10 C
Астана
24 апреля, 2024
Image default

Сергей ДУВАНОВ: Жанаозен выявил трусость гражданского общества

sergeyduvВо втор­ник в Алма­ты про­шли обще­ствен­ные слу­ша­ния, посвя­щен­ные двух­ле­тию нача­ла заба­стов­ки неф­тя­ни­ков Жана­о­зе­на. Орга­ни­за­то­ры слу­ша­ний – Булат Аби­лов, Рыс­бек Сар­сен­бай­у­лы и дру­гие, а так­же их участ­ни­ки еще раз пре­да­ли глас­но­сти хро­но­ло­гию раз­ви­тия соци­аль­но­го про­те­ста неф­тя­ни­ков, тре­бо­вав­ших от рабо­то­да­те­ля повы­ше­ния зара­бот­ной пла­ты, а от вла­сти – обсуж­де­ния их соци­аль­ных про­блем в фор­ма­те циви­ли­зо­ван­ных переговоров.

Одна­ко, как извест­но, про­даж­ные казах­стан­ские суды при­зна­ли заба­стов­ку неза­кон­ной, а испол­ни­тель­ная госу­дар­ствен­ная власть «не опу­сти­лась» до циви­ли­зо­ван­но­го диа­ло­га. Рабо­то­да­тель пошел на мас­со­вые уволь­не­ния. Чем все это закон­чи­лось 16 декаб­ря 2011 года в Жана­о­зене и 17 декаб­ря на стан­ции Шет­пе – извест­но миро­вой общественности.

Тра­ге­дия Жана­о­зе­на и Шет­пе – дело рук казах­стан­ской вла­сти, гово­ри­лось на обще­ствен­ных слу­ша­ни­ях. Что­бы убе­дить­ся в право­те этих утвер­жде­ний, пред­ла­га­ем вчи­тать­ся в тек­сты про­зву­чав­ших выступлений.

Для граж­дан­ско­го обще­ства Жана­о­зен явил­ся оче­ред­ной про­вер­кой на вши­вость. Часть это­го обще­ства, демон­стри­руя вер­но­под­дан­ни­че­ские чув­ства, тра­ди­ци­он­но ста­ла под­пе­вать вла­сти, оправ­ды­вая рас­стрел без­оруж­ных людей, убеж­дая окру­жа­ю­щих в том, что усми­ре­ние сму­тья­нов это и есть выс­шее про­яв­ле­ние прин­ци­пи­аль­но­сти и госу­дар­ствен­ной мудрости.

Дру­гая часть «залег­ла на дно», ста­ра­тель­но обхо­дя тему Жана­о­зе­на, в луч­шем слу­чае зани­мая пози­цию «не вашим, не нашим». Что-то вро­де того, что стре­лять по сооте­че­ствен­ни­кам, это, конеч­но, пло­хо, но обсто­я­тель­ства вышли из под кон­тро­ля и поэто­му руко­вод­ство стра­ны в этом не вино­ва­то. То есть в этом слу­чае стрел­ки пере­во­ди­лись с выс­ше­го руко­вод­ства стра­ны на чинов­ни­ков сред­не­го и низ­ше­го зве­на, кото­рые, де, дров и наломали.

И толь­ко тре­тьи – (их, к сло­ву, мень­шин­ство) откры­то обви­ня­ли вла­сти в ответ­ствен­но­сти за кро­во­про­ли­тие, делая упор на том, что коман­да на рас­пра­ву шла с само­го вер­ха власт­ной пирамиды.

Рас­суж­дать о том, кто из ука­зан­ных групп бли­же к истине, кто прав – в прин­ци­пе не умест­но. Граж­дан­ское обще­ство по опре­де­ле­нию все­гда долж­но быть на сто­роне тех, кого уби­ва­ют, и про­тив тех, кто уби­ва­ет. Это, если хоти­те, гума­ни­тар­ное кре­до граж­дан­ско­го обще­ства, выте­ка­ю­щее из гене­ти­че­ско­го ува­же­ния прав и сво­бод чело­ве­ка. Пред­ста­ви­те­ли граж­дан­ско­го обще­ства, оправ­ды­ва­ю­щие при­ме­не­ние ору­жия про­тив сограж­дан, тре­бу­ю­щих к себе чело­ве­че­ско­го отно­ше­ния – по опре­де­ле­нию не могут отно­сить­ся к граж­дан­ско­му обще­ству. Это откро­вен­ные при­хле­ба­те­ли власти.

Не намно­го луч­ше выгля­дят те, кто видит недо­пу­сти­мую жесто­кость мер про­тив заба­стов­щи­ков, но боят­ся об этом ска­зать вслух, либо ука­зать на истин­ных винов­ни­ков тра­ге­дии. Граж­дан­ская тру­сость – одна из самых непри­ят­ных харак­те­ри­стик наше­го граж­дан­ско­го обще­ства. И Жана­о­зень это очень хоро­шо продемонстрировал.

Для оппо­зи­ции Жана­о­зен стал оче­ред­ным экза­ме­ном на зре­лость. С одной сто­ро­ны, оппо­зи­ция про­де­мон­стри­ро­ва­ла готов­ность исполь­зо­вать соци­аль­но-эко­но­ми­че­скую про­бле­му, како­вой яви­лась заба­стов­ка в сво­их поли­ти­че­ских инте­ре­сах. Мы зна­ем, что все оппо­зи­ци­он­ные пар­тии там отме­ти­лись. И это правильно.

Здесь умест­но напом­нить неко­то­рым умни­кам, пеня­ю­щим оппо­зи­ции, что она влез­ла в ситу­а­цию в Жана­о­зене с целью зара­бо­тать на этой про­бле­ме поли­ти­че­ские диви­ден­ды. Имен­но так и долж­на посту­пать нор­маль­ная оппо­зи­ция, зада­ча кото­рой исполь­зо­вать все про­ко­лы вла­стей, все недо­воль­ства в стране в сво­их поли­ти­че­ских целях. Если оппо­зи­ция не дела­ет это­го, то это на самом деле ника­кая и не оппо­зи­ция. В этом смыс­ле все осталь­ные пар­тии в Казах­стане, кото­рые пози­ци­о­ни­ру­ют себя оппо­зи­ци­он­ны­ми, очень нагляд­но про­де­мон­стри­ро­ва­ли свое основ­ное пред­на­зна­че­ние – оформ­ле­ние многопартийности.

Не будем гово­рить, насколь­ко успеш­но исполь­зо­ва­ла оппо­зи­ция Жана­о­зен в сво­их поли­ти­че­ских инте­ре­сах – в наших усло­ви­ях то, что они смог­ли сде­лать, – уже хоро­шо. Куда более важ­но отме­тить дру­гое, что бата­лии вокруг заба­стов­ки неф­тя­ни­ков пока­за­ли пол­ную раз­об­щен­ность казах­стан­ской оппо­зи­ции. Каж­дая пар­тия рабо­та­ла исклю­чи­тель­но по сво­ей инди­ви­ду­аль­ной про­грам­ме. Ника­кой коор­ди­на­ции дей­ствий, ника­ких общих меро­при­я­тий, отсут­ствие еди­но­го плана.

Более того, имен­но Жана­озен пока­зал, что раз­но­гла­сия меж­ду отдель­ны­ми вет­вя­ми оппо­зи­ции порой доми­ни­ру­ют над общей оппо­зи­ци­он­ной целью. С этой точ­ки зре­ния дей­ствия оппо­зи­ции во вре­мя заба­стов­ки неф­тя­ни­ков – убе­ди­тель­ное дока­за­тель­ство того, что еди­ной оппо­зи­ции в Казах­стане ско­рее все­го не будет никогда.

Для вла­сти, пони­ма­е­мой не как враж­ду­ю­щие меж­ду собой груп­пи­ров­ки, а как поли­ти­че­ский режим Назар­ба­е­ва, ори­ен­ти­ро­ван­ный на само­со­хра­не­ние и исклю­че­ние соци­аль­но-поли­ти­че­ских рис­ков, Жана­о­зен, во-пер­вых, это демон­стра­ция зре­ло­сти казах­стан­ско­го авто­ри­та­риз­ма, его готов­но­сти пой­ти на все ради сохра­не­ния дан­но­го поли­ти­че­ско­го режи­ма. Я кате­го­ри­че­ски не при­ем­лю мне­ние, что кровь неф­тя­ни­ков Жана­о­зен про­ли­лась в резуль­та­те какой-то несо­гла­со­ван­но­сти или ошиб­ки вла­стей. Рас­стрел – это про­ду­ман­ный и согла­со­ван­ный акт устра­ше­ния насе­ле­ния, оппо­нен­тов, раз­лич­ных несо­глас­ных и кри­ти­ков режи­ма. Это демон­стра­ция того, что авто­ри­та­ризм созрел, состо­ял­ся и готов защи­щать­ся от вызо­вов жиз­ни любы­ми спо­со­ба­ми, не замо­ра­чи­ва­ясь на нрав­ствен­ность и пра­ва чело­ве­ка. В этом смыс­ле Жана­о­зен это свое­образная визит­ная кар­точ­ка режи­ма Назар­ба­е­ва, эта­кая пре­зен­та­ция потен­ци­аль­ных воз­мож­но­стей этих поли­ти­ков режи­ма в части отста­и­ва­ния сво­е­го пра­ва на власть. Отлич­ная демон­стра­ция того, что эти пар­ни во вла­сти пой­дут на все, что­бы ее сохра­нить в сво­их руках.

Понят­но, что сама по себе заба­стов­ка неф­тя­ни­ков не пре­тен­до­ва­ла на эту власть: напро­тив, заба­стов­щи­ки, как мог­ли, избе­га­ли поли­ти­за­ции сво­ей борь­бы. Но в Акор­де пони­ма­ли, что сама по себе эта борь­ба, и тем более, если она завер­шит­ся побе­дой рабо­чих, созда­ет опас­ней­ший пре­це­дент, кото­рый может под­нять мощ­ную вол­ну про­те­стов вна­ча­ле эко­но­ми­че­ских, кото­рые в ито­ге могут пере­ра­с­ти в поли­ти­че­скую фрон­ду, спо­соб­ную создать реаль­ные угро­зы режи­му. С точ­ки зре­ния исклю­че­ния этих рис­ков для режи­ма заба­стов­ку нуж­но было гасить как мож­но ско­рее. И несмот­ря на поис­ти­не геро­и­че­скую упер­тость адай­цев, ско­рее все­го, эта зада­ча была бы выпол­не­на, если бы не вме­ша­лась оппо­зи­ция в лице «Алги», кото­рая под­дер­жа­ла заба­стов­щи­ков. На самом деле «Алга» не столь­ко сорва­ла пла­ны по при­ве­де­нию к покор­но­сти неф­тя­ни­ков, сколь­ко напу­га­ла Акор­ду, уви­дев­шей в этом воз­мож­ность сра­щи­ва­ния сти­хий­но­го про­те­ста рабо­чих с поли­ти­че­ски­ми тре­бо­ва­ни­я­ми оппо­зи­ции. Стрель­ба по без­оруж­ным людям – это след­ствие стра­ха полу­чить оче­ред­ную «бар­хат­ную рево­лю­цию». В этом плане рас­пра­ва в Жана­о­зене – это пре­вен­тив­ная мера, к кото­рой при­бег­ли вла­сти Казах­ста­на, что­бы обез­опа­сить себя от воз­мож­ных рисков.

Для основ­ной мас­сы насе­ле­ния жана­о­зен­ские собы­тия, в части их соци­аль­но-поли­ти­че­ско­го под­тек­ста оста­лись неза­ме­чен­ны­ми. Бла­го­да­ря про­па­ган­дист­ской машине Акор­ды мно­гие казах­стан­цы счи­та­ют, что там про­изо­шли бес­по­ряд­ки, в ходе кото­рых погиб­ли люди и име­ют­ся ране­ные. Боль­шин­ство одно­знач­но вос­при­ни­ма­ет дей­ствия вла­стей как вынуж­ден­ную необ­хо­ди­мость, при­зван­ную вос­ста­но­вить пра­во­по­ря­док и законность.

Здесь все доста­точ­но пред­ска­зу­е­мо: у кого основ­ные инфор­ма­ци­он­ные ресур­сы ( а это сего­дня ТВ), тот и фор­ми­ру­ет инфор­ма­ци­он­ную повест­ку дня. В этом плане ни оппо­зи­ци­он­ные газе­ты, ни Интер­нет не в состо­я­нии соста­вить ощу­ти­мую кон­ку­рен­цию, а пото­му основ­ная мас­са дале­ких от поли­ти­ки казах­стан­цев пре­бы­ва­ет в рус­ле офи­ци­аль­ной пропаганды.

Для боль­шин­ства из них про­ис­шед­шее в Жана­о­зене в худ­шем слу­чае – это резуль­тат про­ис­ков вра­гов Казах­ста­на, в луч­шем – свое­вре­мен­ные дей­ствия поли­ции, пре­сек­ших бес­по­ряд­ки и грабежи.

В этом плане для боль­шин­ства насе­ле­ния стра­ны Жана­озен – собы­тие менее зна­чи­мое, чем гибель 14 погра­нич­ни­ков на посту «Аркан­кер­ген» и кру­ше­ние само­ле­та под Алматы.

В этой тра­ге­дии было мно­го вранья

Думаю, что собы­тия в Жана­о­зене и все, что про­ис­хо­ди­ло потом в обще­ствен­но-поли­ти­че­ской жиз­ни стра­ны, – это некий Руби­кон, в кото­рый пере­шла власть и, неволь­но, пере­шло и обще­ство. Жана­о­зен оста­вил невы­учен­ные уро­ки, невы­ска­зан­ную прав­ду, необес­пе­чен­ную спра­вед­ли­вость и тяже­лые послед­ствия для судеб мно­гих людей, семей и целых организаций.

Но нач­ну я с весь­ма баналь­ных исход­ных посылок.

Сре­ди общих прин­ци­пов, при­зна­ков, усло­вий для раз­ви­тия демо­кра­тии как совре­мен­но­го кон­сти­ту­ци­он­но­го строя и режи­ма функ­ци­о­ни­ро­ва­ния поли­ти­че­ской систе­мы есть такие:

– доми­ни­ро­ва­ние мето­дов убеж­де­ния, согла­со­ва­ния, ком­про­мис­са; отказ от мето­дов наси­лия, при­нуж­де­ния, пре­се­че­ния; и
– демо­кра­ти­че­ский кон­троль обще­ства над сило­вы­ми струк­ту­ра­ми, исполь­зу­е­мы­ми толь­ко по пря­мо­му пред­на­зна­че­нию и стро­го в рам­ках закона.

И еще один тезис, на кото­рый я хотел бы обра­тить вни­ма­ние. Пра­во­су­дие не может иметь толь­ко одну цель – обес­пе­че­ние закон­но­сти. Необ­хо­ди­мо еще и обес­пе­че­ние разум­но­сти, и глав­ное – справедливости.

Собы­тия в Жана­о­зене и все, что про­изо­шло после них, ярко демон­стри­ру­ют, что ни одно из этих трех усло­вий не соблю­да­ет­ся. Доми­ни­ру­ют не мето­ды убеж­де­ния, согла­со­ва­ния, ком­про­мис­са, а как раз мето­ды наси­лия, при­нуж­де­ния, пре­се­че­ния. Обще­ство не име­ет меха­низ­мов демо­кра­ти­че­ско­го кон­тро­ля над сило­вы­ми струк­ту­ра­ми. А пра­во­су­дие при­кры­ва­ет­ся фор­маль­ным соблю­де­ни­ем закон­но­сти, часто не забо­тясь ни о разум­но­сти, ни о справедливости.

Так­же Жана­о­зен про­де­мон­стри­ро­вал неспо­соб­ность вла­стей всех уров­ней к веде­нию нор­маль­ных циви­ли­зо­ван­ных пере­го­во­ров. К сожа­ле­нию, у нас народ нико­гда не рас­смат­ри­вал­ся субъ­ек­том при­ня­тия поли­ти­че­ских, эко­но­ми­че­ских, соци­аль­ных реше­ний. Он все­гда был объ­ек­том «забо­ты», мани­пу­ли­ро­ва­ния, кон­тро­ля, под­чи­не­ния, про­мы­ва­ния моз­гов. У нас с вла­стью слож­но­под­чи­нен­ные отно­ше­ния. Они при­ка­зы­ва­ют, мы подчиняемся.

У нас в основ­ном не диа­лог, а моно­лог вла­сти, опи­ра­ю­щий­ся на сило­вой ресурс. Поэто­му, когда воз­ни­ка­ют кон­флик­ты, власть почти сра­зу пере­хо­дит к исполь­зо­ва­нию адми­ни­стра­тив­но­го ресурса.

Угро­зам, уволь­не­ни­ям, дав­ле­нию и т.д. Это при­выч­ный и удоб­ный ее инстру­мен­та­рий. Поэто­му в рядах поли­цей­ских даже нет таких спе­ци­аль­но обу­чен­ных пере­го­вор­щи­ков. Они либо раз­го­ня­ют, либо, как ста­ло понят­но из тра­ге­дии в Жана­о­зене, стреляют.

А без пере­го­во­ров нель­зя. Кон­флик­ты не реша­ют­ся силой. И, преж­де все­го, учить­ся пере­го­во­рам надо вла­сти. На всех уров­нях. Пере­го­во­ры не быва­ют лег­ки­ми, но аль­тер­на­ти­вы им нет. Надо учить­ся дого­ва­ри­вать­ся, а не при­ка­зы­вать и «ломать через колено».

И что еще более тра­гич­но, что собы­тия в Жана­о­зене про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны совер­шен­но не гото­вы ни тех­ни­че­ски, ни орга­ни­за­ци­он­но, ни про­фес­си­о­наль­но к пре­кра­ще­нию мас­со­вых бес­по­ряд­ков, даже, если они слу­ча­ют­ся, без при­ме­не­ния ору­жия на пора­же­ние. Сило­вые струк­ту­ры, поли­ция, финан­со­вая поли­ция, орга­ны наци­о­наль­ной без­опас­но­сти и про­ку­ра­ту­ра не нахо­дят­ся под демо­кра­ти­че­ским обще­ствен­ным контролем.

Тра­ге­дия в Жана­о­зене про­де­мон­стри­ро­ва­ла и то, что обще­ство крайне ато­ми­зи­ро­ва­но, не соли­дар­но, не сопе­ре­жи­ва­ю­щее. Оно не граж­дан­ское, оно – госу­дар­ствен­ное. Оно, как в Совет­ском Сою­зе, кон­тро­ли­ру­ет­ся госу­дар­ством, зави­сит от госу­дар­ства, боит­ся госу­дар­ства, управ­ля­ет­ся госу­дар­ством, пря­мо или косвенно.

В стране несколь­ко десят­ков тысяч непра­ви­тель­ствен­ных орга­ни­за­ций, ока­зы­ва­ю­щих услу­ги, реша­ю­щих соци­аль­ные про­бле­мы, толь­ко граж­дан­ским обще­ством это не явля­ет­ся. Пото­му что оно не объ­еди­ня­ет­ся для защи­ты прав дру­гих граж­дан, в том чис­ле и от госу­дар­ства. Ипо­теч­ни­ки ред­ко под­дер­жи­ва­ют доль­щи­ков, а доль­щи­ки – пен­си­о­не­ров или пра­во­руль­щи­ков, а все вме­сте они ста­ра­ют­ся подаль­ше дер­жать­ся от так назы­ва­е­мых «поли­ти­че­ских».

Несколь­ко меся­цев несколь­ко сот чело­век сто­я­ло на пло­ща­ди, борясь за свои пра­ва, и кро­ме несколь­ких поли­ти­ков и обще­ствен­ных дея­те­лей, жур­на­ли­стов и пра­во­за­щит­ни­ков, нико­му не было до них дела. Толь­ко шок от рас­стре­ла вско­лых­нул общество.
Граж­дан­ское обще­ство это ответ­ствен­ность не толь­ко за себя и свою семью, но и за дру­гих. Вот это­го обще­ства у нас, к сожа­ле­нию, нет.

Все про­ве­ден­ные в свя­зи с собы­ти­я­ми в Жана­о­зене уго­лов­ные про­цес­сы со всей нагляд­но­стью про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что пра­во настоль­ко погре­бе­но под поли­ти­кой, под поли­ти­че­ской целе­со­об­раз­но­стью, что о сле­до­ва­нии клю­че­вым прин­ци­пам уго­лов­но­го пра­во­су­дия: все­сто­рон­но­сти, объ­ек­тив­но­сти, пол­но­ты, пре­зумп­ции неви­нов­но­сти, равен­ства сто­рон и состя­за­тель­но­сти, тол­ко­ва­ния сомне­ний в поль­зу обви­ня­е­мых вооб­ще гово­рить не приходится.

Целью пра­во­су­дия в этих про­цес­сах не явля­лось уста­нов­ле­ние исти­ны и выяс­не­ние обсто­я­тельств, а осуж­де­ние кон­крет­ных людей. Поэто­му нам и про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что там, где не хва­та­ет дока­за­тельств вины, или фак­ты сви­де­тель­ству­ют об обрат­ном, тем хуже для дока­за­тельств и фак­тов. На них про­сто не обра­ща­ют внимания.

Это совер­шен­но ненор­маль­но, когда толь­ко сами сле­до­ва­те­ли, про­ку­ро­ры и судьи убеж­де­ны в винов­но­сти осуж­ден­ных, а у подав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства наблю­да­те­лей сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, если уж не о неви­нов­но­сти, то, во вся­ком слу­чае, о нали­чии боль­ших сомне­ний в винов­но­сти обвиняемых.

Суще­ство­ва­ние сомне­ний в обос­но­ван­но­сти и спра­вед­ли­во­сти при­го­во­ров под­ры­ва­ет остат­ки дове­рия к пра­во­вым инсти­ту­там госу­дар­ства, если они еще оста­лись, дела­ет пра­во бес­по­лез­ным кри­те­ри­ем пра­виль­но­го и неправильного.

Как бы ни гово­ри­ли о том, что поли­ти­ка – дело гряз­ное, не быва­ет ни поли­ти­ки, ни обще­ствен­ной жиз­ни, ни чело­ве­че­ских отно­ше­ний без их оцен­ки с точ­ки зре­ния мораль­ных и нрав­ствен­ных кри­те­ри­ев. В этой тра­ге­дии, поми­мо про­яв­ле­ния насто­я­щих чело­ве­че­ских качеств, муже­ства, стой­ко­сти, было мно­го вра­нья, пре­да­тель­ства и низо­сти, небла­го­дар­но­сти и тру­со­сти, под­ло­сти и игры на самых низ­мен­ных чело­ве­че­ских чувствах.

Боюсь, что это крайне тре­вож­ный сиг­нал все­му наше­му обще­ству. Об этом надо очень серьез­но заду­мать­ся, пока сиг­нал не стал диагнозом.

Собы­тия в Жана­о­зене и вокруг него – это одна из самых тяже­лых стра­ниц в совре­мен­ной исто­рии неза­ви­си­мо­го Казах­ста­на, и от того, какие уро­ки извле­кут из это­го и власть, и обще­ство, зави­сит очень мно­гое для нынеш­не­го и буду­щих поколений.

Тра­ге­дии в Жана­о­зене избе­жать не уда­лось, но есть воз­мож­ность попы­тать­ся избе­жать дру­гих подоб­ных тра­ге­дий в нашей стране. Но зави­сит это и от обще­ства, и от вла­сти. От спо­соб­но­сти кон­со­ли­ди­ро­вать­ся и сов­мест­но защи­щать общие пра­ва пред­ста­ви­те­лям обще­ства и от спо­соб­но­сти вла­сти к диа­ло­гу и поис­ку разум­ных реше­ний в ходе почти все­гда труд­ных переговоров.

Аль­тер­на­ти­вы это­му про­сто нет.

Евге­ний ЖОВТИС,
пред­се­да­тель Сове­та Казах­стан­ско­го меж­ду­на­род­но­го бюро по пра­вам чело­ве­ка и соблю­де­нию законности

РЕЗОЛЮЦИЯ ЖАНАОЗЕН: тра­ге­дия, кото­рой мог­ло бы не быть

Недав­нее реше­ние над­зор­ной кол­ле­гии по уго­лов­ным делам Вер­хов­но­го суда, оста­вив­шее в силе при­го­во­ры за «орга­ни­за­цию бес­по­ряд­ков» в Жана­озене, ста­ло оче­ред­ным сви­де­тель­ством той зако­но­мер­но­сти, под зна­ком кото­рой про­хо­дит вся обще­ствен­но-поли­ти­че­ская жизнь Казах­ста­на послед­них лет. Она гла­сит – до тех пор, пока не вос­тор­же­ству­ют вся прав­да и спра­вед­ли­вость о собы­ти­ях в Ман­гы­стау 16–17 декаб­ря 2011 года, Жана­о­зен оста­нет­ся кро­во­то­ча­щей раной в памя­ти наро­да и сим­во­лом необ­хо­ди­мо­сти неот­лож­ных перемен!

Пока же власть про­дол­жа­ет затя­ги­вать тугой узел лжи, нара­щи­вать кри­ти­че­скую мас­су умол­ча­ний, жесто­ко­сти и цинич­ных фаль­си­фи­ка­ций. Акор­да по-преж­не­му выстав­ля­ет винов­ни­ка­ми тра­ге­дии тех, кто боль­ше все­го от нее и постра­дал – самих неф­тя­ни­ков, попут­но обру­ши­вая репрес­сии на всех про­тив­ни­ков авто­ри­та­риз­ма и порож­да­е­мых им неспра­вед­ли­во­сти, несво­бо­ды, кор­руп­ции, мораль­но­го разложения!

С само­го нача­ла заба­стов­ки в мае 2011 года неф­тя­ни­ки Жана­о­зе­на в пол­ной мере столк­ну­лись с без­ду­ши­ем, глу­хо­той рабо­то­да­те­лей и мест­ных вла­стей, про­во­ка­ци­он­ны­ми дей­стви­я­ми орга­нов пра­во­по­ряд­ка, кото­рые 16 декаб­ря пре­вра­ти­лись в рас­стрель­ные команды.
Про­дол­же­ни­ем это­го пороч­но­го пути ста­ли состо­яв­ши­е­ся в мае-июне про­шло­го года суды над так назы­ва­е­мы­ми «участ­ни­ка­ми бес­по­ряд­ков» в Жана­о­зене и ст. Шет­пе, когда, несмот­ря на пол­ное отсут­ствие дока­за­тельств вины под­су­ди­мых и пока­за­ния о при­ме­не­нии к ним пыток, были осуж­де­ны (в том чис­ле до 7 лет лише­ния сво­бо­ды), в общей слож­но­сти, 45 из 49 человек.

Вопи­ю­щим кон­тра­стом по срав­не­нию с этим стал суд лишь над пятью поли­цей­ски­ми, кото­рые полу­чи­ли нака­за­ния за «пре­вы­ше­ние долж­ност­ных пол­но­мо­чий» – хотя, как не­опровержимо сви­де­тель­ству­ют видео­за­пи­си и пока­за­ния сви­де­те­лей, в рас­стре­ле и изде­ва­тель­ствах над без­оруж­ны­ми граж­да­на­ми при­ни­ма­ли уча­стие мно­гие десят­ки сотруд­ни­ков пра­во­охра­ни­тель­ных органов.

Нако­нец, насто­я­щей поли­ти­че­ской рас­пра­вой вла­сти над оппо­нен­та­ми стал про­шед­ший с мно­го­чис­лен­ны­ми про­цес­су­аль­ны­ми нару­ше­ни­я­ми суд над оппо­зи­ци­он­ным поли­ти­ком В. Коз­ло­вым, кото­рый был при­го­во­рен к 7,5 годам тюрем­но­го заклю­че­ния. Мари­о­не­точ­ные суды Казах­ста­на без долж­ных дока­за­тельств при­зна­ли экс­тре­мист­ски­ми и запре­ти­ли неза­ре­ги­стри­ро­ван­ную пар­тию «Алга», газе­ты «Рес­пуб­ли­ка», «Взгляд», теле­ка­нал К‑плюс и еще более десят­ка изданий.

Весь этот судеб­ный фарс вла­сти выгля­дит вер­хом циниз­ма на фоне того, что так и оста­лись без отве­та глав­ные вопро­сы – кем были неиз­вест­ные моло­дые люди, кото­рые 16 декаб­ря гро­ми­ли Жана­о­зен и совер­ша­ли под­жо­ги, кто отдал при­каз о при­ме­не­нии ору­жия про­тив мир­ных граж­дан, кто пла­но­мер­но нагне­тал обста­нов­ку, изде­ва­тель­ски отка­зы­вая неф­тя­ни­кам в удо­вле­тво­ре­нии их насущ­ных, закон­ных прав!

Мы вновь заяв­ля­ем: тра­ге­дия в Ман­гы­стау 16–17 декаб­ря 2011 года – самое дра­ма­ти­че­ское собы­тие в исто­рии неза­ви­си­мо­го Казах­ста­на, обна­жив­шее всю остро­ту и сте­пень запу­щен­но­сти соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских и поли­ти­че­ских про­блем стра­ны, абсо­лют­ную тупи­ко­вость «руч­но­го режи­ма» управ­ле­ния государством!

Мы счи­та­ем, что ответ­ствен­ность за тра­ге­дию в Жана­о­зене лежит на пре­зи­ден­те РК Н.Назарбаеве, не обес­пе­чив­шем соблю­де­ние прав граж­дан, допу­стив­шем гибель людей в мир­ное вре­мя. Эту ответ­ствен­ность долж­ны раз­де­лить экс-пре­мьер-министр Карим Маси­мов, быв­ший руко­во­ди­тель адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та Аслан Мусин, экс-гла­ва АО «Самрук-Казы­на» Тимур Кулибаев.

Мы тре­бу­ем отстав­ки мини­стра внут­рен­них дел Кал­му­хан­бе­та Касы­мо­ва, гене­раль­но­го про­ку­ро­ра Асха­та Даул­ба­е­ва и пред­се­да­те­ля Вер­хов­но­го суда Бек­та­са Бек­на­за­ро­ва и отстра­не­ния от рабо­ты в пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нах сотруд­ни­ков поли­ции, при­част­ных к пыт­кам людей.

Мы при­вет­ству­ем при­ня­тие спе­ци­аль­ной резо­лю­ции Евро­со­ю­за по собы­ти­ям в Ман­гы­ста­уской обла­сти и при­зы­ва­ем ООН, меж­ду­на­род­ное сооб­ще­ство перей­ти от декла­ра­ций к кон­крет­ным дей­стви­ям про­тив тех, кто нару­ша­ет пра­ва граж­дан и попи­ра­ет прин­ци­пы пра­во­су­дия. Пер­вым шагом на этом пути может стать при­ня­тие реше­ния о запре­те на въезд в стра­ны с раз­ви­той демо­кра­ти­ей всех чинов­ни­ков, винов­ных в этой трагедии.

Мы уве­ре­ны, что неф­тя­ни­ки, кото­рые боро­лись за достой­ную опла­ту сво­е­го тяже­ло­го тру­да – не пре­ступ­ни­ки, все они долж­ны быть освобождены!

Исто­ри­че­ски адек­ват­ным отве­том на эту ситу­а­цию явля­ет­ся толь­ко обна­ро­до­ва­ние вла­стью всей прав­ды о про­изо­шед­шем в Жана­о­зене и Шет­пе, пол­ное оправ­да­ние так назы­ва­е­мых «участ­ни­ков» и «орга­ни­за­то­ров бес­по­ряд­ков», нача­ло реаль­ных демо­кра­ти­че­ских реформ! Толь­ко реаль­ное наро­до­вла­стие смо­жет стать проч­ной гаран­ти­ей от повто­ре­ния подоб­ных наци­о­наль­ных тра­ге­дий, от спол­за­ния в про­пасть угроз и про­ти­во­ре­чий, порож­да­е­мых авто­ри­тар­ной системой!

Болат Аби­лов Мух­тар Шаханов
Гуль­жан Ерга­ли­е­ва Софы Сматаев
Евге­ний Жовтис Габ­бас Кабышулы
Сер­гей Дува­нов Темир­хан Медетбек
Газиз Алдам­жа­ров Рыс­бек Сарсенбай
Нико­лай Кре­ме­ниш Ерму­рат Бапи
Марат Жан­у­за­ков Айму­хан Таужанов
Мар­жан Аспан­ди­я­ро­ва Сер­га­зы Мухтарбек
Миха­ил Сизов Бауы­р­жан Карабек
Канат Ибра­ги­мов Гуль­нар Жуаспаева
Галым Аге­ле­уов Риза­да Жакыпбек
Жан­бо­лат Мамай
• При­ня­то на обще­ствен­ном слушании.
г. Алма­ты, 3 июня 2013 г.

архивные статьи по теме

Профессор Коллинс: «Синьцзян – это не Тибет»

Editor

Цифры «спускались» из «Ак орды»

ИЗ ИСТОРИИ: четверть века как один день