fbpx

Конституция, которая «не устроила» Назарбаева. Основной закон 1993 года

КОНСТИТУЦИЯ С CИСТЕМОЙ СДЕРЖЕК И ПРОТИВОВЕСОВ

В при­ня­тии пер­вой Кон­сти­ту­ции Казах­ста­на 28 янва­ря 1993 года участ­во­ва­ли 312 депу­та­тов Вер­хов­но­го Сове­та, «за» про­го­ло­со­ва­ли 309 депу­та­тов, трое воз­дер­жа­лись.

Вече­ром того же дня в Вер­хов­ном Сове­те состо­я­лась тор­же­ствен­ная цере­мо­ния, посвя­щен­ная при­ня­тию пер­вой Кон­сти­ту­ции неза­ви­си­мо­го Казах­ста­на. Откры­вая цере­мо­нию, пред­се­да­тель Вер­хов­но­го Сове­та Серик­бол­сын Абдиль­дин (скон­чал­ся 31 декаб­ря 2019 года) вру­чил тогдаш­не­му пре­зи­ден­ту Казах­ста­на Нур­сул­та­ну Назар­ба­е­ву ори­ги­нал новой Кон­сти­ту­ции, а дирек­то­ру Цен­траль­но­го музея — под­лин­ник Кон­сти­ту­ции Казах­ской ССР 1978 года. 28 янва­ря стал госу­дар­ствен­ным празд­ни­ком — Днем Кон­сти­ту­ции.

Серикболсын Абдильдин, бывший председатель Верховного Совета Казахстана, принявшего в 1993 году первую Конституцию страны.
Серик­бол­сын Абдиль­дин, быв­ший пред­се­да­тель Вер­хов­но­го Сове­та Казах­ста­на, при­няв­ше­го в 1993 году первую Кон­сти­ту­цию стра­ны.

По вос­по­ми­на­ни­ям участ­во­вав­ших в при­ня­тии Основ­но­го зако­на, Кон­сти­ту­ция 1993 года ста­ла клю­че­вым доку­мен­том, в кото­ром были раз­гра­ни­че­ны три вет­ви вла­сти с соблю­де­ни­ем прин­ци­па сдер­жек и про­ти­во­ве­сов.

Одна­ко, похо­же, деба­ты о рас­пре­де­ле­нии вла­сти в Кон­сти­ту­ции про­дол­жа­лись и после ее при­ня­тия. В неко­то­рых газе­тах в то вре­мя писа­ли, что «пер­вой про­бле­мой, кото­рая усу­гу­бит ситу­а­цию в Казах­стане, ста­нет борь­ба за власть, и она пере­рас­тет в стрем­ле­ние захва­тить суд». Дру­гие СМИ пуб­ли­ко­ва­ли ста­тьи про­ти­во­по­лож­но­го харак­те­ра.

Пред­се­да­тель Вер­хов­но­го Сове­та Серик­бол­сын Абдиль­дин в одном из интер­вью того пери­о­да ска­зал, что борь­бы за власть не будет. «Пол­но­мо­чия зако­но­да­тель­ной, испол­ни­тель­ной и судеб­ной вла­сти чет­ко опре­де­ле­ны, и каж­дая ветвь вла­сти долж­на дей­ство­вать толь­ко в пре­де­лах сво­ей ком­пе­тен­ции», — заявил он. Абдиль­дин под­черк­нул, что пре­зи­дент, соглас­но Кон­сти­ту­ции, явля­ет­ся гла­вой госу­дар­ства и гла­вой еди­ной систе­мы испол­ни­тель­ной вла­сти рес­пуб­ли­ки, при­чем ему предо­став­ле­ны самые широ­кие пол­но­мо­чия.

Одна­ко пре­зи­дент Казах­ста­на того пери­о­да Нур­сул­тан Назар­ба­ев в сво­ем выступ­ле­нии в день при­ня­тия Кон­сти­ту­ции ска­зал, что неко­то­рые кон­сти­ту­ци­он­ные нор­мы «долж­ны уста­нав­ли­вать­ся в соот­вет­ствии с опре­де­лен­ны­ми тре­бо­ва­ни­я­ми вре­ме­ни».

НАЗАРБАЕВ СТРЕМИЛСЯ ПОЛУЧИТЬ БОЛЬШЕ ПОЛНОМОЧИЙ

По сло­вам экс-депу­та­та Гази­за Алдам­жа­ро­ва, кото­рый участ­во­вал в при­ня­тии пер­во­го Основ­но­го зако­на, на его обсуж­де­ние ушло несколь­ко лет, но «уже тогда было ясно, что Кон­сти­ту­ция не устро­и­ла пре­зи­ден­та и испол­ни­тель­ную власть».

— Боль­шин­ство пост­со­вет­ских стран сле­до­ва­ли Кон­сти­ту­ции раз­ви­тых евро­пей­ских стран. Мы тоже. Мы вклю­чи­ли в Кон­сти­ту­цию прин­цип сдер­жек и про­ти­во­ве­сов вла­сти, — гово­рит Алдам­жа­ров. — Мы сде­ла­ли так, что­бы Вер­хов­ный Совет, пре­зи­дент и судеб­ная власть не выхо­ди­ли за рам­ки. В резуль­та­те пре­зи­ден­ту при­шлось отчи­ты­вать­ся перед Вер­хов­ным Сове­том. В этом глав­ное отли­чие Кон­сти­ту­ции 1993 года от более позд­ней Кон­сти­ту­ции.

Дру­гой быв­ший депу­тат Вер­хов­но­го Сове­та Ора­за­лы Саб­ден, тоже при­ни­мав­ший первую Кон­сти­ту­цию, вспо­ми­на­ет, что в соот­вет­ствии с этим доку­мен­том пре­зи­дент был под­от­че­тен Вер­хов­но­му Сове­ту.

— Я воз­глав­лял коми­тет по обра­зо­ва­нию и нау­ке Вер­хов­но­го Сове­та. Пре­зи­дент так­же участ­во­вал в обсуж­де­ни­ях в коми­те­те. Мини­стры не реша­лись при­хо­дить в Вер­хов­ный Совет. Пото­му что там было мно­го про­фес­си­о­на­лов, кото­рые зна­ли эко­но­ми­ку и сель­ское хозяй­ство и зада­ва­ли самые раз­ные вопро­сы, — вспо­ми­на­ет он.

Военнослужащий рядом с макетом книги с надписью «Конституция Республики Казахстан». Алматы, 30 августа 2014 года.
Воен­но­слу­жа­щий рядом с маке­том кни­ги с над­пи­сью «Кон­сти­ту­ция Рес­пуб­ли­ки Казах­стан». Алма­ты, 30 авгу­ста 2014 года.

Ора­за­лы Саб­ден счи­та­ет, что глав­ное раз­ли­чие меж­ду пер­вой и при­ня­той в 1995 году вто­рой Кон­сти­ту­ци­ей — в том, что пер­вая про­шла через обсуж­де­ние в пар­ла­мен­те.

— После все­на­род­но­го обсуж­де­ния Кон­сти­ту­цию обсу­ди­ли в пар­ла­мен­те. В обсуж­де­нии при­ни­ма­ли уча­стие извест­ные юри­сты Казах­ста­на. Тогда как Кон­сти­ту­ция 1995 года была раз­ра­бо­та­на окру­же­ни­ем пре­зи­ден­та и при­ня­та на рефе­рен­ду­ме. В пар­ла­мен­те ее не обсуж­да­ли. Кон­сти­ту­ция долж­на иметь систе­му сдер­жек и про­ти­во­ве­сов меж­ду судеб­ной, зако­но­да­тель­ной и испол­ни­тель­ной вет­вя­ми вла­сти. Этот прин­цип нару­шен в Кон­сти­ту­ции 1995 года, — счи­та­ет Саб­ден.

Газиз Алдам­жа­ров, воз­глав­ляв­ший кон­троль­ную пала­ту Вер­хов­но­го Сове­та, кото­рый при­нял первую Кон­сти­ту­цию, гово­рит, что Назар­ба­ев счи­тал пол­но­мо­чия, предо­став­лен­ные ему пер­вой Кон­сти­ту­ци­ей, «недо­ста­точ­ны­ми».

— Назар­ба­ев часто гово­рил, что «депу­та­ты пре­пят­ству­ют эко­но­ми­че­ским рефор­мам». С нача­лом мас­со­вой при­ва­ти­за­ции в орга­нах испол­ни­тель­ной вла­сти про­яви­лись при­зна­ки кор­руп­ции. Имен­но поэто­му чис­ло депу­тат­ских запро­сов воз­рос­ло. Кон­сти­ту­ция 1993 года преду­смат­ри­ва­ла ответ­ствен­ность всей испол­ни­тель­ной вла­сти, начи­ная с пре­зи­ден­та. В Кон­сти­ту­ции 1995 года ответ­ствен­ность пре­зи­ден­та не ука­за­на, — отме­ча­ет он.

Нур­сул­тан Назар­ба­ев при при­ня­тии пер­вой Кон­сти­ту­ции стре­мил­ся полу­чить боль­ше вла­сти, но не смог про­ве­сти это через Вер­хов­ный Совет.

Рыс­бек Сар­сен­бай, рабо­тав­ший кор­ре­спон­ден­том газе­ты «Еге­мен Қаза­қстан» в Вер­хов­ном Сове­те во вре­мя при­ня­тия пер­вой Кон­сти­ту­ции, гово­рит, что пери­од обсуж­де­ния Кон­сти­ту­ции 1993 года был вре­ме­нем фор­ми­ро­ва­ния под­лин­но демо­кра­ти­че­ско­го пар­ла­мен­та.

— Нур­сул­тан Назар­ба­ев при при­ня­тии пер­вой Кон­сти­ту­ции стре­мил­ся полу­чить боль­ше вла­сти, но не смог про­ве­сти это через Вер­хов­ный Совет. Пом­ню, во вре­мя офи­ци­аль­но­го визи­та в Еги­пет он гово­рил, что «наш Вер­хов­ный Совет вызы­ва­ет пре­зи­ден­та не менее трех или четы­рех раз в год». В то вре­мя Вер­хов­ный Совет мог вли­ять на пре­зи­ден­та. После при­ня­тия новой Кон­сти­ту­ции в 1995 году пар­ла­мент боль­ше не мог ослу­шать­ся пре­зи­ден­та, — вспо­ми­на­ет он.

По сло­вам Рыс­бе­ка Сар­сен­бая, еще до при­ня­тия Кон­сти­ту­ции 1993 года выска­зы­ва­лись мне­ния о том, «какая из вет­вей вла­сти долж­на быть силь­нее — Вер­хов­ный Совет или испол­ни­тель­ные орга­ны с пре­зи­ден­том».

— Вер­хов­ный Совет не хотел бес­кон­троль­ную пре­зи­дент­скую власть. Да, тогда выска­зы­ва­лись раз­ные мне­ния отно­си­тель­но отно­ше­ний меж­ду пред­се­да­те­лем Вер­хов­но­го Сове­та Серик­бол­сы­ном Абдиль­ди­ным и пре­зи­ден­том Нур­сул­та­ном Назар­ба­е­вым, было замет­но раз­де­ле­ние на груп­пи­ров­ки, — гово­рит он.

Номер газеты «Егемен Қазақстан», в котором сообщается о принятии первой Конституции Казахстана.
Номер газе­ты «Еге­мен Қаза­қстан», в кото­ром сооб­ща­ет­ся о при­ня­тии пер­вой Кон­сти­ту­ции Казах­ста­на.

НАЗАРБАЕВ О «​ДИКТАТУРЕ КОНСТИТУЦИИ И ЗАКОНА»​

Пер­вая Кон­сти­ту­ция Казах­ста­на про­су­ще­ство­ва­ла менее двух лет. 30 авгу­ста 1995 года на рефе­рен­дум вынес­ли новую Кон­сти­ту­цию Казах­ста­на, по офи­ци­аль­ным дан­ным, «за» нее про­го­ло­со­ва­ли 90 про­цен­тов изби­ра­те­лей. До это­го в Казах­стане два­жды рас­пу­сти­ли Вер­хов­ный Совет. Вер­хов­ный Совет, кото­рый при­нял первую Кон­сти­ту­цию, пре­кра­тил свою рабо­ту в 1993 году после само­ро­спус­ка мест­ных Сове­тов.

Вер­хов­ный Совет сле­ду­ю­ще­го созы­ва под пред­се­да­тель­ством писа­те­ля Аби­ша Кекиль­ба­е­ва был рас­пу­щен Нур­сул­та­ном Назар­ба­е­вым в 1995 году в соот­вет­ствии с реше­ни­ем Кон­сти­ту­ци­он­но­го суда.

Экс­пер­ты гово­рят, что оба созы­ва Вер­хов­но­го Сове­та дей­ство­ва­ли вопре­ки ожи­да­ни­ям пре­зи­ден­та Назар­ба­е­ва.

1 мар­та 1995 года после роспус­ка Вер­хов­но­го Сове­та Нур­сул­тан Назар­ба­ев издал указ о созда­нии Ассам­блеи наро­да Казах­ста­на и высту­пил с речью на пер­вой ее сес­сии. В сво­ем выступ­ле­нии Назар­ба­ев под­верг кри­ти­ке депу­та­тов рас­пу­щен­но­го Вер­хов­но­го Сове­та.

— Гово­рят, уста­нав­ли­ва­ют дик­та­ту­ру. Да, дик­та­ту­ра, но это дик­та­ту­ра Кон­сти­ту­ции и зако­на, — ска­зал он.

В сво­ем докла­де Назар­ба­ев заявил, что Вер­хов­ный Совет «не смог стать пол­но­цен­ным зако­но­да­тель­ным орга­ном».

— В послед­ние годы, как извест­но обще­ствен­но­сти, в Вер­хов­ном Сове­те ока­за­лись люди, мяг­ко гово­ря, дале­кие от наци­о­наль­ных инте­ре­сов, слиш­ком амби­ци­оз­ные и очень мно­го­слов­ные. Кро­ме того, вся оппо­зи­ция при­со­еди­ни­лась к пар­ла­мент­ско­му боль­шин­ству в про­ти­во­сто­я­нии с испол­ни­тель­ной вла­стью. Фак­ти­че­ски пар­ла­мен­та­рии стре­ми­лись под­чи­нить испол­ни­тель­ную власть и тем самым через эту кон­крет­ную власть при­ня­лись рья­но рас­пре­де­лять кре­ди­ты, инве­сти­ции и финан­сы, — ска­зал Назар­ба­ев.

В сво­ем докла­де Назар­ба­ев так­же кос­нул­ся пер­вой Кон­сти­ту­ции Казах­ста­на. По его сло­вам, в Кон­сти­ту­ции в ней не было систе­мы сдер­жек и про­ти­во­ве­сов, отсут­ство­ва­ла кон­кре­ти­за­ция, когда пар­ла­мент может пре­кра­тить пол­но­мо­чия гла­вы госу­дар­ства и, наобо­рот, когда пре­зи­дент может рас­пу­стить Вер­хов­ный Совет.

— В про­цес­се под­го­тов­ки Основ­но­го зако­на я потре­бо­вал вклю­чить эти прин­ци­пы. Одна­ко пар­ла­мент 12-го созы­ва (гово­рит о созы­ве под пред­се­да­тель­ством Серик­бол­сы­на Абдиль­ди­на. —​ Ред.) не при­нял это, — заявил он.

Кри­ти­ка Назар­ба­е­ва так­же нашла отра­же­ние в прес­се. Пери­о­ди­че­ски пуб­ли­ко­ва­лись ста­тьи о про­ступ­ках депу­та­тов, кото­рые откры­то выра­жа­ли недо­воль­ство роспус­ком Вер­хов­но­го Сове­та. Серик­бол­сын Абдиль­дин, кото­рый к тому вре­ме­ни начал зани­мать­ся оппо­зи­ци­он­ной дея­тель­но­стью, так­же часто под­вер­гал­ся кри­ти­ке.

В ста­тье «Оппо­зи­ция бар, бала­ма жоқ» («Оппо­зи­ция есть, аль­тер­на­ти­вы нет»), опуб­ли­ко­ван­ной в газе­те «Еге­мен Қаза­қстан» от 13 апре­ля 1995 года, гово­рит­ся: «С момен­та вступ­ле­ния в долж­ность пред­се­да­те­ля Абдиль­дин ста­рал­ся вну­шить обще­ствен­но­сти, что “пре­зи­дент явля­ет­ся толь­ко гла­вой испол­ни­тель­но­го орга­на”. В интер­вью газе­те “Қазақ әде­би­еті” от 10 янва­ря 1992 года на вопрос “По-преж­не­му ли огра­ни­че­ны пра­ва наше­го пре­зи­ден­та?” он отве­тил: “Если народ попро­сит, пар­ла­мент не будет воз­ра­жать про­тив предо­став­ле­ния более широ­ких прав пре­зи­ден­ту” (как мож­но заме­тить, прось­бы пре­зи­ден­та мало, об этом дол­жен попро­сить народ)».

Вско­ре после выступ­ле­ния на сес­сии Ассам­блеи Нур­сул­тан Назар­ба­ев издал указ «О про­ве­де­нии 29 апре­ля 1995 года рес­пуб­ли­кан­ско­го рефе­рен­ду­ма». В соот­вет­ствии с пунк­том 2 ука­за на рефе­рен­дум выно­сил­ся един­ствен­ный вопрос: «Соглас­ны ли Вы про­длить до 1 декаб­ря 2000 года срок пол­но­мо­чий пре­зи­ден­та Рес­пуб­ли­ки Казах­стан Н.А. Назар­ба­е­ва, все­на­род­но избран­но­го 1 декаб­ря 1991 года?» Через несколь­ко меся­цев, 30 авгу­ста, на рефе­рен­ду­ме была при­ня­та дей­ству­ю­щая Кон­сти­ту­ция Казах­ста­на.

В ста­тье 78 гла­вы 13 Кон­сти­ту­ции 1993 года гово­ри­лось, что пре­зи­дент «после кон­суль­та­ций с Вер­хов­ным Сове­том при­ни­ма­ет реше­ние о про­ве­де­нии рефе­рен­ду­ма». Одна­ко во вре­мя рефе­рен­ду­ма Вер­хов­но­го Сове­та уже не было.

Гла­ва «Обес­пе­че­ние ста­биль­но­сти Кон­сти­ту­ции и защи­та ее поло­же­ний», кото­рая была в Кон­сти­ту­ции 1993 года, не вошла в Кон­сти­ту­цию 1995 года. Ста­тьи в пер­вой Кон­сти­ту­ции о том, что «пре­зи­дент Казах­ста­на изби­ра­ет­ся сро­ком на пять лет; пре­зи­ден­том может быть избран граж­да­нин Казах­ской ССР, достиг­ший воз­рас­та 35 и не стар­ше 65 лет, про­жив­ший на тер­ри­то­рии Казах­ской ССР в тече­ние 10 лет», «лицо не может быть пре­зи­ден­том более двух сро­ков под­ряд» были вклю­че­ны в Кон­сти­ту­цию 1995 года. Одна­ко после вне­се­ния попра­вок — изме­не­ния в Кон­сти­ту­цию вно­си­лись мно­го­крат­но — эти пунк­ты были откор­рек­ти­ро­ва­ны таким обра­зом, что Назар­ба­е­ву полу­чил воз­мож­ность бал­ло­ти­ро­вать­ся на выс­ший госу­дар­ствен­ный пост неогра­ни­чен­ное коли­че­ство раз.

Ори­ги­нал ста­тьи: Казах­стан — Радио «Сво­бод­ная Европа»/Радио «Сво­бо­да»