-17 C
Астана
29 ноября, 2022
Image default

Правоохранительная хунта

Она может сфор­ми­ро­вать­ся в нашей стране из-за бес­кон­троль­ной вла­сти орга­нов уго­лов­но­го преследования

И как счи­та­ют извест­ные казах­стан­ские адво­ка­ты Алек­сандр РОЗЕНЦВАЙГ и Дани­яр КАНАФИН, новый про­ект Уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го кодек­са, кото­рый обсуж­да­ет­ся в Мажи­ли­се Пар­ла­мен­та РК, в первую оче­редь обес­пе­чи­ва­ет инте­ре­сы пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов, а не граж­дан Казах­ста­на. Сво­и­ми дово­да­ми в поль­зу этой вер­сии они поде­ли­лись в бесе­де с нашим кор­ре­спон­ден­том Алек­сан­дром КРАСНЕРОМ.

У про­ку­ра­ту­ры кон­фликт интересов

Петр САРУХАНОВ — «Новая»Дани­яр Кана­фин: Как извест­но, недав­но в Мажи­ли­се Пар­ла­мен­та был пред­став­лен про­ект ново­го Уго­лов­но-про­цес­су­аль­но­го кодек­са, в кото­ром преду­смот­рен целый ряд новелл. Одна­ко, на мой взгляд, прин­ци­пы спра­вед­ли­во­го пра­во­су­дия, равен­ства и состя­за­тель­но­сти сто­рон в уго­лов­ном про­цес­се, защи­ты прав чело­ве­ка долж­ным обра­зом в нём не обес­пе­че­ны. Про­ект сохра­ня­ет в себе огром­ный репрес­сив­ный потен­ци­ал, зало­жен­ный еще в совет­ские годы. Фак­ти­че­ски этот нор­ма­тив­ный акт напи­сан в боль­шей сте­пе­ни в инте­ре­сах пра­во­охра­ни­тель­ных ведомств, чем граж­дан нашей стра­ны. Вот несколь­ко тому подтверждений.
Про­ек­том преду­смот­ре­но уве­ли­че­ние мак­си­маль­но­го сро­ка аре­ста обви­ня­е­мо­го до восем­на­дца­ти меся­цев, тогда как нынеш­ний УПК огра­ни­чи­ва­ет этот срок две­на­дца­тью меся­ца­ми. О какой гума­ни­за­ции в дан­ном слу­чае может идти речь? Такая нор­ма при­ве­дет толь­ко к росту тюрем­но­го населения!
Дру­гой при­мер. Во всем циви­ли­зо­ван­ном мире при­ме­ня­ет­ся судеб­ный кон­троль за дей­стви­я­ми орга­нов уго­лов­но­го пре­сле­до­ва­ния. Он нужен для соблю­де­ния закон­но­сти и прав участ­ни­ков уго­лов­но­го про­цес­са. Как пра­ви­ло, огра­ни­че­ние фун­да­мен­таль­ных прав чело­ве­ка посред­ством обыс­ка, про­слу­ши­ва­ния пере­го­во­ров, осмот­ра жили­ща, аре­ста иму­ще­ства и ины­ми след­ствен­ны­ми спо­со­ба­ми воз­мож­но толь­ко с раз­ре­ше­ния (санк­ции) спе­ци­аль­но­го судьи, кото­рый неза­ви­сим от пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов и пото­му может объ­ек­тив­но и чест­но опре­де­лить, насколь­ко такое пра­во­огра­ни­че­ние необ­хо­ди­мо и умест­но в каж­дом кон­крет­ном случае. 
Про­ек­том УПК преду­смот­ре­но вве­де­ние след­ствен­ных судей, но, в отли­чие от сво­их не толь­ко запад­ных, но и рос­сий­ских, кыр­гыз­ских или укра­ин­ских кол­лег, эти судьи реаль­ны­ми кон­троль­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми наде­ле­ны не будут. По про­ек­ту абсо­лют­ное боль­шин­ство след­ствен­ных дей­ствий, огра­ни­чи­ва­ю­щих пра­ва чело­ве­ка, как и в совет­ское вре­мя, будет санк­ци­о­ни­ро­вать про­ку­ра­ту­ра. Одна­ко про­ку­ра­ту­ра не толь­ко под­дер­жи­ва­ет обви­не­ние в суде, но и явля­ет­ся орга­ном, ответ­ствен­ным за эффек­тив­ность, каче­ство и сро­ки расследования. 

Читать даль­ше:

Пра­во­охра­ни­тель­ная хунта

архивные статьи по теме

Задний ход

Editor

Выборы в Кыргызстане: шесть партий преодолели входной барьер

Editor

Политическое недомогание?

Editor