8 июля (по старому стилю 25 июня) 1916 года российский император Николай Второй подписал два указа, согласно которым мужское население Центральной Азии подлежало мобилизации для работы в тылу. Россия в Первой мировой войне выступала на стороне Антанты в союзничестве с Британией и Францией против Австро-Венгрии и сильно нуждалась в живой силе. И Россия очень надеялась решить эту проблему за счет жителей Центральной Азии.
Но призыв местного населения в ряды армии стал причиной протестов, обернувшихся вооруженным мятежом в «российских губерниях» Центральной Азии.
Это восстание началось с протеста жителей Худжанда 17 июля (по старому календарю – 4 июля) 1916 года. Власти царской России в Худжанде составили списки примерно двух тысяч мужчин от 19 до 42 лет для мобилизации на тыловые работы.
Жители Худжанда, не согласные порядком составления этого списка, и не довольные тем, что в ряды армии призывают исключительно одиноких и неимущих лиц, первоначально собрались у дома начальника полиции с требованием отмены такого списка. Их требование не было принято, и тогда произошли стычки между протестующими и силами полиции, в результате которых десятки людей были убиты и получили ранения.
Вслед за худжандским мятежом жители и других городов российских губерний в Центральной Азии поднялись на бунты. По подсчетам, в ходе подавления этих протестов, которые продлились до октября месяца 1916 года, с обеих сторон были убиты десятки тысяч человек.
В связи с причинами и уроками мятежа 1916 года Таджикская редакция Азаттыка — Радио Озоди — записала интервью с известным таджикским историком Камолом Абдуллаевым.
Камол Абдуллаев
Радио Озоди: Было ли Худжандское восстание цельным, организованным событием?
Камол Абдуллаев: Это было не одно событие, а несколько не связанных между собой стихийных протестных насильственных действий. В Худжанде выступления начались утром 4 июля. Затем в течение нескольких недель мятеж перекинулся в другие губернии и города. В Джизаке и особенно в Семиречье, протесты приняли особенно ожесточенный характер и сопровождались массовыми убийствами с обеих сторон. Всего во время восстания погибло около 300 тысяч «инородцев», большей частью кыргызов и порядка трех-четырех тысяч русских. Как видите, соотношение один к ста. Восстание в Худжанде не имело ярко выраженного национального характера — жертв было немного и восстание вскоре пошло на убыль. В отличие от Семиречья, в северном Таджикистане не было русских переселенцев, которые бы отобрали плодородную землю у местных жителей, то есть не было повода для этнического конфликта. У нас главной мишенью стала царская администрация и их чиновники, независимо от национальной принадлежности представителей власти.
Радио Озоди: Восстание проходило только в Худжанде, который, как известно, входил в состав Российской империи, или и в других областях, где проживали таджики?
Камол Абдуллаев: Восстание в Туркестане не обошло стороной Бухарский эмират, который формально не входил в состав Российской империи, но на деле являлся послушным вассалом России. Бухарский эмир Алим Хан в декабре 1915 года был произведён в чин генерал-лейтенанта Терского казачьего войска. Он лично помогал России деньгами, поддержав ее в войне. Вместе с тем, его вынудили обложить бухарцев тяжелым военным налогом. В ответ таджики подняли восстание, которое было особенно ожесточенным в Каратегине и Курган-Тюбе.
Радио Озоди: В чем заключались причины мятежа 1916 года?
Камол Абдуллаев: Война, в которую вступила Россия в 1914 году, требовала всё больших и больших затрат, которые возлагались на налогоплательщиков. Нужны были новые человеческие ресурсы для нужд фронта. Война пожирает все ресурсы и ожесточает соревнование за доступ к ним, что в свою очередь вызывает национальную напряженность и конфликты на этой почве в обществе, охваченном милитаризмом и борьбой за тающими материальными ресурсами.
Радио Озоди: Какой характер имело восстание? Было ли оно антирусским?
Камол Абдуллаев: Такая оценка имеет место в историографии. Многие даже считают, что басмачество, которое началось через два года, берет свои корни в восстании 1916 года. Я с этим не согласен. На мой взгляд, это было типичное антиколониальное восстание, направленное не против России, а против имперской, недальновидной и преступной политики царского правительства. После завоевания Средней Азии русская власть в регионе была отдана военным. Крестьян и кочевников они презирали и считали фанатиками-«халатниками», а местных интеллигентов — джадидов, которые были сторонниками России и были не прочь поддержать ее в войне, вообще считали еще большей опасностью. Русская власть настроила против себя местное население и грубо оттолкнула те небольшие группы, которые стремились поддержать Россию. По моему убеждению, если бы царское правительство лучше бы знало местные условия и проявило уважение к ее элитам, то Россия могла бы не только избежать восстания, но и напротив, смогло бы набрать дивизию добровольцев. Такую же дивизию, как на Кавказе. Но, на деле получилось так, что даже те, кто рвался на фронт, были обижены приказом. Ведь им предлагалось защищать «Николая пошшо» в траншее с лопатой в руках, а не в чистом поле на коне с шашкой. Помощь, соучастие и даже готовность защищать Россию с оружием в руках не были оценены царским правительством. Напротив, милитаристский угар сопровождался усилением шовинизма и национальной неприязни к «инородцам».
Радио Озоди: Немногим более чем через год после восстания пала и сама империя. Не видите ли вы связи между событиями лета 1916-го и осени 1917-го?
Камол Абдуллаев: На самом деле, восстание 1916 года было направлено против царизма и участия в империалистической войне. Повстанцы, особенно в Худжанде восстали против произвола царского режима, представленного русской администрацией и местными чиновниками. Именно этот протест против прогнившего царского режима продолжили через год российские солдаты и рабочие, свергнув царя, а затем и временное правительство. Советская власть была принята народами Средней Азии во многом потому, что она разительно отличалась от царской власти. Антиколонниализм большевиков не только удержал Среднюю Азию в орбите Российской федерации, но и расположил к себе Афганистан, Индию, Турцию и Иран, что обеспечило стабильность и расцвет экономики и культуры не только рассматриваемого региона, но и в СССР в целом.
Напомню, что призыв таджиков и других среднеазиатских народов в Красную Армию был введен в 1939 году, первым Героем Советского Союза из Средней Азии был таджик Негмат Карабаев, отличившийся в финской войне 1939 года, а затем погибший от ран в ходе Великой Отечественной войны. Призыв в 1916‑м и в 1941‑м — это «две большие разницы». Сами народы Средней Азии подтвердили это, с гневом отвергнув первую и с энтузиазмом откликнувшись на вторую. Массовое участие и героизм выходцев Средней Азии, показанный в годы Великой Отечественной войны, доказал неправоту царских генералов, утверждавших что от “сартов” и кочевников как от воинов мало прока. Царская Россия рассматривала таджиков, казахов, узбеков и кыргызов как инородцев и считала их пригодными лишь для рытья окопов. Она строила с ними отношения на принципах подчинения, лишения прав, на национальном и религиозном неравенстве. В то время как Советская власть не признавала национальных различий и делила народы не по национальному или конфессиональному, а по классовому принципу.
Последний российский император Николай второй
Радио Озоди: Некоторые связывают восстание 1916-го с басмачеством. Правомерно ли это сравнение?
Камол Абдуллаев: История Средней Азии колониального и раннего советского периодов многомерна, сложна и противоречива. Взаимодействие имперских, а потом и советских властей с местными сообществами отличались особой сложностью. Их курс и развитие определялись многими факторами и игроками, в том числе самими народами региона. Собственно сами местные сообщества не были едины; они были разобщены, в том числе и по вопросу о лояльности империи и отношении к русским, не говоря об отношении к воинской службе. Соответственно, среднеазиатская реакция на приказ о мобилизации 1916 года, а потом и революцию 1917 года и басмачество 1920‑х годов не был одинаков, а был отражением сложившегося на тот период соотношения сил и интересов.
Радио Озоди: Какие выводы можно сделать из этого восстания?
Камол Абдуллаев: Россия выиграла эту войну против мусульман Средней Азии, но ценой огромных потерь. Гора родила мышь. Было мобилизовано около 100 тысяч человек, хотя планировалось набрать в пять раз больше. Толку от мобилизованных было немного. Они воспринимали службу России как наказание; болели, гибли от холода и голода. Искалеченных и больных тысячами отправляли домой. Но политические потери были куда более внушительными. Подавление восстания не привело к укреплению царской власти.
Российская империя навсегда ушла в прошлое. Коллегам, пишущим имперскую историю, следует признать, что имперские порядки принесли немало горя покоренным им народам и считаться с тем, что антиколониальный нарратив, будет нарастать в трудах историков региона. Последним же, то есть тем, кто пишет историю с национальных позиций, надобно всячески избегать одностороннего негативного представления России как «тюрьмы народов» и «империи зла». Речь идет о такте, взаимном уважении и терпимости.
В целом, описанные события столетней давности следует понимать с позиций постепенного выхода Средней Азии из своего подчиненного, колониального положения. Царизм был застигнут восстанием врасплох, он не ожидал такой реакции презираемых им «инородцев». События в 1916 году развивались не государевым повелением, а по указке самого народа. Народ на четыре месяца «встал на дыбы», превратившись из молчаливого объекта манипуляций, в самостоятельный и грозный субъект исторического действия. То, что в среде мусульман Средней Азии не было единства, не может перечеркнуть того очевидного факта, что 1916 году регион начал свой нелегкий путь к свободе, а империя окончательно развалилась ровно через год после подавления восстания.
Оригинал статьи: РАДИО АЗАТТЫК – Казахская редакция Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода»