нию ана­ли­ти­ков ЦРУ, под­дер­жи­вал дея­тель­ность оппо­зи­ции и даже поощ­рял пере­ход в нее либе­раль­ной части НРП.

Исмет Инё­ню и Кемаль Ата­тюрк. 1936 год.

Более того, он исполь­зо­вал дав­ле­ние ДП для сме­ны пра­ви­тель­ствен­ных каби­не­тов во вто­рой поло­вине 1940‑х годов. В докла­де ЦРУ по ситу­а­ции в Тур­ции (National Intelligence Estimate ‑1956) Дем­пар­тия пря­мо назы­ва­ет­ся «ответв­ле­ни­ем» НРП.

Таким обра­зом, нет ниче­го уди­ви­тель­но­го в том, что, полу­чив такую под­держ­ку, Дем­пар­тия нача­ла побед­ное вос­хож­де­ние на поли­ти­че­ский Олимп. Уже на пер­вых после­во­ен­ных выбо­рах в 1946 году она полу­чи­ла в пар­ла­мен­те 63 места из 465. А уже в 1950‑м году пар­тия при­шла к вла­сти в стране.

Про­дол­же­ние следует

  Ори­ги­нал ста­тьи: The expert communication channel of Central Asia region Kazakhstan 2.0

архивные статьи по теме

Cлёзы детей на совести полицейских Назарбаева

10 июня в Санкт-Петербурге у консульства Республики Казахстан пройдет пикет…

Amtsmissbrauch? Causa Aliyev sorgt weiter für Aufregung (oe24.at vom 06.06.2011)