3 C
Астана
20 сентября, 2021
Image default

Подавляя свободы, укрепляя авторитаризм. Исследование Foreign Policy Centre о правах человека в Казахстане

Неза­ви­си­мый бри­тан­ский иссле­до­ва­тель­ский центр Foreign Policy Centre опуб­ли­ко­вал иссле­до­ва­ние о ситу­а­ции с пра­ва­ми чело­ве­ка в Казах­стане. Его авто­ры, казах­стан­ские и зару­беж­ные экс­пер­ты, оце­ни­ва­ют поло­же­ние с поли­ти­че­ски­ми и граж­дан­ски­ми пра­ва­ми, сво­бо­дой сло­ва и тру­до­вы­ми правами.

«Пра­вя­щие эли­ты Казах­ста­на за послед­ние 30 лет доби­лись зна­чи­тель­но­го эко­но­ми­че­ско­го роста, извле­кая из это­го соб­ствен­ную выго­ду. Им уда­лось сохра­нить ста­биль­ность сре­ди раз­лич­ных этни­че­ских групп стра­ны, но это про­ис­хо­ди­ло за счет подав­ле­ния прак­ти­че­ски всех поли­ти­че­ских и мно­гих граж­дан­ских сво­бод», — пишет Адам Хуг, дирек­тор Foreign Policy Centre.

Поли­цей­ские пыта­ют­ся отобрать пла­ка­ты у участ­ни­ков анти­пра­ви­тель­ствен­но­го митин­га. Алма­ты, 6 июля 2021 года

Касым-Жомарт Тока­ев, став­ший пре­зи­ден­том после отстав­ки пра­вив­ше­го стра­ной око­ло 30 лет Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва, после вступ­ле­ния в долж­ность в 2019 году пообе­щал про­ве­сти поли­ти­че­ские рефор­мы и реа­ли­зо­вать кон­цеп­цию «слы­ша­ще­го госу­дар­ства». Одна­ко, как под­чер­ки­ва­ют иссле­до­ва­те­ли, «модер­ни­за­ция без демо­кра­ти­за­ции» и «рефор­ма внут­ри систе­мы» сохра­ня­ют и укреп­ля­ют авто­ри­тар­ную струк­ту­ру вла­сти. Кро­ме того, быв­ший пре­зи­дент Назар­ба­ев, сохра­ня­ю­щий власть и вли­я­ние в каче­стве пред­се­да­те­ля пра­вя­щей пар­тии «Нур Отан» и пред­се­да­те­ля вли­я­тель­но­го Сове­та без­опас­но­сти, огра­ни­чи­ва­ет поле дея­тель­но­сти Тока­е­ва, счи­та­ют экс­пер­ты. Они отме­ча­ют про­дол­жа­ю­щу­ю­ся борь­бу с ина­ко­мыс­ли­ем в Казахстане.

«КОСМЕТИЧЕСКИЕ ШТРИХИ» И ОГРАНИЧЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВ

Кол­лин Вуд, док­тор фило­со­фии Колум­бий­ско­го уни­вер­си­те­та, ана­ли­зи­ру­ет указ Тока­е­ва «О даль­ней­ших мерах в обла­сти прав чело­ве­ка» от 9 июня. Иссле­до­ва­тель счи­та­ет, что указ огра­ни­чи­ва­ет­ся незна­чи­тель­ны­ми поправ­ка­ми к уго­лов­но­му кодек­су, и про­во­дит парал­ле­ли с при­ня­тым при Тока­е­ве зако­ном о мир­ных собра­ни­ях, всту­пив­шим в силу в июне 2020 года. Закон, несмот­ря на несколь­ко новых пунк­тов, всё так же огра­ни­чи­ва­ет пра­ва казах­стан­цев на мир­ные собра­ния: орга­ни­за­то­ры долж­ны зара­нее уве­дом­лять мест­ные вла­сти о наме­ре­нии про­ве­сти митинг, окон­ча­тель­ное реше­ние раз­ре­шать акцию или нет оста­ет­ся за мест­ны­ми вла­стя­ми. Мас­со­вые задер­жа­ния 6 июня 2020 года участ­ни­ков про­те­ста, рас­кри­ти­ко­вав­ших закон, про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что «рефор­ма была кос­ме­ти­че­ским штрихом».

Как при­ни­мал­ся закон о мир­ных собра­ни­ях в Казах­стане и что с ним не так?

Кон­сти­ту­ция Казах­ста­на гаран­ти­ру­ет сво­бо­ду сло­ва и пра­во на мир­ные собра­ния, одна­ко ста­тьи уго­лов­но­го кодек­са, направ­лен­ные на «под­дер­жа­ние обще­ствен­но­го поряд­ка», огра­ни­чи­ва­ют эти пра­ва. Кол­лин Вуд счи­та­ет, что для устра­не­ния несо­от­вет­ствия меж­ду Кон­сти­ту­ци­ей и уго­лов­ным кодек­сом и сня­тия дру­гих огра­ни­че­ний в обще­ствен­ной жиз­ни нуж­ны реформы.

Вуд утвер­жда­ет, что вла­сти Казах­ста­на пре­пят­ству­ют дея­тель­но­сти неугод­ных групп, отка­зы­вая им в реги­стра­ции в орга­нах юсти­ции. В каче­стве при­ме­ра он при­во­дит ситу­а­цию с феми­нист­ской ини­ци­а­ти­вой Feminita, кото­рая три­жды пода­ва­ла доку­мен­ты в мини­стер­ство юсти­ции, оспа­ри­ва­ла отка­зы в судах. В ито­ге пред­ста­ви­те­ли мини­стер­ства одоб­ри­ли «поправ­ки» к уста­ву Feminita и объ­яви­ли, что орга­ни­за­ция про­шла реги­стра­цию, но при этом чинов­ни­ки исклю­чи­ли неко­то­рые ста­тьи уста­ва без согла­сия пред­ста­ви­те­лей объ­еди­не­ния. Автор под­чер­ки­ва­ет, что этот при­мер пока­зы­ва­ет неже­ла­ние госу­дар­ства видеть актив­ное плю­ра­ли­сти­че­ское граж­дан­ское общество.

44 ОБЛАСТИ И ИЗБИРАЕМЫЙ ПО МАЖОРИТАРНОЙ СИСТЕМЕ ПАРЛАМЕНТ. ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПРАВОЗАЩИТНИКОВ

Пра­во­за­щит­ни­ки Айна и Аман­гель­ды Шор­ман­ба­е­вы отме­ча­ют, что кон­цен­тра­ция вла­сти в руках Назар­ба­е­ва при­ве­ла к отсут­ствию в стране реаль­ной оппо­зи­ции, неза­ви­си­мых СМИ, уси­ле­нию репрес­сив­но­го аппа­ра­та и суже­нию про­стран­ства граж­дан­ско­го обще­ства. В резуль­та­те, как они счи­та­ют, постав­лен­ное в зави­си­мость от госу­дар­ства обще­ство не спо­соб­но отста­и­вать свои инте­ре­сы, а поли­ти­че­ская власть в стране поде­ле­на меж­ду оли­гар­хи­че­ски­ми груп­па­ми. Изме­не­ние поло­же­ния дел долж­но начи­нать­ся с кон­сти­ту­ци­он­ной и адми­ни­стра­тив­но-тер­ри­то­ри­аль­ной рефор­мы для созда­ния новой систе­мы само­управ­ле­ния, пишут правозащитники.

Они гово­рят, что кон­сти­ту­ци­он­ная рефор­ма в Казах­стане долж­на преду­смат­ри­вать изме­не­ние не толь­ко Кон­сти­ту­ции, но и зако­но­да­тель­ства о выбо­рах, поли­ти­че­ских пар­ти­ях и проф­со­ю­зах, пол­но­мо­чи­ях пре­зи­ден­та и пар­ла­мен­та. Что­бы создать реаль­ную систе­му само­управ­ле­ния, необ­хо­ди­мо изме­нить систе­му тер­ри­то­ри­аль­но­го деле­ния стра­ны, убеж­де­ны исследователи.

Суще­ству­ю­щее коли­че­ство реги­о­нов нагляд­но демон­стри­ру­ет цен­тра­ли­за­цию и кон­цен­тра­цию вла­сти. «К при­ме­ру, Кара­ган­дин­ской обла­стью, тер­ри­то­рия кото­рой сопо­ста­ви­ма с тер­ри­то­ри­ей несколь­ких евро­пей­ских госу­дарств, руко­во­дит один чело­век — аким обла­сти. Мы пред­ла­га­ем создать 44 адми­ни­стра­тив­ные еди­ни­цы вме­сто нынеш­них 17».

Пра­во­за­щит­ни­ки пред­ла­га­ют так­же перей­ти от пре­зи­дент­ской к пре­зи­дент­ско-пар­ла­мент­ской фор­ме прав­ле­ния. Вви­ду нераз­ви­то­сти в стране инсти­ту­та пар­ла­мен­та­риз­ма в пере­ход­ный пери­од опти­маль­ной мог­ла бы быть сме­шан­ная систе­ма, счи­та­ют пра­во­за­щит­ни­ки. Они высту­па­ют за отказ от про­пор­ци­о­наль­ной изби­ра­тель­ной систе­мы и счи­та­ют необ­хо­ди­мым воз­врат к мажо­ри­тар­ной. Они так­же пишут, что депу­та­ты сена­та долж­ны изби­рать­ся на пря­мых, а не на кос­вен­ных выборах.

По дей­ству­ю­ще­му зако­но­да­тель­ству для реги­стра­ции поли­ти­че­ской пар­тии ини­ци­а­тив­ной груп­пе по ее созда­нию необ­хо­ди­мо собрать 20 тысяч под­пи­сей. Айна и Аман­гель­ды Шор­ман­ба­е­вы заяв­ля­ют, что чис­ло необ­хо­ди­мых для реги­стра­ции под­пи­сей нуж­но сни­зить с 20 тысяч до 200.

КЕТТЛИНГ ПРОТИВ ДЕМОНСТРАНТОВ

Пра­во­за­щит­ник Татья­на Чер­но­биль, про­ана­ли­зи­ро­вав­шая прак­ти­ку при­ме­не­ния поли­ци­ей при­е­ма «кетт­линг» (окру­же­ние груп­пы про­те­сту­ю­щих и удер­жа­ние их внут­ри заграж­де­ний в тече­ние про­дол­жи­тель­но­го пери­о­да вре­ме­ни), обра­ща­ет вни­ма­ние на тот факт, что этот метод про­ти­во­ре­чит наци­о­наль­ным и меж­ду­на­род­ным законам.

«В Казах­стане огра­ни­че­ни­ем сво­бо­ды со сто­ро­ны поли­ции явля­ет­ся задер­жа­ние, кото­рое может исполь­зо­вать­ся толь­ко для предот­вра­ще­ния пре­ступ­ле­ний или бес­по­ряд­ков. До сего­дняш­не­го дня не было пре­ступ­ле­ний, наси­лия или бес­по­ряд­ков, кото­рые сле­до­ва­ло бы предот­вра­щать [во вре­мя исполь­зо­ва­ния кетт­лин­га]», — пишет Чернобиль.

По сло­вам Чер­но­биль, министр внут­рен­них дел Тур­гум­ба­ев не смог объ­яс­нить, на каком осно­ва­нии поли­ция удер­жи­ва­ла акти­ви­стов на про­тя­же­нии трех часов в коль­це кетт­лин­га в декаб­ре 2020 года в Алма­ты. 28 фев­ра­ля 2021 года омбуд­сву­мен про­ком­мен­ти­ро­ва­ла ситу­а­цию с кетт­лин­гом, заявив, что это была закон­ная мера для предот­вра­ще­ния обще­ствен­ных бес­по­ряд­ков и что такие при­е­мы раз­ре­ше­ны в соот­вет­ствии со стан­дар­та­ми ОБСЕ.

В свя­зи с этим Чер­но­биль пишет, что в руко­во­дя­щих прин­ци­пах ОБСЕ по сво­бо­де мир­ных собра­ний кетт­линг упо­ми­на­ет­ся как при­ем для сдер­жи­ва­ния тол­пы, но исполь­зо­ва­ние мето­да не долж­но быть нор­мой, он может при­ме­нять­ся в исклю­чи­тель­ных слу­ча­ях, когда необ­хо­ди­мо предот­вра­тить наси­лие. «Поли­ция не долж­на исполь­зо­вать какие-либо насиль­ствен­ные мето­ды, даже если мир­ное собра­ние явля­ет­ся неза­кон­ным», — отме­че­но в доку­мен­те ОБСЕ.

Поли­ция берет в окру­же­ние участ­ни­ков про­тестной акции, при­ме­няя при­ем, извест­ный как кетт­линг. Алма­ты, 6 июля 2021 года

Татья­на Чер­но­биль при­хо­дит к выво­ду, что Казах­стан иска­жа­ет меж­ду­на­род­ные стан­дар­ты в обла­сти сво­бо­ды мир­ных собраний.

ЗАБАСТОВКИ, ПРЕСЛЕДОВАНИЕ НЕЗАВИСИМЫХ ПРОФСОЮЗОВ

Мира Ритт­ман, иссле­до­ва­тель меж­ду­на­род­ной пра­во­за­щит­ной орга­ни­за­ции Human Rights Watch по Цен­траль­ной Азии, под­го­то­ви­ла часть иссле­до­ва­ния, в кото­рой гово­рит­ся о пре­сле­до­ва­нии проф­со­ю­зов и нару­ше­нии тру­до­вых прав в Казахстане.

После при­ня­тия зако­на о проф­со­ю­зах в 2014 году все про­фес­си­о­наль­ные сою­зы обя­за­ли прой­ти пере­ре­ги­стра­цию в мини­стер­стве юсти­ции в тече­ние года. Соглас­но зако­ну, мест­ные проф­со­ю­зы долж­ны всту­пить в отрас­ле­вые сою­зы, а отрас­ле­вые проф­со­ю­зы долж­ны при­со­еди­нить­ся к феде­ра­ции проф­со­ю­зов или кон­фе­де­ра­ции. Это тре­бо­ва­ние про­ти­во­ре­чит меж­ду­на­род­но­му тру­до­во­му пра­ву, кото­рое поз­во­ля­ет проф­со­ю­зам само­сто­я­тель­но опре­де­лять соб­ствен­ную структуру.

Меж­ду­на­род­ная орга­ни­за­ция так­же рас­кри­ти­ко­ва­ла пра­ви­тель­ство Казах­ста­на за пре­сле­до­ва­ние проф­со­ю­зов и за при­ня­тие зако­на, затруд­ня­ю­ще­го их реги­стра­цию и огра­ни­чи­ва­ю­ще­го их дея­тель­ность. В 2018 году Казах­стан пообе­щал рефор­ми­ро­вать закон о проф­со­ю­зах и дру­гие зако­ны, регу­ли­ру­ю­щие тру­до­вые отно­ше­ния. В мае 2020 года в зако­но­да­тель­ство были вне­се­ны изме­не­ния, улуч­ша­ю­щие нор­ма­тив­но-пра­во­вую базу реги­стра­ции проф­со­ю­зов. Одна­ко вла­сти про­дол­жа­ют пре­сле­до­вать неза­ви­си­мые профсоюзы.

Несмот­ря на то что Кон­сти­ту­ция и тру­до­вой кодекс Казах­ста­на гаран­ти­ру­ют пра­во на заба­стов­ки, работ­ни­ки обя­за­ны про­хо­дить дли­тель­ные про­це­ду­ры меди­а­ции, пред­ва­ря­ю­щие заба­стов­ку. Это затруд­ня­ет про­ве­де­ние заба­сто­вок. Под дав­ле­ни­ем Меж­ду­на­род­ной орга­ни­за­ции тру­да в мае 2020 года в тру­до­вой кодекс внес­ли поправ­ки, поз­во­ля­ю­щие работ­ни­кам неф­те­га­зо­вой отрас­ли выхо­дить на заба­стов­ки. Но, посколь­ку для закон­ной заба­стов­ки всё еще суще­ству­ет мно­же­ство пре­пят­ствий, рабо­чие, кото­рые хотят обой­ти дли­тель­ные про­це­ду­ры, про­во­дят крат­ко­сроч­ные заба­стов­ки. Одна­ко это дает вла­стям воз­мож­ность при­вле­кать их к адми­ни­стра­тив­ной и даже уго­лов­ной ответственности.

Несмот­ря на раз­лич­ные пре­по­ны, тру­до­вые кол­лек­ти­вы в послед­нее вре­мя всё чаще выхо­дят на заба­стов­ки и пыта­ют­ся создать проф­со­ю­зы. Ритт­ман гово­рит, что рабо­то­да­те­ли и пра­ви­тель­ство не долж­ны пре­пят­ство­вать ини­ци­а­ти­вам по созда­нию проф­со­ю­зов, под­вер­гать проф­со­юз­ных акти­ви­стам преследованиям.

HRW при­зы­ва­ет Казах­стан отме­нить ста­тью 402 уго­лов­но­го кодек­са («Дей­ствия, про­во­ци­ру­ю­щие к про­дол­же­нию уча­стия в заба­стов­ке, при­знан­ной судом неза­кон­ной») и пре­кра­тить пре­сле­до­ва­ние неза­ви­си­мых проф­со­ю­зов и их лидеров.

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО: УЖЕСТОЧЕНИЕ КОНТРОЛЯ. «ГЕНДЕР» В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ

Галия Аже­но­ва, юрист прес­со­за­щит­ной орга­ни­за­ции «Адил соз», пишет о про­бле­мах с досту­пом к инфор­ма­ции и ее рас­про­стра­не­ни­ем во вре­мя пан­де­мии, когда долж­ност­ные лица госу­дар­ствен­ных орга­нов пере­шли на онлайн-фор­мат рабо­ты. Чинов­ни­ки не отве­ча­ют на неудоб­ные вопро­сы жур­на­ли­стов во вре­мя онлайн-бри­фин­гов, отклю­ча­ют им мик­ро­фо­ны и пере­би­ва­ют их.

Про­ект зако­на «О вне­се­нии изме­не­ний и допол­не­ний в неко­то­рые зако­но­да­тель­ные акты Рес­пуб­ли­ки Казах­стан по вопро­сам регу­ли­ро­ва­ния циф­ро­вых тех­но­ло­гий», под­пи­сан­ный пре­зи­ден­том в июне 2020 года, был при­нят в корот­кие сро­ки без обсуж­де­ния с граж­дан­ским обще­ством. Пра­во­за­щит­ни­ки, граж­дан­ские акти­ви­сты, жур­на­ли­сты, иссле­до­ва­те­ли, IT ‑спе­ци­а­ли­сты и юри­сты счи­та­ют, что закон допус­ка­ет такие неза­кон­ные дей­ствия, как слеж­ка в Сети, сбор лич­ных данных.

Айге­рим Ками­до­ла, экс­перт в обла­сти меж­ду­на­род­но­го пра­ва, отме­ча­ет, что в апре­ле пар­ла­мент при­сту­пил к рас­смот­ре­нию зако­но­про­ек­та о вне­се­нии изме­не­ний в зако­но­да­тель­ство о семье и ген­дер­ной поли­ти­ке. Иссле­до­ва­тель выра­жа­ет опа­се­ния по пово­ду того, что поправ­ки исклю­чат поня­тие «ген­дер». Она пишет, что «ген­дер» и «пол» не явля­ют­ся вза­и­мо­за­ме­ня­е­мы­ми поня­ти­я­ми и что зако­но­про­ект может нега­тив­но повли­ять на ситу­а­цию с пра­ва­ми жен­щин и секс-мень­шинств и на предот­вра­ще­ние дискриминации.

Несмот­ря на то что Казах­стан обя­зал­ся рати­фи­ци­ро­вать Кон­вен­цию Сове­та Евро­пы о предот­вра­ще­нии и борь­бе с наси­ли­ем в отно­ше­нии жен­щин и домаш­ним наси­ли­ем (Стам­буль­ская кон­вен­ция) в 2019 году, в мае теку­ще­го года мини­стер­ство внут­рен­них дел заяви­ло на круг­лом сто­ле с пред­ста­ви­те­ля­ми граж­дан­ско­го обще­ства в мини­стер­стве юсти­ции, что пра­ви­тель­ство отка­жет­ся от рати­фи­ка­ции. Как пишет Ками­до­ла, в мини­стер­стве сосла­лись на то, что кон­вен­ция «про­ти­во­ре­чит тра­ди­ци­он­ным цен­но­стям» и обя­зы­ва­ет защи­щать пра­ва ЛГБТК+.

Айге­рим Ками­до­ла счи­та­ет, что исклю­че­ние поня­тия «ген­дер» из наци­о­наль­но­го зако­но­да­тель­ства явля­ет­ся одной из под­дер­жи­ва­е­мых госу­дар­ством «анти­ген­дер­ных» мер про­тив прав жен­щин и ЛГБТК+. Рас­смат­ри­вая «анти­ген­дер­ный» зако­но­про­ект и защи­щая «тра­ди­ци­он­ные цен­но­сти», Казах­стан идет по сто­пам Восточ­ной Евро­пы, Рос­сии и дру­гих пост­со­вет­ских стран, пишет Ками­до­ла. Она при­зы­ва­ет Нур-Сул­тан выпол­нять взя­тые на себя меж­ду­на­род­ные обя­за­тель­ства в обла­сти прав человека.

Источ­ник: https://rus.azattyq.org/

архивные статьи по теме

Под крылом «Великой степи» объединяйтесь!

Чего нужно добиваться именно сейчас

Между Сциллой и Харибдой