22 C
Астана
31 июля, 2021
Image default

На казахстанской зоне – как на войне

Род­ствен­ни­ки заклю­чен­ных попро­си­ли депу­та­тов от пар­тии «Нур Отан» защи­тить их сыно­вей, мужей и бра­тьев от пыток и изде­ва­тельств адми­ни­стра­ции испра­ви­тель­но-тру­до­вых учре­жде­ний. Народ­ные избран­ни­ки охот­но согла­си­лись про­ве­сти мони­то­ринг ситу­а­ции в казах­стан­ских коло­ни­ях по вопро­сам нару­ше­ния прав чело­ве­ка. Но в ито­ге, кажет­ся, сде­ла­ли толь­ко хуже. Впро­чем, исто­рия эта, похо­же, еще не закончена. 

 

Автор: Камиль АЯНОВ

Желая лич­но озна­ко­мить­ся с ситу­а­ци­ей, нуро­та­но­вец, депу­тат Мажи­ли­са Ирак Еле­ке­ев посе­тил на днях пару испра­ви­тель­ных учре­жде­ний. Род­ствен­ни­ки заклю­чен­ных и пра­во­за­щит­ни­ки до сих пор чув­ству­ют себя изряд­но «про­мо­ни­то­рен­ны­ми».

- После его разъ­ез­дов по коло­ни­ям Атба­са­ра и посел­ка Гра­нит­ный оста­лось стран­ное ощу­ще­ние, — не без иро­нии заме­тил пра­во­за­щит­ник Вадим Курам­шин. — Посто­ян­но вол­ну­ет вопрос: «Что это было?»

Мони­то­рить или в гости?

Эта исто­рия нача­лась 1 апре­ля 2011 года, когда в сто­ли­цу «за прав­дой» в оче­ред­ной раз при­е­ха­ли мате­ри, сест­ры и жены осуж­ден­ных, отбы­ва­ю­щих нака­за­ния в раз­лич­ных реги­о­нах Казах­ста­на. Жен­щи­ны пыта­лись встре­тить­ся с пред­ста­ви­те­ля­ми госу­дар­ствен­ной вла­сти, что­бы рас­ска­зать им о бес­пре­де­ле, царя­щем в казах­стан­ских коло­ни­ях. Всем визи­тер­шам руко­вод­ство пра­вя­щей народ­но-демо­кра­ти­че­ской пар­тии «Нур Отан» твер­до пообе­ща­ло разо­брать­ся. Как толь­ко прой­дут досроч­ные выбо­ры пре­зи­ден­та Казахстана.

Поез­дить по местам не столь отда­лен­ным выра­зил жела­ние мажи­лис­мен Ирак Еле­ке­ев, при­шед­ший в пар­ла­мент из сило­вых структур.

- Он дал сло­во, — вспо­ми­на­ли род­ствен­ни­цы заклю­чен­ных, — что раз­бе­рет­ся со всем на местах, объ­ек­тив­но, бес­при­страст­но и принципиально.

Выбо­ры про­шли, но поезд­ка «по зонам» все откла­ды­ва­лась. Нако­нец, спу­стя почти два меся­ца, депу­тат все-таки собрал­ся с духом и решил посе­тить Атба­сар, Гра­нит­ный и Коста­най. До послед­не­го пунк­та назна­че­ния депу­тат­ский кор­теж, прав­да, не дое­хал. Впро­чем, неиз­вест­но, кому из заклю­чен­ных повез­ло боль­ше, «отре­ви­зи­ро­ван­ным» или «неотре­ви­зи­ро­ван­ным».

Когда кор­теж при­е­хал в Атба­сар, к народ­но­му избран­ни­ку тут же устре­ми­лись люди с жало­ба­ми на изде­ва­тель­ства. Нет, не заклю­чен­ные, а их вполне сво­бод­ные род­ствен­ни­ки, вынуж­ден­ные по несколь­ку дней бук­валь­но жить в поме­ще­нии для ожи­да­ния в надеж­де попасть на сви­да­ние к осуж­ден­ным. (Воз­мож­ность запи­сать­ся зара­нее, в пред­ло­жен­ный гра­фик, здесь отсут­ству­ет.) При этом в «зале ожи­да­ния» нет эле­мен­тар­ных удобств вро­де туа­ле­тов. Но такие быто­вые про­бле­мы г‑на Еле­ке­е­ва осо­бо не заинтересовали.

Народ­ный избран­ник рвал­ся выслу­шать самих постра­дав­ших от про­из­во­ла осуж­ден­ных. Заклю­чен­ных было реше­но заслу­ши­вать в при­сут­ствии тех сотруд­ни­ков адми­ни­стра­ции, на кото­рых они жало­ва­лись. Кто вышел побе­ди­те­лем «очной став­ки», дога­дать­ся нетрудно.

- Я пере­дал депу­та­ту ряд жалоб от мате­рей, кото­рые не смог­ли при­е­хать лич­но, — рас­ска­зал Курам­шин, — а так­же спи­сок осуж­ден­ных, гото­вых сви­де­тель­ство­вать о жесто­ком обра­ще­нии. При этом я пояс­нил, что они все под­вер­га­ют­ся боль­шо­му рис­ку и будут откро­вен­ни­чать с депу­та­том лишь наедине, если пове­рят ему. Три с лиш­ним часа боль­шая деле­га­ция была на зоне. По выхо­де Ирак Касы­мо­вич, доволь­но улы­ба­ясь, объ­явил, что все им опро­шен­ные отри­ца­ют изло­жен­ное в жало­бах. Лишь один заклю­чен­ный, Мак­сим Соко­лов (полу­чив­ший на зоне пере­лом позво­ноч­ни­ка — авт.), под­твер­дил фак­ты пыток.

Весе­лое настро­е­ние депу­та­та обна­де­жен­ным мате­рям пока­за­лось неумест­ным. О том, как вел­ся раз­го­вор с депу­та­том, заклю­чен­ные суме­ли рас­ска­зать род­ным на после­ду­ю­щих крат­ко­сроч­ных свиданиях.

- Заклю­чен­но­го Ере­мен­ко вызва­ли в каби­нет, где в окру­же­нии всей сви­ты ему рез­ко депу­тат задал вопрос, под­твер­жда­ет он дово­ды мате­ри или нет, — рас­ска­зал жур­на­ли­стам пра­во­за­щит­ник. — Он лако­нич­но отве­тил, что да. Тогда его заста­ви­ли раз­деть­ся и, не уви­дев сле­дов побо­ев, о кото­рых гово­ри­лось в заяв­ле­нии мате­ри (она виде­ла их в момент посе­ще­ния Дмит­рия пол­го­да (!) назад — авт.), Ере­мен­ко выста­ви­ли за дверь. Встре­ча депу­та­та с заклю­чен­ным не дли­лась и двух минут.

В коло­нии посел­ка Гра­нит­ный депу­та­та ата­ко­ва­ли пись­ма­ми. С пол­сот­ни чело­век жало­ва­лись Еле­ке­е­ву на гру­бое обра­ще­ние, отвра­ти­тель­ное пита­ние, отсут­ствие необ­хо­ди­мо­го меди­цин­ско­го обес­пе­че­ния. Одна­ко узнать о сде­лан­ных пар­ла­мен­та­ри­ем выво­дах род­ствен­ни­кам заклю­чен­ных не удалось.

- К момен­ту, когда вся деле­га­ция вышла из коло­нии, туда подъ­е­ха­ли мате­ри осуж­ден­ных, — про­дол­жил повест­во­ва­ние Курам­шин. — Воз­му­ще­нию жен­щин не было пре­де­ла, когда Еле­ке­ев со сво­ей сви­той про­нес­ся мимо нас, ни на миг не оста­но­вив свой шикар­ный джип. Послед­ним кор­теж замы­кал авто­мо­биль началь­ни­ка коло­нии Жума­ба­е­ва.
Он цинич­но заявил род­ным: «При­еду поз­же, я поехал гостей про­во­жать!» Так что это было все-таки? Депу­тат ездил мони­то­рить ситу­а­цию или про­сто погостить?

Вести из мерт­вой зоны

31 мая род­ствен­ни­ки заклю­чен­ных вновь при­е­ха­ли к офи­су НДП «Нур Отан». Теперь уже с жало­ба­ми на дей­ствия депу­та­та Елекеева.

- У нас боль­ше вари­ан­тов нет, — вздох­ну­ла сест­ра заклю­чен­но­го Лей­ла Сей­сем­ба­е­ва. — Или добить­ся сво­е­го, или наши мужья, бра­тья и дети ста­нут калеками.

У каж­дой из при­сут­ству­ю­щих здесь жен­щин свое горе. Мужа Гаухар Ибра­ги­мо­вой обви­ни­ли в орга­ни­за­ции бес­по­ряд­ков в коло­нии и жесто­ко изби­ли. (Тот факт, что в момент бес­по­ряд­ков заклю­чен­ный нахо­дил­ся на дли­тель­ном сви­да­нии и ниче­го орга­ни­зо­вы­вать физи­че­ски не мог, адми­ни­стра­цию не заин­те­ре­со­вал.) Когда жен­щи­на ста­ла писать жало­бы в раз­ные инстан­ции, угро­зы посы­па­лись уже в ее адрес. Жен­щи­на обра­тил­ся в поли­цию. Воз­ле зда­ния ДВД, куда она шла с оче­ред­ным заяв­ле­ни­ем, Гаухар сбил авто­мо­биль. Винов­ник ава­рии до сих пор не найден.

Гаухар пока­за­ла жур­на­ли­стам фото­сним­ки травм, нане­сен­ных ее мужу и его товарищам.

- А это над­пи­си на теле, — спо­кой­но ком­мен­ти­ро­ва­ла она фото. — Они пишут для того, что­бы, если их убьют, роди­те­ли поня­ли, кого винить — администрацию.

Над­пи­си сде­ла­ны на теле… брит­вен­ным лезвием.

Сына Гали­ны Соко­ло­вой Мак­си­ма сде­ла­ли инва­ли­дом — сло­ма­ли позво­ноч­ник. Куда она толь­ко не обра­ща­лась, а в ответ полу­ча­ла в луч­шем слу­чае отписки.

- А после при­ез­да г‑на Еле­ке­е­ва, кото­рый заин­те­ре­со­вал­ся бедой сына, адми­ни­стра­ция коло­нии дого­во­ри­лась до того, что заяви­ла ему, что эта трав­ма у Мак­си­ма с дет­ства! — Гали­на потря­са­ла меди­цин­ски­ми доку­мен­та­ми. — И гос­по­дин Еле­ке­ев в это поверил!

Муж Марии Заха­ро­вой Ста­ни­слав ранее тоже не жало­вал­ся на про­бле­мы с нога­ми. Теперь, по сло­вам супру­ги, он не может пере­дви­гать­ся без костылей.

- В коло­нии ему повре­ди­ли седа­лищ­ный нерв, — рас­ска­за­ла она. — Супруг поте­рял воз­мож­ность само­сто­я­тель­но ходить, у него пере­ста­ла дви­гать­ся пра­вая нога. Ему не ока­зы­ва­ли необ­хо­ди­мую меди­цин­скую помощь, так как там нет спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ных вра­чей-ней­ро­хи­рур­гов. Он напи­сал несколь­ко жалоб, но потом адми­ни­стра­ция заста­ви­ла его отка­зать­ся от сво­их писем. Если он сей­час не полу­чит лече­ния, мы потом не смо­жем его выле­чить! Но куда я ни обра­ща­лась, лече­ния так и не про­из­во­дит­ся, а те, кто его пока­ле­чил, тоже не понес­ли ника­кой ответственности!

У Най­ли Хай­рет­ди­но­вой в коло­нии нахо­дит­ся брат Наиль. После крат­ко­сроч­но­го сви­да­ния с бра­том Най­ля рас­ска­за­ла, что мно­гие заклю­чен­ные под­твер­ди­ли фак­ты пре­сле­до­ва­ния и жесто­ко­го обра­ще­ния. Но все, кто сви­де­тель­ство­вал про­тив адми­ни­стра­ции, попа­ли под прессинг.

- У них самая люби­мая пыт­ка — это рас­тяж­ка, мне брат рас­ска­зы­вал, — пове­да­ла она. — Лич­но он это про­шел. Рас­тя­ги­ва­ют чело­ве­ка, скот­чем ему рот зама­ты­ва­ют, наде­ва­ют шап­ку и бьют до полу­смер­ти. А после это­го его само­го отпра­ви­ли в изолятор.

А Лей­ла Сей­сем­ба­е­ва рас­ска­за­ла жур­на­ли­стам, что после визи­та Еле­ке­е­ва ситу­а­ция в коло­нии ста­ла толь­ко хуже:

- В тече­ние мое­го трех­днев­но­го сви­да­ния с бра­том его неод­но­крат­но вызы­вал к себе началь­ник опе­р­от­де­ла с прось­бой ото­звать жало­бы. После отка­за он начал угро­жать бра­ту, обе­щая ему «слад­кую жизнь» и про­чие нецен­зур­ные «пре­ле­сти» по окон­ча­нии сви­да­ния. Вызы­вал он и меня к себе на бесе­ду с прось­бой, что­бы я повли­я­ла на реше­ние бра­та, но и от меня он полу­чил отказ. После это­го мне при­гро­зи­ли рас­пра­вой над моим бра­том. Я боюсь, я не знаю, что там сей­час в коло­нии происходит…

Здесь депу­та­тов нет!

Визит в офис глав­ной пар­тии стра­ны начал­ся с тра­ди­ци­он­но­го тре­бо­ва­ния охран­ни­ков к жур­на­ли­стам не вести съем­ку, а к род­ствен­ни­кам осуж­ден­ных — подо­ждать сна­ру­жи, когда к ним кто-нибудь вый­дет. Род­ствен­ни­ки, одна­ко, про­яви­ли настой­чи­вость и заяви­ли, что не уйдут, пока не встре­тят­ся с депу­та­том Айгуль Соловьевой.


- Депу­та­ты сидят не здесь, они сидят в пар­ла­мен­те, — попы­тал­ся уре­зо­нить про­си­тель­ниц чело­век, пред­ста­вив­ший­ся кон­суль­тан­том из Коми­те­та пар­тий­но­го кон­тро­ля Сери­ком Толе­ута­ем, но его не услышали.

Когда жен­щи­ны уже реши­ли раз­бить на газоне воз­ле пар­тий­но­го офи­са палат­ку и жить там, пока веч­но заня­тые народ­ные избран­ни­ки не осво­бо­дят­ся, их все-таки допу­сти­ли на встре­чу с депу­та­том Соловьевой.

В ходе встре­чи кон­суль­тант выска­зы­вал раз­лич­ные идеи реше­ния про­блем. В част­но­сти, пред­ло­жил род­ствен­ни­цам осуж­ден­ных запи­сать угро­зы адми­ни­стра­ции в их адрес на дик­то­фон или сото­вый теле­фон. Жен­щи­ны встре­ти­ли это пред­ло­же­ние нерв­ным сме­хом — перед сви­да­ни­ем каж­дая из них под­вер­га­лась тща­тель­но­му досмот­ру, а в чис­ле «непоз­во­ли­тель­ных», под­вер­га­е­мых изъ­я­тию, пред­ме­тов ока­за­лись не толь­ко мобиль­ни­ки, но даже бума­га и авторучки.

- Нуж­но создать усло­вия для того, что­бы заклю­чен­ные нача­ли откро­вен­ни­чать, — поста­рал­ся объ­яс­нить Айгуль Соло­вье­вой пра­во­за­щит­ник Курамшин.

- Я была в коло­нии. Туда смыс­ла ходить в чем-то раз­би­рать­ся нет, — отве­ти­ла депу­тат. — Поче­му? Это невоз­мож­но. Даже если я депу­тат, они в целях без­опас­но­сти меня сопро­вож­да­ют. Понят­но, что они будут сто­ять рядом со мной.

Тем не менее мажи­лис­мен пообе­ща­ла доне­сти обра­ще­ния заклю­чен­ных до долж­ност­ных лиц. А жен­щи­ны, обре­тя новую надеж­ду, ушли восвояси.

See more here:
На казах­стан­ской зоне – как на войне

архивные статьи по теме

Казахстанцы, заявите о себе властям!

Казахстан остается государством Назарбаева

Editor

Про мавзолей и новые традиции