30 C
Астана
2 августа, 2021
Image default

Золотая девочка. Кто такая и как выглядит Анна Березина, владеющая значительной долей казахстанской экономики

Пер­во­май­ский рай­он Ижев­ска, почти центр сто­ли­цы Удмур­тии. Позд­не­ста­лин­ская застрой­ка пяти- и четы­рех­этаж­ны­ми дома­ми, типич­ная для сотен рос­сий­ских горо­дов. Удмур­тия — дота­ци­он­ный и бед­ный реги­он, поэто­му даже в цен­тре дома име­ют доволь­но запу­щен­ный вид. Отва­ли­ва­ю­ща­я­ся шту­ка­тур­ка, хао­тич­ная рекла­ма на фаса­дах, раз­би­тые тро­туа­ры, а пер­вые эта­жи пере­де­ла­ны под эклек­тич­ные ком­мер­че­ские поме­ще­ния с дизай­ном в сти­ле «само­го страш­но­го сна урбаниста».

В общем ниче­го необыч­но­го, за исклю­че­ни­ем одно­го — в одной из квар­тир в доме 201 по ули­це Ком­му­на­ров про­пи­са­на не совсем обыч­ная девуш­ка. К 30 годам она ста­ла обла­да­тель­ни­цей мно­го­мил­ли­он­но­го состо­я­ния и кон­тро­ли­ру­ю­щим акци­о­не­ром несколь­ких казах­стан­ских добы­ва­ю­щих ком­па­ний. Девуш­ку зовут Анна Бере­зи­на, и сего­дня наш рас­сказ о ней.

Дом по ули­це Ком­му­на­ров в Ижев­ске, где про­пи­са­на Анна Бере­зи­на. Источ­ник: Google Street View

Директор. Черное золото

Самые ран­ние сле­ды при­сут­ствия в казах­стан­ском биз­не­се Анны Бере­зи­ной, что нам уда­лось обна­ру­жить в откры­том досту­пе — под­пись девуш­ки в доку­мен­те об утвер­жде­нии сове­та дирек­то­ров АО «Аман Мунай Экс­плор­эйшн».

В 2013 году она рас­пи­сы­ва­лась в нем в каче­стве дирек­то­ра мате­рин­ской Aman Munai Exploration B.V. (ком­па­ния была осно­ва­на под назва­ни­ем Kazakhmys Petroleum BV), гла­вой этой струк­ту­ры она ста­ла так­же в 2013‑м. На тот момент ей едва испол­ни­лось 25 лет, а под управ­ле­ни­ем моло­дой рос­си­ян­ки ока­за­лась биз­нес-струк­ту­ра с капи­та­лом €342,9 млн (капи­тал не менял­ся с момен­та созда­ния юрли­ца в 2007 году).

«Аман Мунай Экс­плор­эйшн» — это казах­стан­ская ком­па­ния, кото­рая зани­ма­ет­ся раз­вед­кой и добы­чей неф­ти в Актю­бин­ской обла­сти на бло­ке Восточ­ной Акжар пло­ща­дью 500 км².

Судя по ауди­тор­ским отче­там, гол­ланд­ская ком­па­ния, кото­рую воз­глав­ля­ла Бере­зи­на, не явля­лась конеч­ным бене­фи­ци­а­ром. Кон­тро­ли­ру­ю­щей сто­ро­ной был маль­тий­ский инвест­фонд Falcon NR&I Fund SICAV PLC, кото­рый вла­дел нидер­ланд­ской ком­па­ни­ей через бель­гий­скую струк­ту­ру Aman Munai Exploration BVBA.

Кто на тот момент был конеч­ным бене­фи­ци­а­ром, доку­мен­таль­но под­твер­дить слож­но, даже несмот­ря на то, что маль­тий­ский фонд, вла­дев­ший неф­тя­ным полем в Актю­бин­ской обла­сти, засве­тил­ся в утеч­ке PanamaLeaks.

Веро­ят­нее все­го, конеч­ным вла­дель­цем мож­но счи­тать мил­ли­ар­де­ра и офи­ци­аль­но само­го бога­то­го казах­стан­ца Вла­ди­ми­ра Кима или людей, близ­ких к нему. Об этом может сви­де­тель­ство­вать и тот факт, что изна­чаль­но гол­ланд­ская ком­па­ния носи­ла созвуч­ное с основ­ным акти­вом Кима назва­ние Kazakhmys Petroleum B.V.

Веро­ят­но, в про­шлом году Вла­ди­мир Ким решил взять в неф­тя­ной биз­нес новых парт­не­ров. В июне 2020 года состав акци­о­не­ров ком­па­нии поки­ну­ла фир­ма Aman Munai Exploration BV (Анна Бере­зи­на на тот момент уже не была ее дирек­то­ром), а «Аман Мунай Экс­плор­эйшн» сме­нил назва­ние на АО «Алтай Ресор­сиз».

Новым акци­о­не­ром ста­ла заре­ги­стри­ро­ван­ная в спе­ци­аль­ной эко­но­ми­че­ской зоне Шар­джи ком­па­ния Syntech FZE. Конеч­ным бене­фи­ци­а­ром в отче­тах «Алтай Ресор­сиз» назы­ва­ет­ся син­га­пур­ская фир­ма Mahesh S/O Pulandaran, кон­тро­ли­ру­е­мая маль­тий­ским офшо­ром Advaita Trade Private Limited.

Судя по базе тех же «рай­ских доку­мен­тов», клю­че­вым лицом в ком­па­нии с Маль­ты явля­ет­ся алма­ти­нец Борис Нико­ла­ен­ко. Это пол­ный тез­ка быв­ше­го топ-мене­дже­ра казах­стан­ско­го офи­са Kazakhmys PLC. В тоже вре­мя в послед­нем отче­те об аффи­ли­ро­ван­ных с АО «Алтай Ресор­сиз» появи­лись новые лица —это быв­ший зять пер­во­го пре­зи­ден­та Рос­сии Бори­са Ель­ци­на Лео­нид (Алек­сей) Дья­чен­ко и его семья. Лео­нид Дья­чен­ко был вто­рым мужем доче­ри Ель­ци­на Татья­ны, в бра­ке супру­ги про­жи­ли с 1990 по 2002 год.

Казах­стан­ский неф­тя­ник Лео­нид Дья­чен­ко в окру­же­нии быв­шей семьи

Дья­чен­ко непло­хо зна­ком с неф­тя­ной сфе­рой. Неко­то­рое вре­мя он воз­глав­лял и частич­но вла­дел заре­ги­стри­ро­ван­ной на Кип­ре ком­па­ни­ей Urals Energy, кото­рая вела добы­чу неф­ти в Рос­сии — на Саха­лине и в Тима­но-Печор­ском бас­сейне в Коми. Ком­па­ния воз­ник­ла в кон­це вось­ми­де­ся­тых с санк­ции руко­во­ди­те­ля пер­во­го глав­но­го управ­ле­ния КГБ СССР (внеш­няя раз­вед­ка) Лео­ни­да Шебар­ши­на как при­кры­тие для изу­че­ния кана­лов тене­во­го экс­пор­та, в 1990 году пусти­лась в само­сто­я­тель­ное ком­мер­че­ское пла­ва­ние и доста­лась сна­ча­ла быв­шим раз­вед­чи­кам и зятю Бори­са Ель­ци­на — Лео­ни­ду Дья­чен­ко, а затем Сбер­бан­ку за долги.

У бан­ка ее выку­пи­ла семья биз­не­сме­нов Хоти­ных, она ста­ла осно­вой их неф­тя­ной ком­па­нии «Дулись­ма». В 2019 году Алек­сей Хотин, кото­рый вел биз­нес со сво­им отцом Юри­ем, был задер­жан ФСБ и МВД по подо­зре­нию в хище­нии 7,5 млрд руб­лей из соб­ствен­но­го бан­ка «Югра».

Акционер. Бурое золото

Уход Анны Бере­зи­ной с поста дирек­то­ра гол­ланд­ской Aman Munai Exploration B.V. труд­но назвать уволь­не­ни­ем, ско­рее это пере­ход в новое каче­ство. В 2016 году девуш­ка ста­но­вит­ся един­ствен­ным вла­дель­цем так­же нидер­ланд­ской ком­па­нии Karazhyra Holdings B.V. с акци­о­нер­ным капи­та­лом €100. Вско­ре этой фир­ме доста­ет­ся 49,9% в АО «Кара­жы­ра».

Казах­стан­ская ком­па­ния изна­чаль­но не была акци­о­нер­ным обще­ством: в декаб­ре 2002 года струк­ту­ра была заре­ги­стри­ро­ва­на как ТОО «Кара­жы­ра ЛТД» и полу­чи­ла в свое рас­по­ря­же­ние одно­имен­ное уголь­ное место­рож­де­ние на тер­ри­то­рии быв­ше­го Семи­па­ла­тин­ско­го ядер­но­го полигона.

Лишь в 2016 году фир­ма пере­ре­ги­стри­ро­ва­лась в акци­о­нер­ное обще­ство со сле­ду­ю­щим рас­пре­де­ле­ни­ем долей: аме­ри­кан­ская Demex LLC полу­чи­ла в нем 80%, дол­ла­ро­вые мил­ли­о­не­ры Вла­ди­мир Джу­ман­ба­ев и Эду­ард Огай — по 10%.

Через год долю аме­ри­кан­ско­го парт­не­ра поде­ли­ли. Karazhyra Holdings B.V. Анны Бере­зи­ной полу­чи­ла под кон­троль почти поло­ви­ну ком­па­нии, Джу­ма­ба­ев и Огай нарас­ти­ли свои доли до 20%, а ново­му акци­о­не­ру Ерла­ну Ниг­ма­тул­ли­ну, быв­ше­му сена­то­ру и бра­ту пред­се­да­те­ля мажи­ли­са (тогда и сей­час) Нур­ла­на Ниг­ма­тул­ли­на, доста­лись 10%.

В 2017 году ком­па­ния полу­чи­ла чистую при­быль 2,8 млрд тен­ге, а еще через год уве­ли­чи­ла ее почти вдвое — до 5,1 млрд тен­ге. Види­мо, бла­го­да­ря этим сред­ствам капи­тал Karazhyra Holdings B.V. уве­ли­чил­ся в 2018 году со €100 до €2,2 млн.

В фев­ра­ле 2020 года ком­па­ния Анны Бере­зи­ной пере­да­ла 49,9% сво­их акций детям Эду­ар­да Огая Элине и Вла­ди­ми­ру. На тот момент рыноч­ная капи­та­ли­за­ция ком­па­нии на Казах­стан­ской фон­до­вой бир­же оце­ни­ва­лась при­мер­но в 13,5 млрд тен­ге или $32 млн. Фор­маль­но к тому момен­ту на долю Бере­зи­ной при­хо­ди­лось чуть боль­ше $15 млн.

Бенефициар. Золото

Выход Анны Бере­зи­ной из уголь­но­го биз­не­са не стал окон­ча­ни­ем в ее карье­ре казах­стан­ской мил­ли­о­нер­ши. Сей­час ее самый цен­ный актив — золо­то­до­бы­ва­ю­щее АО АК «Алты­нал­мас». И это уже по-насто­я­ще­му серьез­ный биз­нес с капи­та­ли­за­ци­ей $362 млн, в кото­ром Бере­зи­на вла­де­ет 59,97%.

Казах­стан, по дан­ным Все­мир­но­го сове­та по золо­ту, зани­ма­ет 15‑е место в мире по объ­е­мам добы­чи драг­ме­тал­ла. В про­шлом году в рес­пуб­ли­ке было извле­че­но 78,5 тон­ны золо­та — тре­тье место после Рос­сии и Узбе­ки­ста­на на пост­со­вет­ском про­стран­стве. Вла­сти рес­пуб­ли­ки рапор­то­ва­ли о 111,5 тон­ны золо­та, но, види­мо, сюда вклю­ча­лись и объ­е­мы уже аффи­ни­ро­ван­но­го металла.

Как бы то ни было, за 10 лет объ­е­мы добы­чи драг­ме­тал­ла в Казах­стане вырос­ли, опять же по дан­ным Все­мир­но­го сове­та по золо­ту, в 2,5 раза — с 29,9 тон­ны до 78,5 тонны.

Как писал в сво­ем обзо­ре казах­стан­ский Forbes, из-за слож­но­стей, свя­зан­ных с добы­чей золо­та в рес­пуб­ли­ке на пер­вых эта­пах после обре­те­ния Казах­ста­ном неза­ви­си­мо­сти и нача­лом при­ва­ти­за­ции золо­то­нос­ных участ­ков, инте­рес к ним про­яв­ля­ли в основ­ном круп­ные ино­стран­ные игроки.

Кон­троль над круп­ней­шим в рес­пуб­ли­ке Василь­ков­ским место­рож­де­ни­ем (запа­сы — более 360 тонн) в 2000 году достал­ся гол­ланд­ской Floodgate Holding B.V., за кото­рой сто­я­ли изра­иль­ские биз­не­сме­ны Лев Лева­ев и выхо­дец из Укра­и­ны Арка­дий Гай­да­мак. В Казах­стане они извест­ны сво­и­ми хими­че­ски­ми про­ек­та­ми, а в осталь­ном мире — тор­гов­лей ору­жи­ем. Гай­да­ма­ка фран­цуз­ский суд в 2009 году заоч­но при­го­во­рил к 6 годам тюрь­мы за неле­галь­ную тор­гов­лю алма­за­ми. В РК парт­не­ры попы­та­лись модер­ни­зи­ро­вать Василь­ков­ский ГОК (ВГОК), но не смог­ли ни най­ти финан­си­ро­ва­ние, ни орга­ни­зо­вать рабо­ту. Спу­стя пять лет они свер­ну­ли свои про­ек­ты в Казахстане.

Сей­час это место­рож­де­ние раз­ра­ба­ты­ва­ет ТОО «Каз­цинк» — сов­мест­ное пред­при­я­тие швей­цар­ской Glencore (69,74%) и дочер­ней ком­па­ний госу­дар­ствен­но­го фон­да «Самрук-Казы­на» Тау-Кен Самрук (29,82%).

Два года назад в швей­цар­ской прес­се раз­го­рел­ся скан­дал, цен­траль­ном сюже­том кото­ро­го ста­ло подо­зре­ние в том, что Glencore пере­да­ла свой пакет акций элит­ной шко­лы Haileybury Astana бла­го­тво­ри­тель­но­му фон­ду Була­та Уте­му­ра­то­ва сто­и­мо­стью $23 млн. Эти день­ги затем были про­сто спи­са­ны с балан­са ком­па­нии. Жур­на­ли­сты пред­по­ло­жи­ли, что сред­ства мог­ли быть исполь­зо­ва­ны за ока­за­ние неко­то­рых лоб­бист­ских услуг со сто­ро­ны Уте­му­ра­то­ва, кото­рый счи­та­ет­ся, как и Вла­ди­мир Ким, вхо­дя­щим в бли­жай­ший круг пер­во­го пре­зи­ден­та Казах­ста­на Нур­сул­та­на Назарбаева.

В про­шлом году «Каз­цинк» добыл 18,7 тон­ны золо­та, почти чет­верть от все­го объ­е­ма в стране.

При­мер­но 16 тонн золо­та при­шлось на долю дочер­ней струк­ту­ры рос­сий­ской гор­но­руд­ной ком­па­нии «Поли­ме­талл» мил­ли­ар­де­ров Алек­сандра Неси­са и Алек­сандра Маму­та.

Еще один круп­ный игрок на рын­ке и один из пер­вых на нем — АО АК «Алты­нал­мас». В 2020 году ком­па­ния добы­ла 12,9 тон­ны золо­та. А с уче­том при­об­ре­тен­но­го в про­шлом году дру­го­го ста­рей­ше­го золо­то­до­бы­ва­ю­ще­го пред­при­я­тия АО «Каза­хал­тын» (3,9 тон­ны) общий объ­ем добы­то­го груп­пой золо­та может оце­ни­вать­ся в 16,8 тонны.

Нидер­ланд­ская ком­па­ния Gouden Reserves B.V. — клю­че­вой акци­о­нер АО АК «Алты­нал­мас» с долей 59,97%. Конеч­ным бене­фи­ци­а­ром этой ком­па­нии, через запу­тан­ную систе­му фирм-про­кла­док в Нидер­лан­дах и Син­га­пу­ре так­же явля­ет­ся Анна Бере­зи­на.

По ито­гам про­шло­го года ком­па­ния полу­чи­ла 63,2 млрд тен­ге чистой при­бы­ли или $148 млн — почти в пять раз боль­ше, чем сто­и­мость всей уголь­ной ком­па­нии Кара­жы­ра. Дру­гие акци­о­не­ры «Алты­нал­ма­са»— Вла­ди­мир Джу­ман­ба­ев (21,99%), пре­зи­дент и пред­прав­ле­ния это­го акци­о­нер­но­го обще­ства Дияр Кана­шев (9,50%) и граж­да­нин Южно-Афри­кан­ской рес­пуб­ли­ки Игорь Вети­ул (5,5%).

Эмигрантская доля

Так кто же такая на самом деле эта Анна Бере­зи­на, кото­рая замы­ка­ет на себе акти­вы в Казах­стане на несколь­ко сотен мил­ли­о­нов долларов?

Неко­то­рую под­сказ­ку нам дает все тот же доку­мент, кото­рый она под­пи­сы­ва­ла в 2013 году в каче­стве дирек­то­ра Aman Munai Exploration B.V. Из него мы, в част­но­сти, узна­ем, что «граж­дан­ка Нидер­лан­дов Анна Бере­зи­на» роди­лась в совет­ском Ижев­ске 27 июля 1988 года.

Посколь­ку в Рос­сии и Нидер­лан­дах не запре­ще­но иметь вто­рое граж­дан­ство, мы пред­по­ло­жи­ли, что свое рос­сий­ский пас­порт она мог­ла сохра­нить. И это дей­стви­тель­но так. В июле про­шло­го года в рос­сий­ском кон­суль­стве в Гаа­ге Анна Бере­зи­на полу­чи­ла новый загра­нич­ный пас­порт. Мы полу­чи­ли доступ к это­му доку­мен­ту, в кото­ром, кро­ме все­го про­че­го, есть дан­ные обо всех ранее выдан­ных ей паспортах.

Из него сле­ду­ет, что Анна Бере­зи­на до сих пор при­пи­са­на в Ижев­ске в доме по ули­це Ком­му­на­ров, 201. Хотя оче­вид­но, что сере­ди­ны или с кон­ца 90‑х она там не живет (сво­ей пер­вый загра­нич­ный пас­порт Анна полу­чи­ла в 1995 году, когда ей было 7 лет). Обще­граж­дан­ский (внут­рен­ний пас­порт) она обнов­ля­ла послед­ний раз в 2011 году, когда ей испол­ни­лось 23 года. Для это­го ей при­шлось вер­нуть­ся на роди­ну и полу­чить доку­мент по месту сво­ей про­пис­ки в Ижевске.

Анна Бере­зи­на до и после того, как ста­ла номи­наль­ным вла­дель­цем мно­го­мил­ли­он­но­го состояния

Но самое инте­рес­ное тут не фото­гра­фия Анны, а све­де­ния о ее роди­те­лях. И если инфор­ма­ции о ее отце в пуб­лич­ном досту­пе нам най­ти не уда­лось (он пол­ный тез­ка петер­бург­ско­го биз­не­сме­на Андрея Вале­рье­ви­ча Бере­зи­на), то ее мать ока­за­лась извест­ной пер­со­ной в казах­стан­ском бизнес-сообществе.

Роди­те­ли Анны: Андрей Бере­зин и Еле­на Яку­бов­ская. Фото из акка­ун­та Андрея Бере­зи­на в «Одно­класс­ни­ках»

Еле­на Яро­слав­на Яку­бов­ская чис­лит­ся руко­во­ди­те­лем десят­ков фирм, свя­зан­ных в основ­ном с биз­не­сом Вла­ди­ми­ра Кима и Эду­ар­да Огая. Про­сле­дить ее род­ствен­ную связь в отче­тах казах­стан­ских ком­па­ний с Анной Бере­зи­ной ранее не пред­став­ля­лось воз­мож­ным, так как казах­стан­ское зако­но­да­тель­ство не тре­бу­ет ука­зы­вать близ­ких род­ствен­ни­ков нере­зи­ден­тов в спис­ках аффи­ли­ро­ван­ных лиц.

Еле­на Яку­бов­ская рабо­та­ла и рабо­та­ет на пози­ци­ях дирек­то­ра в:

  • нидер­ланд­ских Financial Services B.V. (Ким и Огай), Aman Munai Exploration B.V. (Анна Бере­зи­на), Petroleum Partners B.V. (Ким), Cooper International B.V. (свя­за­на с Алты­нал­мас), Kerem Equipment B.V. (свя­за­на с Кары­жа­ра), Global Service Technology B.V. (лик­ви­ди­ро­ва­на), Vostok Cooper B.V. (Ким и Новачук),
  • бри­тан­ских Kazakhmys Corporation Finance Limited (Ким и Огай), Kazakhmys Smelting Finance Limited (Ким и Огай), Kazakhmys Limited (Ким и Огай).

Ско­рее все­го имен­но Еле­на Яку­бов­ская и при­ве­ла дочь в этот биз­нес, оформ­ляя на нее под­став­ные ком­па­нии для биз­не­сме­нов из казах­стан­ско­го спис­ка Forbes.

Зачем это нуж­но биз­не­сме­нам? Напри­мер, для того что­бы в слу­чае чего защи­тить часть сво­их акти­вов в евро­пей­ских юрис­дик­ци­ях и полу­чить доступ к непод­кон­троль­но­му вла­стям Казах­ста­на арбит­ра­жу. «Свои» зару­беж­ные мате­рин­ские ком­па­нии и круп­ные акци­о­не­ры тео­ре­ти­че­ские име­ют доступ к более деше­во­му кре­ди­то­ва­нию. Так, день­ги на покуп­ку «Каза­хал­тын» «Алты­нал­мас» зани­мал у евро­пей­ских струк­тур рос­сий­ско­го ВТБ. Общий долг АО «Алты­нал­мас» перед «доч­ка­ми» бан­ка, кото­рый кон­тро­ли­ру­ет­ся пра­ви­тель­ством Рос­сии, состав­ля­ет €1,1 млрд со став­кой 6–7% годо­вых. Дру­гой вопрос, смог­ли бы они полу­чить такие день­ги в HSBC или Deutsche Bank.

Опять же, через эти ком­па­нии лег­че выво­дить и лега­ли­зо­вы­вать сред­ства за гра­ни­цей, оформ­ляя это как выда­чу кре­ди­тов не свя­зан­ным сторонам.

Нако­нец, эти номи­на­лы могут быть про­сто дер­жа­те­ля­ми той части биз­не­са, кото­рая на самом деле при­чи­та­ет­ся дру­гим людям или како­му-то одно­му, но очень важ­но­му человеку.

Источ­ник: https://teletype.in/

архивные статьи по теме

Утемуратов помогал Аблязову скрыть украденные деньги…

Editor

В чьих интересах IPO Glencore?

Назарбаев, где закон и справедливость?!