12 C
Астана
7 октября, 2022
Image default

КТО СОДЕРЖИТ КАЗАХСТАН?

DATAKAZ.ASIA

КАК ВЛИЯЕТ НА НАЦИОНАЛЬНЫЙ БЮДЖЕТ ТО, ЧТО 74,7% КАЗАХСТАНСКОЙ НЕФТИ ПРИНАДЛЕЖИТ ИНОСТРАНЦАМ? (ч.1)

Анализ источников пополнения и политики управления гос.бюджетом Республики Казахстан

Бро­сим бег­лый взгляд на наи­бо­лее “гром­кие” темы казах­стан­ской инфор­ма­ци­он­ной повест­ки в послед­ние меся­цы. Она заста­вит уди­вить­ся даже не очень наблю­да­тель­но­го читателя.

В 2021‑м году казах­стан­цы горя­чо обсуж­да­ли сле­ду­ю­щее:
1) Гипо­те­ти­че­ски доро­го­сто­я­щее стро­и­тель­ство АЭС, ста­вя­щее Казах­стан в кре­дит­ную зави­си­мость от Рос­сии;
2) Оже­сто­чен­ную борь­бу двух испо­лин­ских сосе­дей Казах­ста­на за авто­мо­биль­ный рынок стра­ны;
3) Бес­смыс­лен­ную (на пер­вый взгляд) раз­ра­бот­ку новой систе­мы элек­трон­но­го пра­ви­тель­ства “в кре­дит”, навя­зы­ва­е­мую Казах­ста­ну со сто­ро­ны РФ;
4) Огром­ные, но мало­афи­ши­ру­е­мые инве­сти­ции Китая в казах­стан­скую инфра­струк­ту­ру и добы­ва­ю­щую про­мыш­лен­ность;
5) Оже­сто­чен­ные вой­ны* казах­стан­ских чинов­ни­ков и биз­не­сме­нов вокруг осво­е­ния кре­ди­тов Евро­пей­ско­го бан­ка рекон­струк­ции и раз­ви­тия.
Всё пере­чис­лен­ное под­во­дит нас к мыс­ли о том, что в эко­но­ми­ке Казах­ста­на идут какие-то слож­ные про­цес­сы, кото­рые, веро­ят­но, свя­за­ны с боль­шой заин­те­ре­со­ван­но­стью стра­ны в при­вле­че­нии внеш­них инве­сти­ций.
* Нет, это не стан­дарт­ная ситу­а­ция и совер­шен­но не в поряд­ке вещей в Казахстане.

Про­ще гово­ря, в самой бога­той из пост­со­вет­ских рес­пуб­лик Азии… отча­ян­но не хва­та­ет денег? При­чем на самые про­стые, насущ­ные нуж­ды, кото­рые в дру­гих стра­нах как пра­ви­ло реша­ют­ся за счет финан­со­вых ресур­сов само­го госу­дар­ства. Что же там происходит?

Отве­тить на этот вопрос не про­сто. Гос.бюджет Казах­ста­на окру­жен заве­са­ми лож­ной инфор­ма­ции. Каж­дый год оче­ред­ной министр отчи­ты­ва­ет­ся о росте дохо­дов бюд­же­та. За послед­ние два­дцать лет Казах­стан не раз и не два уже яко­бы совер­шал мас­штаб­ные эко­но­ми­че­ские про­ры­вы и вплот­ную при­бли­жал­ся к про­воз­гла­шен­но­му в 2000‑х годах ста­ту­су “ази­ат­ско­го эко­но­ми­че­ско­го бар­са”, спо­соб­но­го пре­взой­ти Син­га­пур и Южную Корею.
Парал­лель­но — стагни­ру­ет эко­но­ми­ка стра­ны, дегра­ди­ру­ет соци­аль­ная сфе­ра, сни­жа­ет­ся каче­ство услуг, всё мень­ше людей полу­ча­ют выс­шее обра­зо­ва­ние, внут­рен­ний рынок отдан на откуп импорт­ным това­рам, а немно­го­чис­лен­ные успеш­ные казах­стан­ские брен­ды пере­хо­дят под кон­троль ино­стран­ных компаний…

С каки­ми вызо­ва­ми стал­ки­ва­ет­ся бюд­жет Казах­ста­на? Что вли­я­ет на него в доста­точ­ной сте­пе­ни, что­бы деся­ти­ле­ти­я­ми бло­ки­ро­вать воз­мож­но­сти роста и раз­ви­тия госу­дар­ства и при­во­дит сего­дня к фак­ти­че­ско­му кра­ху казах­стан­ской эко­но­ми­че­ской модели?

ВЫЗОВ 1

БЮДЖЕТ КАЗАХСТАНА НА САМОМ ДЕЛЕ НЕ РАСТЕТ

Фор­маль­но бюд­жет Казах­ста­на рас­тет с каж­дым годом.
В пери­од с 2010 по 2020‑й годы бюд­жет Казах­ста­на уве­ли­чил­ся на 10, 3 трил­ли­о­на тен­ге. С 4,2 трил­ли­о­нов тен­ге в 2010‑м до 14,5 трил­ли­о­нов тен­ге в 2020‑м — более чем в три раза. Имен­но в таком клю­че рапор­ту­ют в еже­год­ных отче­тах пред­ста­ви­те­ли мини­стер­ства эко­но­ми­ки Казах­ста­на.
Одна­ко, фак­ти­че­ски поку­па­тель­ная спо­соб­ность тен­ге по отно­ше­нию к дол­ла­ру сни­зи­лась за это вре­мя тоже более чем в три раза.
Вот как выгля­дит “рост” казах­стан­ско­го бюд­же­та в пере­сче­те на доллары.

Гра­фик нагляд­но демон­стри­ру­ет, что в дол­ла­рах госу­дар­ствен­ный бюд­жет Казах­ста­на до сих пор не вос­ста­но­вил­ся после паде­ния 2014-го года.
При этом сего­дня мы не можем гово­рить о сохра­не­нии под­держ­ки соци­аль­ной и транс­порт­ной инфра­струк­ту­ры, биз­не­са, про­мыш­лен­но­сти хотя бы на уровне нача­ла про­шло­го деся­ти­ле­тия, так как Казах­стан — стра­на с рас­ту­щим насе­ле­ни­ем. С 2010 по 2021‑й годы коли­че­ство казах­стан­цев вырос­ло почти на 3 мил­ли­о­на человек.

Бюд­жет Казах­ста­на сего­дня вполне срав­ним (в мил­ли­ар­дах дол­ла­ров) с отно­си­тель­но скром­ным бюд­же­том 2011-го года, но обслу­жи­ва­ет он воз­рос­шее с тех пор на 18 про­цен­тов насе­ле­ние.
Если в 2011 году на одно­го казах­стан­ца при­хо­ди­лось $2200 бюд­жет­ных средств, то в 2020‑м — $1800.

ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ВЫВОД

Госу­дар­ствен­ный бюд­жет Казах­ста­на, явля­ю­щий­ся важ­ней­шим драй­ве­ром раз­ви­тия нашей эко­но­ми­ки, не рас­тет. Сего­дня он стагни­ру­ет на том же самом уровне, что и десять лет назад.
С уче­том роста насе­ле­ния и обвет­ша­ния инфра­струк­ту­ры госу­дар­ствен­ные струк­ту­ры не могут под­дер­жи­вать даже тот уро­вень каче­ства жиз­ни в казах­стан­ских горо­дах, кото­рый обес­пе­чи­ва­ли десять лет назад.

ВЫЗОВ 2

РЕАЛЬНЫЕ ДОХОДЫ БЮДЖЕТА УЖЕ МНОГО ЛЕТ НЕ ПОКРЫВАЮТ ТЕКУЩИХ ПОТРЕБНОСТЕЙ СТРАНЫ

Как же Казах­стан живет и отку­да берет недо­ста­ю­щие сред­ства?

Для пони­ма­ния ситу­а­ции доста­точ­но взгля­нуть на струк­ту­ру попол­не­ния бюд­же­та.
Бюд­жет Казах­ста­на скла­ды­ва­ет­ся из трех основ­ных ком­по­нен­тов:
- Нало­гов (доми­ни­ру­ют нало­ги неф­те­га­зо­во­го сек­то­ра).
- Транс­фер­тов из Наци­о­наль­но­го фон­да, кото­рый скла­ды­ва­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но из отчис­ле­ний пред­при­я­тий неф­те­га­зо­во­го сек­то­ра.
- Нена­ло­го­вых поступ­ле­ний — это дохо­ды от штра­фов, про­да­жи госу­дар­ствен­ны­ми учре­жде­ни­я­ми това­ров и услуг, дохо­дов от госу­дар­ствен­ной собственности.

Бюд­жет Казах­ста­на уже мно­го лет не полу­ча­ет столь­ко, сколь­ко тра­тит. Каж­дый год Казах­стан заим­ству­ет огром­ные* сум­мы из Наци­о­наль­но­го фон­да (подуш­ки без­опас­но­сти, создан­ной для того, что­бы избе­жать “гол­ланд­ской болез­ни” **), кото­рый был накоп­лен в пери­од высо­ких цен на нефть.
*для пони­ма­ния мас­шта­ба — в 2018 году гаран­ти­ро­ван­ный транс­ферт в 2,6 трлн тен­ге пре­вы­сил рас­хо­ды госу­дар­ства на здра­во­охра­не­ние, обра­зо­ва­ние, обо­ро­ну и обес­пе­че­ние обще­ствен­но­го поряд­ка вме­сте взя­тые.
**нега­тив­ный эффект, воз­ни­ка­ю­щий из-за бума в одной из отрас­лей, зача­стую он воз­ни­ка­ет при откры­тии круп­ных место­рож­де­ний полез­ных ископаемых.

Транс­фер­ты из Нац­фон­да в бюд­жет в офи­ци­аль­ных отче­тах назы­ва­ют дохо­да­ми. Но эти дохо­ды не опи­ра­ют­ся на раз­ме­щен­ное внут­ри стра­ны про­из­вод­ство или иной реаль­ный сег­мент эко­но­ми­ки. Опи­ра­ют­ся они исклю­чи­тель­но на накоп­ле­ния Нац­фон­да, кото­рые стре­ми­тель­но уменьшаются.

Сум­мы заим­ство­ва­ний регу­ляр­но уве­ли­чи­ва­ют­ся, несмот­ря на мно­го­крат­но при­ни­мав­ши­е­ся реше­ния огра­ни­чить раз­мер транс­фер­тов из Наци­о­наль­но­го фон­да.
Иллю­зия роста дохо­дов бюд­же­та в тен­ге созда­ет­ся за счет посто­ян­но­го паде­ния кур­са наци­о­наль­ной валю­ты по отно­ше­нию к дол­ла­ру.
Реаль­ные дохо­ды в дол­ла­рах (без уче­та транс­фер­тов) балан­си­ру­ют на очень скром­ном уровне и цели­ком зави­сят от цен на полез­ные ископаемые.

ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ВЫВОД

Рост дохо­дов бюд­же­та Казах­ста­на — миф. Бюд­жет стра­ны дефи­ци­тен. Казах­стан еже­год­но нуж­да­ет­ся в огром­ных (до 30% от общей сум­мы бюд­же­та) вли­ва­ни­ях из Нац­фон­да. С каж­дым годом стра­на будет вынуж­де­на брать из него все боль­ше, так как насе­ле­ние рас­тет, а реаль­ные дохо­ды бюд­же­та не уве­ли­чи­ва­ют­ся.
Если бы в про­шлом деся­ти­ле­тии цены на нефть не под­ско­чи­ли (за счет про­да­жи неф­ти был сфор­ми­ро­ван Наци­о­наль­ный фонд), эко­но­ми­ка Казах­ста­на уже, ско­рее все­го, кол­лап­си­ро­ва­ла бы во вре­мя эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са 2020-го года.

ВЫЗОВ 3

ОСНОВНОЙ ИСТОЧНИК ПОПОЛНЕНИЯ БЮДЖЕТА — ЭКСПОРТ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ

Хоро­шо ли это или пло­хо для эко­но­ми­ки? Отве­тить на этот вопрос не так про­сто, как кажет­ся.
Основ­ной ста­тьей экс­пор­та Казах­ста­на явля­ет­ся сырая нефть. Экс­порт неф­ти состав­ля­ет 56% все­го казах­стан­ско­го экс­пор­та (экс­порт полез­ных иско­па­е­мых в целом состав­ля­ет свы­ше 80%).
*2019 год выбран в каче­стве при­ме­ра ‚так как 2020‑й был годом эпи­де­мии и не может счи­тать­ся пока­за­тель­ным в обла­сти экс­пор­та.
**При нажа­тии на любую из ста­тей экс­пор­та Вы во всплы­ва­ю­щем окне уви­ди­те про­цент­ную долю этой ста­тьи в общей струк­ту­ре экс­пор­та и сум­му в мил­ли­ар­дах долларов.

Это озна­ча­ет, что за 30 лет неза­ви­си­мо­сти Казах­стан лишил­ся ста­рой совет­ской про­мыш­лен­но­сти, но не создал ника­кой аль­тер­на­ти­вы. Ника­ко­го эффек­тив­но­го про­из­вод­ства, ника­ких това­ров, вос­тре­бо­ван­ных на внеш­нем рынке.

84% всех нало­гов в 2020‑м году посту­пи­ло все­го от 100 круп­ней­ших казах­стан­ских компаний.

67 из 100 круп­ней­ших ком­па­ний-нало­го­пла­тель­щи­ков Казах­ста­на зани­ма­ет­ся добы­чей и транс­пор­ти­ров­кой полез­ных иско­па­е­мых.
Эти 67 сырье­вых ком­па­ний дают стране 56% пря­мых нало­го­вых поступ­ле­ний (что, в свою оче­редь, состав­ля­ет 32,4% от всех поступ­ле­ний в бюд­жет).
Ещё око­ло 30% от обще­го объ­е­ма еже­год­но­го бюд­же­та — поступ­ле­ния транс­фер­тов из Нац. фон­да (кото­рый тоже фор­ми­ро­вал­ся за счет сверх­до­хо­дов от экс­пор­та неф­ти).
В сум­ме это соста­вит не менее* 62% от всех поступ­ле­ний в бюд­жет.
Имен­но таков вклад экс­пор­та сырых ресур­сов в годо­вой бюд­жет Казах­ста­на.
*В зави­си­мо­сти от года может быть и больше.

Со сто­ро­ны может пока­зать­ся, что всё не так уж и страш­но. 62% от поступ­ле­ний в бюд­жет — мно­го. Одна­ко гос­бюд­жет — это еще не вся эко­но­ми­ка. Но в дей­стви­тель­но­сти зави­си­мость Казах­ста­на от добы­ва­ю­щих ком­па­ний суще­ствен­но боль­ше. Так, напри­мер, соглас­но отче­там ком­па­нии “Тен­гиз­шев­ройл” (в 2019‑м году она выпла­ти­ла Казах­ста­ну 10,6 млрд дол­ла­ров, око­ло 29% от гос­бюд­же­та) в том же 2019‑м году году она так­же зака­за­ла и опла­ти­ла казах­стан­ских това­ров и услуг на 4,6 млрд дол­ла­ров. То есть, поми­мо пря­мых поступ­ле­ний (нало­гов) в бюд­жет — мы име­ем дело с кос­вен­ны­ми. Вокруг добы­ва­ю­щих, сырье­вых ком­па­ний сфор­ми­ро­ван целый пул ком­па­ний несы­рье­вых, но обслу­жи­ва­ю­щих сырье­вые*.
* К сожа­ле­нию, пока мы не можем дать точ­ную оцен­ку кос­вен­но­го вкла­да ком­па­ний сырье­во­го сек­то­ра в эко­но­ми­ку (в силу отсут­ствия дан­ных по ряду более мел­ких компаний).

Эко­но­мист Айдар­хан Куса­и­нов, в про­шлом зани­мав­ший пост совет­ни­ка пред­се­да­те­ля Наци­о­наль­но­го бан­ка, объ­яс­ня­ет, что это явля­ет­ся след­стви­ем наше­го забо­ле­ва­ния — гол­ланд­ской болез­нью — из-за кото­рой про­из­во­дить что-то в Казах­стане не выгодно.

Вся казах­ская эко­но­ми­ка – это нефть в обмен на това­ры. Транс­ферт из Нац­фон­да при­ле­та­ет в объ­е­ме трех трил­ли­о­нов тен­ге – это 7 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров. Вся­кие биз­не­сы поку­па­ют эту валю­ту, и, так как про­из­во­дить им не выгод­но, они на эти 7–10 мил­ли­ар­дов поку­па­ют това­ры в Рос­сии, Кыр­гыз­стане, Бела­ру­си – у всех.
Поче­му у нас нет нало­го­вых поступ­ле­ний от внут­рен­не­го биз­не­са? Пото­му что что­бы про­дать тыся­чу импорт­ных това­ров вам нуж­но три мене­дже­ра и один “пята­чок” в Тор­го­вом цен­тре. Что­бы про­из­ве­сти тыся­чу дива­нов вам нуж­но 50–70 рабо­чих, цех, элек­тро­энер­гия и все осталь­ное. И как толь­ко тыся­ча дива­нов будет заве­зе­на и про­да­на, такая тор­го­вая ком­па­ния запла­тит сто мил­ли­о­нов нало­гов. А про­из­вод­ствен­ная ком­па­ния запла­тит мил­ли­ард нало­гов, пото­му что там и зар­пла­та, и арен­да, и все остальное.

Айдар­хан Куса­и­нов, Эко­но­мист

ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ВЫВОД

Око­ло 63% всех дохо­дов госу­дар­ства в Казах­стане — поступ­ле­ния от экс­пор­та ресур­сов. Эко­но­ми­ка Казах­ста­на ори­ен­ти­ро­ва­на на экс­порт необ­ра­бо­тан­но­го сырья и не спо­соб­на суще­ство­вать без него.
Сего­дня Казах­стан не обла­да­ет воз­мож­но­стью экс­пор­ти­ро­вать в доста­точ­ных коли­че­ствах для попол­не­ния бюд­же­та что-либо, кро­ме полез­ных иско­па­е­мых.
Не созда­ны в доста­точ­ном коли­че­стве круп­ные пред­при­я­тия несы­рье­во­го сек­то­ра, спо­соб­ные удер­жать стра­ну на пла­ву.
Пере­фра­зи­ро­вав Джо­на Мак­кей­на, Казах­стан — это уже даже не стра­на-бен­зо­ко­лон­ка (ведь для мас­со­во­го про­из­вод­ства каче­ствен­но­го бен­зи­на так­же необ­хо­ди­ма адек­ват­ная тех­ни­че­ская база). Казах­стан — стра­на-неф­тя­ная выш­ка.
И кон­троль над этой выш­кой нахо­дит­ся в руках ино­стран­ных компаний.

ВЫЗОВ 4

ГОСБЮДЖЕТ КАЗАХСТАНА ЗАВИСИТ НЕ ТОЛЬКО ОТ ЦЕН НА НЕФТЬ, НО И ОТ ПРИСУТСТВИЯ В СТРАНЕ ИНОСТРАННЫХ КОМПАНИЙ

Но дело здесь не толь­ко в неф­ти. Ино­стран­цы дела­ют за граж­дан Казах­ста­на слиш­ком мно­го. 84% всех нало­гов (не одних лишь нало­гов от экс­пор­та ресур­сов) в 2020‑м году посту­пи­ло от 100 круп­ней­ших ком­па­ний. 60% из 100 круп­ней­ших ком­па­ний при­над­ле­жит вла­дель­цам, заре­ги­стри­ро­ван­ным за рубе­жом. Для мно­гих граж­дан Казах­ста­на без­услов­ным сюр­при­зом будет тот факт, что мно­гие рас­кру­чен­ные казах­стан­ские брен­ды так­же не при­над­ле­жат казах­стан­ским ком­па­ни­ям (май­о­нез Три жела­ния”, кон­фе­ты “Рахат”, “Каз­цинк”, пиво “Efes” etс.).

37% поступ­ле­ний в бюд­жет (с уче­том доли в транс­фер­те) за послед­ние 4 года — вклад нало­гов ино­стран­ных компаний.

Эта ситу­а­ция не явля­ет­ся резуль­та­том слу­чай­но­го сте­че­ния обсто­я­тельств несколь­ких послед­них лет. Наобо­рот, в послед­ние годы вклад ино­стран­ных ком­па­ний в бюд­жет Казах­ста­на умень­шал­ся, так как пада­ли цены на нефть. Как вид­но из гра­фи­ка, в нача­ле про­шло­го деся­ти­ле­тия годо­вой вклад отчис­ле­ний ино­стран­ных ком­па­ний состав­лял от 40 до почти 50%.

Кто-то может пред­по­ло­жить, что это хоро­шо. Мол, зави­си­мость Казах­ста­на от ино­стран­ных ком­па­ний умень­ша­ет­ся. Но это иллю­зия. Вме­сте с умень­ше­ни­ем цен на нефть и исто­ще­ни­ем место­рож­де­ний — умень­ша­ет­ся не зави­си­мость от ино­стран­ных ком­па­ний. Умень­ша­ют­ся объ­е­мы бюд­же­та и накоп­ле­ний Нац­фон­да.
Доля вкла­да ино­стран­ных пред­при­я­тий в бюд­же­те чет­ко кор­ре­ли­ру­ет с объ­е­ма­ми экспорта.

ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ВЫВОД

Осно­ву эко­но­ми­ки Казах­ста­на состав­ля­ют ком­па­нии, кон­тро­ли­ру­е­мые из-за рубе­жа. Боль­шая часть этих ком­па­ний зани­ма­ет­ся экс­пор­том мине­раль­но­го сырья и метал­лов. Но важ­ней­шие несы­рье­вые брен­ды Казах­ста­на так­же при­над­ле­жат ино­стран­цам.
За 30 лет неза­ви­си­мо­го суще­ство­ва­ния Казах­стан поте­рял кла­стер тех­ни­че­ских пред­при­я­тий и обу­чен­ных спе­ци­а­ли­стов, спо­соб­ных под­дер­жи­вать эко­но­ми­ку стра­ны. Сего­дня Казах­стан даже не име­ет тех­ни­че­ской воз­мож­но­сти само­сто­я­тель­но раз­ра­ба­ты­вать соб­ствен­ные месторождения.

ВЫЗОВ 5

СТАГНАЦИЯ ГОС.БЮДЖЕТА ПРИВЕЛА К ПАДЕНИЮ ОСНОВНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Раз­би­рая основ­ные пока­за­те­ли обще­ствен­но­го раз­ви­тия Казах­ста­на, мож­но уви­деть, что, пыта­ясь сэко­но­мить тиын­ку, Казах­стан загнал себя в ловуш­ку и впу­стую поте­рял не толь­ко тен­ге, но и десять отно­си­тель­но бога­тых лет раз­ви­тия.
То есть за эти десять лет стра­на не толь­ко не про­дви­ну­лась впе­ред, но и отста­ла от самой себя деся­ти­лет­ней дав­но­сти. Эко­но­ми­ка РК бежа­ла впе­ред недо­ста­точ­но быст­ро, что­бы про­сто остать­ся на той же самой сту­пе­ни раз­ви­тия.
Как это про­изо­шло?
Не имея воз­мож­но­сти попол­нить бюд­жет ины­ми сред­ства­ми, пра­ви­тель­ство попы­та­лось сокра­тить рас­хо­ды. При­ве­ло это к тому же эффек­ту, кото­ро­го добил­ся зна­ме­ни­тый цыган, при­учав­ший свою лошадь жить без еды (для тех, кто не пом­нит анек­до­та, напом­ню — лошадь умер­ла).
В каче­стве дока­за­тель­ства нашей гипо­те­зы мы можем взять ситу­а­цию в систе­ме образования.

С 2010 по 2020‑й годы коли­че­ство школь­ни­ков в шко­лах Казах­ста­на вырос­ло почти что на один мил­ли­он. Если в 2010 году в шко­лах обу­ча­лось 2,5 мил­ли­о­на уче­ни­ков, то в 2020‑м их насчи­ты­ва­лось уже 3,4 мил­ли­о­на. При этом коли­че­ство школ пла­но­мер­но сни­жа­лось до 2019 года.

На осно­ва­нии это­го мож­но пред­по­ло­жить, что адми­ни­стра­тив­ная систе­ма Казах­ста­на виде­ла про­бле­му с дол­го­сроч­ной нехват­кой средств в бюд­же­те. Поня­ла ее по-сво­е­му. И по-сво­е­му реша­ла.
Отве­том на кон­фликт меж­ду стре­ми­тель­но рас­ту­щим насе­ле­ни­ем и не рас­ту­щим бюд­же­том ста­ла опти­ми­за­ция рас­хо­дов и эко­но­мия. Сокра­ще­ние коли­че­ства школ с пере­но­сом их функ­ций на остав­ши­е­ся. Обу­че­ние не в две, а в три сме­ны, уве­ли­че­ние нагруз­ки на школь­ных учи­те­лей, кото­рые были вынуж­де­ны рез­ко сни­зить объ­е­мы вре­ме­ни инди­ви­ду­аль­ной рабо­ты с отдель­ным ребен­ком.
Кос­вен­ным под­твер­жде­ни­ем при­зна­ния про­бле­мы со сто­ро­ны чинов­ни­ков мы так­же можем счи­тать пла­ны по стро­и­тель­ству тыся­чи допол­ни­тель­ных школ до 2025-го года, озву­чен­ные пре­зи­ден­том Казах­ста­на Касым-Жомар­том Токаевым.

Есть ли осно­ва­ния пола­гать, что чинов­ни­кам уда­лось сокра­тить коли­че­ство школ без сни­же­ния каче­ства выпуск­ни­ков?
К сожа­ле­нию, нет. Лошадь цыга­на не при­вык­ла обхо­дить­ся без еды. Она — умер­ла. Сего­дня мы име­ем под­твер­жден­ные осно­ва­ния гово­рить о кра­хе систе­мы школь­но­го обу­че­ния в Казахстане.

В кон­це 2019 года были опуб­ли­ко­ва­ны резуль­та­ты тести­ро­ва­ния PISA (наи­бо­лее авто­ри­тет­ная меж­ду­на­род­ная систе­ма оцен­ки зна­ний уча­щих­ся). Казах­стан про­де­мон­стри­ро­вал наи­худ­ший резуль­тат за все годы уча­стия в этой про­грам­ме — и занял 69 место из 79 (в 2009 — 59-ое, в 2012 — 45-ое места, резуль­та­ты тести­ро­ва­ния 2015-го Казах­ста­ну не были засчи­та­ны, т.к. Казах­стан фак­ти­че­ски несколь­ки­ми раз­ны­ми спо­со­ба­ми попы­тал­ся повли­ять на резуль­та­ты тести­ро­ва­ния в свою поль­зу).
Все виды тести­ро­ва­ния 2018 года сви­де­тель­ству­ют о кар­ди­наль­ном отста­ва­нии казах­стан­ских школь­ни­ков от уче­ни­ков из дру­гих стран ОЭСР. Казах­стан име­ет почти что в три раза боль­ше отста­ю­щих по чте­нию, в шесть раз мень­ше луч­ших уче­ни­ков по мате­ма­ти­ке, в 2,8 раза боль­ше отста­ю­щих по всем пред­ме­там.
И это — срав­не­ние не с каким-то эта­лон­ным образ­цом; Казах­стан почти что втрое отста­ет от сред­них резуль­та­тов стран ОЭСР.
В 2019‑м году (год, когда в Рес­пуб­ли­ке было вве­де­но поду­ше­вое финан­си­ро­ва­ние для школь­ни­ков) на одно­го уча­ще­го­ся в Казах­стане выде­ля­лось око­ло $577* бюд­жет­ных средств (2020‑й и 2021‑й годы не могут быть под­верг­ну­ты объ­ек­тив­ной оцен­ке, так как на зна­чи­тель­ной части это­го отрез­ка вре­ме­ни нор­маль­ное школь­ное обу­че­ние прак­ти­че­ски не осу­ществ­ля­лось).
*Для срав­не­ния: Япо­ния и Фин­лян­дия выде­ля­ют 10 000–14 000 $ на одно­го обу­ча­ю­ще­го­ся.Еще одним ком­по­нен­том гло­баль­ной про­бле­мы отста­ва­ния Казах­ста­на явля­ет­ся про­бле­ма выс­ше­го образования.

Посто­ян­ный рост коли­че­ства уче­ни­ков школ (более чем на 900 тысяч за 10 лет) сопро­вож­да­ет­ся рез­ким паде­ни­ем коли­че­ства уче­ни­ков кол­ле­джей и ВУЗов.
Это никак не может быть объ­яс­не­но демо­гра­фи­че­ски­ми при­чи­на­ми.
С 1995-го года рож­да­е­мость в Казах­стане ни разу не опус­ка­лась ниже 200 тысяч в год ( с 2006 она ни разу не опус­ка­лась ниже 300 тысяч в год). Это озна­ча­ет, что одно­мо­мент­но в кол­ле­джах и вузах сего­дня может обу­чать­ся око­ло 800 тысяч чело­век (при четы­рех­лет­ней систе­ме обу­че­ния).
Ины­ми сло­ва­ми, выс­шее обра­зо­ва­ние в Казах­стане в послед­ние 5 лет полу­ча­ет толь­ко поряд­ка 60% выпус­ка­ю­щей­ся из школ моло­де­жи*. И про­цент этот мед­лен­но пони­жа­ет­ся. В стране рас­тет доля людей со сред­ним обра­зо­ва­ни­ем. И пада­ет доля людей с выс­шим обра­зо­ва­ни­ем.
*Без­услов­но, какая-то часть выпуск­ни­ков казах­стан­ских школ уез­жа­ет на обу­че­ние в сосед­ние стра­ны или Евро­пу, одна­ко это озна­ча­ет, что наци­о­наль­ная систе­ма выс­ше­го обра­зо­ва­ния настоль­ко непри­вле­ка­тель­на, что почти поло­ви­на аби­ту­ри­ен­тов не жела­ет обу­чать­ся на родине.При оцен­ке дру­гих соци­аль­ных пока­за­те­лей мож­но уви­деть, что в послед­ние десять лет Казах­стан пытал­ся сэко­но­мить прак­ти­че­ски на всем. И ни в чем не пре­успел. Гра­фик ниже демон­стри­ру­ет сни­же­ние коли­че­ства боль­ниц в Казах­стане.
С 998 еди­ниц в 2010‑м до 761 в 2020‑м.
Кар­ти­на здесь напо­ми­на­ет ситу­а­цию со шко­ла­ми. Мно­го лет госу­дар­ство осо­знан­но сокра­ща­ло коли­че­ство боль­ниц, пыта­ясь рас­пре­де­лить нагруз­ку на остав­ши­е­ся. Эта допол­ни­тель­ная нагруз­ка ложи­лась на пле­чи остав­ше­го­ся меди­цин­ско­го пер­со­на­ла, кото­рый выпол­нял всё боль­шие объ­е­мы рабо­ты за прак­ти­че­ски ту же самую зар­пла­ту (с поправ­кой на обес­це­ни­ва­ние тен­ге и инфля­цию). Опти­ми­за­ция поз­во­ли­ла умень­шить нагруз­ку на бюд­жет, но рез­ко сни­зи­ла каче­ство предо­став­ля­е­мых услуг.

Изу­чая иные пока­за­те­ли соци­аль­но­го раз­ви­тия, мы видим кор­ре­ля­цию сни­же­ния объ­е­мов ВВП на душу насе­ле­ния и мигра­ци­он­но­го отто­ка из Казах­ста­на. Неспо­соб­ность госу­дар­ства обес­пе­чить раз­ви­тие эко­но­ми­ки при­ве­ло к эко­но­ми­че­ско­му застою и мед­лен­но­му (смяг­ча­е­мо­му за счет рас­тра­ты средств Нац­фон­да) спаду.

Схо­жие кар­ти­ны мы наблю­да­ем при срав­не­нии вели­чин про­жи­точ­но­го мини­му­ма и сред­не­ме­сяч­ной номи­наль­ной зар­пла­ты одно­го работ­ни­ка с 2010 по 2020 годы. По этим пока­за­те­лям (в дол­ла­рах) совре­мен­ный казах­ста­нец бед­ней, чем казах­ста­нец 2010-го и суще­ствен­но бед­ней, чем казах­ста­нец 2011-го годов.

Прак­ти­че­ски по всем основ­ным пока­за­те­лям раз­ви­тия Казах­стан сего­дня нахо­дит­ся сего­дня чуть ниже или близ­ко к тому уров­ню, на кото­ром он был в 2010‑м году.

И это не пока­за­тель ста­биль­но­сти. Это даже не пока­за­тель стаг­на­ции. В стране наблю­да­ет­ся рез­кий спад после роста пер­вой поло­ви­ны про­шло­го деся­ти­ле­тия.
Всё про­шлое деся­ти­ле­тие Казах­стан жил за счет про­да­жи неф­ти. Не про­из­во­дил соб­ствен­ных това­ров на экс­порт, так как есть нефть. Не про­из­во­дил соб­ствен­ных това­ров для себя, так как за счет неф­тя­ных дохо­дов мож­но было всё купить за рубе­жом.
В бли­жай­шем буду­щем Казах­стан может ока­зать­ся в ситу­а­ции, когда в его рас­по­ря­же­нии не будет боль­ше ни высо­ких цен на нефть, ни накоп­ле­ний Нац­фон­да. А поку­пать всё за рубе­жом, как рань­ше, в более бла­го­по­луч­ные вре­ме­на, стра­на уже не сможет.

ИТОГОВЫЙ ВЫВОД

Бюд­жет Казах­ста­на уже мно­го лет не выпол­ня­ет роль драй­ве­ра эко­но­ми­ки Казах­ста­на. На теку­щем эта­пе он дефи­ци­тен. Денег (реаль­ных живых денег, зара­ба­ты­ва­е­мых здесь и сей­час) стране не хватает.

Этот факт скры­ва­ет­ся транс­фер­та­ми из Наци­о­наль­но­го фон­да, кото­рый умень­шил­ся за послед­ние 5 лет с 75-ти до 61 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров. Име­ю­щий­ся уро­вень жиз­ни в Казах­стане под­дер­жи­ва­ет­ся искус­ствен­но. Осо­бо тре­вож­ны ново­сти о том, что непри­кос­но­вен­ный запас Нац­фон­да, кото­рый дол­жен состав­лять 30% от ВВП, теперь хотят пони­зить до 25%.

В слу­чае отсут­ствия неучтен­ных фак­то­ров (рез­ко­го повы­ше­ния цен на нефть, финан­со­во­го вме­ша­тель­ства со сто­ро­ны Китая, Рос­сии или ино­го круп­но­го госу­дар­ства, кар­ди­наль­ных реформ по ана­ло­гии с Гру­зи­ей с после­ду­ю­щим рез­ким сни­же­ни­ем уров­ня кор­руп­ции) и с сохра­не­ни­ем теку­щих миро­вых трен­дов, Нац­фонд будет исчер­пан в тече­ние деся­ти лет. Одна­ко, это не зна­чит, что в рас­по­ря­же­нии жите­лей госу­дар­ства есть еще целое спо­кой­ное деся­ти­ле­тие стаг­на­ции на сего­дняш­нем уровне раз­ви­тия. При сохра­не­нии теку­щей моде­ли эко­но­ми­ки на казах­стан­ца 2030-го года будет при­хо­дить­ся на 30% мень­ше бюд­жет­ных средств, чем на казах­стан­ца 2010 года. И на 50% мень­ше бюд­жет­ных средств, чем на казах­стан­ца 2013 года. Спа­сти стра­ну может толь­ко созда­ние новых про­из­водств и про­да­жа новых, кон­ку­рен­то­спо­соб­ных на внеш­них рын­ках това­ров. Но это­го поче­му-то не про­ис­хо­дит. Поче­му?

Мате­ри­ал под­го­тов­лен коман­дой Datakaz.asia в соста­ве Хади­ши Ака­е­вой (участ­ни­ца Шко­лы ана­ли­ти­че­ской жур­на­ли­сти­ки CABAR.asia), Ильи Баро­хов­ско­го, Ади­ля Тур­ду­ку­ло­ва, Галы­ма Агелеуова.

Источ­ник: https://longreads.cabar.asia/

архивные статьи по теме

Запретительный выстрел может оказаться холостым

Editor

Радикальный ислам в Центральной Азии: опасный тренд

G20: Немного дегтя в бочку с медом