25 C
Астана
5 августа, 2021
Image default

Суд по жанаозенскому делу переходит к прениям

Судеб­ное раз­би­ра­тель­ство по жана­о­зен­ско­му делу под­хо­дит к кон­цу. Вче­ра в Актау были огла­ше­ны мате­ри­а­лы всех 93 томов уго­лов­но­го дела «37 неф­тя­ни­ков». Уло­жи­лись в пол­то­ра засе­да­ния суда.

 

Автор: Алла ЗЛОБИНА, Шари­па ИСКАКОВА

 

Как заме­ти­ли наблю­да­те­ли, если бы дело про­ис­хо­ди­ло где-нибудь  в «загни­ва­ю­щем Запа­де», а  адво­ка­ты бились бы за мил­ли­о­не­ров, то мате­ри­а­лы тако­го коли­че­ства томов в суде зачи­ты­ва­ли бы как мини­мум неде­лю. Но, види­мо, вре­мя под­жи­ма­ет, и судья огра­ни­чил­ся пере­чис­ле­ни­ем доку­мен­тов, изред­ка пере­хо­дя на цити­ро­ва­ния отдель­ных пока­за­ний свидетелей.

Гало­пом по томам

Суд огла­шал мате­ри­а­лы уго­лов­но­го дела бук­валь­но гало­пом. Пока­за­ния 15 постра­дав­ших поли­цей­ских и поли­цей­ских-сви­де­те­лей. Све­де­ния о повре­жде­нии щитов и касок в резуль­та­те  уда­ров метал­ли­че­ски­ми пред­ме­та­ми, пал­ка­ми, кам­ня­ми и выстре­лов из охот­ни­чье­го ружья. Пока­за­ния граж­дан, полу­чив­ших пуле­вые ране­ния. Отве­ты род­ствен­ни­ков под­су­ди­мых. Сви­де­тель­ские пока­за­ния хозя­ев юрт, част­ных пред­при­ни­ма­те­лей. Спи­сок детей и учи­те­лей, кото­рые участ­во­ва­ли в пара­де, посвя­щен­ном два­дца­ти­ле­тию Неза­ви­си­мо­сти Казах­ста­на и их пока­за­ния. Соглас­но мате­ри­а­лам уго­лов­но­го дела во вре­мя след­ствия было опро­ше­но две тыся­чи свидетелей. 

            «Боль­шин­ство из этих сви­де­те­лей не име­ют отно­ше­ния к  это­му делу», — вдруг заме­тил судья Арал­бай Нагшибаев.

«Зато они были допро­ше­ны, воз­мож­но, запу­га­ны и с них мож­но было взять «отступ­ные», — тут же съяз­ви­ли в зале.

Адво­ка­ты на заме­ча­ние судьи толь­ко пока­ча­ли голо­вой. Про­ку­ро­ры молчали. 

…Еще четы­ре тома (32, 33, 34,35 ) посвя­ще­ны резуль­та­там след­ствен­ных меро­при­я­тий: про­то­ко­лы обыс­ков, резуль­та­ты экс­пер­тиз… Целый том (36‑й) — рас­сле­до­ва­нию под­жо­га музы­каль­ных уси­ли­те­лей.  Далее спи­сок номе­ров сото­вых теле­фо­нов, таб­ли­цы: кому они при­над­ле­жат,  кто с кем раз­го­ва­ри­вал на пло­ща­ди 16 декаб­ря 2011 года. Еще таб­ли­цы: кто и где сто­ял на алане. 

Одни том посвя­щен пред­ме­там, собран­ным поли­цей­ски­ми на сле­ду­ю­щий день после рас­стре­ла: гиль­зы, остат­ки бен­зи­на, метал­ли­че­ские пред­ме­ты, дымо­вая шашка…

             — Предо­став­ле­ны так­же доку­мен­ты опи­са­ния внеш­но­сти под­су­ди­мых, — сооб­щал участ­ни­кам про­цес­са Арал­бай Нага­ши­ба­ев. — Здесь есть видео­ма­те­ри­а­лы — в мину­тах и секун­дах. Но кто имен­но про­во­дил опо­зна­ния, не извест­но — это­го в мате­ри­а­лах нет.

На послед­нюю репли­ку судьи никто не сре­а­ги­ро­вал и он продолжил:

- Есть схе­ма того, кто был на пло­ща­ди — это опре­де­ле­но по сото­вым теле­фо­нам. Есть схе­ма рас­по­ло­же­ния юрт. Чер­ные точ­ки обо­зна­ча­ют, кто где сто­ял в тот день. Есть фото подо­жжён­ных юрт. Патро­ны с охот­ни­чье­го ружья.  Есть реше­ние судеб­ной экс­пер­ти­зы: гиль­зы были снаб­же­ны поро­хом. Предо­став­ле­ны десять патро­нов. Есть допол­ни­тель­ные экс­пер­ти­за по гиль­зам —  она гово­рит о том, что эти выстре­лы про­из­ве­де­ны по щитам с  ближ­не­го рас­сто­я­ния. Есть доку­мен­ты экс­пер­тиз сго­рев­ших зда­ний, видео­ма­те­ри­а­лы с камер наблю­де­ния. Копии при­ка­зов об уволь­не­нии нефтяников… 

Пять томов (38,39,40,41, 42), про­дол­жал судья, посвя­ще­ны погиб­шим людям: заклю­че­ния судеб­но меди­цин­ской экс­пер­ти­зы, бал­ли­сти­че­ской  экс­пер­ти­зы.  На дета­лях этих мате­ри­а­лов оста­нав­ли­вать­ся тоже не стали.

            Затем корот­ко зачи­та­ли доку­мент 44-го тома — резуль­та­ты судеб­но-меди­цин­ской экс­пер­ти­зы тру­па погиб­ше­го Беке­жа­на Дюсем­ба­е­ва. Его дети — Пара­хат и Айжан сей­час сидят на ска­мье под­су­ди­мых.  …«Погиб в резуль­та­те попа­да­ния пули в голо­ву…  В резуль­та­те сквоз­но­го ране­ния повре­жден голов­ной мозг…». 

             — Про­сим зачи­тать мате­ри­а­лы дела 10 и 13 томов, — обра­ти­лись к Нага­ши­ба­е­ву про­ку­ро­ры. — Это теле­фон­ные пере­го­во­ры сви­де­те­ля Сей­дах­ме­то­ва Зака­рия, кото­рые были зафик­си­ро­ва­ны спец­служ­ба­ми. Это име­ет отно­ше­ние к под­су­ди­мо­му Шаб­да­лу Уткилову.

            Судья зачи­тал пока­за­ния сви­де­те­ля: «Послу­шав сте­но­грам­му, я узнал себя и Шаб­да­лу. Я с ним тогда раз­го­ва­ри­вал по теле­фо­ну. Я слы­шал, как Шаб­дал при­зы­вал при­со­еди­нить­ся к мас­со­вым бес­по­ряд­кам. Потом он при­шел и ска­зал: «Давай­те будем бороть­ся, нач­нем вой­ну. Наши тре­бо­ва­ния не выпол­ня­ют­ся, поэто­му  нуж­но по-дру­го­му отста­и­вать наши тре­бо­ва­ния». Мно­гие на пло­ща­ди под­дер­жа­ли сло­ва Шаб­да­лы — его при­зыв начать борь­бу, начать войну»…

              Про­ку­ро­ры попро­си­ли судью зачи­тать еще пока­за­ния — сви­де­те­ля Айнаш Тлек­ка­бы­ло­вой. В суд этот сви­де­тель так и не яви­лась. Во вре­мя декабрь­ских собы­тий Айнаш Тлек­ка­бы­ло­ва рабо­та­ла в пресс-служ­бе аки­ма Жана­о­зе­ня и 18—19 декаб­ря сопро­вож­да­ла жур­на­ли­стов в поезд­ках по Жанаозеню. 

«…Неф­тя­ни­ки про­рва­ли цепь и побе­жа­ли на сце­ну, — начал читать пока­за­ния сотруд­ни­цы аки­ма­та Арал­бай Нага­ши­ба­ев. — Высо­кий парень в одеж­де неф­тя­ни­ка ски­нул со сце­ны колон­ку. Потом нача­ли кидать кам­ни в нашу сто­ро­ну. Я ушла, но когда я ухо­ди­ла, в меня попал камень. Я виде­ла, как горе­ла маши­на, как горе­ли колонки…».

Сле­дом про­ку­ро­ры попро­си­ли судью зачи­тать пока­за­ния сви­де­те­ля Жоламановой.

- В этих пока­за­ни­ях мама сви­де­те­ля Ерла­на Нур­жа­но­ва по делу под­су­ди­мо­го Мэл­са Сары­ба­е­ва, утвер­жда­ет: его мать угро­жа­ла, если ее сын будет давать пока­за­ния про­тив Мэл­са, — объ­яс­нил судья. — В пока­за­ни­ях она сооб­ща­ет, что адво­кат Мэл­са гово­рил, что ее сын еще может отка­зать­ся от сво­их пока­за­ний и напи­сать заявление.

            Со ска­мьи под­су­ди­мых встал Мэлс. «Вызо­ви­те в суд маму Нур­жа­но­ва Ерла­на», — попро­сил он судью. Судья согласился.

            Сле­дом сло­во взял адво­кат Сан­зы­бай­у­лы: он высту­пил с хода­тай­ством изъ­ять из мате­ри­а­лов уго­лов­но­го дела пока­за­ния семи сви­де­те­лей, кото­рые вызы­ва­ют сомнения.

- По делам моих под­за­щит­ных Непе­со­ва и Кос­бар­ма­ко­ва про­хо­ди­ли семь сви­де­те­лей. Они заяви­ли суду: узна­ли под­су­ди­мых сна­ча­ла по видео и фото­таб­ли­це. При этом заяви­ли, что преж­де не зна­ли их в лицо. Как они мог­ли сви­де­тель­ство­вать про­тив   моих под­за­щит­ных? Про­шу убрать их пока­за­ния из дела.

С видео «К‑плюса» убра­ли «лиш­нее»

 После пере­ры­ва суд вновь пере­шел к про­смот­ру видео­ма­те­ри­а­лов теле­ка­на­ла «К‑плюс». На экране мель­ка­ли уже зна­ко­мее залу кадры.

- Мы это уже виде­ли, — заме­ти­ли подсудимые.

- Мы смот­ре­ли в сокра­щен­ном виде, а теперь будет пол­ный мате­ри­ал, — отве­тил судья Нагашибаев.

Сюже­ты «К‑плюс» поче­му-то шли без тит­ров теле­ком­па­нии и назва­ния сюже­та, как это было преж­де. Видео­ма­те­ри­ал был сокра­щен. В сюже­те из боль­ни­цы Жана­о­зе­на исчез син­хрон житель­ни­цы горо­да по име­ни Шол­пан. Она, напом­ним, сооб­ща­ла о тру­пах жен­щи­ны и ребен­ка, кото­рые виде­ла на пло­ща­ди.  На экране мель­ка­ли толь­ко кад­ры, где неф­тя­ни­ки уже отве­ти­ли на про­во­ка­ци­он­ные дей­ствия поли­цей­ских. Обра­ща­ло вни­ма­ние: в кад­рах было мно­го детей и под­рост­ков — от 10 до 13лет.  

Про­смот­рев кад­ры, адво­ка­ты высту­пи­ли с хода­тай­ства­ми: при­об­щить к делу доку­мен­ты о семей­ном и мате­ри­аль­ном поло­же­нии под­су­ди­мых, меди­цин­ские справ­ки. Одна из них под­твер­жда­ла, что бере­мен­ная супру­га под­су­ди­мо­го Аспен­та­е­ва из-за пере­не­сен­ных стрес­сов, полу­чен­ных во вре­мя аре­ста мужа, поте­ря­ла ребенка. 

            Адво­кат Вене­ра Сар­сем­би­на про­си­ла суд при­знать неза­кон­ны­ми след­ствен­ные меро­при­я­тия по опро­су 15 потер­пев­ших поли­цей­ских, кото­рые про­во­дил сле­до­ва­тель Исмаилов. 

- Исма­и­лов нару­шил пред­пи­сан­ные про­це­ду­ры. В част­но­сти, не кон­кре­ти­зи­ро­вал жела­ние потер­пев­ших дать доб­ро­воль­ные пока­за­ния. Так­же  не разъ­яс­нил их пра­ва о том, что за дачу лож­ны пока­за­ний они несут уго­лов­ную ответ­ствен­ность, — объ­яс­ни­ла суду Сар­сем­би­на. — После видео­съе­мок в про­ку­ра­ту­ре  их спра­ши­вал: «Есть ли вопро­сы?». Но по про­це­ду­рам он не дол­жен был делать этого.

Адво­кат пере­чис­ли­ла еще нару­ше­ния: сле­до­ва­тель не пред­ста­вил опе­ра­то­ра, веду­ще­го видео­съем­ку пока­за­ний потер­пев­ших, не обес­пе­чил каче­ство зву­ка — зву­ки вет­ра и ремонт­ные рабо­ты на пло­ща­ди Жана­о­зе­ня пере­кры­ва­ли голо­са участ­ни­ков след­ствен­но­го дей­ствия, не зачи­ты­вая тек­сты про­то­ко­лов, сле­до­ва­тель давал их на под­пись потер­пев­шим и понятым.

Судья поин­те­ре­со­вал­ся мне­ни­ем сторон.

- Про­шу не при­ни­мать хода­тай­ство  Сар­сем­би­ной, — вста­ла с места адво­кат Ардак Бати­е­ва. — На одном видео постра­дав­шие поли­цей­ские заяви­ли, что моих под­за­щит­ных они не виде­ли на пло­ща­ди. Поэто­му прось­ба Сар­см­би­ной идет в раз­рез с инте­ре­са­ми моих под­за­щит­ных.  В отно­ше­нии сле­до­ва­те­ля Исма­и­ло­ва за нару­ше­ния про­цес­су­аль­ных норм про­ве­де­ния след­ствен­ных меро­при­я­тий про­шу при­ме­нить отдель­ное взыскание.

- А мы под­дер­жи­ва­ем Сар­сем­би­ну, а не Бати­е­ву, — тут же заяви­ли подсудимые.

- Мы под­дер­жи­ва­ем пред­ло­же­ние Бати­е­вой. На след­ствен­ных меро­при­я­ти­ях Исма­и­ло­ва поли­цей­ские ска­за­ли прав­ду по про­изо­шед­шим собы­ти­ям. Мы счи­та­ем: все было сде­ла­но в соот­вет­ствии с нор­ма­ми зако­на. Тем более, такой вопрос не реша­ет­ся за одну мину­ту… Его нуж­но отдель­но обсу­дить в сове­ща­тель­ной ком­на­те, — всту­пи­лись за сле­до­ва­те­ля прокуроры.

Судья оста­вил оба хода­тай­ства откры­ты­ми: «Все дово­ды мы выслу­ша­ем на пре­ни­ях. Каж­дый даст свою оцен­ку, потом суд выне­сет свое определение».

В чет­верг нач­нут­ся прения

 — Итак, наш суд похо­дит к кон­цу, — завер­шая засе­да­ние, объ­явил Арал­бай  Нага­ши­ба­ев. — Про­шло пол­то­ра меся­ца, мы рас­смот­ре­ли все дела, выслу­ша­ли почти всех сви­де­те­лей и пострадавших… 

- Про­шу вызвать сви­де­те­лей от про­ку­ра­ту­ры на зав­тра, точ­нее после обе­да, — пере­би­ла адво­кат Ардак Батиева.

- Мы не будем ради двух сви­де­те­лей про­во­дить зав­тра засе­да­ние, — воз­му­тил­ся судья.

 — Мы сколь­ко вре­ме­ни здесь уже нахо­дим­ся! — выкри­ки­ва­ли  из буд­ки неф­тя­ни­ки. — Если хоти­те нас засу­дить, делай­те это побыст­рее, и закон­чи­те уже это дело!

Нага­ши­ба­ев стук­нул судей­ским молот­ком по сто­лу и объ­явил пере­рыв до 10 мая.

В чет­верг 10 мая, суд опро­сит несколь­ко сви­де­те­лей и перей­дет к пре­нию сторон. 

Continue Reading:
Суд по жана­о­зен­ско­му делу пере­хо­дит к прениям

архивные статьи по теме

Белые акации, цветы реинкарнации

Как мы искали Владимира Козлова

Зачем Масимов отправил Марченко в МВФ?