6 C
Астана
25 октября, 2021
Image default

Как мероприятие, напоминающее выборы, закрепило господство правящей группы над повседневной жизнью россиян Максим Трудолюбов — о торжестве верхушечного консерватизма

На мно­гих зна­чи­мых выбо­рах в мире сего­дня состя­за­ют­ся не столь­ко идео­ло­гии и пар­тий­ные про­ек­ты, сколь­ко цен­но­сти — услов­но «тра­ди­ци­он­ные» и услов­но «либе­раль­ные».

Редак­тор руб­ри­ки «Идеи» Мак­сим Тру­до­лю­бов, про­чи­тав несколь­ко иссле­до­ва­ний о миро­вых «куль­тур­ных вой­нах», при­шел к выво­ду, что рос­сий­ские вла­сти на выбо­рах в Гос­ду­му стре­ми­лись не столь­ко к поли­ти­че­ской побе­де — она была достиг­ну­та рань­ше, — сколь­ко к утвер­жде­нию сво­е­го пра­ва и даль­ше одно­сто­ронне дик­то­вать обще­ству соци­аль­ные нормы.

Кремль, обла­дая пол­ным адми­ни­стра­тив­ным кон­тро­лем над все­ми назна­че­ни­я­ми и зако­но­да­тель­ны­ми изме­не­ни­я­ми в стране, зачем-то про­во­дил меро­при­я­тие, внешне напо­ми­на­ю­щее выбо­ры. Воз­мож­но, это было нуж­но для демон­стра­ции поли­ти­че­ско­го три­ум­фа над оппо­зи­ци­ей, но она ведь и так была подав­ле­на — до выборов.

Дру­гая важ­ней­шая цель этой сим­во­ли­че­ской про­це­ду­ры — может быть, самая важ­ная — в утвер­жде­нии направ­ля­е­мо­го свер­ху тра­ди­ци­о­на­лиз­ма. Выбо­ры долж­ны были про­де­мон­стри­ро­вать убе­ди­тель­ную побе­ду куль­тур­но-цен­ност­ной про­грам­мы, над раз­ра­бот­кой кото­рой рос­сий­ские поли­ти­че­ские мене­дже­ры рабо­та­ли мно­го лет. Ради такой цели не жал­ко и тех нема­лых ресур­сов, кото­рые были вло­же­ны в эти выборы.

Кон­ту­ры этой про­грам­мы закреп­ле­ны теперь даже в рос­сий­ской Кон­сти­ту­ции и офи­ци­аль­ных доку­мен­тах. В обнов­лен­ном тек­сте основ­но­го зако­на, сра­зу после ста­тьи о пра­во­пре­ем­стве по отно­ше­нию к ате­и­сти­че­ско­му госу­дар­ству СССР, мы чита­ем о сохра­не­нии памя­ти пред­ков, «пере­дав­ших нам иде­а­лы и веру в Бога» (ст. 67.2). Там же гово­рит­ся о бра­ке как о «сою­зе муж­чи­ны и жен­щи­ны» (ст. 72.1ж).

В недав­но опуб­ли­ко­ван­ной Стра­те­гии наци­о­наль­ной без­опас­но­сти РФ «попыт­ки раз­мы­ва­ния тра­ди­ци­он­ных цен­но­стей» пред­став­ле­ны как одна из важ­ней­ших угроз без­опас­но­сти стра­ны. Ранее были при­ня­ты зако­ны об «оскорб­ле­нии чувств веру­ю­щих», о борь­бе с про­па­ган­дой «нетра­ди­ци­он­ных сек­су­аль­ных отно­ше­ний сре­ди несо­вер­шен­но­лет­них», о декри­ми­на­ли­за­ции домаш­не­го наси­лия. Про­ти­во­сто­ять раз­мы­ва­нию тра­ди­ци­он­ных цен­но­стей авто­ры этих доку­мен­тов хотят, воору­жив­шись «мораль­ным лидерством».

Антиконсервативная революция сверху

Рос­сий­ский офи­ци­аль­ный кон­сер­ва­тизм прин­ци­пи­аль­но отли­ча­ет­ся от аме­ри­кан­ско­го, поль­ско­го и мно­гих дру­гих. Почти все куль­ту­ры рано или позд­но про­хо­дят через про­цесс пере­смот­ра отно­ше­ний меж­ду верой и разу­мом и утвер­жде­ние вер­хо­вен­ства науч­ной кар­ти­ны мира над рели­ги­оз­ной. Цер­ковь теря­ет моно­по­лию на объ­яс­не­ние мира — так про­хо­дит секу­ля­ри­за­ция. Рос­сия тоже ее про­шла — в совет­ские годы. Но в нашем слу­чае про­цесс этот был навя­зан ком­му­ни­сти­че­ской вла­стью и про­во­дил­ся сило­вы­ми мето­да­ми: вла­сти закры­ва­ли и раз­ру­ша­ли места рели­ги­оз­ных служб и собра­ний, рек­ви­зи­ро­ва­ли соб­ствен­ность, пре­сле­до­ва­ли духо­вен­ство, нака­зы­ва­ли веру­ю­щих, лома­ли тра­ди­ци­он­ный уклад жиз­ни, отуча­ли обще­ство от ста­рых ген­дер­ных ролей, прак­ти­че­ски выго­няя жен­щин на работу.

Иско­ре­нить тра­ди­ци­он­ные цен­но­сти — насто­я­щие, без кавы­чек — было труд­но. Но после мно­гих деся­ти­ле­тий уси­лий совет­ские вла­сти в целом с зада­чей спра­ви­лись. Рели­ги­оз­ные сооб­ще­ства, вклю­чая Рус­скую пра­во­слав­ную цер­ковь, нахо­ди­лись под плот­ным и уни­зи­тель­ным кон­тро­лем спец­служб, не имея воз­мож­но­сти зани­мать­ся ничем, кро­ме «отправ­ле­ния куль­та». Один из руко­во­ди­те­лей Сове­та по делам рели­гий срав­ни­вал РПЦ с «заби­той двор­няж­кой». Общи­ны веру­ю­щих пре­сле­до­ва­лись, живая тра­ди­ция пере­да­чи веры и жиз­нен­но­го укла­да в семьях от поко­ле­ния к поко­ле­нию была пре­рва­на. К тому момен­ту, когда рос­сий­ские поли­ти­ки заду­ма­лись о тра­ди­ци­ях, живых их носи­те­лей в стране почти не осталось.

Консервативная революция сверху

Как в СССР вла­сти силой навя­зы­ва­ли обще­ству модер­ни­за­цию, так сего­дня они силой навя­зы­ва­ют обще­ству тра­ди­ци­о­на­ли­за­цию. Иро­ния в том, что в совет­ское вре­мя мно­гие из нынеш­них сто­рон­ни­ков тра­ди­ции из Сове­та без­опас­но­сти РФ и дру­гих цен­тров вла­сти — по долж­но­сти будучи сотруд­ни­ка­ми спец­служб — зани­ма­лись пре­сле­до­ва­ни­ем все­го, что в СССР от тра­ди­ции оста­ва­лось (так что весь про­ект выгля­дит как изде­ва­тель­ство над рос­сий­ским обще­ством и его историей).

Рос­сий­ский рели­гио­вед и фило­соф Дмит­рий Узла­нер и его соав­то­ры по сбор­ни­ку «Пост­се­ку­ляр­ные кон­флик­ты. Деба­ты о тра­ди­ции в Рос­сии и США» (см. опи­са­ние в кон­це тек­ста) назы­ва­ют сово­куп­ность сто­рон­ни­ков «тра­ди­ци­он­ных» цен­но­стей по все­му миру «Интер­на­ци­о­на­лом мора­ли­стов» (moralist international).

Узла­нер пишет о почти зер­каль­ном пере­во­ро­те в отно­ше­ни­ях меж­ду Рос­си­ей и США. Во вре­ме­на холод­ной вой­ны «мора­ли­ста­ми» высту­па­ли аме­ри­кан­цы. Аме­ри­кан­ские поли­ти­ки виде­ли себя носи­те­ля­ми выс­ших, в том чис­ле и рели­ги­оз­ных, цен­но­стей, а сво­их про­тив­ни­ков с ком­му­ни­сти­че­ской сто­ро­ны фрон­та они назы­ва­ли «импе­ри­ей зла» — источ­ни­ком раз­ру­ши­тель­ных куль­тур­ных вли­я­ний, без­ду­хов­ной маши­ной, уни­что­жа­ю­щей рели­гию, тра­ди­ции и пра­ва индивидуума.

Сего­дня «мора­ли­ста­ми» высту­па­ют рос­сий­ские пра­вя­щие поли­ти­ки. О сво­их про­тив­ни­ках с либе­раль­ной сто­ро­ны фрон­та, об аме­ри­кан­цах в том чис­ле, они гово­рят как об источ­ни­ке опас­ных куль­тур­ных вли­я­ний, раз­ру­ша­ю­щих традицию.

Но в запад­ных стра­нах, в отли­чие от Рос­сии XX века, секу­ля­ри­за­ция не была похо­жа на ков­ро­вое бом­бо­ме­та­ние и дли­лась сто­ле­ти­я­ми. А пар­тии и дви­же­ния, стре­мя­щи­е­ся вер­нуть там «тра­ди­ци­он­ные» цен­но­сти и ста­рые ген­дер­ные струк­ту­ры, — это низо­вые граж­дан­ские ини­ци­а­ти­вы, свя­зан­ные с церк­вя­ми и уль­тра­кон­сер­ва­тив­ны­ми поли­ти­че­ски­ми дви­же­ни­я­ми, напри­мер с аме­ри­кан­ски­ми еван­ге­ли­че­ски­ми церк­ва­ми или Все­мир­ным кон­грес­сом семей. Рос­сий­ский кон­сер­ва­тив­ный пово­рот, наобо­рот, искус­ствен­но скон­стру­и­ро­ван свер­ху и пре­сле­ду­ет сугу­бо праг­ма­ти­че­ские цели, свя­зан­ные с удер­жа­ни­ем власти.

Выборы «традиционных ценностей»

После неудач­ных попы­ток встро­ить­ся в «кол­лек­тив­ный Запад» (за кото­рые нема­лая доля ответ­ствен­но­сти лежит на запад­ных поли­ти­ках 1990‑х и нача­ла 2000‑х) рос­сий­ские поли­ти­че­ские мене­дже­ры осо­зна­ли, что в усло­ви­ях либе­раль­но-демо­кра­ти­че­ско­го мира им не удаст­ся добить­ся тех же при­ви­ле­ги­ро­ван­ных пози­ций, какие они зани­ма­ли в бипо­ляр­ном мире холод­ной войны.

Но ново­му анти­за­пад­ни­че­ству нужен был дру­гой, не совет­ский язык. При­чем такой, кото­рый не под­чер­ки­вал бы, а ско­рее зату­ше­вы­вал оби­ду пра­вя­щей груп­пы по пово­ду ее неза­вид­но­го поло­же­ния в гло­баль­ном мире. Напол­нял бы это разо­ча­ро­ва­ние высо­ким, даже уни­вер­саль­ным смыс­лом. Заим­ство­ван­ный на том же Запа­де язык анти­ли­бе­ра­лиз­ма под­хо­дил для этой цели как нель­зя луч­ше. В част­но­сти, помо­гал най­ти там же союз­ни­ков и сочувствующих.

Про­те­сты 2011–2012 годов толь­ко укре­пи­ли стрем­ле­ние руко­вод­ства РФ дистан­ци­ро­вать­ся от либе­ра­лиз­ма. Уси­ли­вать пер­со­на­лист­скую систе­му вла­сти, сохра­няя либе­раль­но-демо­кра­ти­че­скую рито­ри­ку, доволь­но трудно.

Имен­но в этот момент поня­тие «тра­ди­ци­он­ные цен­но­сти», до того зву­чав­шее толь­ко в выступ­ле­ни­ях пат­ри­ар­ха Кирил­ла, ста­ло поли­ти­че­ским лозун­гом, заме­ча­ет рели­гио­вед Сер­гей Чап­нин в ста­тье для упо­мя­ну­то­го выше сбор­ни­ка. Тра­ди­ци­он­ные цен­но­сти были пред­став­ле­ны обще­ству в обра­ще­нии пре­зи­ден­та Пути­на к Феде­раль­но­му собра­нию в 2013 году. Зву­ча­ло это так: «Сего­дня во мно­гих стра­нах пере­смат­ри­ва­ют­ся нор­мы мора­ли и нрав­ствен­но­сти, сти­ра­ют­ся наци­о­наль­ные тра­ди­ции и раз­ли­чия наций и куль­тур. От обще­ства теперь тре­бу­ют не толь­ко здра­во­го при­зна­ния пра­ва каж­до­го на сво­бо­ду сове­сти, поли­ти­че­ских взгля­дов и част­ной жиз­ни, но и обя­за­тель­но­го при­зна­ния рав­но­цен­но­сти, как это ни пока­жет­ся стран­ным, добра и зла, про­ти­во­по­лож­ных по смыс­лу понятий».

Это не был резуль­тат слож­ной и дли­тель­ной обще­ствен­ной дис­кус­сии (в поли­ти­че­ской сфе­ре эти вопро­сы не сто­я­ли вовсе), а про­сто повест­ка, спу­щен­ная свер­ху. Кон­сер­ва­тив­ные пози­ции посте­пен­но закреп­ля­лись в рос­сий­ском зако­но­да­тель­стве. Этот про­цесс достиг куль­ми­на­ции в про­шло­год­них поправ­ках к Конституции.

Рос­сий­ская власть после­до­ва­тель­но отстра­и­ва­ла стра­ну от запад­ных обществ, где на про­тя­же­нии минув­ших деся­ти­ле­тий шел ров­но обрат­ный про­цесс. Низо­вые дви­же­ния за пра­ва жен­щин, за ген­дер­ное равен­ство, за пра­ва мень­шинств, за осво­бож­де­ние от предубеж­де­ний по отно­ше­нию к пре­сле­ду­е­мым и непри­знан­ным груп­пам насе­ле­ния после мно­гих лет акти­виз­ма доби­ва­лись закреп­ле­ния отво­е­ван­ных норм в зако­но­да­тель­стве. Так в этих обще­ствах фор­ми­ро­ва­лись соци­аль­ные нормы.

Крем­лю было необ­хо­ди­мо про­де­мон­стри­ро­вать наше­му обще­ству и все­му миру не толь­ко аль­тер­на­тив­ный выбор, но и то, что его совер­ша­ет толь­ко и исклю­чи­тель­но государство.

Нынеш­нее меро­при­я­тие, напо­ми­на­ю­щее выбо­ры, долж­но было леги­ти­ми­ро­вать тот факт, что пра­вя­щая груп­па теперь пол­но­прав­но гос­под­ству­ет не толь­ко в поли­ти­че­ской сфе­ре (это она дела­ет дав­но), но и в повсе­днев­ной жиз­ни граждан.О ПОЛИТИЧЕСКИХ ИТОГАХ ВЫБОРОВ

Что еще об этом почитать

Stoekl K., Uzlaner D. Postsecular Conflicts. Debating tradition in Russia and the United States. Innsbruck: Innsbruck University Press, 2020

В ввод­ной ста­тье к это­му инте­рес­ней­ше­му сбор­ни­ку социо­лог Кри­сти­на Штекль сум­ми­ру­ет клю­че­вые отли­чия нынеш­ней «вой­ны куль­тур» от холод­ной вой­ны. Поня­тие тра­ди­ция, по сути, заме­ни­ло поня­тие рели­гия, пишет она. Во вре­мя холод­ной вой­ны рели­ги­оз­ные кон­сер­ва­то­ры Запа­да про­ти­во­сто­я­ли вождям соци­а­ли­сти­че­ско­го мира — неве­ру­ю­щим сто­рон­ни­кам про­грес­са. Сего­дня за про­гресс высту­па­ют доми­ни­ру­ю­щие на Запа­де либе­ра­лы, а сохра­не­ние «тра­ди­ци­он­ных» цен­но­стей декла­ри­ру­ют в каче­стве сво­ей про­грам­мы авто­ри­тар­ные пра­ви­те­ли «кол­лек­тив­но­го Востока».

Смолкин В. Свято место пусто не бывает. М.: НЛО, 2021

Иссле­до­ва­ние Вик­то­рии Смол­кин (рабо­та­ет в США и запи­сы­ва­ет свою фами­лию без жен­ско­го окон­ча­ния), доцен­та депар­та­мен­та исто­рии и депар­та­мен­та иссле­до­ва­ний Рос­сии Уэс­ли­ан­ско­го уни­вер­си­те­та, посвя­ще­но пере­ло­му в отно­ше­ни­ях меж­ду совет­ски­ми вла­стя­ми и Рус­ской пра­во­слав­ной цер­ко­вью, про­изо­шед­ше­му во вто­рой поло­вине 1980‑х годов. Осно­вы­ва­ясь на архив­ных доку­мен­тах, Смол­кин рас­ска­зы­ва­ет о том, как пар­тий­ное руко­вод­ство еще до рас­па­да СССР реши­ло сде­лать РПЦ сво­им союзником.

Chamberlain L. Ministry of Darkness. How Sergei Uvarov Created Conservative Modern Russia. London: Bloomsbury Academic, 2019

Исто­рик Лес­ли Чем­бер­лен рас­ска­зы­ва­ет в этой кни­ге исто­рию рус­ско­го кон­сер­ва­тиз­ма вре­мен Нико­лая I. Министр про­све­ще­ния Сер­гей Ува­ров, автор зна­ме­ни­той три­а­ды «пра­во­сла­вие, само­дер­жа­вие, народ­ность», как и сего­дняш­ние рос­сий­ские идео­ло­ги, созда­вал офи­ци­аль­ный кон­сер­ва­тизм в ответ на запрос вла­сти, обес­по­ко­ен­ной вос­ста­ни­ем декаб­ри­стов, поль­ским вос­ста­ни­ем 1830–1831 годов и вли­я­ни­ем запад­ных революций.

Источ­ник: https://meduza.io/

архивные статьи по теме

Погуляли, дитяти, и хватит?!

Алиев останется под арестом до 20 июня

Доказательства пыток – в руках полиции