29 C
Астана
3 августа, 2021
Image default

Суд в Актау принес новые сенсации

Сен­са­ций на двух про­шед­ших празд­нич­ных неде­лях в суде по «жана­о­зен­ско­му делу» было хоть отбав­ляй. Напри­мер, два глав­ных дей­ству­ю­щих лица – экс-аким Жана­о­зе­на Сар­бо­пе­ев и экс-гла­ва «Озен­му­най­га­за» Ишма­нов – заяви­ли, что зна­ли о гото­вя­щих­ся в День неза­ви­си­мо­сти бес­по­ряд­ках, и обви­ни­ли во всех гре­хах акти­ви­стов поли­ти­че­ской оппо­зи­ции и жур­на­ли­стов. Зато видео­ма­те­ри­а­лы опе­ра­тив­ных съе­мок пол­но­стью опро­верг­ли аргу­мен­ты обви­не­ния и пока­за­ли шоки­ру­ю­щую кар­ти­ну собы­тий 16 декабря. 

 

Автор: Алла ЗЛОБИНА, Шари­па ИСКАКОВА

 

Юрты на кам­ни не ставят

Быв­ший аким Жана­о­зе­на и экс-гла­ва «Озен­му­най­га­за» (пер­вый высту­пил сви­де­те­лем, вто­рой — постра­дав­шим) — лич­но­сти в Жана­о­зене, надо ска­зать, леген­дар­ные. Их пла­ни­ро­ва­ли опро­сить в чис­ле пер­вых. Но появи­лись они в суде лишь тогда, когда уже про­шел пер­вый шок после рас­ска­зов неф­тя­ни­ков о звер­ствах сле­до­ва­те­лей и не менее скан­даль­ных заяв­ле­ний ряда сви­де­те­лей и потер­пев­ших о том, что они тоже дава­ли свои пока­за­ния под пытками.

Об Ора­ке Сар­бо­пе­е­ве, кото­рый сего­дня нахо­дит­ся под след­стви­ем по подо­зре­нию в финан­со­вых махи­на­ци­ях, в наро­де гуля­ет нема­ло любо­пыт­ных исто­рий. Напри­мер, как быв­ший аким уве­ко­ве­чил име­на народ­ных цели­те­лей, рас­по­ря­див­шись выгра­ви­ро­вать их на почет­ной стене Аллеи выпуск­ни­ков его род­ной шко­лы №12. На недо­умен­ные вопро­сы горо­жан аким отве­чал: «Когда хозя­е­ва­ми тут будут китай­цы, они узна­ют, что и у нас были вели­кие целители».

О 35-лет­нем Кийк­бае Ишма­но­ве, уро­жен­це при­го­род­но­го жана­о­зен­ско­го села Шет­пе, рас­ска­за­ли на суде сами под­су­ди­мые: напри­мер, как он угро­жал устро­ить «вто­рой Кыр­гыз­стан», если неф­тя­ни­ки будут наста­и­вать на его осво­бож­де­нии с долж­но­сти руко­во­ди­те­ля компании.

Нач­нем с Сар­бо­пе­е­ва. Жда­ли, что к мик­ро­фо­ну вый­дет чело­век, как мини­мум ощу­ща­ю­щий груз сво­ей ответ­ствен­но­сти, но перед залом пред­стал 40-лет­ний холе­ный доро­го оде­тый муж­чи­на, отве­ча­ю­щий на вопро­сы со спо­кой­стви­ем уве­рен­но­го в себе чело­ве­ка. Что инте­рес­но: Сар­бо­пе­ев, преж­де пуб­лич­но кри­ти­ко­вав­ший тру­до­вые тре­бо­ва­ния неф­тя­ни­ков, вдруг высту­пил в их под­держ­ку и даже рас­ска­зал о сво­ем пред­ло­же­нии при­гла­сить спе­ци­а­ли­стов со сто­ро­ны, что­бы помочь раз­ре­шить конфликт.

Но осо­бен­но вни­ма­тель­но зал слу­шал рас­сказ экс-аки­ма о под­го­тов­ке горо­да к празд­но­ва­нию 20-летия неза­ви­си­мо­сти Казах­ста­на, вылив­ше­му­ся в жесто­кую кро­ва­вую бой­ню: были надеж­ды, что он про­льет свет на тай­ны жана­о­зен­ской трагедии:

- Я вызвал в аки­мат вла­дель­цев юрт, что­бы они поста­ви­ли их на пло­ща­ди. Они спро­си­ли: «Какую дади­те гаран­тию?» Один муж­чи­на ска­зал: «Дай­те нам гаран­тию на два мил­ли­о­на» (на преды­ду­щих засе­да­ни­ях, во вре­мя опро­са, вла­дель­цы юрт в один голос утвер­жда­ли: рас­пис­ку на два мил­ли­о­на им пред­ло­жил сам экс-аким). После это­го я напи­сал рас­пис­ку и пере­дал помощникам.

- Поче­му вы юрты поста­ви­ли на кам­ни? Это было чье-то рас­по­ря­же­ние? — спро­си­ли экс-аки­ма Жана­о­зе­на адво­ка­ты. (По тра­ди­ции юрты при­ня­то ста­вить толь­ко на зем­лю, поэто­му преж­де, до 16 декаб­ря, в дни празд­ни­ков свои «дома» жана­о­зен­цы ста­ви­ли за городом.)

- Это был мой при­каз. Мы не при­да­ли зна­че­ния тому, что Алан — камен­ное место. Хотя эти пар­ни гово­ри­ли: «Это же кам­ни…» Они гово­ри­ли: «Луч­ше не сто­ит это­го делать». Но я поду­мал: поста­вим толь­ко на праздник.

- А зачем въе­хал УАЗ? — спро­си­ли Сарбопеева.

- Он при­вез продукты.

- Как вы счи­та­е­те: тре­бо­ва­ния неф­тя­ни­ков были закон­ны­ми? — спро­си­ли свидетеля.

- Счи­таю, были закон­ны­ми, — под­дер­жал неф­тя­ни­ков Сарбопеев.

Сло­ва чинов­ни­ка вызва­ли в зале одоб­ри­тель­ный шум. Он так­же при­знал­ся: «Что наме­ча­ют­ся мас­со­вые бес­по­ряд­ки, слы­шал, но что их будут орга­ни­зо­вы­вать неф­тя­ни­ки, — нет».

Сар­бо­пе­ев отве­чал на вопро­сы в тече­ние почти трех часов. В про­цес­се опро­са выяс­ни­лось: сто поли­цей­ских допол­ни­тель­но при­бы­ли в Жана­о­зен еще 14 декаб­ря. Раз­ме­сти­ли их в город­ских гости­ни­цах, а пита­ние обес­пе­чи­ва­ла ком­па­ния «Озен­му­най­газ».

- Как вы счи­та­е­те, кто может быть вино­вен в про­изо­шед­ших собы­ти­ях? — спро­си­ли экс-акима.

- Навер­ное, нет неви­нов­ных людей. Я сам вино­ват, не угля­дел, наде­ял­ся, вопрос решится…

У 37 под­су­ди­мых тоже были вопро­сы к быв­ше­му аки­му их горо­да: поче­му во вре­мя заба­стов­ки вла­сти трак­то­ром сно­си­ли палат­ки, поче­му неф­тя­ни­ков заста­ви­ли перей­ти из при­го­ро­да, где они сто­я­ли преж­де, на цен­траль­ную пло­щадь горо­да, поче­му во вре­мя голо­дов­ки им отка­зы­ва­ли в меди­цин­ской помо­щи… На часть вопро­сов Орак Сар­бо­пе­ев пожи­мал пле­ча­ми, на дру­гие — о трак­то­ре и меди­ках — отве­чал при­мер­но так: вла­сти пыта­лись оста­но­вить забастовку.

Завер­шил­ся опрос экс-аки­ма Жана­о­зе­на потря­са­ю­щим по сво­ей про­сто­те вопро­сом под­су­ди­мо­го Пара­ха­та Дюсем­ба­е­ва: «Вы выпла­чи­ва­е­те за юрты по два мил­ли­о­на тен­ге, а за погиб­ших во вре­мя рас­стре­ла людей — по одно­му мил­ли­о­ну. Жизнь людей сто­ит дешев­ле юрт?»

- По два мил­ли­о­на тен­ге мы выда­ем по прось­бе одно­го из вла­дель­цев юрт. А ком­пен­са­цию в один мил­ли­он за погиб­ших выпла­чи­ва­ет госу­дар­ство… — отве­тил Сарбопеев.

«Спа­си­бо, что рядом были такие парни…»

При­мер­но в том же репер­ту­а­ре высту­пал на суде и экс-гла­ва «Озен­му­най­га­за» Кийк­бай Ишма­нов. На голу­бом гла­зу он заявил: заба­стов­ку рас­ка­чи­ва­ли оппо­зи­ци­он­ные силы и жур­на­ли­сты, а чинов­ни­ки… вся­че­ски пыта­лись помочь рабочим.

Свои пока­за­ния Ишма­нов читал с лист­ка, и в целом его склад­ная речь рисо­ва­ла образ чут­ко­го и забот­ли­во­го руководителя.

Кийк­бай Ишма­нов сооб­щил суду: когда нача­лись бес­по­ряд­ки, он отпра­вил свою семью в Акту, сам поехал в при­го­род­ный посе­лок Жеты­бай: «Все-таки я гла­ва «Озен­му­гай­га­за» и дол­жен был нахо­дить­ся бли­же к сво­е­му городу».

В город вер­нул­ся толь­ко после того, как в Жана­о­зен заеха­ли БТРы. Стрель­ба еще про­дол­жа­лась, и он в ком­па­нии аки­ма Сар­бо­пе­е­ва, Айт­ку­ло­ва и Кабы­ло­ва пря­тал­ся в ГУВД.

Тут бы услы­шать вопрос: что виде­ли там чинов­ни­ки и поче­му не пыта­лись пре­кра­тить звер­ские изби­е­ния жана­о­зен­цев? Ведь не заме­тить ад, кото­рый там устро­и­ли для задер­жан­ных, было невоз­мож­но. Но Сар­бо­пе­е­ву этот вопрос никто так и не задал. Зато про­зву­чал дру­гой вопрос: «Как руко­во­ди­тель ком­па­нии, из кото­рой уволь­ня­ли неф­тя­ни­ков, что вы пред­при­ня­ли для раз­ре­ше­ния тру­до­во­го спора?»

- Мы уволь­ня­ли по 30—50 чело­век, доку­мен­ты рас­смат­ри­ва­ли по отдель­но­сти, про­ве­ря­ли каж­до­го, — рас­ска­зал Ишма­нов. — Перед уволь­не­ни­ем сове­то­ва­лись с тех­ни­че­ски­ми инже­не­ра­ми. Потом нача­ли обхо­дить остав­ши­е­ся 15 пред­при­я­тий, пото­му что нам ста­ли посту­пать заяв­ле­ния: если не решит­ся их вопрос, они оста­но­вят рабо­ту всех пред­при­я­тий. Со мной были несколь­ко ребят, и вро­де я им все объ­яс­нил (что имен­но и кто были эти «ребя­та», высту­па­ю­щий не уточ­нил). Я даже радо­вал­ся: «Гос­по­ди, спа­си­бо, что воз­ле меня такие вер­ные парни!..»

Но Бог бла­го­дар­ность руко­во­ди­те­ля ком­па­нии поче­му-то не услы­шал: рабо­та на пред­при­я­ти­ях все рав­но остановилась.

- После это­го у неф­тя­ни­ков начал­ся каж­дый день сход­няк, — пере­шел на сленг г‑н Ишма­нов. — Каж­дый день собра­ния, выступ­ле­ния… Я все­гда ста­рал­ся най­ти реше­ние это­го вопро­са. Я очень болел за них…

Адво­ка­ты спро­си­ли Ишманова:

- В сво­их пока­за­ни­ях под­су­ди­мый Тал­гат Сак­та­га­нов рас­ска­зал, как груп­па спортс­ме­нов вывез­ла в степь несколь­ко басту­ю­щих и жесто­ко изби­ла их. При этом спортс­ме­ны объ­яс­ни­ли при­чи­ну сво­е­го «недо­воль­ства»: неф­тя­ни­ки не долж­ны высту­пать про­тив вас. Что на это скажете?

- Я ока­зы­вал им спон­сор­скую под­держ­ку, но для того, что­бы они мог­ли толь­ко тре­ни­ро­вать­ся. Никто из них не участ­во­вал в про­ти­во­за­кон­ных дей­стви­ях, — уве­рен­но отве­тил Ишманов.

Адво­кат Тас­кын­ба­ев тоже засо­мне­вал­ся в пока­за­ни­ях Ишманова:

- А вы сами, слу­чай­но, не под­ли­ва­ли мас­ла в огонь в этом тру­до­вом спо­ре? Пото­му что есть пока­за­ния неф­тя­ни­ков о том, что вы даже лич­но сни­ма­ли их детей с авто­бу­сов, кото­рые еха­ли в лагерь отдыха?

- Соглас­но ново­му дого­во­ру неф­тя­ни­ки не име­ли пра­ва при­ни­мать уча­стие в заба­стов­ках, — при­знал Ишма­нов. — При­шел при­каз из «РД»: детей неф­тя­ни­ков, при­ни­ма­ю­щих уча­стие в заба­стов­ке, не отправ­ля­ли в лаге­ря отдыха.

- Вы так­же гово­ри­ли, что устро­и­те неф­тя­ни­кам «вто­рой Кыр­гыз­стан», если они вас ски­нут с долж­но­сти? — про­дол­жа­ли спра­ши­вать адвокаты.

Вопрос вызвал такой шквал эмо­ций у зала и под­су­ди­мых неф­тя­ни­ков: «Это прав­да!», что судье при­шлось пре­рвать опрос и даже уда­лить одно­го из жана­о­зен­цев из зала.

- В наро­де сей­час гово­рят мно­го того, чего не было, — отве­чал Кийкбай.

В про­цес­се опро­са еще выяс­ни­лось: оце­нив свой сожжен­ный кот­тедж в 41 мил­ли­он тен­ге, постра­дав­ший сни­зил раз­мер ущер­ба до… 10 мил­ли­о­нов. «Ваш дом из мра­мо­ра, что ли, постро­ен?» — поин­те­ре­со­ва­лись адво­ка­ты. «Из кир­пи­ча и дере­ва, — воз­ра­зил Кийк­бай Ишма­нов. — Мой дом скром­ный».  «Тогда поче­му вы его оце­ни­ли аж в 41 мил­ли­он тен­ге?» — «Там поми­мо внеш­ней сто­ро­ны была повре­жде­на и внут­рен­няя часть дома: вещи, мебель…»

У Ишма­но­ва спра­ши­ва­ли: сколь­ко раз он посе­тил Алан за семь меся­цев. Он отве­чал: «Сам туда не ходил, посы­лал сво­их сотруд­ни­ков». На вопрос: «А поче­му не сам?» — отве­тил, что ему ска­за­ли: «Это бесполезно».

- Какая, по ваше­му мне­нию, была роль печат­ных изда­ний на тот момент? Тех жур­на­ли­стов, кото­рые свя­зы­ва­лись с неф­тя­ни­ка­ми? — вдруг спро­си­ла адво­кат Батиева.

- Я счи­таю: оппо­зи­ци­он­ные силы нагне­та­ли ситу­а­цию, — не морг­нув гла­зом отве­тил Ишманов.

Скан­даль­ное видео

Сра­зу после пер­во­май­ских выход­ных суд начал про­смотр видео­ма­те­ри­а­лов уго­лов­но­го дела. Пока­зан­ные опе­ра­тив­ные видео­съем­ки еще боль­ше пошат­ну­ли дока­за­тель­ную базу обви­не­ния. «Злую шут­ку сыг­ра­ла без­ала­бер­ность при под­го­тов­ке видео­ма­те­ри­а­ла для про­смот­ра или у кого-то просну­лась совесть?» — гада­ли те, кто наблю­да­ет за этим гром­ким процессом.

За пол­то­ра дня суд про­смот­рел более 30 видео­фай­лов. Почти все, что было сня­то поли­цей­ски­ми 16—17 декаб­ря, сви­де­тель­ство­ва­ло об уча­стии в бес­по­ряд­ках неиз­вест­ных групп людей и демон­стри­ро­ва­ло… про­во­ка­ци­он­ные дей­ствия самих полицейских.

Зал суда огла­ша­ли раз­ры­ва­ю­щие душу кри­ки людей, выстре­лы, пани­ка, плач… Пока­за­ли плот­ное оцеп­ле­ние поли­цей­ских: они с натис­ком идут на басту­ю­щих неф­тя­ни­ков. Во всю мощь орут дина­ми­ки музы­каль­ных коло­нок: несмот­ря на явно чрез­вы­чай­ную ситу­а­цию, празд­ник на пло­ща­ди про­дол­жа­ет­ся. Вид­но, как неф­тя­ни­ков оттес­ня­ют к краю пло­ща­ди, а за спи­на­ми поли­цей­ских рас­ха­жи­ва­ют моло­дые люди в граж­дан­ской одеж­де. Затем они начи­на­ют тол­кать поли­цей­ских в сто­ро­ну неф­тя­ни­ков: тол­ка­ют друж­но — на раз-два-три, и поли­цей­ские не сопротивляются.

Сме­ня­ю­щи­е­ся на мони­то­ре зала суда кад­ры не про­де­мон­стри­ро­ва­ли ни одно­го (!) при­ме­ра напа­де­ния неф­тя­ни­ков на поли­цей­ских. Наобо­рот, имен­но поли­цей­ские хва­та­ют муж­чин за ворот кур­ток, тыка­ют в лицо им паль­ца­ми, кри­чат… Неф­тя­ни­ки огры­за­ют­ся, сви­стят, воз­му­ща­ют­ся, но поли­цей­ских не тро­га­ют — толь­ко при­зы­ва­ют их к справедливости.

На одном из видео был пока­зан парад детей. Их дале­ко не «око­ло 200 чело­век», как рас­ска­зы­ва­ли на суде их педа­го­ги: школь­ни­ков раз­ных воз­рас­тов и сту­ден­тов очень мно­го — плот­ная длин­ная колон­на… Дети идут под кон­во­ем поли­цей­ских, и вид­но, что этот кон­вой злит неф­тя­ни­ков, они начи­на­ют что-то кри­чать детям.

Сле­ду­ю­щий фраг­мент: поли­цей­ский дела­ет при­цель­ные выстре­лы. Но это видео сра­зу сво­ра­чи­ва­ют. А вот поли­цей­ские соби­ра­ют­ся воз­ле ГУВД Жана­о­зе­на, выстра­и­ва­ют­ся плот­ной колон­ной по три чело­ве­ка. Каме­ра ловит дета­ли их эки­пи­ров­ки: щиты, кас­ки, бро­не­жи­ле­ты… Око­ло колон­ны носит­ся поли­цей­ский Мыл­ты­ков (инте­рес­ное сов­па­де­ние, «мыл­тык» в пере­во­де с казах­ско­го озна­ча­ет «ружье»). Он выстра­и­ва­ет их, слов­но сей­час они вый­дут на воен­ный парад, кри­чит — за кад­ром слы­шен мат. Нако­нец колон­на дви­га­ет­ся в сто­ро­ну площади…

Еще один кадр: выстре­лы. Появ­ля­ют­ся моло­дые люди — они машут белы­ми плат­ка­ми. («Сиг­наль­щи­ки», — дела­ют вывод при­сут­ству­ю­щие в зале суда.) Поли­цей­ские бегут мимо. Ранен­ный в ногу парень пада­ет на зем­лю. К нему под­бе­га­ют поли­цей­ские, но он вдруг вытас­ки­ва­ет белый пла­ток и начи­на­ет им махать. Поли­цей­ские ухо­дят, остав­ляя его лежать на зем­ле. Парень кор­чит­ся от боли, не может даже полз­ти, но помо­щи ему никто не оказывает.

В видео­ма­те­ри­а­лах не ока­за­лось кад­ров, где неф­тя­ни­ки напа­да­ли бы на поли­цей­ских с пал­ка­ми, дубин­ка­ми, арма­ту­рой, кида­ли бы в них зажи­га­тель­ные сме­си или кати­ли в их сто­ро­ну газо­вый бал­лон, как это утвер­жда­лось в ходе судеб­но­го про­цес­са. Вид­но толь­ко, как люди, пыта­ясь защи­тить­ся, бес­по­мощ­но кида­ют в сто­ро­ну поли­цей­ских камни.

На экране мель­ка­ли люди в чер­ной одеж­де, но их лица закры­ты. Уви­дев каме­ру, они отво­ра­чи­ва­ют­ся. Совсем юные под­рост­ки про­ни­ка­ют в аки­мат горо­да и офис «Озен­му­най­га­за»: лиц их тоже не вид­но — они закры­ты капюшонами.

Затем на экра­нах появи­лись сюже­ты теле­ка­на­ла «К‑плюс». Кад­ры из жана­о­зен­ской боль­ни­цы — нескон­ча­е­мым пото­ком туда достав­ля­ют ране­ных. Жур­на­ли­сты берут интер­вью у житель­ни­цы горо­да Наги­мы Аспен­та­е­вой: «Поче­му они стре­ля­ют в мир­ных людей? Стре­ля­ли даже в тех, кто про­сто шел в магазин…»

Сле­ду­ю­щий кадр — гово­рит жен­щи­на по име­ни Шол­пан: «Я сама виде­ла трех уби­тых людей… Была уби­та жен­щи­на — пулей в шею. Она иска­ла сво­е­го сына. На пло­ща­ди лежа­ла малень­кая девоч­ка с раз­бро­сан­ны­ми моз­га­ми. Это как страш­ный сон…»

Сле­дом появи­лись кад­ры дома экс-гла­вы «Озен­му­най­га­за». Каме­ра берет план внеш­ней части сго­рев­ше­го дома Ишма­но­ва, затем пере­хо­дит внутрь зда­ния: в доме бес­по­ря­док, на полу валя­ют­ся вещи, но ниче­го не сго­ре­ло. Хотя Ишма­нов утвер­ждал обратное.

Бла­го­да­ря видео выяс­ни­лась нако­нец исто­рия с УАЗом. Опе­ра­тив­ные съем­ки поста­ви­ли точ­ку в мно­го­чис­лен­ных спо­рах: был ли наезд авто­ма­ши­ны на неф­тя­ни­ков? Ока­за­лось, был.

На мони­то­ре было вид­но, как плот­ная колон­на поли­цей­ских нава­ли­ва­ет­ся на басту­ю­щих неф­тя­ни­ков, а затем вне­зап­но появ­ля­ет­ся УАЗ и вре­за­ет­ся в рабо­чих. Авто­ма­ши­на въез­жа­ет имен­но в груп­пу неф­тя­ни­ков, хотя сто­ят они у края пло­ща­ди. Труд­но не назвать это про­во­ка­ци­ей: неожи­дан­но появив­ший­ся УАЗ стал послед­ней кап­лей, и рабо­чие с яро­стью кида­ют­ся на авто­ма­ши­ну, начи­на­ет­ся дра­ка… Каме­ра поли­цей­ско­го пока­зы­ва­ет край­нюю рас­те­рян­ность на лицах рабо­чих: они не зна­ют что делать, не пони­ма­ют — что происходит.

Сле­ду­ю­щие кад­ры опе­ра­тив­ной съем­ки — рас­стрел людей — жур­на­ли­стам не пока­за­ли, и они были вынуж­де­ны наблю­дать реак­цию людей в зале. На их лицах был ужас, одна из адво­ка­тов закры­ла лицо рука­ми. Кад­ры рас­стре­ла вер­ну­ли на мони­то­ры толь­ко спу­стя несколь­ко минут на фраг­мен­те, где поли­цей­ские доби­ва­ют ране­ных дубин­ка­ми. Каме­ра тут же отво­ра­чи­ва­ет­ся в сто­ро­ну, но за

кад­ром слы­шен истош­ный крик пар­ня, кото­ро­го бьют полицейские.

В залах суда во вре­мя про­смот­ра это­го видео сто­я­ла гро­бо­вая тишина.

Затем судья объ­явил: «Видео и фото­ма­те­ри­а­лы про­смот­ре­ны. Суд при­сту­па­ет к рас­смот­ре­нию 93 томов уго­лов­но­го дела».

Гало­пом по европам

Суд огла­шал мате­ри­а­лы уго­лов­но­го дела бук­валь­но гало­пом. Пока­за­ния 15 постра­дав­ших поли­цей­ских и поли­цей­ских-сви­де­те­лей. Пока­за­ния граж­дан, полу­чив­ших пуле­вые ране­ния. Отве­ты род­ствен­ни­ков под­су­ди­мых. Сви­де­тель­ские пока­за­ния хозя­ев юрт и част­ных пред­при­ни­ма­те­лей. Спи­сок детей и учи­те­лей, кото­рые участ­во­ва­ли в пара­де, посвя­щен­ном 20-летию неза­ви­си­мо­сти Казах­ста­на. Во вре­мя след­ствия было опро­ше­но две тыся­чи свидетелей.

- Боль­шин­ство из этих сви­де­те­лей не име­ют отно­ше­ния к это­му делу, — вдруг заме­тил судья Арал­бай Нагашибаев.

- Зато они были допро­ше­ны, воз­мож­но, запу­га­ны и с них мож­но было взять «отступ­ные», — тут же съяз­ви­ли в зале.

Адво­ка­ты на заме­ча­ние судьи лишь пока­ча­ли голо­вой. Про­ку­ро­ры промолчали.

…Еще четы­ре тома (32‑й, 33‑й, 34‑й, 35‑й) посвя­ще­ны резуль­та­там след­ствен­ных меро­при­я­тий: про­то­ко­лы обыс­ков, резуль­та­ты экс­пер­тиз… Целый том (36‑й) — рас­сле­до­ва­нию под­жо­га музы­каль­ных уси­ли­те­лей. Далее спи­сок номе­ров сото­вых теле­фо­нов, таб­ли­цы: кому они при­над­ле­жат, кто с кем раз­го­ва­ри­вал на пло­ща­ди 16 декаб­ря 2011 года. Один том посвя­щен пред­ме­там, собран­ным поли­цей­ски­ми на сле­ду­ю­щий день после рас­стре­ла: гиль­зы, остат­ки бен­зи­на, метал­ли­че­ские пред­ме­ты, дымо­вая шашка…

- Здесь есть видео­ма­те­ри­а­лы в мину­тах и секун­дах, — сооб­щал Арал­бай Нага­ши­ба­ев. — Но кто имен­но про­во­дил опо­зна­ния, не извест­но. Это­го в мате­ри­а­лах нет.

Пять томов (38‑й, 39‑й, 40‑й, 41‑й, 42‑й) посвя­ще­ны погиб­шим людям: заклю­че­ния судеб­но-меди­цин­ской экс­пер­ти­зы, бал­ли­сти­че­ской экс­пер­ти­зы. На дета­лях этих мате­ри­а­лов оста­нав­ли­вать­ся тоже не стали.

Затем корот­ко зачи­та­ли доку­мент 44-го тома — резуль­та­ты судеб­но-меди­цин­ской экс­пер­ти­зы тру­па погиб­ше­го Беке­жа­на Дюсем­ба­е­ва. Его дети — Пара­хат и Айжан сей­час сидят на ска­мье под­су­ди­мых: «Погиб в резуль­та­те попа­да­ния пули в голо­ву… В резуль­та­те сквоз­но­го ране­ния повре­жден голов­ной мозг…»

Адво­кат Вене­ра Сар­сем­би­на про­си­ла суд при­знать неза­кон­ны­ми след­ствен­ные меро­при­я­тия по опро­су 15 потер­пев­ших поли­цей­ских, кото­рые про­во­дил сле­до­ва­тель Исма­и­лов, и пере­чис­ли­ла нару­ше­ния: сле­до­ва­тель не пред­ста­вил опе­ра­то­ра, веду­ще­го видео­съем­ку пока­за­ний потер­пев­ших, не обес­пе­чил каче­ство зву­ка — шум вет­ра и ремонт­ные рабо­ты на пло­ща­ди Жана­о­зе­на пере­кры­ва­ли голо­са участ­ни­ков след­ствен­но­го дей­ствия, не зачи­ты­вая тек­сты про­то­ко­лов, сле­до­ва­тель давал их на под­пись потер­пев­шим и понятым.

- Про­шу не при­ни­мать хода­тай­ство Сар­сем­би­ной, — вста­ла с места адво­кат Ардак Бати­е­ва. — На одном видео постра­дав­шие поли­цей­ские заяви­ли, что моих под­за­щит­ных они не виде­ли на пло­ща­ди. Поэто­му прось­ба идет враз­рез с инте­ре­са­ми моих подзащитных.

- А мы под­дер­жи­ва­ем Сар­сем­би­ну, а не Бати­е­ву, — тут же заяви­ли подсудимые.

- А мы — Бати­е­ву. Все было сде­ла­но в соот­вет­ствии с нор­ма­ми зако­на. Этот вопрос нуж­но обсу­дить в сове­ща­тель­ной ком­на­те, — вклю­чи­лись прокуроры.

Судья оста­вил оба хода­тай­ства откры­ты­ми и завер­шил оче­ред­ное засе­да­ние сло­ва­ми: «Итак, наш суд похо­дит к кон­цу. Про­шло пол­то­ра меся­ца, мы рас­смот­ре­ли все дела, выслу­ша­ли почти всех сви­де­те­лей и постра­дав­ших… Суд пере­хо­дит к прениям».

…В чет­верг, 10 мая, суд опро­сил несколь­ких сви­де­те­лей и пере­шел к пре­ни­ям сто­рон. На каж­дое выступ­ле­ние шести адво­ка­тов и пяти про­ку­ро­ров неглас­но отве­де­но не более полу­ча­са. Заме­тим, у каж­до­го адво­ка­та по несколь­ку под­за­щит­ных. Тезис­ные пре­ния, как гово­рят адво­ка­ты, пла­ни­ру­ют завер­шить в тече­ние все­го пары дней. Огла­ше­ния при­го­во­ра ждут уже на сле­ду­ю­щей неделе.

Слух в тему

В свя­зи с тем, что судеб­ные про­цес­сы в Актау по жана­о­зен­ским собы­ти­ям пошли не так, как пла­ни­ро­ва­лось пер­во­на­чаль­но, появи­лись слу­хи, что в адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та нача­ли под­би­рать «коз­лов отпу­ще­ния». Яко­бы «под нож» пра­во­су­дия могут быть пуще­ны не толь­ко уже аре­сто­ван­ные чины ман­ги­ста­уско­го област­но­го и жана­о­зен­ско­го город­ско­го аки­ма­тов и быв­шие топ-мене­дже­ры «Озен­му­най­га­за», но и министр внут­рен­них дел. Гово­рят, что имен­но Касы­мо­ва могут сде­лать ответ­ствен­ным за стрель­бу бое­вы­ми патро­на­ми по мир­ным граж­да­нам, тем более что бук­валь­но на сле­ду­ю­щий день после тра­ге­дии он заявил, что готов отдать при­каз сво­им под­чи­нен­ным стре­лять снова.

Источ­ник: Газе­та “Голос Рес­пуб­ли­ки” №17 (239) от 11 мая 2012 года

See more here:
Суд в Актау при­нес новые сенсации

архивные статьи по теме

WIKILeaks: коррупция глазами посла США

Достоинство – 120 тысяч долларов

Про бедных, но открытых кыргызов