Почему интервью Назарбаева не показывают в прямом эфире?

Пре­зи­дент Казах­ста­на Нур­сул­тан Назар­ба­ев встре­тил­ся с несколь­ки­ми жур­на­ли­ста­ми и бло­ге­ра­ми и отве­тил на их вопро­сы. Запись интер­вью позд­нее была пока­за­на в эфи­ре рес­пуб­ли­кан­ских теле­ка­на­лов. Экс­пер­ты счи­та­ют, что «вла­сти отно­сят­ся к СМИ не как к инсти­ту­ту демо­кра­тии, а как к инструменту».

ВСТРЕЧА В АКОРДЕ

27 декаб­ря Акор­да сооб­щи­ла о встре­че пре­зи­ден­та с жур­на­ли­ста­ми и раз­ме­сти­ла на сво­ей стра­ни­це в соци­аль­ной сети двух­ми­нут­ный корот­кий отры­вок видео­за­пи­си встречи.

В нем Назар­ба­ев, сидя­щий в окру­же­нии жур­на­ли­стов и бло­ге­ров – все­го их семе­ро — рас­ска­зал о при­чи­нах недав­ней пере­ста­нов­ки в руко­вод­стве. Пол­ная вер­сия интер­вью, в ходе кото­рой были под­ве­де­ны ито­ги года и даны отве­ты на вопро­сы жур­на­ли­стов, была пока­за­на 28 декаб­ря в эфи­ре рес­пуб­ли­кан­ских телеканалов.

Репор­тер Азатты­ка обра­тил­ся почти ко всем семи участ­ни­кам встре­чи с пре­зи­ден­том, что­бы раз­уз­нать, как орга­ни­зо­вы­ва­лось интер­вью и гото­ви­лись вопро­сы, одна­ко никто из них не изъ­явил жела­ния рас­ска­зы­вать об этом опы­те. В пресс-служ­бе Акор­ды так­же пред­ло­жи­ли напра­вить вопро­сы в пись­мен­ном виде.

«ПРИВЫЧНЫЙ ФОРМАТ ДЛЯ ВЛАСТЕЙ»

В послед­ние годы Назар­ба­ев соби­ра­ет несколь­ких жур­на­ли­стов и про­во­дит встре­чи, боль­ше похо­жие на пресс-кон­фе­рен­ции. Пре­зи­дент на этих встре­чах рас­ска­зы­ва­ет о круп­ных пози­тив­ных собы­ти­ях в стране, под­во­дит ито­ги года и гово­рит, о «пред­сто­я­щих задачах».

​Репор­те­ры, ото­бран­ные из чис­ла жур­на­ли­стов круп­ных госу­дар­ствен­ных СМИ и изда­ний, при­над­ле­жа­щих воз­глав­ля­е­мой Назар­ба­е­вым пар­тии «Нур Отан», во вре­мя встреч ино­гда зада­ют пре­зи­ден­ту вопро­сы лич­но­го харак­те­ра. Были момен­ты, когда к момен­ту завер­ше­ния интер­вью, жур­на­ли­сты испол­ня­ли вме­сте с ним песни.

Гуль­нар Баж­ке­но­ва, побы­вав­шая на одном из таких интер­вью в 2017 году, рас­ска­за­ла Азатты­ку, как ее при­гла­си­ли и какие впе­чат­ле­ния она полу­чи­ла от интер­вью. По сло­вам Баж­ке­но­вой, [пресс-служ­ба Акор­ды] перед интер­вью пред­ва­ри­тель­но запро­си­ла пере­чень вопро­сов, кото­рые жур­на­ли­сты соби­ра­лись задать президенту.

Баж­ке­но­ва гово­рит, что «в 90‑е годы Назар­ба­ев после любо­го меро­при­я­тия выхо­дил к жур­на­ли­стам и напря­мую отве­чал на их вопро­сы, сей­час его интер­вью при­об­ре­та­ют некую торжественность».

- У нас харак­тер вла­сти такой. Пото­му что в Казах­стане, как бы это ни скры­ва­ли, сакра­ли­за­ция вла­сти уже идет. Раз­го­во­ры за круг­лым сто­лом (встре­чи Назар­ба­е­ва с жур­на­ли­ста­ми — Ред.) впи­сы­ва­ют­ся в это. Даже сама эсте­ти­ка этих встреч с жур­на­ли­ста­ми рабо­та­ет на сакра­ли­за­цию вла­сти, — гово­рит Гуль­нар Бажкенова.

Жур­на­лист­ка счи­та­ет, что «пре­зи­дент отве­ча­ет на вопро­сы не в пря­мом эфи­ре не пото­му, что опа­са­ет­ся неожи­дан­ных вопро­сов, а пото­му, что Назар­ба­ев при­вык к это­му формату».

- Он чело­век ста­рой закал­ки. Даже интер­вью счи­та­ет пустой тра­той вре­ме­ни. Поэто­му вот эти встре­чи [интер­вью, кото­рые про­хо­дят не в пря­мом эфи­ре] сто­ят уси­лий, — гово­рит Бажкенова.

«ДВЕРИ БЫЛИ ОТКРЫТЫ»

Сейт­ка­зы Мата­ев, пер­вый пресс-сек­ре­тарь пре­зи­ден­та, зани­мав­ший этот пост в 1991 — 1993 годы, счи­та­ет, что после все­на­род­но­го рефе­рен­ду­ма 1995 года, на кото­ром пре­зи­дент­ские пол­но­мо­чия были про­дле­ны до 2000 года, Назар­ба­ев начал отда­лять­ся от общества.

​— Гово­рят, что сей­час вопро­сы рас­пре­де­ля­ет пресс-служ­ба. Преж­де тако­го не было. Воз­мож­но, опа­са­ют­ся вопро­сов (неожи­дан­ных). Назар­ба­ев в 90‑е годы был очень откры­тым. Встре­чал­ся со все­ми. Две­ри пресс-служ­бы были откры­ты, ника­ких огра­ни­че­ний в виде про­пус­ка не было, — гово­рит Матаев.

Поли­то­лог Досым Сат­па­ев гово­рит, что «в поли­ти­че­ской систе­ме, уста­но­вив­шей­ся в Казах­стане, в каком бы фор­ма­те ни про­хо­ди­ла встре­ча пре­зи­ден­та с жур­на­ли­ста­ми, она будет боль­ше похо­жа на поста­нов­ку, где каж­дый дол­жен будет без­уко­риз­нен­но сыг­рать свою роль».

- У нас были пря­мые эфи­ры. Яко­бы пря­мые вклю­че­ния пре­зи­ден­та с раз­ны­ми реги­о­на­ми Казах­ста­на. Это было в пер­вой поло­вине 2000‑х годов. Тогда было боль­ше кре­а­ти­ва. Тогда пыта­лись быть в трен­де – «обще­ние пре­зи­ден­та с наро­дом». Сей­час власть уве­ро­ва­ла в то, что она сей­час явля­ет­ся глав­ным игро­ком. Ей уже это­го не надо – играть в демо­кра­тию, — гово­рит эксперт.

По его мне­нию, Назар­ба­ев «с каж­дым годом отда­ля­ет­ся от общества».

- Он стал залож­ни­ком той систе­мы, кото­рую сам создал. И по мере того, как в Казах­стане уси­ли­ва­ют­ся авто­ри­тар­ные трен­ды, мы видим то, что гла­ва госу­дар­ства все боль­ше и боль­ше нахо­дит­ся немнож­ко в дру­гом изме­ре­нии – поли­ти­че­ском, инфор­ма­ци­он­ном. Это вид­но из его посла­ния, это вид­но из его посто­ян­ных заяв­ле­ний. Власть счи­та­ет, что в стране поря­док… Она не обра­ща­ет вни­ма­ния на то, что внут­ри стра­ны очень мно­го потен­ци­аль­ных соци­аль­ных мин, кото­рые могут взо­рвать­ся, — гово­рит Досым Сатпаев.

17 октяб­ря это­го года пре­зи­дент Назар­ба­ев посе­тил с визи­том Фин­лян­дию и встре­тил­ся с пре­зи­ден­том стра­ны Сау­ли Нии­ни­стё. Во вре­мя пресс-кон­фе­рен­ции по ито­гам встре­чи фин­ский жур­на­лист спро­сил у Назар­ба­е­ва, при­мет ли он уча­стие в выбо­рах 2020 года. Назар­ба­е­ву в Казах­стане такой откры­тый вопрос никто не зада­вал. Досым Сат­па­ев гово­рит, что «Назар­ба­ев во вре­мя офи­ци­аль­ных визи­тов за рубеж чув­ству­ет себя неком­форт­но, пото­му что там слож­но отка­зать­ся отве­чать на вопросы».

Одна­ко, счи­та­ет экс­перт, встре­чи с жур­на­ли­ста­ми не про­хо­дят в пря­мом эфи­ре не пото­му, что Назар­ба­ев боит­ся неожи­дан­ных вопро­сов, а из-за бес­по­кой­ства, что неудоб­ные вопро­сы могут вызвать обсуж­де­ние в обществе».

- В прин­ци­пе, учи­ты­вая то, что он опыт­ный поли­тик, он все рав­но най­дет ответ на любой вопрос. И каса­тель­но демо­кра­ти­че­ско­го раз­ви­тия, и про оппо­зи­цию. Я думаю, их пуга­ет не то, что пре­зи­дент не смо­жет отве­тить на постав­лен­ный вопрос, а сам факт поста­нов­ки это­го вопро­са. Если этот вопрос появит­ся, если его пуб­лич­но зада­дут – этот момент боль­ше все­го пуга­ет [пресс-служ­бу Акор­ды], — гово­рит Сатпаев.

«ВЛАСТИ РАССМАТРИВАЮТ СМИ КАК ИНСТРУМЕНТ»

Быв­ший гене­раль­ный дирек­тор теле­ра­дио­ком­плек­са пре­зи­ден­та Казах­ста­на Махат Сады­ков, один из жур­на­ли­стов, кото­рый про­вел мно­го интер­вью с Назар­ба­е­вым и позд­нее орга­ни­зо­вы­вал интер­вью пре­зи­ден­та, гово­рит, что жур­на­ли­стов для встре­чи с пре­зи­ден­том отби­ра­ет пресс-сек­ре­тарь. На вопрос репор­те­ра Азатты­ка о том, полу­ча­ют ли сотруд­ни­ки СМИ кон­крет­ные ука­за­ния, он отве­тил так: «Это зави­сит от пресс-сек­ре­та­ря пре­зи­ден­та. Он реша­ет. Могут при­гла­сить чело­ве­ка, кото­рый мно­го пишет о президенте».

По его сло­вам, ника­ких огра­ни­че­ний для жур­на­ли­стов [жела­ю­щих задать вопрос вне утвер­жден­но­го переч­ня] нет.

- Если жур­на­лист, соби­ра­ю­щий­ся на интер­вью, поже­ла­ет задать тот или иной вопрос, ника­ких пре­пят­ствий нет. Конеч­но, все зави­сит от ответ­ствен­но­сти жур­на­ли­ста, его обра­зо­ва­ния, кре­а­тив­но­сти. Лич­но я не стал­ки­вал­ся с ситу­а­ци­ей, когда кому-то запре­ща­ли зада­вать вопрос, — гово­рит он.

По мне­нию гене­раль­но­го дирек­то­ра Цен­траль­но­ази­ат­ско­го фон­да раз­ви­тия демо­кра­тии Толга­най Умбе­та­ли­е­вой, «казах­стан­ские вла­сти СМИ рас­смат­ри­ва­ют не как демо­кра­ти­че­ский инсти­тут, а как сред­ство по рас­про­стра­не­нию их идей, пла­нов и про­ек­тов сре­ди населения».

- Здесь Назар­ба­ев при­да­ет зна­че­ние не тому, как про­хо­дит встре­ча, а дела­ет акцент на том, что­бы доне­сти какие-то идеи до обще­ства через СМИ. Вооб­ще, встре­ча со СМИ – это, в основ­ном, как мне кажет­ся, про­ис­хо­дит в пост­ком­му­ни­сти­че­ских стра­нах. Я не думаю, что пре­зи­ден­там евро­пей­ских стран нуж­ны такие встре­чи. Они каж­дый день откры­ты СМИ. Жур­на­ли­сты могут участ­во­вать во всех засе­да­ни­ях, — гово­рит эксперт.

«МНОГО ВОПРОСОВ КАСАТЕЛЬНО СЕМЬИ»

Поли­тик Амир­жан Коса­нов, кото­рый в 1994–1997 годы был пресс-сек­ре­та­рем 1994–1997 быв­ше­го пре­мьер-мини­стра Казах­ста­на Аке­жа­на Каже­гель­ди­на и пра­ви­тель­ства, назы­ва­ет две при­чи­ны, по кото­рым пре­зи­дент не выхо­дит в пря­мой эфир для обще­ния с насе­ле­ни­ем.

- Во-пер­вых, пре­зи­дент и дру­гие вет­ви вла­сти в этом не заин­те­ре­со­ва­ны. Во-вто­рых, такая тен­ден­ция, чуж­дая тре­бо­ва­ни­ям демо­кра­тии, воз­ни­ка­ет в резуль­та­те поли­ти­че­ской несо­сто­я­тель­но­сти самой вла­сти, ее мораль­но-пси­хо­ло­ги­че­ско­го состо­я­ния. К тому же назре­ло доста­точ­но мно­го вопро­сов, каса­ю­щих­ся лич­но пре­зи­ден­та, его семьи, близ­ко­го окру­же­ния. Вла­сти не гото­вы на них отве­тить, — гово­рит он.

По сло­вам поли­ти­ка, «эти дей­ствия ведут к опре­де­лен­ным последствиям».

- Сего­дня никто не верит рас­про­стра­ня­е­мым офи­ци­аль­ны­ми СМИ отве­там (Назар­ба­е­ва).

Пото­му что во вре­мя этих интер­вью не зада­ют вопро­сов, кото­рые на самом деле вол­ну­ют насе­ле­ние, не гово­рят горь­кую прав­ду. Люди мало верят самим СМИ, кото­рые огля­ды­ва­ют­ся наверх, на настро­е­ние пре­зи­ден­та и не могут отой­ди от про­яв­ле­ния куль­та лич­но­сти, — гово­рит Амир­жан Косанов.

78 –лет­ний Нур­сул­тан Назар­ба­ев руко­во­дит Казах­ста­ном с 1989 года. В апре­ле 1990 года Вер­хов­ный Совет Казах­ской ССР утвер­дил его пре­зи­ден­том рес­пуб­ли­ки. Во вре­мя пер­вых в исто­рии Казах­ста­на все­на­род­ных пре­зи­дент­ских выбо­ров 1 декаб­ря 1991 года един­ствен­ный кан­ди­дат в пре­зи­ден­ты Нур­сул­тан Назар­ба­ев, набрав 98,7 про­цен­та голо­сов изби­ра­те­лей [по офи­ци­аль­ным дан­ным], был пере­из­бран пре­зи­ден­том Казах­ской ССР. С тех пор Назар­ба­ев посто­ян­но побеж­дал на всех вне­оче­ред­ных и оче­ред­ных пре­зи­дент­ских выборах.

​

Ори­ги­нал ста­тьи: Казах­стан — Радио «Сво­бод­ная Европа»/Радио «Сво­бо­да»