4 C
Астана
28 сентября, 2021
Image default

Толганай Умбеталиева: «Власть не знает, как выстраивать отношения с этническими группами»

Дирек­тор Цен­траль­но­ази­ат­ско­го фон­да раз­ви­тия демо­кра­тии Толга­най Умбе­та­ли­е­ва в интер­вью Азатты­ку рас­ска­за­ла, поче­му этни­че­ские кон­флик­ты в Казах­стане вла­сти пыта­ют­ся назы­вать быто­вы­ми, какие суще­ству­ют пути реше­ния подоб­ных ситу­а­ций и поче­му казах­стан­цам важ­но отве­тить на вопрос, что такое «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос».

Азаттык: То, что слу­чи­лось 7 фев­ра­ля в несколь­ких сёлах Жам­был­ской обла­сти, вла­сти назы­ва­ют «быто­вым кон­флик­том». Такая прак­ти­ка наблю­да­лась и во вре­мя дру­гих столк­но­ве­ний с меж­эт­ни­че­ской подо­пле­кой. Почему?

Толганай Умбеталиева, директор Центральноазиатского фонда развития демократии.
Толга­най Умбе­та­ли­е­ва, дирек­тор Цен­траль­но­ази­ат­ско­го фон­да раз­ви­тия демократии.

Толга­най Умбе­та­ли­е­ва: Я думаю, что у вла­сти нет гото­во­го реше­ния. Они об этом даже не дума­ли. И они доволь­ству­ют­ся тем, что [в Казах­стане] «меж­эт­ни­че­ское согла­сие». Ска­жем так, вос­хва­ля­ют свою модель, кото­рая не рабо­та­ет. И в дан­ном слу­чае у них нет отве­тов — как решать, как вооб­ще интер­пре­ти­ро­вать эту ситу­а­цию? Им лег­че сде­лать его быто­вым, как все­гда. Обви­нить в этом мест­ные орга­ны вла­сти и пове­сить на них ответ­ствен­ность. В дан­ном слу­чае поли­ти­че­скую ответ­ствен­ность пове­сить на каза­хов — «каза­хи во всем вино­ва­ты». На самом деле у вла­сти нет реше­ния это­го вопро­са. Они не зна­ют, как реа­ги­ро­вать, как выстра­и­вать отно­ше­ния с этни­че­ски­ми груп­па­ми, соблю­дая инте­ре­сы каза­хов, соблю­дая инте­ре­сы дру­гих этни­че­ских групп.

У нас в Кон­сти­ту­ции про­пи­са­но, что каза­хи — «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос». Но что это озна­ча­ет? Никто не зна­ет. Не толь­ко каза­хи, у нас госу­дар­ство не зна­ет. Где пра­ва? Дает ли это опре­де­ле­ние какие-то пол­но­мо­чия? Какой-то круг вопро­сов? И каза­хи реша­ют этот вопрос через кула­ки. Пыта­ют­ся решать этот вопрос, где их функ­ция закан­чи­ва­ет­ся. У нас авто­ри­тар­ное госу­дар­ство, у нас обще­ство авто­ри­тар­ное. Поэто­му люди при­вык­ли всю систе­му вза­и­мо­от­но­ше­ний выстра­и­вать на иерар­хии. Соот­вет­ствен­но, для людей «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос» — это этнос, кото­рый доми­ни­ру­ет, кото­рый сто­ит во гла­ве, и поэто­му он дол­жен вли­ять и дик­то­вать усло­вия. Но никто не интер­пре­ти­ру­ет, что это такое. На мой взгляд, иде­аль­ный вари­ант — когда в цен­тре сто­ит казах­ский госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос и все этни­че­ские груп­пы вокруг на рав­ных. Несмот­ря на то, что каза­хи в цен­тре, все долж­ны быть на равных.

Сгоревшие автомобили в селе Булар-батыр. Жамбылская область, 8 февраля 2020 года.
Сго­рев­шие авто­мо­би­ли в селе Булар-батыр. Жам­был­ская область, 8 фев­ра­ля 2020 года.

Все собы­тия интер­пре­ти­ро­ва­лись как быто­вой кон­фликт. На быто­вом уровне его и реша­ли. Никто не хочет обо­зна­чать его меж­эт­ни­че­ским. Пото­му что если мы обо­зна­чим его меж­эт­ни­че­ским, то реше­ние нуж­но будет при­ни­мать уже на дру­гом уровне. Быто­вая сто­ро­на име­ет толь­ко спус­ко­вой меха­низм. Имен­но она ста­ла и пово­дом для нача­ла кон­флик­та. Это — меж­эт­ни­че­ский кон­фликт. Поэто­му мы долж­ны решать его на госу­дар­ствен­но-поли­ти­че­ском уровне.

Азаттык: В послед­ние годы было несколь­ко кон­флик­тов, где одной из сто­рон были каза­хи, вто­рой — пред­ста­ви­те­ли дру­гих этно­сов. Поче­му такое про­ис­хо­дит? В чем корни?

Толга­най Умбе­та­ли­е­ва: Нель­зя одно­знач­но харак­те­ри­зо­вать. Для меня это несколь­ко состав­ля­ю­щих. Пер­вое — это кри­ми­нал. С точ­ки зре­ния пра­во­во­го госу­дар­ства, мы не долж­ны поощ­рять реше­ние вопро­сов таким обра­зом. Нель­зя бить, уби­вать людей, нель­зя гро­мить дома. Там ведь были дети. И это ответ­ствен­ность тех людей, кото­рые нача­ли погром. Дол­жен быть пра­во­вой меха­низм регу­ли­ро­ва­ния таких вопро­сов. Я думаю, все, кто участ­во­вал в этом, — как каза­хи, так и дун­гане, и дру­гие этни­че­ские груп­пы — долж­ны поне­сти юри­ди­че­ское наказание.

В этом вопро­се есть и соци­аль­ные кор­ни. Это нере­шен­ность соци­аль­ных про­блем жите­лей села, когда люди не защи­ще­ны, не обес­пе­че­ны рабо­той. Это соци­аль­ный вопрос.

Есть и поли­ти­че­ский вопрос — «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос», кото­рый зафик­си­ро­ван Кон­сти­ту­ци­ей. Пока мы этот вопрос не решим, такие кон­флик­ты будут происходить.

И чет­вер­тый вопрос — адми­ни­стра­тив­ный. Это уме­ние управ­лять меж­эт­ни­че­ски­ми вопро­са­ми. Основ­ная при­чи­на лежит в том, что нет систе­мы управ­ле­ния со сто­ро­ны госу­дар­ства. Они выве­ли меж­эт­ни­че­ский вопрос в Ассам­блею наро­да Казах­ста­на, но при этом у Ассам­блеи нет ника­ких власт­ных пол­но­мо­чий это решать. Это толь­ко сове­ща­тель­ный орган. А госу­дар­ство, у кото­ро­го есть власть, не хочет его решать. И в резуль­та­те про­бле­ма про­ти­во­ре­чи­вой систе­мы управ­ле­ния меж­эт­ни­че­ски­ми вопро­са­ми при­хо­дит к такой кон­фликт­ной ситуации.

Азаттык: Со дня кон­флик­та люди раз­де­ли­лись на два лаге­ря. Одни осуж­да­ют дей­ствия каза­хов, есть и такие, кто оправ­ды­ва­ет погро­мы. На ком, по-ваше­му мне­нию, лежит ответственность?

Толга­най Умбе­та­ли­е­ва: С пра­во­вой точ­ки зре­ния мы не долж­ны нико­го оправ­ды­вать — ни каза­хов, ни дун­ган. Все, кто нару­шил закон, долж­ны поне­сти нака­за­ние. С точ­ки зре­ния поли­ти­че­ской ответ­ствен­но­сти я не хочу, что­бы вся ответ­ствен­ность лег­ла либо на каза­хов как на этнос, либо на дун­ган. Поли­ти­че­скую ответ­ствен­ность долж­но нести госу­дар­ство из-за того, что оно не обес­пе­чи­ло меха­низ­ма­ми реше­ния таких вопро­сов. Так­же ответ­ствен­ность лежит на пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нах. Очень часто пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны дей­ству­ют не с точ­ки зре­ния зако­на, а с точ­ки зре­ния кор­руп­ции — кто сколь­ко им даст, те инте­ре­сы они и защи­ща­ют. Вы дади­те боль­ше — ста­но­ви­тесь пра­вым. Я дам боль­ше, я ста­нов­люсь пра­вым. А где реаль­ность? Поэто­му пол­но­стью нуж­но пере­смат­ри­вать пра­во­вые орга­ны в дан­ном вопросе.

Азаттык: Насколь­ко про­фес­си­о­наль­но дей­ство­ва­ли сило­вые струк­ту­ры во вре­мя конфликта?

Толга­най Умбе­та­ли­е­ва: Я пока не вижу их дей­ствий. По видео­за­пи­сям, кото­рые я виде­ла, вооб­ще не было дей­ствий. Они сами сто­я­ли и про­во­ци­ро­ва­ли. Участ­во­ва­ли в эмо­ци­о­наль­ных пере­го­во­рах. Про­во­ци­ро­ва­ли еще боль­шую агрес­сию со сто­ро­ны тех, кто агрес­сив­но высту­пал. Я не виде­ла какой-то гра­мот­ной пози­ции поли­цей­ских. Они абсо­лют­но не уме­ют реа­ги­ро­вать на такие кон­фликт­ные ситу­а­ции. Они ста­но­вят­ся участ­ни­ка­ми, начи­на­ют отве­чать на эти эмо­ции, а не явля­ют­ся тре­тьей сто­ро­ной, спо­соб­ной регу­ли­ро­вать это вопрос.

Сотрудники полиции стоят на въезде в село Масанчи. 8 февраля 2020 года.
Сотруд­ни­ки поли­ции сто­ят на въез­де в село Масан­чи. 8 фев­ра­ля 2020 года.

Азаттык: Какие выво­ды вла­сти долж­ны извлечь из собы­тий в Кор­дай­ском районе?

Толга­най Умбе­та­ли­е­ва: Мы долж­ны выслу­шать всех. Преж­де все­го мы долж­ны услы­шать каза­хов. Недо­воль­ство казах­ской этни­че­ской груп­пы ска­зы­ва­ет­ся уже во всём. Эти кон­флик­ты видим вез­де. Сей­час мы долж­ны воз­ло­жить всю ответ­ствен­ность не на казах­скую этни­че­скую груп­пу, а на тех, кто про­во­ци­ро­вал на эти кон­флик­ты. Мы долж­ны сесть и пого­во­рить. Дать всем выска­зать­ся. Да, это воз­мож­но будет очень жест­кий раз­го­вор. Но он дол­жен состо­ять­ся. Каза­хи долж­ны выска­зать свое мне­ние, свое виде­ние, что такое «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос». Даль­ше свое мне­ние долж­ны выска­зать этни­че­ские мень­шин­ства, что такое «госу­дар­ство­об­ра­зу­ю­щий этнос», как они его видят и как нуж­но выстра­и­вать отно­ше­ния друг с дру­гом. А потом дол­жен быть диа­лог. Это не Акор­да долж­на там сидеть и раз­ра­ба­ты­вать модель. Люди сами долж­ны сесть и раз­го­ва­ри­вать — как мы вме­сте будем жить в этой стране.

Вто­рой момент — мы долж­ны куль­ти­ви­ро­вать цен­ность чело­ве­ка неза­ви­си­мо от его этни­че­ско­го про­ис­хож­де­ния и рели­ги­оз­ной при­над­леж­но­сти. Для нас самым важ­ным дол­жен стать чело­век и его пра­ва. И госу­дар­ство долж­но их обес­пе­чить, что­бы в Казах­стане всем жилось хоро­шо. Пока эта цен­ность не ста­нет глав­ной, будут доми­ни­ро­вать раз­де­ле­ния на этни­че­ские груп­пы, на муж­чин и жен­щин, на воз­раст­ные груп­пы. Без­услов­но, это раз­де­ле­ние оста­нет­ся. Но мы все­гда будем решать про­бле­мы не с точ­ки зре­ния казахи/русские/другие этни­че­ские груп­пы. А имен­но по тому, что в первую оче­редь это чело­век. Конеч­но, до этих вре­мен дале­ко, но мы можем начать обсуж­дать, что для нас важ­нее — жить в мире и в согла­сии, ува­жать друг дру­га преж­де все­го как людей либо даль­ше кон­флик­то­вать и стал­ки­вать­ся с таки­ми бес­чин­ства­ми, всё вре­мя делясь на каза­хов, на дун­ган, на рус­ских и так далее.

Ори­ги­нал ста­тьи: Казах­стан — Радио «Сво­бод­ная Европа»/Радио «Сво­бо­да»

архивные статьи по теме

Садыков и амнистия несовместимы?

Что казаху хорошо, то хохлу забвение

Толганай УМБЕТАЛИЕВА: Репутацию власти ничто не спасет

Editor