15 C
Астана
28 июля, 2021
Image default

«Ландромат»-Кто и как вывел из России почти 20 млрд долларов. Совместный проект «Новой газеты» и международной организации журналистов-расследователей (OCCRP)

Мы назва­ли это «ланд­ро­ма­том» — круп­ней­шую в исто­рии СНГ опе­ра­цию по отмы­ва­нию пре­ступ­ных дохо­дов, зафик­си­ро­ван­ную пра­во­охра­ни­тель­ны­ми орга­на­ми Мол­до­вы, Рос­сии и стран Балтии.

«Ланд­ро­мат» дей­ство­вал на про­тя­же­нии послед­них четы­рех лет и поз­во­лял мошен­ни­кам, исполь­зо­вав­шим одну и ту же схе­му, отмы­вать день­ги в про­мыш­лен­ных мас­шта­бах — таких, что пре­вы­ша­ют ВВП мно­гих стран мира. В этой схе­ме участ­во­ва­ли: десят­ки рос­сий­ских бан­ков, а так­же бан­ки Мол­до­вы и Лат­вии; мол­дав­ские судьи и судеб­ные при­ста­вы; нищие номи­наль­ные дирек­то­ра из укра­ин­ских дере­вень; и такие же номи­наль­ные управ­ля­ю­щие с кро­шеч­ных ост­ро­вов Кариб­ско­го бас­сей­на. Эти опе­ра­ции про­во­ди­лись на тер­ри­то­рии несколь­ких стран, но един­ствен­ной постра­дав­шей мож­но счи­тать Рос­сию: день­ги, выве­ден­ные в тене­вой финан­со­вый сек­тор, судя по все­му, име­ли имен­но рос­сий­ское про­ис­хож­де­ние — с них не были запла­че­ны нало­ги, и боль­шая их часть вряд ли когда-то вер­нет­ся обрат­но. Все­го за несколь­ко лет через «ланд­ро­мат» из нашей стра­ны было выве­де­но око­ло 20 млрд дол­ла­ров — при­мер­но столь­ко же пра­ви­тель­ство Рос­сии пла­ни­ру­ет сего­дня потра­тить на раз­ви­тие Крыма.

Мы нача­ли это рас­сле­до­ва­ние око­ло года назад, когда мол­дав­ские кол­ле­ги из OCCRP обра­ти­ли вни­ма­ние на необыч­ные судеб­ные при­ка­зы, при­ни­ма­е­мые судья­ми из раз­ных реги­о­нов Мол­до­вы. Эти при­ка­зы обя­зы­ва­ли рос­сий­ские фир­мы выпла­тить огром­ные сум­мы (дохо­див­шие до 800 млн дол­ла­ров) офшор­ным ком­па­ни­ям. Даже бег­лое изу­че­ние этих при­ка­зов не остав­ля­ло сомне­ний — речь идет о каком-то мошен­ни­че­стве: рос­сий­ские фир­мы име­ли при­зна­ки одно­дне­вок и были заре­ги­стри­ро­ва­ны на граж­дан Мол­до­вы и Укра­и­ны из малень­ких отда­лен­ных сел; у офшор­ных ком­па­ний отсут­ство­ва­ли акти­вы, а обо­ро­ты рав­ня­лись нулю, то есть офи­ци­аль­но они не вели ника­кой хозяй­ствен­ной дея­тель­но­сти. И несмот­ря на все это, мол­дав­ские судьи штам­по­ва­ли судеб­ные при­ка­зы на сот­ни мил­ли­о­нов дол­ла­ров в поль­зу ист­цов, и при пол­ном согла­сии ответчиков.

На тот момент мы не пони­ма­ли истин­ный смысл этих при­ка­зов и сомне­ва­лись в том, что на их осно­ва­нии в реаль­но­сти пла­ти­лись какие-то день­ги. Одна­ко вре­мя шло, догад­ки оста­ва­лись догад­ка­ми, а при­ка­зы про­дол­жа­ли штам­по­вать­ся, дове­дя общий, заме­чен­ный толь­ко нами, денеж­ный объ­ем до несколь­ких мил­ли­ар­дов долларов.

И вот несколь­ко меся­цев назад появи­лась раз­гад­ка: пред­ста­ви­тель Выс­шей судеб­ной пала­ты Мол­до­вы объ­явил, что обна­ру­жен­ные нами при­ка­зы выно­си­лись неза­кон­но и слу­жи­ли при­кры­ти­ем для мас­штаб­но­го отмы­ва­ния денег, выве­ден­ных из Рос­сии. По это­му пово­ду в Мол­до­ве было воз­буж­де­но уго­лов­ное дело, и нам пона­до­би­лось неко­то­рое вре­мя, что­бы полу­чить доступ к его мате­ри­а­лам. И толь­ко когда мы уви­де­ли доку­мен­ты, стал оче­ви­ден весь смысл этих опе­ра­ций и их масштаб.

Как рабо­тал «ланд­ро­мат»

Мы иссле­до­ва­ли око­ло 10 судеб­ных дел — все они, по сути, иден­тич­ны, раз­ли­ча­ют­ся толь­ко назва­ния зару­беж­ных и рос­сий­ских ком­па­ний, име­на мол­дав­ских жите­лей, а так­же сум­мы иско­вых тре­бо­ва­ний. Схе­ма рабо­та­ла сле­ду­ю­щим образом.

Две зару­беж­ные ком­па­нии (как пра­ви­ло, из Вели­ко­бри­та­нии) яко­бы заклю­ча­ли дого­вор зай­ма на сот­ни мил­ли­о­нов дол­ла­ров. При этом эти ком­па­нии не име­ли ника­ких акти­вов и, судя по доку­мен­там, не вели ника­кой реаль­ной деятельности.

Пору­чи­те­ля­ми по этим фик­тив­ным дого­во­рам высту­па­ли рос­сий­ские фир­мы и жите­ли Мол­до­вы, как пра­ви­ло, из дале­ких сел. Для чего нуж­ны были мол­дав­ские бед­ня­ки? Все про­сто — они поз­во­ля­ли мошен­ни­кам исполь­зо­вать юрис­дик­цию Молдовы.

Когда при­хо­ди­ло вре­мя пла­тить по фик­тив­ным, суще­ству­ю­щим толь­ко на бума­ге дол­гам, бри­тан­ская ком­па­ния обра­ща­лась в мол­дав­ский суд с иском к сво­е­му долж­ни­ку, рос­сий­ским одно­днев­кам и граж­да­ни­ну Мол­до­вы. Ответ­чи­ки пол­но­стью при­зна­ва­ли иско­вые тре­бо­ва­ния на 500–800 млн долларов.

Мол­дав­ские судьи выно­си­ли судеб­ные при­ка­зы о взыс­ка­нии задол­жен­но­сти. Эти при­ка­зы пере­да­ва­лись судеб­ным при­ста­вам. При­ста­вы откры­ва­ли сче­та в бан­ке из Киши­не­ва — Moldindconbank. В этом же бан­ке были откры­ты кор­с­че­та рос­сий­ских бан­ков, участ­во­вав­ших в выво­де денеж­ных средств.

На осно­ва­нии судеб­ных при­ка­зов рос­сий­ские фир­мы («пору­чи­те­ли по зай­мам») пере­во­ди­ли мил­ли­ар­ды руб­лей в Moldindconbank на сче­та при­ста­вов. На сче­тах при­ста­вов день­ги дол­го не задер­жи­ва­лись: в тот же день или на сле­ду­ю­щий они кон­вер­ти­ро­ва­лись в ино­стран­ные валю­ты и зачис­ля­лись на сче­та зару­беж­ных ком­па­ний в лат­вий­ском Trasta Komercbanka.

Все­го в этой схе­ме участ­во­ва­ли 19 бан­ков и око­ло сот­ни фирм из Рос­сии, а так­же более 20 мол­дав­ских судей. За три года они при­ня­ли более 50 судеб­ных при­ка­зов, лега­ли­зо­вав­ших пла­те­жи из Рос­сии на 18,5 млрд дол­ла­ров. Все день­ги про­шли тран­зи­том через Мол­до­ву (ВВП этой рес­пуб­ли­ки в 2013 году был мень­ше 8,5 млрд долларов).

Выс­ший совет маги­стра­ту­ры (над­зи­ра­ет за дея­тель­но­стью мол­дав­ских судей) при­знал, что реше­ния выно­си­лись неза­кон­но, на осно­ва­нии сомни­тель­ных и неза­ве­рен­ных копий документов.

Мы пого­во­ри­ли с одним из судей — Вале­ри­ем Гыш­кэ, кото­рый вынес 5 при­ка­зов на почти 2,1 млрд дол­ла­ров. 18 декаб­ря 2012 года Гыш­кэ (адво­кат сего­дня) выпу­стил свой послед­ний при­каз о взыс­ка­нии 500 млн дол­ла­ров с рос­сий­ских фирм в поль­зу зару­беж­ной ком­па­нии, а через три дня он уво­лил­ся из судеб­ной системы.

«Мои реше­ния никак не повли­я­ли на инте­ре­сы госу­дар­ства или мол­дав­ской финан­со­вой систе­мы, — гово­рит Гыш­кэ, с кото­рым мы встре­ти­лись на пар­ков­ке воз­ле зда­ния пра­ви­тель­ства Мол­до­вы. — Ни одна финан­со­вая орга­ни­за­ция или банк Мол­до­вы не были вовле­че­ны в судеб­ные про­цес­сы. Толь­ко граж­да­нин Мол­до­вы был сто­ро­ной в этих про­цес­сах, а все ком­па­нии были иностранными.

Когда я судил, я сле­до­вал зако­ну. Каж­дый раз чело­век из Киши­не­ва пере­да­вал мне ком­плек­ты доку­мен­тов, из кото­рых сле­до­ва­ло, что сто­ро­ны не име­ли ника­ких воз­ра­же­ний. Эти доку­мен­ты были заве­ре­ны самым над­ле­жа­щим обра­зом. Ни одно реше­ние не было отме­не­но, и я счи­таю их пра­виль­ны­ми. День­ги во всех слу­ча­ях шли из Рос­сии, а затем ухо­ди­ли в зару­беж­ные стра­ны. Если кто-то отмы­вал эти день­ги и исполь­зо­вал нас (судей), то пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны Мол­до­вы долж­ны дока­зать это. Я поня­тия не имею, кто мог за этим сто­ять, и не знал, что дру­гие мол­дав­ские судьи выно­си­ли такие же решения».

Мы так­же попы­та­лись свя­зать­ся с судеб­ным при­ста­вом Свет­ла­ной Мок­ан: она испол­ня­ла судеб­ные при­ка­зы, и через ее счет про­шло почти 17 млрд дол­ла­ров, отмы­тых через «ланд­ро­мат». Мок­ан отка­за­лась встре­чать­ся и отве­чать на наши вопро­сы. Она лишь сооб­щи­ла по теле­фо­ну: «Я не имею пра­ва делить­ся с вами инфор­ма­ци­ей. Я вам ниче­го не скажу».

Васи­лий Шар­ко, началь­ник Служ­бы по борь­бе с отмы­ва­ни­ем денег Мол­до­вы, сооб­щил нам, что рас­сле­до­ва­ние это­го дела нача­лось в декаб­ре про­шло­го года. «Мно­гие судьи и при­ста­вы могут отпра­вить­ся в тюрь­му», — заве­рил нас Шар­ко. «Реше­ния выно­си­лись судья­ми толь­ко на осно­ва­нии копий доку­мен­тов. Сей­час мы рас­сле­ду­ем три уго­лов­ных дела по это­му пово­ду, еще два будут вско­ре воз­буж­де­ны. Два уго­лов­ных дела были так­же откры­ты в Лат­вии и Эсто­нии. Сей­час один из судеб­ных при­ста­вов нахо­дит­ся под под­пис­кой о невы­ез­де, вто­рой был в мар­те аре­сто­ван», — гово­рит Шарко.

Опро­шен­ные нами участ­ни­ки бан­ков­ско­го рын­ка пояс­ни­ли, что какой бы слож­ной и мас­штаб­ной ни каза­лась эта схе­ма, на самом деле она пред­став­ля­ет собой все­го лишь усо­вер­шен­ство­ван­ный вид «кон­вер­та» — так на слен­ге бан­ки­ров назы­ва­ет­ся кон­вер­та­ция денег из одной валю­ты в другую.

«Суще­ству­ют две основ­ные неза­кон­ные бан­ков­ские услу­ги — «обна­лич­ка» и «кон­вер­та­ция». В пер­вом слу­чае кли­ент совер­ша­ет элек­трон­ные пла­те­жи в адрес «обналь­щи­ка», а вза­мен полу­ча­ет налич­ные сред­ства на тер­ри­то­рии Рос­сии, за выче­том комис­сии. Во вто­ром — кли­ент может при­не­сти «обналь­щи­ку» налич­ные сред­ства или сде­лать элек­трон­ные пла­те­жи в руб­лях, а вза­мен полу­ча­ет сред­ства в ино­стран­ной валю­те в зару­беж­ном бан­ке», — объ­яс­ня­ет Сер­гей Лес­ни­чий, дирек­тор Цен­тра финан­со­вых рас­сле­до­ва­ний при Финан­со­вом уни­вер­си­те­те при Пра­ви­тель­стве РФ, быв­ший офи­цер бан­ков­ско­го отде­ла Управ­ле­ния «К» ФСБ.

В тео­рии все про­сто. Тогда для чего пона­до­би­лись такие слож­но­сти — сума­сшед­шие зай­мы, нищие пору­чи­те­ли, суды, приставы?

Стан­дарт­ной все­гда счи­та­лась схе­ма, когда день­ги выво­ди­лись из Рос­сии за рубеж под постав­ки несу­ще­ству­ю­щих това­ров. Но у схем фик­тив­но­го импор­та был один суще­ствен­ный недо­ста­ток: они при жела­нии лег­ко обна­ру­жи­ва­лись, когда выяс­ня­лось, что товар физи­че­ски не пере­се­кал гра­ни­цу, объ­яс­ни­ли нам несколь­ко «обналь­щи­ков» из Москвы.

И вот в какой-то момент кому-то на рын­ке тене­вых финан­со­вых услуг, види­мо, и при­шла в голо­ву идея: нет более надеж­но­го и закон­но­го при­кры­тия для выво­да денег за рубеж, чем реше­ние суда о взыс­ка­нии задол­жен­но­сти. Как нам объ­яс­ни­ли несколь­ко бан­ки­ров, выбор Мол­до­вы в каче­стве тран­зит­ной тер­ри­то­рии для денеж­ных пото­ков тоже неслу­ча­ен. Преж­де все­го пото­му, что меж­ду бан­ки­ра­ми Мол­до­вы и Рос­сии дав­но нала­же­ны хоро­шие парт­нер­ские отно­ше­ния в части предо­став­ле­ния неза­кон­ных финан­со­вых услуг — через мол­дав­ские бан­ки, напри­мер, отмы­ва­лась нема­лая часть средств, похи­щен­ных из бюд­же­та Рос­сии под видом воз­ме­ще­ния нало­гов. А кро­ме того, в Мол­до­ве в силу уров­ня жиз­ни дешев­ле кор­руп­ци­он­ные услу­ги. Как пошу­тил один из «обналь­щи­ков» Моск­вы, рабо­тав­ший через мол­дав­ские бан­ки: «Мол­дав­ский судья сто­ит дешев­ле рос­сий­ско­го таможенника».

Род­ствен­ник президента

Через «ланд­ро­мат» рабо­та­ли 19 рос­сий­ских бан­ков. Лиде­ром по объ­е­му сомни­тель­ных опе­ра­ций, по дан­ным мол­дав­ских пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов, был Рус­ский земель­ный банк (РЗБ). В мате­ри­а­лах уго­лов­но­го дела гово­рит­ся, что с 2012 по 2014 год объ­ем сомни­тель­ных опе­ра­ций меж­ду РЗБ и Moldindconbank соста­вил 152,5 млрд руб­лей (око­ло 4,5 млрд дол­ла­ров). Судя по схе­мам из уго­лов­но­го дела, в РЗБ день­ги захо­ди­ли из несколь­ких бан­ков Рос­сии (на слен­ге «обналь­щи­ков, РЗБ был «сбор­ни­ком»), а затем пере­чис­ля­лись в Moldindconbank. Даль­ше день­ги кон­вер­ти­ро­ва­лись в ино­стран­ные валю­ты и ухо­ди­ли на сче­та офшор­ных ком­па­ний в лат­вий­ский Trasta Komrecbanka.

До 2011 года РЗБ при­над­ле­жал Елене Бату­ри­ной, жене быв­ше­го мэра Моск­вы Юрия Луж­ко­ва. В 2012 году в банк при­шли новые акци­о­не­ры, а совет дирек­то­ров воз­гла­вил Алек­сандр Гри­го­рьев (он же через кипр­скую ком­па­нию Boaden Ltd при­об­рел 16,35% бан­ка). И сра­зу после сме­ны акци­о­не­ров РЗБ открыл кор­ре­спон­дент­ские сче­та в Moldindconbank (до это­го у РЗБ, судя по финан­со­вой отчет­но­сти, не было кор­ре­спон­дент­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний с мол­дав­ски­ми бан­ка­ми). После откры­тия кор­с­че­тов и начал­ся мас­со­вый вывод денеж­ных средств в Молдову.

Алек­сандр Гри­го­рьев родом из Санкт-Петер­бур­га. В бан­ков­ском мире он чело­век отно­си­тель­но новый — по край­ней мере, до РЗБ ни о каких свя­зан­ных с ним бан­ках не было извест­но. До это­го Гри­го­рье­ва зна­ли как основ­но­го акци­о­не­ра стро­и­тель­ной ком­па­нии «СУ-888» из Якут­ска, кото­рая участ­ву­ет в несколь­ких круп­ных госу­дар­ствен­ных про­ек­тах. Несколь­ко зна­ко­мых Гри­го­рье­ва рас­ска­за­ли нам, что он каким-то обра­зом яко­бы был свя­зан с орга­на­ми без­опас­но­сти и даже рабо­тал в ФСБ. Одна­ко сам бан­кир в теле­фон­ном раз­го­во­ре с «Новой газе­той» это опро­верг, в ФСБ нам так­же сооб­щи­ли, что чело­век с таким име­нем у них не служил.

«В бан­ков­ский биз­нес я при­шел несколь­ко лет назад, — объ­яс­ня­ет Алек­сандр Гри­го­рьев. — Стро­и­тель­ная ком­па­ния «СУ-888», акци­о­не­ром кото­рой я явля­юсь, часто участ­во­ва­ла в раз­лич­ных госу­дар­ствен­ных тен­де­рах, для кото­рых нам при­хо­ди­лось обра­щать­ся в бан­ки за гаран­ти­я­ми. Кро­ме того, мы актив­но кре­ди­то­ва­лись. В какой-то момент, когда Еле­на Бату­ри­на нача­ла про­да­вать свои акти­вы, нам посту­пи­ло пред­ло­же­ние выку­пить долю в РЗБ. Мы посчи­та­ли, что банк может удач­но соче­тать­ся со стро­и­тель­ным биз­не­сом, и согла­си­лись купить мино­ри­тар­ный пакет».

Гри­го­рьев гово­рит, что слы­шал об опе­ра­ци­ях с Moldindconbank, но дета­лей не зна­ет. «Все реше­ния, свя­зан­ные с опе­ра­ци­он­ной дея­тель­но­стью, при­ни­ма­лись испол­ни­тель­ны­ми орга­на­ми. Совет дирек­то­ров одоб­рял лишь какие-то круп­ные сдел­ки или при­ни­мал стра­те­ги­че­ские реше­ния. Мне труд­но судить, поче­му опе­ра­ции с мол­дав­ски­ми бан­ка­ми неко­то­рые люди в Рос­сии свя­зы­ва­ют с моим име­нем. У каж­до­го чело­ве­ка есть вра­ги, и всем мил не будешь», — гово­рит банкир.

В целом, по сло­вам Гри­го­рье­ва, меж­ду РЗБ и Moldindconbank было под­пи­са­но гене­раль­ное согла­ше­ние, в рам­ках кото­ро­го совер­ша­лись меж­бан­ков­ские сдел­ки по про­да­же валю­ты. «Мы пыта­лись зара­бо­тать, и эти совер­шен­но закон­ные опе­ра­ции ни у кого, вклю­чая над­зор­ные орга­ны, не вызы­ва­ли вопро­сов на тот момент», — заклю­ча­ет Григорьев.

В мае 2013 года Гри­го­рьев вышел из РЗБ — как он гово­рит, из-за раз­но­гла­сий с дру­ги­ми соб­ствен­ни­ка­ми бан­ка по пово­ду его даль­ней­ше­го развития.

В совет дирек­то­ров РЗБ так­же вхо­дил Игорь Путин, дво­ю­род­ный брат пре­зи­ден­та Рос­сии Вла­ди­ми­ра Пути­на. До РЗБ у Иго­ря Пути­на уже был опыт рабо­ты в бан­ков­ской сфе­ре — напри­мер, он вхо­дил в совет дирек­то­ров Мастер-Бан­ка, у кото­ро­го была ото­зва­на лицен­зия за отмы­ва­ние пре­ступ­ных доходов.

Пути­на и Гри­го­рье­ва, похо­же, свя­зы­ва­ли дав­ние парт­нер­ские отно­ше­ния. Путин вхо­дил в сове­ты дирек­то­ров стро­и­тель­ной ком­па­нии «СУ-888», а так­же подоль­ско­го Пром­с­бер­бан­ка — в обе­их струк­ту­рах Гри­го­рьев был акционером.

В нача­ле 2014 года Игорь Путин поки­нул все посты в бан­ках и ком­па­ни­ях Гри­го­рье­ва, что­бы воз­гла­вить Фонд под­держ­ки и раз­ви­тия про­мыш­лен­но­сти регионов.

Все наши пись­ма с прось­бой о ком­мен­та­рии в адрес Пути­на оста­лись без отве­та. Нам лишь уда­лось свя­зать­ся с его сыном — Рома­ном Пути­ным, кото­рый не так дав­но осно­вал кон­сал­тин­го­вую ком­па­нию PutinConsulting. Роман сооб­щил нам, что его отец боль­ше не ком­мен­ти­ру­ет свою рабо­ту в струк­ту­рах Гри­го­рье­ва; все, что он хотел ска­зать обще­ству по это­му пово­ду, изло­же­но в его пись­ме, опуб­ли­ко­ван­ном в жур­на­ле Forbes.

В этом пись­ме Игорь Путин напи­сал, что его «лич­ный опыт послед­них лет дока­зал спра­вед­ли­вость тези­са о необ­хо­ди­мо­сти ради­каль­но­го оздо­ров­ле­ния рос­сий­ской бан­ков­ской систе­мы, ее очи­ще­ния от небла­го­по­луч­ных бан­ков, воз­глав­ля­е­мых людь­ми с сомни­тель­ной репу­та­ци­ей». В ситу­а­ции с РЗБ, как писал Путин, «ком­пе­тент­ные источ­ни­ки зара­нее пре­ду­пре­ди­ли меня о реаль­ном поло­же­нии дел, под­твер­див мои опа­се­ния. Пони­мая, что не в силах изме­нить финан­со­вую поли­ти­ку, я решил поки­нуть совет дирек­то­ров банка».

«Я не могу судить, кого Игорь Путин имел в виду в сво­ем пись­ме, — гово­рит Алек­сандр Гри­го­рьев. — Что каса­ет­ся наших отно­ше­ний, то мы до сих пор ино­гда созва­ни­ва­ем­ся. Но дру­зья­ми мы нико­гда не были — ско­рее, партнерами».

В мар­те 2014 года Банк Рос­сии ото­звал лицен­зию у РЗБ, в том чис­ле за нару­ше­ние зако­на о про­ти­во­дей­ствии лега­ли­за­ции пре­ступ­ных дохо­дов. Прав­да, соглас­но ЦБ, объ­ем сомни­тель­ных опе­ра­ций в РЗБ соста­вил в 2013 году 15 млрд руб­лей, а в доку­мен­тах мол­дав­ских пра­во­охра­ни­те­лей речь идет о циф­рах на поря­док выше. В ЦБ отка­за­лись ком­мен­ти­ро­вать эти рас­хож­де­ния и в целом ситу­а­цию с Moldindconbank «до полу­че­ния окон­ча­тель­но­го выво­да о закон­но­сти и эко­но­ми­че­ской обос­но­ван­но­сти транзакций».

После того как Алек­сандр Гри­го­рьев вышел из РЗБ, он начал вести пере­го­во­ры о покуп­ке бан­ка «Запад­ный», кото­рый ранее при­над­ле­жал извест­но­му бан­ки­ру Дмит­рию Леусу.

«Запад­ный» в чем-то повто­рил судь­бу РЗБ: после сме­ны соб­ствен­ни­ков были откры­ты кор­с­че­та в Moldindconbank, и, судя по доку­мен­там из мол­дав­ско­го уго­лов­но­го дела, нача­лись сомни­тель­ные тран­зак­ции. В апре­ле 2014 года ЦБ ото­звал лицен­зию у «Запад­но­го» за мно­го­чис­лен­ные нарушения.

«Что каса­ет­ся «Запад­но­го», — объ­яс­ня­ет Гри­го­рьев, — то тут была иная ситу­а­ция. На момент моей покуп­ки доли сред­ства на кор­с­че­тах бан­ка суще­ство­ва­ли в мини­маль­ных объ­е­мах, а так назы­ва­е­мые «акти­вы» были сомни­тель­ны». Кро­ме того, по сло­вам Гри­го­рье­ва, со сто­ро­ны ЦБ дей­ство­ва­ло огра­ни­че­ние на при­вле­че­ние вкла­дов от физи­че­ских лиц. «То есть внеш­них источ­ни­ков финан­си­ро­ва­ния у бан­ка почти не было. При­хо­ди­лось как-то раз­ви­вать­ся толь­ко бла­го­да­ря тому, что сами зара­ба­ты­ва­ли. В такой слож­ной ситу­а­ции я понял, что пер­спек­ти­вы у бан­ка не самые луч­шие, и поэто­му при­нял реше­ние вый­ти», — заклю­ча­ет Григорьев.

В «Запад­ном» с Гри­го­рье­вым тоже рабо­та­ли извест­ные люди. Напри­мер, какое-то вре­мя совет дирек­то­ров бан­ка воз­глав­лял Илья Лома­кин-Румян­цев, быв­ший началь­ник Экс­перт­но­го управ­ле­ния Пре­зи­ден­та Рос­сии. Лома­кин-Румян­цев отка­зал­ся отве­чать на наши вопросы.

Дру­гим бан­ком, актив­но выво­див­шим сред­ства через Moldindconbank, в доку­мен­тах мол­дав­ских пра­во­охра­ни­те­лей назы­ва­ет­ся банк «Бал­ти­ка» из Санкт-Петер­бур­га. В доку­мен­тах гово­рит­ся, что из «Бал­ти­ки» в Moldindconbank за послед­ние несколь­ко лет было пере­чис­ле­но 76,9 млрд рублей.

«Бал­ти­ка» — дей­ству­ю­щий банк, вхо­дит во вто­рую сот­ню кре­дит­ных орга­ни­за­ций Рос­сии по вели­чине акти­вов. Основ­ной акци­о­нер бан­ка Олег Вла­сов — хоро­шо извест­ный чело­век в бан­ков­ском мире.

Мы отпра­ви­ли в «Бал­ти­ку» запрос с ука­за­ни­ем рос­сий­ских фирм, кото­рые подо­зре­ва­ют­ся мол­дав­ски­ми пра­во­охра­ни­те­ля­ми в сомни­тель­ных тран­зак­ци­ях. Пред­се­да­тель прав­ле­ния бан­ка Окса­на Чер­няк сооб­щи­ла нам, что сре­ди кли­ен­тов бан­ка зна­чат­ся фир­мы с таки­ми назва­ни­я­ми, одна­ко точ­но утвер­ждать, что это имен­но те ком­па­нии, нель­зя без допол­ни­тель­ных иден­ти­фи­ка­ци­он­ных дан­ных (в мате­ри­а­лах мол­дав­ских орга­нов эти дан­ные поче­му-то не ука­за­ны). К тому же, по сло­вам Чер­няк, эти ком­па­нии не совер­ша­ли пла­те­жей в адрес нере­зи­ден­тов. Чер­няк так­же под­черк­ну­ла, что банк «Бал­ти­ка» или его кли­ен­ты не про­во­ди­ли опе­ра­ций с мол­дав­ски­ми судеб­ны­ми приставами.

В ЦБ зна­ют о схе­ме выво­да денеж­ных средств через Moldindconbank, рас­ска­за­ли нам несколь­ко источ­ни­ков в Бан­ке Рос­сии. Сей­час в ЦБ про­во­дит­ся внут­рен­нее рас­сле­до­ва­ние, так­же ЦБ вза­и­мо­дей­ству­ет с пра­во­охра­ни­тель­ны­ми орга­на­ми Рос­сии и Мол­до­вы. По сло­вам наших источ­ни­ков в ЦБ, эта схе­ма дале­ко не един­ствен­ная, хотя и доста­точ­но мас­штаб­ная, но к ней при­ко­ва­но избы­точ­ное вни­ма­ние. Не исклю­че­но, что ее спе­ци­аль­но «сли­ва­ют» кон­ку­рен­ты, пото­му что рынок неза­кон­ных финан­со­вых услуг уже дав­но поде­лен, а его лиде­ры хоро­шо всем извест­ны. Кро­ме того, к это­му биз­не­су при­ко­ва­но осо­бое вни­ма­ние спе­ци­аль­ных служб, поэто­му, как пола­га­ют неко­то­рые опро­шен­ные нами «обналь­щи­ки», актив­ные рас­сле­до­ва­ния вокруг мол­дав­ской схе­мы могут быть свя­за­ны с оче­ред­ным пере­де­лом рын­ка тене­вых финан­со­вых услуг.

Как бы то ни было, важ­но дру­гое: если толь­ко по этой схе­ме из Рос­сии было неза­кон­но выве­де­но 20 млрд дол­ла­ров — и всем извест­но, что эта схе­ма дале­ко не един­ствен­ная, — то сколь­ко же в целом из стра­ны уте­ка­ет денег через такие «обналь­ные» пло­щад­ки и сколь­ко же «кры­мов» мож­но было на эти день­ги восстановить?

Роман АНИН

Источ­ник: https://novayagazeta.ru/

архивные статьи по теме

Право на лево

Кыргызстан примут в Таможенный союз

Казахстан становится «работорговцем»