-16 C
Астана
19 января, 2021
Image default

Сергей Дуванов / Работа над ошибками казахстанской оппозиции

Я уже более два­дца­ти лет оппо­ни­рую режи­му Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва. Поэто­му мне небез­раз­лич­но, что в этом плане дела­ют дру­гие. Оце­ни­вая, при­хо­жу к мне­нию, что оппо­зи­ция допус­ка­ет серьез­ные стра­те­ги­че­ские и так­ти­че­ские ошибки.

Риск­ну поде­лить­ся сво­и­ми взгля­да­ми на ситу­а­цию в дан­ном вопросе.

Не исклю­че­но, что мно­гим это может не понра­вить­ся. Пред­ла­гаю вос­при­ни­мать мою кри­ти­ку в каче­стве попыт­ки взгля­нуть на исто­рию казах­стан­ской оппо­зи­ции через приз­му име­ю­ще­го­ся опы­та и ана­ли­за оши­бок, кото­рые в свое вре­мя совер­ша­ли мы все, кто так или ина­че оппо­ни­ро­вал пре­зи­ден­ту Нур­сул­та­ну Назарбаеву.

Я хоро­шо пом­ню, как 17 лет назад мы с Нур­бу­ла­том Маса­но­вым попы­та­лись давать сове­ты лиде­рам оппо­зи­ции, ини­ци­и­ро­вав­шим дви­же­ние «Демо­кра­ти­че­ский выбор Казах­ста­на» (ДВК). Лиде­ры той оппо­зи­ции нам очень веж­ли­во намек­ну­ли, что в нашей помо­щи не нуждаются.

Ска­за­но было при­мер­но так: «Мы сами зна­ем, что делать. Мы дока­за­ли, что можем зара­ба­ты­вать мил­ли­о­ны, и теперь пока­жем всем, как нуж­но делать боль­шую политику».

С тех пор про­шло мно­го лет, и вы зна­е­те, что ста­ло с той оппо­зи­ци­ей. Ее сего­дня нет. Думаю, мно­гие из той оппо­зи­ции сего­дня поня­ли, что зани­мать­ся поли­ти­кой – это дале­ко не то же самое, что зара­ба­ты­вать мил­ли­о­ны. Поли­ти­ка ока­за­лась более слож­ным, тон­ким и, глав­ное, опас­ным делом.

Сего­дня, гля­дя на попыт­ку воз­рож­де­ния ДВК, при всех раз­ли­чи­ях в ситу­а­ции, раз­но­сти под­хо­дов и кад­ро­во­го соста­ва, я при­хо­жу к мне­нию, что есть одно общее в мето­дах ново­го и ста­ро­го дви­же­ния: и тогда, и сего­дня под оппо­зи­ци­он­но­стью оши­боч­но пони­ма­ет­ся недо­воль­ство казах­стан­цев вла­стью и соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской ситу­а­ци­ей в стране – это очень прин­ци­пи­аль­ный момент, кото­рый серьез­но вли­я­ет на выбор так­ти­ки оппо­зи­ци­он­ной деятельности.

Недо­воль­ство людей дей­стви­я­ми вла­сти нель­зя рас­смат­ри­вать в каче­стве оппо­зи­ци­он­но­сти людей по отно­ше­нию к власти.

Недо­воль­ство может про­яв­лять­ся и к вла­сти, за кото­рую люди тем не менее успеш­но голосуют.

Об оппо­зи­ци­он­но­сти мож­но гово­рить толь­ко тогда, когда недо­воль­ство начи­на­ет выли­вать­ся в воз­му­ще­ние, кото­рое про­яв­ля­ет­ся в каких-то реаль­ных про­тестных дей­стви­ях и требованиях.

То есть нуж­но исхо­дить из того, что оппо­зи­ци­он­но­сти обя­за­тель­но долж­но пред­ше­ство­вать воз­му­ще­ние, кото­рое, в свою оче­редь, вырас­та­ет из недо­воль­ства зна­чи­тель­ной части граждан.

Да, сего­дня есть доста­точ­но силь­ное недо­воль­ство зна­чи­тель­ной части казах­стан­ско­го обще­ства. В то вре­мя как в состо­я­нии воз­му­ще­ния нахо­дит­ся толь­ко его незна­чи­тель­ная часть. И толь­ко совсем незна­чи­тель­ная часть казах­стан­цев созре­ла до уров­ня откры­той оппо­зи­ци­он­но­сти. Те из них, кто при­мкнул к ДВК, – как раз часть это­го тренда.

Одна­ко у меня сло­жи­лось стой­кое ощу­ще­ние, что в ДВК мас­со­вое недо­воль­ство боль­шин­ства казах­стан­цев при­ни­ма­ют за оппо­зи­ци­он­ные настроения.

А про­яв­ле­ние воз­му­ще­ния в соци­аль­ных сетях – за готов­ность людей на откры­тые про­тестные дей­ствия. Это порож­да­ет иллю­зию, что боль­шин­ство казах­стан­цев, кри­ти­ку­ю­щих вла­сти на кух­нях, в курил­ках и в соц­се­тях, настро­е­ны про­тив режи­ма Назар­ба­е­ва и гото­вы к пуб­лич­ным протестам.

Отсю­да оши­боч­но дела­ет­ся вывод, что если это недо­воль­ство орга­ни­зо­вать долж­ным обра­зом в нуж­ное вре­мя и в нуж­ном месте, то вполне мож­но, сле­дуя опы­ту Гру­зии и Укра­и­ны, попы­тать­ся заста­вить власть пой­ти на уступ­ки или даже ее сменить.

Было вре­мя, когда мы с Нур­бу­ла­том Маса­но­вым и мно­гие из тех, кто был тогда с нами в ста­рой оппо­зи­ции, тоже так счи­та­ли и дума­ли, что такое воз­мож­но в Казах­стане. Одна­ко, как пока­за­ла жизнь, мы заблуждались.

На самом деле с недо­воль­ством казах­стан­цев и их про­тестно­стью было не все так просто.

Ока­за­лось, что уро­вень воз­му­ще­ния масс на самом деле не настоль­ко зна­чи­мый, что­бы это мож­но было исполь­зо­вать для созда­ния реаль­ной поли­ти­че­ской оппозиции.

А про­тестный потен­ци­ал граж­дан­ско­го обще­ства настоль­ко сла­бый, что это не поз­во­ля­ет дан­но­му обще­ству предъ­яв­лять пре­тен­зии к вла­сти. Это дан­ность, с кото­рой нуж­но считаться.

Все самые луч­шие оппо­зи­ци­он­ные идеи послед­них 25 лет раз­би­ва­лись об индиф­фе­рент­ность людей, их исто­ри­че­скую тру­сость, поли­ти­че­скую негра­мот­ность и граж­дан­скую несостоятельность.

То есть про­бле­ма не столь­ко в оппо­зи­ции, сколь­ко в мен­таль­но­сти и поли­ти­че­ском тра­ди­ци­о­на­лиз­ме казах­стан­цев, кото­рые не толь­ко боят­ся «слезть с дива­на», но еще и кате­го­ри­че­ски про­тив этого.

Знаю, что мно­гие с этим не согла­сят­ся. Мол, в стране пол­но людей, гото­вых хоть сего­дня на бар­ри­ка­ды. Нуж­но толь­ко, что­бы кто-то их орга­ни­зо­вал и возглавил.

Увы, не все так про­сто. Глав­ный вопрос: сколь­ко таких в стране на самом деле? И насколь­ко реаль­но, что эти люди гото­вы пой­ти до кон­ца? И если они есть и гото­вы идти до кон­ца, то как их собрать со все­го огром­но­го Казах­ста­на в одном месте, в нуж­ное вре­мя в усло­ви­ях жесто­чай­ше­го прес­син­га со сто­ро­ны властей?..

Это как раз все те вопро­сы, на кото­рые в казах­стан­ской оппо­зи­ции нико­гда все­рьез не пыта­лись най­ти ответы.

Давай­те обра­тим­ся к фак­там. Возь­мем три кон­крет­ных при­ме­ра, имев­ших боль­шой поли­ти­че­ский резо­нанс в послед­нее время.

1. Заба­стов­ка неф­тя­ни­ков Жана­о­зе­на и их рас­стрел в 2011 году. В любой дру­гой стране мира рас­стрел мир­ных людей вызвал бы лави­ну про­те­стов по всей стране. Одно­знач­но, что это бы не оста­лось без серьез­ных послед­ствий для вла­стей, где-то – при­ве­ло бы даже к смене пра­ви­тель­ства. В Казах­стане же обще­ство, по сути, про­игно­ри­ро­ва­ло тра­ги­че­ские собы­тия, а в отдель­ных слу­ча­ях про­де­мон­стри­ро­ва­ло под­держ­ку вла­стей. Это убий­ствен­ный диа­гноз для граж­дан­ско­го общества!

2. Деваль­ва­ция тен­ге в 2014 году. Казах­стан­цы за одну ночь ста­ли бед­нее в два раза!!! В любой дру­гой стране мира это при­ве­ло бы к взры­ву него­до­ва­ния и мас­со­вым про­те­стам. Все выли­лось бы в мно­го­ты­сяч­ные митин­ги и демон­стра­ции или даже в обще­на­ци­о­наль­ную заба­стов­ку. У нас все­го 50 чело­век вышли к памят­ни­ку Абаю в Алма­ты. Пред­став­ля­е­те: недо­воль­ных – 15 млн, а воз­му­щен­ных – толь­ко 50! Вот вам реаль­ная цена наше­го граж­дан­ско­го воз­му­ще­ния или, если хоти­те – протестности.

3. Попыт­ка вла­стей раз­ре­шить про­да­жу зем­ли ино­стран­цам в 2016 году. В целом основ­ная мас­са насе­ле­ния этот факт про­игно­ри­ро­ва­ла вовсе. А те, кто и был недо­во­лен такой ини­ци­а­ти­вой вла­стей, не пошли даль­ше выра­же­ния сво­е­го воз­му­ще­ния на кух­нях и в курилках.

Да, были отдель­ные попыт­ки про­ве­де­ния митин­гов в ряде горо­дов, но настоль­ко мало­чис­лен­ные, что гово­рить о них все­рьез не при­хо­дит­ся. Учи­ты­вая спе­ци­фич­ность вопро­са, даже три тыся­чи про­те­сту­ю­щих на митин­ге в Аты­рау – это ско­рее демон­стра­ция наше­го граж­дан­ско­го пофигизма.

Вот пря­мые дока­за­тель­ства тези­са, что про­яв­ле­ние недо­воль­ства людей – это не воз­му­ще­ние и тем более не оппо­зи­ци­он­ность. Недо­воль­ных в каж­дом из при­ве­ден­ных при­ме­ров были мил­ли­о­ны, а воз­му­щен­ных – все­го лишь от 50 до 3 тысяч чело­век. Как вам такая арифметика?

То, что коли­че­ство под­пис­чи­ков в Теле­грам у ДВК дохо­ди­ло до 100 тысяч, гово­рит о нали­чии инте­ре­са сре­ди казах­стан­цев к оппо­зи­ци­он­ным иде­ям. Рас­смат­ри­вать их в каче­стве сто­рон­ни­ков и чле­нов дви­же­ния, думаю, абсо­лют­но непра­во­мер­но. Это ско­рее уро­вень инте­ре­са к лич­но­сти лиде­ра ДВК – Мух­та­ра Абля­зо­ва и оппо­зи­ции, кото­рую он оли­це­тво­ря­ет. К сло­ву ска­зать, у любой пор­но­звез­ды под­пис­чи­ков в разы боль­ше. Так что гово­рить о высо­кой попу­ляр­но­сти ДВК в Казах­стане осно­ва­ний нет.

Что каса­ет­ся член­ства в ДВК, то, судя по суще­ству­ю­щим дан­ным, орга­ни­за­ция име­ет поряд­ка 16 тысяч чело­век. Это уже нема­ло, но явно недо­ста­точ­но, что­бы гово­рить о все­на­род­ной под­держ­ке ДВК.

Ясно одно: в Казах­стане есть люди, кри­ти­че­ски отно­ся­щи­е­ся к режи­му и жела­ю­щие его сме­ны. Насколь­ко они явля­ют­ся после­до­ва­тель­ны­ми и идей­ны­ми бор­ца­ми за демо­кра­тию, не зна­ет никто. Их вступ­ле­ние в ДВК – это фик­са­ция недо­воль­ства пра­вя­щим режи­мом. Это пока­за­тель того, что они созре­ли до поли­ти­че­ско­го оппо­ни­ро­ва­ния режи­му пре­зи­ден­та Назарбаева.

Так что 100 тысяч под­пис­чи­ков в Теле­грам и 16 тысяч чле­нов дви­же­ния – это то, что в акти­ве сего­дняш­не­го ДВК. Плюс сюда же мож­но доба­вить про­па­ган­дист­скую рабо­ту само­го Абля­зо­ва, регу­ляр­но устра­и­ва­ю­ще­го пря­мые эфи­ры в соц­се­тях, что на началь­ном эта­пе име­ло серьез­ный обще­ствен­ный резо­нанс. Хотя во мно­гом это было вызва­но бло­ки­ров­кой пря­мых эфиров.

В пас­си­ве – то, что ДВК так и не смог орга­ни­зо­вать сколь-либо зна­чи­мых пуб­лич­ных про­тестных акций. Мало того что все они были сорва­ны поли­ци­ей, но еще и про­де­мон­стри­ро­ва­ли низ­кий уро­вень актив­но­сти сто­рон­ни­ков ДВК. Толь­ко око­ло 300 чело­век смог­ли вый­ти на заяв­лен­ные пуб­лич­ные акции про­те­ста. Это про­де­мон­стри­ро­ва­ло недо­ста­точ­ность сил у ДВК для про­ве­де­ния подоб­ных меро­при­я­тий. Нуж­но при­знать, что с точ­ки зре­ния заяв­лен­ных пол­то­ра года назад пре­тен­зий на сме­ну вла­сти – весь­ма скром­ный результат.

Понят­но, что во мно­гом это яви­лось след­стви­ем репрес­сий, кото­рые вла­сти раз­вя­за­ли в отно­ше­нии акти­ви­стов дви­же­ния. Объ­яв­ле­ние ДВК запре­щен­ной орга­ни­за­ци­ей раз­вя­за­ло руки пра­во­охра­ни­тель­ным орга­нам в пре­сле­до­ва­нии ее акти­ви­стов и сторонников.

Десят­ки из них были под­верг­ну­ты задер­жа­ни­ям – про­шли адми­ни­стра­тив­ные суды. Про­тив наи­бо­лее извест­ных были воз­буж­де­ны уго­лов­ные дела. Все это напу­га­ло сто­рон­ни­ков оппо­зи­ции, в резуль­та­те чего про­цесс акти­ви­за­ции ее рядов пошел на спад. Это нашло свое отра­же­ние даже в суще­ствен­ном сокра­ще­нии чис­ла под­пис­чи­ков в Телеграм.

На мой взгляд, сего­дня ДВК пере­жи­ва­ет кри­зис. Год назад, поле­ми­зи­руя с Абля­зо­вым, я пре­ду­пре­ждал о него­тов­но­сти оппо­зи­ции решать зада­чи тако­го уровня.

Мои опа­се­ния под­твер­ди­лись: так и не была созда­на коман­да еди­но­мыш­лен­ни­ков, отсут­ству­ет кол­ле­ги­аль­ность в при­ня­тии реше­ний, все дви­же­ние пред­став­ле­но одним чело­ве­ком, кото­рый в оди­ноч­ку ведет всю орга­ни­за­ци­он­ную и про­па­ган­дист­скую работу.

Сего­дня ДВК – это, по сути, дви­же­ние одно­го чело­ве­ка. Да, чело­ве­ка неор­ди­нар­но­го, умно­го, опыт­но­го и непри­ми­ри­мо­го оппо­нен­та вла­сти. Он идей­ный вдох­но­ви­тель это­го дви­же­ния, его мозг, его лицо, глав­ный про­па­ган­дист и его спон­сор. Пять в одном.

Но нель­зя оппо­ни­ро­вать поли­ти­че­ско­му режи­му, обви­няя его в авто­ри­та­риз­ме, и при этом демон­стри­руя те же мето­ды орга­ни­за­ции и управления.

В чем отли­чие меж­ду оппо­зи­ци­ей и вла­стью, если и тут и там все реша­ет один чело­век? Есть ли смысл тогда менять одно на дру­гое? Вождизм и оппо­зи­ция, на мой взгляд, – это несов­ме­сти­мые вещи.

И то, что уже кое-кто из акти­ви­стов ДВК рассо­рил­ся с его лиде­ром и вышел из дви­же­ния, нагляд­но демон­стри­ру­ет, к чему всё при­во­дит. На мой взгляд, это одна из важ­ней­ших при­чин того кри­зи­са, о кото­ром я ска­зал выше.

Дру­гой не менее важ­ный вопрос – невер­но избран­ная так­ти­ка в дея­тель­но­сти организации.

Сего­дня в усло­ви­ях жесто­чай­ше­го прес­син­га всех, кто не согла­сен с «лини­ей Акор­ды», делать упор на орга­ни­за­цию про­тестных пуб­лич­ных акций – дале­ко не самое умное реше­ние. Это зна­чит «спа­лить» весь набран­ный актив дви­же­ния и посе­ять страх в серд­ца тех, кто соби­рал­ся при­мкнуть к нему. Что, соб­ствен­но, и произошло.

Невер­но выбран­ная так­ти­ка, пред­по­ла­га­ю­щая орга­ни­за­цию несанк­ци­о­ни­ро­ван­ных митин­гов, при­ве­ла к тому, что вла­сти полу­чи­ли весь спи­сок акти­ви­стов ДВК, кото­рые тут же были взя­ты в раз­ра­бот­ку силовиками.

Это при­ве­ло прак­ти­че­ски к раз­гро­му и пара­ли­чу начав­ших фор­ми­ро­вать­ся реги­о­наль­ных яче­ек дви­же­ния. То есть таки­ми митин­га­ми руко­вод­ство ДВК дало Акор­де повод для репрес­сий про­тив сво­их акти­ви­стов. Сего­дня все акти­ви­сты, засве­тив­ши­е­ся в ука­зан­ных акци­ях, взя­ты на учет и нахо­дят­ся, что назы­ва­ет­ся, под «кол­па­ком» у КНБ и полиции.

Спра­ши­ва­ет­ся, а что нуж­но было делать тем, кого не устра­и­ва­ет нынеш­няя власть?

Нач­нем с того, что с уче­том ситу­а­ции в стране вопрос дол­жен зву­чать ина­че: «Что мож­но было делать?»

И в этом слу­чае мы ока­зы­ва­ем­ся на пози­ци­ях не празд­ных меч­та­те­лей, у кото­рых перед гла­за­ми опыт бар­хат­ных рево­лю­ций в Гру­зии и Укра­ине, а реа­ли­ста­ми, адек­ват­но оце­ни­ва­ю­щи­ми состо­я­ние казах­стан­ско­го обще­ства и вла­сти, боя­щей­ся этой рево­лю­ции, как черт ладана.

Да, дей­стви­тель­но мно­гие казах­стан­цы уста­ли от бес­смен­но­го прав­ле­ния одно­го чело­ве­ка, от тоталь­ной кор­руп­ции в стране, от эко­но­ми­че­ских про­блем и мно­го­го дру­го­го, что несет авто­ри­та­ризм Назар­ба­е­ва. Но это еще не озна­ча­ет, что они гото­вы быть оппо­зи­ци­о­не­ра­ми и чем-то пожерт­во­вать во имя поли­ти­че­ских изме­не­ний в стране.

Мне кажет­ся, что у руко­вод­ства ДВК воз­ник­ла некая эйфо­рия от тех тысяч под­пис­чи­ков и вир­ту­аль­но­го член­ства в ДВК. Воз­ник­ла без уче­та того, что все это про­тестное бур­ле­ние в Интер­не­те про­ис­хо­дит исклю­чи­тель­но в вир­ту­аль­ной реаль­но­сти, где мож­но гово­рить то, что в реаль­ной жиз­ни – нель­зя и очень опасно.

Я пони­маю, что всем хочет­ся верить в то, что им хочет­ся, но веры здесь недо­ста­точ­но. Здесь важ­но оце­ни­вать ситу­а­цию как мож­но более реаль­но. Даже если эта оцен­ка невы­год­на и неприятна.

Да, сего­дня всех доста­ли эко­но­ми­че­ская без­на­де­га, соци­аль­ная неза­щи­щен­ность и бес­пра­вие про­стых людей, о кото­рых тол­сто­су­мы и чинов­ни­ки выти­ра­ют ноги. Мно­гие уста­ли от несме­ня­е­мо­сти поли­ти­че­ско­го лиде­ра, кото­рый не в состо­я­нии испра­вить ситу­а­цию к луч­ше­му. Каза­лось бы, людям хочет­ся пере­мен. Но!!!. Во-пер­вых, не всем. Во-вто­рых, и в этом пара­докс ситу­а­ции, боль­шин­ство граж­дан пере­мен боят­ся и обе­и­ми рука­ми голо­су­ют за пре­сло­ву­тую ста­биль­ность. Это тоже дан­ность, кото­рую нуж­но учитывать.

Так кто же на самом деле люди, всту­пив­шие в ДВК? На самом ли деле они явля­ют­ся оппо­зи­ци­о­не­ра­ми и гото­вы про­ти­во­сто­ять режи­му? Или до оппо­зи­ци­о­не­ров им еще нуж­но дорас­ти и поли­ти­че­ски, и нравственно?

Стро­го гово­ря, в подав­ля­ю­щем сво­ем боль­шин­стве – это люди, не соглас­ные с поли­ти­че­ским кур­сом Назар­ба­е­ва и с тем, что дела­ет сего­дня власть, зна­чит, они дис­си­ден­ты. Запи­сы­вать их в идей­ных бор­цов с режи­мом я бы не торо­пил­ся. Их спо­соб­ность участ­во­вать в какой-то серьез­ной пар­тий­ной дея­тель­но­сти весь­ма сомнительна.

Да, они могут про­явить свое несо­гла­сие (дис­си­дент­ство) в соц­се­тях. Да, кое-кто из них даже спо­со­бен на какие-то дела и поступ­ки. Но как толь­ко дело каса­ет­ся демон­стра­ции сво­ей оппо­зи­ци­он­но­сти в реаль­ной жиз­ни – здесь совер­шен­но дру­гая картина.

При­мер тому – все те же акции про­те­ста, орга­ни­зо­ван­ные 16-тысяч­ным ДВК в 2018 году. 2–3% – вот реаль­ная цена этой оппо­зи­ци­он­но­сти. При­мер­но столь­ко людей под­дер­жа­ли при­зыв руко­вод­ства ДВК и вышли на протесты.

Пони­маю, что такое мало понра­вит­ся сто­рон­ни­кам оппо­зи­ции, но это так. Это горь­кая прав­да, кото­рую нуж­но при­нять и сде­лать выводы.

Год назад я уже писал о сво­ем несо­гла­сии с оппо­зи­ци­он­ной так­ти­кой руко­вод­ства ДВК в части того, как нуж­но бороть­ся с режи­мом. Сего­дня, учи­ты­вая, что ниче­го не изме­ни­лось, вынуж­ден повторить.

Есть три вари­ан­та реше­ния про­бле­мы казах­стан­ско­го авторитаризма.

Пер­вый: сидим и ждем, когда все свер­шит­ся есте­ствен­ным путем. То есть каток циви­ли­за­ции лет эдак через 50–70 выда­вит из людей син­дром раба, а из вла­сти – дик­та­то­ров, и всё эво­лю­ци­он­ным путем пере­рас­тет в демократию.

Этот вари­ант про­дви­га­ет­ся боль­шин­ством про­власт­ных поли­то­ло­гов, жур­на­ли­стов и обще­ствен­ных дея­те­лей, пози­ци­о­ни­ру­ю­щих себя демо­кра­та­ми, поэто­му в разъ­яс­не­ни­ях не нуждается.

Вто­рой: в самое бли­жай­шее вре­мя, исполь­зуя неспо­соб­ность вла­стей изме­нить ситу­а­цию к луч­ше­му, орга­ни­зу­ем мас­со­вый про­тест воз­му­щен­ных граж­дан (по при­ме­ру Гру­зии, Укра­и­ны и Туни­са), на волне кото­ро­го вынуж­да­ем власть уйти в отстав­ку. Про­вай­де­ра­ми и идео­ло­га­ми это­го вари­ан­та явля­ют­ся те, кто, так или ина­че, сего­дня поли­ти­че­ски оппо­ни­ру­ет Акор­де. В этом плане заслу­жи­ва­ет вни­ма­ния преж­де все­го пози­ция ДВК, наи­бо­лее откры­то и ради­каль­но ста­вя­ще­го вопрос сме­ны власти.

Тре­тий: ведем мас­штаб­ную и кро­пот­ли­вую идео­ло­ги­че­скую рабо­ту по очи­ще­нию «авги­е­вых коню­шен» в моз­гах казах­стан­цев. Через соци­аль­ные сети, через созда­ние раз­лич­ных орга­ни­за­ций, клу­бов, через рабо­ту инди­ви­ду­аль­но. Все это, исполь­зуя кри­ти­ку вла­сти и демон­стра­цию ее несо­сто­я­тель­но­сти, – для изме­не­ния стра­ны к луч­ше­му. Чему помо­га­ет сама власть, дис­кре­ди­ти­руя себя сво­и­ми без­дар­ны­ми и непо­пу­ляр­ны­ми действиями.

Нуж­ны ГРАЖДАНЕ, не про­сто спо­соб­ные про­те­сто­вать, но преж­де все­го граж­дане, неспо­соб­ные оста­вать­ся рав­но­душ­ны­ми к тому, что дела­ет авто­ри­тар­ная власть. То есть нуж­на оппо­зи­ци­он­ность не живо­та и кар­ма­на, а оппо­зи­ци­он­ность голо­вы и принципов.

Оппо­зи­ци­он­ность долж­на стать внут­рен­ней, осо­знан­ной потреб­но­стью чело­ве­ка – в этом ее про­яв­ле­ние ста­но­вит­ся нор­мой и алго­рит­мом жизни.

Как толь­ко в стране появ­ля­ет­ся 15–20% таких граж­дан, сме­на вла­сти ста­но­вит­ся вопро­сом времени.

Я при­дер­жи­ва­юсь это­го вари­ан­та оппо­зи­ци­он­но­сти. Это моя пози­ция. Сего­дня она не име­ет попу­ляр­но­сти и сре­ди оппо­нен­тов режи­ма. Я всё объ­яс­няю непо­ни­ма­ни­ем того, о чем гово­рил выше.

Это не озна­ча­ет, что я про­тив сме­ны режи­ма через народ­ный про­тест. Отнюдь! Более того, я счи­таю, что народ име­ет пра­во на мир­ное отстра­не­ние вла­сти. Это пра­во выте­ка­ет из норм и прин­ци­пов наро­до­вла­стия, зало­жен­ных в Кон­сти­ту­ции. (См. мою кни­гу «По газо­нам ходить», где я это пра­во обосновываю.)

Одна­ко в нынеш­них реа­ли­ях я не вижу пер­спек­тив в лобо­вом про­ти­во­сто­я­нии с режи­мом. Во-пер­вых, в силу отсут­ствия нуж­ной про­тестно­сти у самих казах­стан­цев, не созрев­ших до нуж­но­го уров­ня граж­дан­ствен­но­сти, – неко­го выво­дить на ули­цы. Во-вто­рых, пото­му что режим создал мощ­ную систе­му запре­ти­тель­ных мер про­тив любо­го про­яв­ле­ния про­те­стов – про­те­сто­вать сего­дня чревато.

В отли­чие от моих оппо­нен­тов в этом вопро­се из ДВК я счи­таю, что для наше­го «май­да­на» абсо­лют­но недо­ста­точ­но того недо­воль­ства, кото­рое сего­дня имеется.

Нужен совер­шен­но дру­гой уро­вень оппо­зи­ци­он­но­сти, дости­же­ние кото­ро­го пред­по­ла­га­ет иные под­хо­ды в дея­тель­но­сти тех, кто поста­вил себе целью свер­же­ние авто­кра­тии в сво­ей стране.

Про­ще гово­ря, нуж­ны граж­дане, а не под­дан­ные, кото­рых в нашей стране, к сожа­ле­нию, сего­дня боль­шин­ство. Это самый прин­ци­пи­аль­ный момент.

Сер­гей Дува­нов – пуб­ли­цист и колум­нист Ц‑1 в Алматы

Источ­ник: https://centre1.com/

архивные статьи по теме

Фельдмаршалы уходят, а демонстранты?

За кулисами визитов елбасы

Editor

Россия снова потеряет десять лет?