9 C
Астана
12 мая, 2021
Image default

“Иногда бывает даже стыдно за страну”

Еже­год­но июнь для меня вре­мя спе­ци­фи­че­ских путе­ше­ствий. По заве­ден­ной уже лет пят­на­дцать назад тра­ди­ции надо объ­е­хать всех род­ствен­ни­ков и зна­ко­мых, кото­рые, так уж полу­чи­лось, в основ­ном про­жи­ва­ют в Алма­тин­ской и Жам­был­ской областях.

Автор: Ана­то­лий ИВАНОВ

Кило­мет­раж в общей слож­но­сти при­хо­дит­ся «нама­ты­вать» нема­лый. Посколь­ку одна часть род­ствен­ни­ков-дру­зей живет непо­сред­ствен­но под горо­дом Тараз, а дру­гая — там, где до казах­стан­ско-китай­ской гра­ни­цы рукой подать. Полу­ча­ет­ся око­ло полу­то­ра тысяч кило­мет­ров. Впро­чем, бла­го­да­ря этим кило­мет­рам наяву позна­ешь, чем на самом деле дышит т.н. казах­стан­ская глубинка.

Одна доро­га, но раз­ный подход

Если ехать в восточ­ном направ­ле­нии от Алма­ты по Куль­д­жин­ско­му трак­ту, то узнать, где завер­ша­ет­ся фак­ти­че­ское вли­я­ние круп­ней­ше­го в стране мега­по­ли­са, про­ще паре­ной репы. Мож­но не сомне­вать­ся, об этом сооб­щит ваш явно «поли­ти­че­ски несо­зна­тель­ный» авто­мо­биль. И неваж­но, кто он услов­но по национальности.

И «немец», и «япо­нец», и какой-нибудь метис «казах­стан­ско-корей­ско­го» про­ис­хож­де­ния сво­им изме­нив­шим­ся зву­ча­ни­ем, пока­чи­ва­ни­ем из сто­ро­ны в сто­ро­ну, а так­же пери­о­ди­че­ским под­пры­ги­ва­ни­ем «пре­да­тель­ски» выда­ет отно­ше­ние вла­стей на местах к содер­жа­нию авто­до­ро­ги. При­чем не обя­за­тель­но даже рай­он­но­го мас­шта­ба. Судить об этом мож­но все по той же «Куль­д­жин­ке».

Напри­мер, ува­жа­е­мые чита­те­ли, вы не пред­став­ля­е­те, сколь­ко «радо­сти» достав­ля­ет води­те­лям уча­сток трас­сы меж­ду­на­род­но­го зна­че­ния, про­хо­дя по тер­ри­то­рии Тал­гар­ско­го рай­о­на Алма­тин­ской обла­сти! Нет, кое-что за минув­ший год на Куль­д­жин­ском трак­те рай­он­ные вла­сти выше­ука­зан­но­го рай­о­на сде­ла­ли. Уча­сток доро­ги непо­сред­ствен­но от горо­да и до пово­ро­та на аэро­порт в бук­валь­ном смыс­ле сде­лан на «пять». Даже с плю­сом. Одна­ко здесь, по рас­ска­зам тех, кто посто­ян­но поль­зу­ет­ся «Куль­д­жин­кой», есть один нема­ло­важ­ный нюанс.

Все дело в том, что, как толь­ко была вве­де­на в экс­плу­а­та­цию Восточ­ная объ­езд­ная авто­мо­биль­ная доро­га, ею ста­ли поль­зо­вать­ся ну очень боль­шие люди из Аста­ны. Тут уж волей-нево­лей у чинов­ни­ков рай­он­но­го мас­шта­ба сыг­ра­ет всем извест­ный инстинкт само­со­хра­не­ния. Зато там, где аста­нин­ские «вер­ши­те­ли судеб» гости ред­кие, мож­но вож­жи немно­го и отпу­стить. Как итог, уча­сток Куль­д­жин­ско­го трак­та от пово­ро­та на аэро­порт до запад­ной гра­ни­цы села Бай­те­рек (быв­шая Новоалек­се­ев­ка) пред­став­ля­ет собой сплош­ные «блям­б­ля­м­чи­ки» и «цури­по­пи­ки» из серии — да здрав­ству­ет его вели­че­ство тоталь­ный ямоч­ный ремонт.

Мож­но, конеч­но, сослать­ся на «тол­стые» обсто­я­тель­ства, свя­зан­ные с пред­сто­я­щей рекон­струк­ци­ей доро­ги в рам­ках стро­и­тель­ства авто­ко­ри­до­ра Запад­ная Евро­па — Запад­ный Китай. Но есть ведь с чем срав­нить. Начи­ная с села Бай­те­рек каче­ство дорож­но­го полот­на все того же Куль­д­жин­ско­го трак­та пре­об­ра­жа­ет­ся до неузна­ва­е­мо­сти — ни ямок тебе, ни уха­бов. Все­го за один год на тер­ри­то­рии Енбек­ши­ка­зах­ско­го рай­о­на трас­су в бук­валь­ном смыс­ле сде­ла­ли идеальной.

Впро­чем, весь свой уча­сток Куль­д­жин­ско­го трак­та Енбек­ши­ка­зах­ский рай­он дове­сти до ума тоже не смог. То ли высо­кое началь­ство не все про­ве­ри­ло до кон­ца, то ли в сель­ских окру­гах, кото­рые подаль­ше от рай­он­но­го цен­тра, выде­лен­ные день­ги на рекон­струк­цию доро­ги реши­ли потра­тить на дру­гие нуж­ды, но факт оста­ет­ся фак­том — от Мало­вод­но­го до Шеле­ка впо­ру вспо­ми­нать осно­вы фигур­но­го вожде­ния, ина­че про­щай «ходов­ка».

Осо­бен­но это уме­ние при­го­жда­ет­ся на сты­ке сел Ащи­сай, Кара­ту­рык и Достык и сра­зу же за селом Лавар. Хотя не исклю­че­но, что ныне там все слег­ка, да и зала­та­ли. Во вся­ком слу­чае, на несколь­ких участ­ках трас­сы меж­ду Тес­кен­су и Кара­ту­ры­ком, а так­же Лава­ром и Шеле­ком были заме­че­ны «оран­же­вые жиле­ты», кото­рые дедов­ски­ми мето­да­ми заде­лы­ва­ли послед­ствия крайне удоб­но­го для мест­ных вла­стей с точ­ки зре­ния объ­яс­не­ний дорож­ных про­блем вли­я­ния рез­ко-кон­ти­нен­таль­но­го климата.

Там, где рабо­та была уже завер­ше­на, авто­до­ро­га меж­ду­на­род­но­го зна­че­ния А351 напо­ми­на­ла лос­кут­ное одеяло.

— Дав­но уже при­шла к выво­ду, что наша стра­на в целом очень похо­жа на Куль­д­жин­ский тракт, — гово­рит житель­ни­ца Шеле­ка по име­ни Мере­ке, кото­рую я по пути согла­сил­ся под­вез­ти от Ащи­сая до род­но­го села. — В одном месте выгля­дит почти что иде­аль­но, в дру­гом — ямы и провалы.

По сло­вам Мере­ке, ей за стра­ну даже стыд­но ино­гда быва­ет, хотя она ника­ко­го отно­ше­ния к вла­стям не име­ет, все­го лишь ово­щи выращивает:

— У меня род­ствен­ни­ки живут в Иле-Казах­ском окру­ге. Рядом с Куль­д­жой. Рань­ше, в нача­ле 90‑х, когда гра­ни­цы откры­ли, мы над ними сме­я­лись. Бед­ные они были. Жили почти в коша­ре. Вме­сто окон цел­ло­фан, кусок кош­мы две­рью слу­жил. Пло­хо. Они на нас гля­де­ли, зави­до­ва­ли, хоте­ли в орал­ма­ны запи­сать­ся. У меня ага там, его сын силь­но хотел вер­нуть­ся, доку­мен­ты соби­рать начал. Пока соби­рал, у них изме­не­ния нача­лись. Теперь они над нами сме­ют­ся. Им там дома всем новые постро­и­ли, зем­лю дали. Рабо­тай только.

— А чем они зани­ма­ют­ся, если не секрет?

— Как и мы, ово­щи выра­щи­ва­ют. Поми­до­ры, огур­цы. Толь­ко у них госу­дар­ство весь уро­жай выку­па­ет, а мы сами кру­тим­ся как можем.

На таба­ке не заработаешь

Здесь сто­ит заме­тить, в послед­нее вре­мя жите­ли села Шелек, как и дру­гих сосед­них с ним насе­лен­ных пунк­тов, ста­ли актив­но пере­смат­ри­вать свое отно­ше­ние к раз­лич­ным сель­ско­хо­зяй­ствен­ным куль­ту­рам. Если еще десять лет назад по всей окру­ге тра­ди­ци­он­но доми­ни­ро­ва­ли посад­ки таба­ка (на про­тя­же­нии несколь­ких деся­ти­ле­тий счи­та­лось, что здеш­ний кли­мат иде­аль­но под­хо­дит для его выра­щи­ва­ния), то сего­дня табач­ные поля ско­рее исклю­че­ние из правил.

При­чи­на тому вовсе не раз­вер­нув­ша­я­ся во всем мире кам­па­ния по борь­бе с куре­ни­ем, кото­рая затро­ну­ла и Казах­стан, — все намно­го про­ще. Свои где-то даже тра­ги­че­ские кор­рек­ти­вы внес­ла рыноч­ная экономика.

Как извест­но, табак явля­ет­ся доста­точ­но каприз­ной сель­ско­хо­зяй­ствен­ной куль­ту­рой. Он и воды тре­бу­ет нема­ло, да и к сор­ня­кам не совсем устой­чив. К тому же, что­бы полу­чить каче­ствен­ный уро­жай, его необ­хо­ди­мо регу­ляр­но про­ре­жи­вать. Чуть упу­стил, напри­мер, с поли­вом или про­пол­кой, и на всех буду­щих пла­нах мож­но ста­вить жир­ный крест. Но вырас­тить каче­ствен­ный табач­ный лист — это лишь пол­де­ла. Его надо еще собрать, и обя­за­тель­но высу­шить, и лишь затем его могут купить.

Но дале­ко не факт, что купят. Ныне отнюдь не совет­ские вре­ме­на, когда госу­дар­ство ску­па­ло гото­вый табач­ный лист любо­го каче­ства. Дей­ству­ю­щие же сего­дня в Казах­стане табач­ные фаб­ри­ки к сырью отно­сят­ся крайне щепе­тиль­но, пред­по­чи­тая заку­пать товар у про­ве­рен­ных кре­стьян­ских хозяйств, в чис­ло кото­рых, по уве­ре­ни­ям жите­лей Шеле­ка, попасть прак­ти­че­ски невозможно.

Одна­ко даже если вожде­лен­ный кон­тракт с каким-нибудь «мор­ри­сом-джа­па­ном» заклю­чить уда­лось, это совсем не зна­чит, что успех гарантирован.

— Кон­тракт выпол­нить очень слож­но. Людей сего­дня силь­но не хва­та­ет, — гово­рит Сул­тан-ага, кото­рый 40 лет отдал выра­щи­ва­нию таба­ка. — Прой­дись по любой ули­це Шеле­ка, всю­ду дома продаются.

И на самом деле про­да­жа домов в Шеле­ке ныне напо­ми­на­ет некую эпи­де­мию. Объ­яв­ле­ния «Про­дам дом с участ­ком» мож­но уви­деть повсе­мест­но — и воз­ле мага­зи­нов, и на фонар­ных стол­бах, и на воро­тах самих про­да­ю­щих­ся домов. Так, напри­мер, толь­ко по ули­це Бижа­но­ва на отрез­ке от окра­и­ны села до быв­шей ули­цы Горь­ко­го (ныне Малай Баты­ра), а это все­го два квар­та­ла, мне дове­лось насчи­тать 15(!) выстав­лен­ных на про­да­жу вполне доб­рот­ных домов.

При­чи­на про­ста — в селе нет рабо­ты, а та, кото­рая име­ет­ся, отно­сит­ся к чис­лу мало­опла­чи­ва­е­мых. Вот и едут сель­чане в Алма­ты в надеж­де на более высо­кие зара­бот­ки, порой остав­ляя сво­их мало­лет­них детей смот­реть за хозяйством.

— У нас папа — меха­ни­за­тор. Он все вре­мя в поле. А мама сей­час в горо­де. Она туда денеж­ку поеха­ла зара­ба­ты­вать. Мы с моим 5‑летним бра­том Арте­мом обыч­но сами все дела­ем, — рас­ска­зы­ва­ет сосед­ка Сул­та­на-ага 8‑летняя Али­на. — Я сама и кар­тош­ку могу пожа­рить, и суп сва­рить, и печ­ку, если надо, зато­пить. А вот борщ пока гото­вить не умею. Папа его очень любит. Когда я хочу борщ сде­лать, я к тете бегу. Она в деся­ти мину­тах ходь­бы от нас живет…

Неуди­ви­тель­но, что, еже­днев­но стал­ки­ва­ясь с мно­го­чис­лен­ны­ми труд­но­стя­ми бытия, жите­ли Шеле­ка, рав­но как и Мало­вод­но­го, Бал­та­бая или Кеге­на, с пре­ве­ли­ким скеп­си­сом вос­при­ни­ма­ют то, что пока­зы­ва­ют по теле­ви­зо­ру. И здесь, на мой взгляд, умест­но при­ве­сти неболь­шую исто­рию, в кото­рую дове­лось попасть непосредственно.

Китай­ская «желез­ка»

Еще до поезд­ки по Алма­тин­ской обла­сти я мно­го слы­шал об откры­тии желез­но­до­рож­ной вет­ки Жетыг­ен — Кор­гас — дескать, народ раду­ет­ся и сме­ет­ся, а попу­ляр­ность новой доро­ги у жите­лей обла­сти рас­тет не по дням, а по часам. Наме­ре­вал­ся даже вос­поль­зо­вать­ся поез­дом, что­бы добрать­ся до того же Шелека.

Но род­ствен­ни­ки, услы­шав о моих наме­ре­ни­ях, чуть ли не насто­я­ли, что­бы я поехал на сво­ей машине. Глав­ным их дово­дом было вре­мя, кото­рое затра­чи­ва­ет­ся на поезд­ку. Мол, что­бы там не гово­ри­ли по теле­ви­зо­ру, на соб­ствен­ном авто­мо­би­ле будет намно­го быст­рее и независимее.

Тем не менее жела­ние хотя бы посмот­реть на новую «желез­ку» у меня не уба­ви­лось. Уже на сле­ду­ю­щий день по при­ез­де в Шелек я решил отпра­вить­ся на мест­ную желез­но­до­рож­ную стан­цию. И так полу­чи­лось, что, вый­дя на ули­цу, тут же столк­нул­ся с сосе­дом моих род­ствен­ни­ков Нико­ла­ем. Что ока­за­лось весь­ма кста­ти. Нико­лай уже лет десять зани­ма­ет­ся част­ным изво­зом на сво­ей видав­шей виды «селед­ке».

— О‑о! Сколь­ко лет, сколь­ко зим! С при­ез­дом! — попри­вет­ство­вал меня пожи­лой так­сист. — Куда путь дер­жишь? Может, под­ве­зу по ста­рой памяти?

— Спа­си­бо! Вот на стан­цию собрал­ся. Гля­нуть хочу, что там понастроили.

— А что там мог­ли постро­ить?! — изу­мил­ся Нико­лай. — Как сто­я­ла, так и сто­ит. Ниче­го тол­ком не поменялось.

— Так я на желез­но­до­рож­ную стан­цию собрал­ся! Дале­ко она отсюда?

— Вот оно что! — гла­за Нико­лая момен­таль­но ста­ли ехид­но-насмеш­ли­вы­ми. — И ты туда же! Тоже на теле­ви­зор клю­нул? Ты, кста­ти, не пер­вый про эту стан­цию спра­ши­ва­ешь. И, как дру­гим, я тебе тоже ска­жу — нет в нашем селе ника­кой желез­но­до­рож­ной станции!

— Да?!

— Точ­но гово­рю! — разо­шел­ся Нико­лай. — Стан­ция-то есть, но нахо­дит­ся она почти в 15 кило­мет­рах от села. И доро­га туда уби­тая. Фак­ти­че­ски все 30 кило­мет­ров выхо­дит. Боль­ше ска­жу. Когда по теле­ви­зо­ру ска­за­ли, что поезд ходит до горо­да, мы так­си­сты даже ста­ли поду­мы­вать об изме­не­ни­ях сво­их при­выч­ных марш­ру­тов. А потом успокоились.

— Поче­му?

— Базар­бе­ка зна­ешь? Ну вот, его жена Кар­лы­гаш реши­ла до Алма­ты на китай­ской узко­ко­лей­ке добраться…

— Узко­ко­лей­ке? Там что, узко­ко­лей­ку построили?

— Ты что, не знал? Это не наша «желез­ка», это китай­ская «желез­ка». Ну вот, села Кар­ла на «китай­ца», а он толь­ко до Нико­ла­ев­ки. Это 50 кило­мет­ров до Алма­ты. Зна­чит, что­бы до пер­во­го вок­за­ла дое­хать, нуж­на пере­сад­ка. Китай­цы, конеч­но, свой вок­зал в Нико­ла­ев­ке отгро­ха­ли ого какой, но ждать все рав­но кому охо­та… В общем, без кли­ен­тов мы точ­но не оста­нем­ся! Вот и смот­ри после это­го телевизор!

— Но, навер­ное, все же пло­хо, что желез­ная доро­га фак­ти­че­ски мимо прошла?

— Как ска­зать? Мне, как так­си­сту, нет. В город и обрат­но мно­го людей едет. А вот для тех, кто ово­щи выра­щи­ва­ет да ско­ти­ну дер­жит, думаю, что пло­хо. На поез­де мно­го лег­че уро­жай в город возить, да и рабо­ту най­ти мож­но было бы. Нет, пожа­луй, если вдоль «Куль­д­жин­ки» элек­трич­ку или «дизель» пусти­ли бы, мно­го людей вла­стям спа­си­бо точ­но ска­за­ли бы.

Что инте­рес­но — об актив­ном раз­ви­тии реги­о­наль­ной сети желез­но­до­рож­но­го сооб­ще­ния меч­та­ют не толь­ко в Алма­тин­ской обла­сти. Схо­жие раз­мыш­ле­ния мне дове­лось услы­шать почти в тыся­че кило­мет­ров от Шеле­ка, от жите­лей дру­го­го круп­но­го села — Мер­ке, кото­рое рас­по­ло­же­но в Жам­был­ской обла­сти рядом с гра­ни­цей Кыр­гыз­ста­на. Как и в Шеле­ке, в Мер­ке уве­ре­ны, что нали­чие реги­о­наль­ной «желез­ки» спо­соб­ство­ва­ло бы бур­но­му раз­ви­тию одной из самых густо­на­се­лен­ных обла­стей Казах­ста­на в целом.

Кста­ти, в Мер­ке есть желез­ная доро­га. Через это село сле­ду­ют поез­да в Биш­кек. Дру­гое дело, что в виду пол­но­го отсут­ствия «дизе­лей» или элек­три­чек до Луго­во­го или адми­ни­стра­тив­но­го цен­тра — горо­да Тара­за быст­рее и про­ще добрать­ся на про­хо­дя­щем мимо автотранспорте.

Про­дол­же­ние следует

архивные статьи по теме

Полицейский попросил прощения в суде

Ключи от авто есть — не надо доверенность

Беларусь в двух днях от новой девальвации