10 C
Астана
24 июня, 2021
Image default

Нам пытаются продать «ПРОТУХШУЮ ПИЩУ» в новой упаковке под видом «политических реформ»

Досым Сатпаев:

25 мая 2021 года пре­зи­дент Казах­ста­на Касым-Жомарт Тока­ев под­пи­сал поправ­ки в кон­сти­ту­ци­он­ное зако­но­да­тель­ство о выбо­рах, кото­ры­ми вво­дят­ся пря­мые выбо­ры сель­ских аки­мов, сни­жа­ет­ся порог для про­хож­де­ния поли­ти­че­ских пар­тий в мажи­лис с 7% до 5%, а в бюл­ле­те­нях для голо­со­ва­ния на выбо­рах всех уров­ней появит­ся гра­фа «Про­тив всех». 

Каза­лось бы, шаг вполне себе либе­раль­ный. На пер­вый взгляд. Но спо­соб­ны ли эти нов­ше­ства демо­кра­ти­зи­ро­вать выбор­ный про­цесс? Мож­но ли назвать их нача­лом реаль­ных реформ? И гото­вы ли казах­стан­ские вла­сти к рас­ши­ре­нию и углуб­ле­нию при­ня­тых поправок?

Об этом наш разговор с казахстанским политологом Досымом Сатпаевым.

– Досым, как вы оце­ни­ва­е­те послед­ние поправ­ки в выбор­ное законодательство?

– Давай­те исхо­дить из того, что любой поли­ти­че­ский про­цесс, и выбор­ный в том чис­ле, состо­ит из раз­ных эта­пов. То, что было нам пред­став­ле­но, это лишь кос­ме­ти­че­ские изме­не­ния. Нас пыта­ют­ся убе­дить в том, что сам выбор­ный про­цесс демо­кра­ти­зи­ро­вал­ся бла­го­да­ря выбо­рам аки­мов низо­во­го зве­на, сни­же­нию поро­га для про­хож­де­ния пар­тий в мажи­лис. Но при этом сле­ду­ю­щий важ­ный этап выбор­но­го про­цес­са, кото­рый свя­зан с кон­тро­лем за выбо­ра­ми, его про­зрач­но­стью и чест­но­стью, по сути, нигде не фигурирует.

Нам пред­ло­жи­ли толь­ко часть паз­ла, но объ­яви­ли его пол­но­цен­ной кар­ти­ной. Мне эти поправ­ки напо­ми­на­ют ситу­а­цию, когда в машине уста­нав­ли­ва­ют осве­жи­тель воз­ду­ха, а надо бы, при­чем дав­но, менять дви­га­тель, ходо­вую часть, а по боль­шо­му сче­ту, саму машину.

– Вы часто гово­ри­те, что дья­вол кро­ет­ся в дета­лях. Тогда, может, прой­дем­ся по пунк­там? Вот выбо­ры аки­мов – это раз­ве не позитив?

– В поправ­ках каса­е­мо этой нор­мы зало­же­ны сра­зу несколь­ко лову­шек. Для неза­ви­си­мых кан­ди­да­тов созда­ны искус­ствен­ные филь­тры, кото­рые сма­зы­ва­ют выбо­ры как тако­вые, сво­дя их в ито­ге к деко­ра­тив­ным процедурам.

Одна из таких лову­шек в том, что граж­да­нин, выдви­га­ю­щий свою кан­ди­да­ту­ру в аки­мы, дол­жен иметь как мини­мум год ста­жа рабо­ты на госу­дар­ствен­ной служ­бе. Подоб­ный пункт есть и в законе о выбо­рах пре­зи­ден­та, и его дав­но кри­ти­ку­ют, пото­му что им авто­ма­ти­че­ски огра­ни­чи­ва­ет­ся изби­ра­тель­ное пра­во тех граж­дан, кото­рые нико­гда не были гос­слу­жа­щи­ми. Выхо­дит, с точ­ки зре­ния госу­дар­ства, ту или иную изби­ра­е­мую долж­ность может зани­мать толь­ко чело­век, кото­рый рабо­тал в системе.

– Гово­рят, что так будет под­твер­ждать­ся нали­чие опы­та у претендента…

– В том и загвозд­ка: в нашей систе­ме факт нали­чия опы­та рабо­ты на гос­служ­бе отнюдь не гаран­ти­ру­ет про­фес­си­о­на­лизм кан­ди­да­та. Эпи­де­мия коро­на­ви­ру­са про­шло­го года нагляд­но пока­за­ла про­вал в рабо­те прак­ти­че­ски всех гос­струк­тур и чинов­ни­ков всех уров­ней, начи­ная от мини­стров и закан­чи­вая аки­ма­ми. И та же эпи­де­мия пока­за­ла, что граж­дан­ское обще­ство, волон­те­ры, руко­во­ди­те­ли НПО ока­за­лись более эффек­тив­ны­ми анти­кри­зис­ны­ми мене­дже­ра­ми, чем чиновники.

Поэто­му я думаю, что пункт об обя­за­тель­ном нали­чии опы­та рабо­ты в гос­струк­ту­рах у кан­ди­да­та в аки­мы явля­ет­ся важ­ным филь­тром для вла­сти, что­бы с его помо­щью отсе­кать еще на пер­во­на­чаль­ном эта­пе выбор­но­го про­цес­са «тем­ных лоша­док» и неудоб­ных кан­ди­да­тов. К тому же сам факт нахож­де­ния чело­ве­ка на гос­служ­бе явля­ет­ся опре­де­лен­ным «крюч­ком», на кото­рый его мож­но под­це­пить при необ­хо­ди­мо­сти, пото­му что при опре­де­лен­ных усло­ви­ях и жела­нии мож­но будет най­ти какой-ника­кой ком­про­мат и рыча­ги дав­ле­ния. Что скры­вать, уча­стие в рабо­те бюро­кра­ти­че­ско­го аппа­ра­та в Казах­стане часто сопря­же­но с рис­ка­ми: если чинов­ник даже не участ­во­вал напря­мую в откро­вен­но кор­руп­ци­он­ных тело­дви­же­ни­ях, все­гда ему мож­но «при­шить» те или иные нару­ше­ния, пусть и незначительные.

Это мы, кста­ти, хоро­шо видим, когда любо­му, кто когда-то зани­мал ту или иную госу­дар­ствен­ную долж­ность, а затем ухо­дил в оппо­зи­цию либо начи­нал зани­мать­ся актив­ной граж­дан­ской дея­тель­но­стью, власть момен­таль­но вспо­ми­на­ла преж­ние гре­хи и нахо­ди­ла на него ком­про­мат, хотя пока он рабо­тал внут­ри систе­мы, об этом никто не говорил.

Еще один важ­ный фильтр свя­зан с тем, что кан­ди­да­ты в аки­мы могут выдви­гать­ся по пар­тий­ным спис­кам. И все пони­ма­ют, что в суще­ству­ю­щей систе­ме при­о­ри­тет будет отда­вать­ся чле­нам пар­тии Nur Otan и дру­гим, что вхо­дят в пар­ла­мент, так как они явля­ют­ся про­власт­ны­ми и частью систе­мы, кото­рая эти поправ­ки реализует.

Опять же мож­но гово­рить о нару­ше­нии изби­ра­тель­ных прав, пото­му что появ­ля­ет­ся барьер для бес­пар­тий­ных. Полу­ча­ет­ся, если чело­век бес­пар­тий­ный, у него нет ста­жа на гос­служ­бе, но он хоро­ший биз­нес­мен или руко­во­ди­тель НПО, талант­ли­вый управ­ле­нец с точ­ки зре­ния реа­ли­за­ции раз­лич­ных про­ек­тов, то он все рав­но отсе­ка­ет­ся от пра­ва быть избран­ным в акимы.

Кро­ме того, в поправ­ках есть еще один момент – при опре­де­лен­ных усло­ви­ях кан­ди­да­та в аки­мы может пред­ла­гать выше­сто­я­щий аким. Это абсурд. Аким, кото­рый не был избран, участ­вуя в про­цес­се выбо­ров аки­ма, будет выдви­гать людей, кото­рые соот­вет­ству­ют его пред­став­ле­нию о том, кто дол­жен быть избран. А тогда какой смысл горо­дить этот выбор­ный огород?

Здесь мы под­хо­дим к дру­го­му очень важ­но­му момен­ту – бюд­жет­ной децен­тра­ли­за­ции. Хоро­шо, аки­ма рай­о­на выбра­ли, и даже попал­ся чело­век вполне рабо­то­спо­соб­ный. Но как он будет выстра­и­вать отно­ше­ния с выше­сто­я­щей вет­вью испол­ни­тель­ной вла­сти, в част­но­сти, с област­ным аки­мом? Област­ной аким в любом слу­чае будет доми­ни­ро­вать путем если не пря­мо­го, то кос­вен­но­го вме­ша­тель­ства в дей­ствия выбран­но­го акима.

В таких усло­ви­ях какой бюд­жет будет иметь аким рай­о­на? Ско­рее все­го, фор­ми­ру­е­мый по оста­точ­но­му прин­ци­пу. И за кем будет послед­нее сло­во при реа­ли­за­ции тех или иных – пусть локаль­ных и неболь­ших – бюд­жет­ных про­ек­тов? За выбран­ным аки­мом? За мест­ным сооб­ще­ством? За выше­сто­я­щим аки­мом? Тут мно­го непонятного.

– В новей­шей исто­рии Казах­ста­на уже были попыт­ки вве­сти выбор­ность аки­мов. Пер­вый экс­пе­ри­мент на уровне посел­ка был в 1999 году, затем в 2005 году – на уровне сель­ских рай­о­нов. Сей­час пре­зи­дент Тока­ев гово­рит, что «если новая систе­ма пока­жет свою эффек­тив­ность, то мы будем изби­рать аки­мов более высо­ко­го уров­ня». То есть мы экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ли 20 лет назад и опять экс­пе­ри­мен­ти­ру­ем сего­дня. Нам власть когда-нибудь рас­ска­жет об ито­гах про­шлых экс­пе­ри­мен­тов? И будут ли у нас выбо­ры аки­мов горо­дов и областей?

– Рас­ска­зы про экс­пе­ри­мен­ты напо­ми­на­ют мне одну из исто­рий о похож­де­ни­ях Ход­жи Насред­ди­на. Помни­те: либо осел сдох­нет, либо пади­шах умрет. То есть мож­но гово­рить все, что угод­но, но не факт, что это когда-нибудь будет реа­ли­зо­ва­но. Обще­ство уже забы­ло, что у нас когда-то были выбо­ры аки­мов низо­во­го зве­на, и сей­час власть пода­ет это как некий апгрейд.

При этом я хочу напом­нить, что деба­ты о выбор­но­сти аки­мов более высо­ко­го уров­ня идут дав­но, и если бы было жела­ние вве­сти это нов­ше­ство, то за трид­цать лет неза­ви­си­мо­сти была бы сфор­ми­ро­ва­на для это­го и зако­но­да­тель­ная, и поли­ти­че­ская база. Одна­ко все упи­ра­ет­ся в поли­ти­че­скую моно­по­лию, кото­рую центр не хочет терять.

Любой выбор­ный про­цесс, осо­бен­но на уровне обла­стей и горо­дов рес­пуб­ли­кан­ско­го зна­че­ния, момен­таль­но вызы­ва­ет тре­во­гу поте­рять кон­троль. Ведь могут появить­ся силь­ные поли­ти­ки, кото­рые полу­чат ман­дат дове­рия не свер­ху, не за день­ги, а сни­зу, от изби­ра­те­лей. Но сего­дняш­няя власть не хочет, что­бы у нее появи­лась кон­ку­рен­ция со сто­ро­ны неза­ви­си­мо­го ман­да­та доверия.

Поэто­му все эти раз­го­во­ры, что после выбо­ров аки­мов рай­о­нов у нас будут выбо­ры аки­мов более высо­ко­го ран­га, – про­сто сло­ва, обе­ща­ния, при­зван­ные сни­зить соци­аль­ную напря­жен­ность. Это как в Совет­ском Сою­зе: обе­ща­ние свет­ло­го буду­ще­го без обе­ща­ний, что по пути к нему будут кормить.

Что­бы выбо­ры аки­мов горо­дов и обла­стей ста­ли реаль­но­стью, нуж­ны поли­ти­че­ская воля и кар­ди­наль­ное изме­не­ние поли­ти­че­ской систе­мы. Гото­ва ли власть на это пой­ти? Не уверен.

– Мно­гие наши граж­дане жда­ли появ­ле­ния в изби­ра­тель­ном бюл­ле­тене гра­фы «Про­тив всех». Нас услы­ша­ли. Кажет­ся, демо­кра­ти­за­ция – нали­цо. Но нет ли и тут под­вод­ных камней?

– А у меня воз­ни­ка­ет сра­зу резон­ный вопрос: поче­му эта ини­ци­а­ти­ва, рав­но как и сни­же­ние про­ход­но­го барье­ра для пар­тий с 7% до 5%, была реа­ли­зо­ва­на после выбо­ров в мажи­лис и мас­ли­ха­ты, про­шед­шие 10 янва­ря теку­ще­го года? У гос­по­ди­на Тока­е­ва было доста­точ­но вре­ме­ни, что­бы озву­чить ее в 2019–2020 годах. Но это про­изо­шло после выборов.

– И поче­му, на ваш взгляд?

– Мне пред­став­ля­ет­ся, что обе эти поправ­ки носят полит­тех­но­ло­ги­че­ский харак­тер, что­бы сни­зить соци­аль­ную напря­жен­ность, пока­зать: вы про­си­ли – мы сде­ла­ли. При этом нас застав­ля­ют ждать оче­ред­ных пар­ла­мент­ских выбо­ров, а за это вре­мя вся­кое может произойти.

К тому же закра­ды­ва­ет­ся мысль о том, что, воз­мож­но, в эти поправ­ки зало­же­на дол­го­сроч­ная поли­ти­че­ская цель, кото­рую пре­сле­ду­ет Тока­ев. Вдруг он дума­ет, что когда будут про­во­дить­ся сле­ду­ю­щие пар­ла­мент­ские выбо­ры, а он еще будет пре­зи­ден­том, то эти поправ­ки помо­гут раз­ру­шить моно­по­лию пар­тии Nur Otan.

– Как?

– Через созда­ние и выдви­же­ние сво­их поли­ти­че­ских пар­тий и исполь­зо­ва­ния гра­фы «Про­тив всех» непо­сред­ствен­но про­тив Nur Otan, если эта пар­тия после ухо­да Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва с поли­ти­че­ской аре­ны вдруг захо­чет играть само­сто­я­тель­ную роль. То есть эти две поправ­ки, воз­мож­но, свое­об­раз­ный задел на буду­щее, инстру­мен­ты Тока­е­ва, что­бы сфор­ми­ро­вать свое поли­ти­че­ское поле. Но это, повто­рюсь, мое чисто гипо­те­ти­че­ское предположение.

А если гово­рить о теку­щем момен­те, то появ­ле­ние гра­фы «Про­тив всех» не реша­ет ника­ких про­блем. Я согла­сен с мне­ни­ем моих кол­лег, кото­рые заяви­ли, что в законе нуж­но чет­ко про­пи­сы­вать коли­че­ство голо­сов, при кото­ром выбо­ры долж­ны при­зна­вать­ся несостоявшимися.

У нас же выбо­ры счи­та­ют­ся состо­яв­ши­ми­ся при любом коли­че­стве явив­ших­ся изби­ра­те­лей. И гра­фа «Про­тив всех» в этой ситу­а­ции не игра­ет роли. Эту поправ­ку необ­хо­ди­мо тех­ни­че­ски про­ра­ба­ты­вать. Но дис­кус­сии о коли­че­стве изби­ра­те­лей, при кото­рых выбо­ры объ­яв­ля­ют­ся несо­сто­яв­ши­ми­ся, не было.

И еще. Гра­фа «Про­тив всех» – это одна из форм про­тестно­го голо­со­ва­ния, но она эффек­тив­но рабо­та­ет, когда есть допол­ни­тель­ные меха­низ­мы кон­тро­ля за выбор­ным про­цес­сом. Я гово­рю о демо­кра­ти­за­ции изби­ра­тель­ных комис­сий. В Казах­стане комис­сии всех уров­ней в сово­куп­но­сти, вклю­чая ЦИК, – боле­вая точ­ка изби­ра­тель­но­го про­цес­са, «чер­ный ящик», кото­рый пло­хо кон­тро­ли­ру­ет­ся, и его изме­не­ния не затронули.

В свя­зи с кон­тро­лем за выбо­ра­ми я бы хотел кос­нуть­ся еще одно­го момен­та – в Казах­стане вве­ден запрет на про­ве­де­ние неза­ви­си­мых социо­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний, свя­зан­ных с выбор­ным про­цес­сом, это нагляд­но было вид­но во вре­мя послед­них пар­ла­мент­ских выборов.

Пре­зи­дент­ские выбо­ры 2019 года, когда эти иссле­до­ва­ния еще не нахо­ди­лись под тоталь­ным запре­том, напу­га­ли власть: когда к про­цес­су наблю­де­ния под­клю­ча­ют­ся дей­стви­тель­но неза­ви­си­мые силы – сце­на­рий, напи­сан­ный вла­стью, начи­на­ет рушить­ся, воз­ни­ка­ет мно­го раз­ных поли­ти­че­ских экс­цес­сов, аль­тер­на­тив­ных цифр, сни­жа­ет­ся леги­тим­ность выбо­ров, что вла­сти невыгодно.

И запрет этот в рам­ках рефор­ми­ро­ва­ния зако­но­да­тель­ства нико­им обра­зом не отме­ни­ли, а это, по сути, допол­ни­тель­ный «крас­ный фла­жок» на пути к оцен­ке леги­тим­но­сти выбо­ров. Плюс к это­му у нас дей­ству­ет запрет на про­ве­де­ние экзит-полов, и это еще один пока­за­тель того, что власть ника­ких серьез­ных изме­не­ний вно­сить не хочет.

– Сни­же­ние поро­га для пар­тий для про­хож­де­ния в мажи­лис с 7% до 5%, будь оно реа­ли­зо­ва­но на про­шед­ших выбо­рах, поз­во­ли­ло бы прой­ти в пар­ла­мент пар­тии «Ауыл», она набра­ла 5,29% голо­сов. Четы­ре пар­тии в зако­но­да­тель­ном органе – это луч­ше, чем три?

– Этот порог мож­но сни­зить и до 1%, но когда сам про­цесс реги­стра­ции поли­ти­че­ских пар­тий жест­ко регу­ли­ру­ет­ся, а власть про­дол­жа­ет созда­вать аффи­ли­ро­ван­ные пар­тий­ные струк­ту­ры, то этот порог не игра­ет роли.

Глав­ная про­бле­ма заклю­ча­ет­ся в инсти­ту­ци­о­на­ли­за­ции неза­ви­си­мых от вла­сти поли­ти­че­ских струк­тур. Даже послед­ние изме­не­ния в закон «О поли­ти­че­ских пар­ти­ях», кото­ры­ми сни­зи­ли порог потен­ци­аль­ной чис­лен­но­сти пар­тий для ее реги­стра­ции с 40 000 до 20 000 чело­век, – это что мерт­во­му припарка.

Эти изме­не­ния не ожи­ви­ли пар­тий­ное поле Казах­ста­на, что нагляд­но пока­за­ли про­шед­шие пар­ла­мент­ские выбо­ры: в них участ­во­ва­ли те же пар­тии, что и ранее, моно­по­лию сохра­ни­ла Nur Otan. Мы, по сути, наблю­да­ли «день сурка».

– Выхо­дит, все новые поправ­ки в зако­но­да­тель­ство – пшик?

– Повто­рюсь: выбор­ный про­цесс состо­ит из несколь­ких эта­пов, и если вы дела­е­те один этап полу­де­мо­кра­ти­че­ским, а дру­гой остав­ля­е­те анти­де­мо­кра­ти­че­ским, то эта схе­ма рабо­тать не будет. Что мы и наблю­да­ем: ска­за­ли «а», но не ска­за­ли «б», про­ве­ли некие кос­ме­ти­че­ские изме­не­ния, но при этом не внес­ли систем­ных изменений.

Эти поправ­ки не убе­дят трез­во­мыс­ля­щих людей в том, что в стране идут демо­кра­ти­че­ские пре­об­ра­зо­ва­ния. Они не убе­дят и миро­вое сооб­ще­ство: фев­раль­ская жест­кая резо­лю­ция Евро­пар­ла­мен­та по Казах­ста­ну чет­ко ука­за­ла, что в ЕС не верят в про­ве­де­ние в Казах­стане реаль­ных демо­кра­ти­че­ских реформ. Это «двой­ка», кото­рую поста­ви­ли рабо­те Наци­о­наль­но­го сове­та обще­ствен­но­го дове­рия, той груп­пе, кото­рая зани­ма­лась поли­ти­че­ски­ми изменениями.

Еще раз под­черк­ну: лич­но я, если гово­рить о поли­ти­че­ском про­цес­се, не уви­дел ни одно­го серьез­но­го шага в сто­ро­ну поли­ти­че­ских реформ, зато уви­дел боль­шое коли­че­ство поли­ти­че­ских тех­но­ло­гий: попыт­ку подать в новой упа­ков­ке под назва­ни­ем «поли­ти­че­ские рефор­мы» ста­рую заплес­не­ве­лую пищу, убеж­дая всех, что она све­жая, вкус­ная и полезная.

И заяв­ле­ния вла­стей в духе «давай­те нач­нем с это­го, а в буду­щем перей­дем на более высо­кий уро­вень» вызы­ва­ют толь­ко разо­ча­ро­ва­ние хотя бы пото­му, что то же самое гово­ри­лось и в 2019 году. Вспом­ни­те: обе­ща­лись кар­ди­наль­ные изме­не­ния в закон о про­ве­де­нии мир­ных митин­гов, супер­де­мо­кра­ти­че­ские изме­не­ния в закон о поли­ти­че­ских пар­ти­ях. А в ито­ге гора роди­ла мышь.

После обе­ща­ний 2019 года и изме­не­ний в 2020–2021 годах мно­гие в Казах­стане очень скеп­ти­че­ски отно­сят­ся к любым обе­ща­ни­ям по пово­ду буду­щих поли­ти­че­ских реформ. Власть еще боль­ше подо­рва­ла дове­рие к себе, и это серьез­ная для нее проблема.

– Спа­си­бо за подроб­ный разговор!

Вла­ди­мир РАДИОНОВ

Kz.media

Источ­ник: https://datnews.info/

архивные статьи по теме

Аблязова в Украине могут похитить

Элитная недвижимость Анар Айтжановой

Editor

Казахский бард под следствием по делу о «возбуждении розни»

Editor