-24 C
Астана
6 декабря, 2022
Image default

День памяти чего?

Сего­дня, 31 мая, в Казах­стане отме­ча­ет­ся как День памя­ти жертв поли­ти­че­ских репрес­сий. В послед­ние годы век­тор вни­ма­ния на нем в боль­шей сте­пе­ни пере­во­дит­ся на жертв Голо­до­мо­ра 20–30‑х годов. Все это, как пред­ла­га­ют неко­то­рые, мож­но забыть, как дела дав­но минув­ших дней. Одна­ко, преж­де чем пере­вер­нуть стра­ни­цу Исто­рии, ее нуж­но тща­тель­но изу­чить, запол­нить все белые пят­на, выне­сти уро­ки и при­нять поли­ти­че­ские решения.

Сра­зу же отме­тим, что граж­дан­ские акти­ви­сты не раз гово­ри­ли о том, что­бы День памя­ти жертв Голо­до­мо­ра был выне­сен отдель­но. Так, напри­мер, пред­ла­га­лось назна­чить эту дату на 13 сен­тяб­ря. Имен­но в этот день печаль­но зна­ме­ни­тый Филипп Голо­ще­кин при­был в Казах­стан, а потом раз­вел дея­тель­ность, извест­ную как «Малый Октябрь». Одна­ко надо отме­тить, что до это­го тогдаш­ний руко­во­ди­тель Казах­ской АССР под­ни­мал вопро­сы «каза­ки­за­ции». Конеч­но, это было направ­ле­но глав­ным обра­зом не на раз­ви­тие наци­о­наль­ной куль­ту­ры, а чисто с идео­ло­ги­че­ской сто­ро­ны, но, в любом слу­чае, это тема для отдель­но­го раз­го­во­ра. Что каса­ет­ся кол­лек­ти­ви­за­ции, то более при­ем­ле­мой датой, по наше­му мне­нию, явля­ет­ся 28 авгу­ста 1928 года, когда боль­ше­ви­ки при­ня­ли реше­ние о кон­фис­ка­ции бай­ских хозяйств.

Впро­чем, дело не в кон­крет­ной дате, а в том, что ее мож­но и нуж­но отде­лить от общей, кото­рая отме­ча­ет­ся сего­дня. Но нач­нем имен­но с поли­ти­че­ских репрес­сий, как тако­вых. В прин­ци­пе, Казах­стан нема­ло сде­лал по это­му пово­ду. Наи­боль­шая актив­ность со сто­ро­ны госу­дар­ства в этом направ­ле­нии была пред­при­ня­та в 90-ых. Чуть ранее, под конец Пере­строй­ки (и само­го Совет­ско­го Сою­за) мы ста­ли сви­де­те­ля­ми вто­рой вол­ны (первую еще Ники­та Хру­щев ини­ци­и­ро­вал) реа­би­ли­та­ций жертв ста­лин­ских репрес­сий. Дела­лось это чаще все­го сте­пе­ни «посмерт­но» и в боль­шей сте­пе­ни для мораль­но­го удо­вле­тво­ре­ния, но необ­хо­ди­мо под­черк­нуть, что это был важ­ный шаг с пра­во­вой точ­ки зрения.

По идее, он дол­жен был озна­чать обе­ща­ние вла­сти боль­ше так не делать, а наро­да – боль­ше не тер­петь это­го. То есть, в обще­стве и госу­дар­стве долж­но было сло­жить­ся устой­чи­вое непри­я­тие репрес­си­ям и тота­ли­тар­но­му мето­ду прав­ле­ния. Уже при неза­ви­си­мо­сти ста­ли при­ни­мать­ся зако­ны, по кото­рым нача­ли выпла­чи­вать­ся посо­бия жерт­вам репрес­сий, предо­став­лять­ся опре­де­лен­ные льго­ты. Так, напри­мер, это каса­лось пред­ста­ви­те­лей наро­дов, кото­рые были высла­ны в Казах­стан в 30–40 годы ХХ века. Это так­же было важ­но для стра­ны, хотя, заме­тим, что люди не осо­бо стре­ми­лись вос­поль­зо­вать­ся таки­ми воз­мож­но­стя­ми. Это отча­сти объ­яс­ня­лось неве­ри­ем в искрен­ность таких ини­ци­а­тив, а с точ­ки зре­ния субъ­ек­ти­виз­ма – люди попро­сту опа­са­лись, что их вне­сут в какие-то спис­ки, кото­рые будут хра­нить­ся в спецслужбах.

В даль­ней­шем пер­вый, а затем и вто­рой пре­зи­дент не раз под­ни­ма­ли эту тему, но чаще все­го – на сакраль­ную дату и толь­ко с осуж­де­ни­ем про­шло­го. Два года назад, 31 мая 2020 года, Касым-Жомарт Тока­ев пошел даль­ше – он ини­ци­и­ро­вал созда­ние госу­дар­ствен­ной комис­сии по реа­би­ли­та­ции жертв поли­ти­че­ских репрес­сий. Основ­ной ее зада­чей, утвер­жден­ной ука­зом пре­зи­ден­та в нояб­ре того же года, «явля­ет­ся юри­ди­че­ская и поли­ти­че­ская реа­би­ли­та­ция жертв поли­ти­че­ских репрессий».

Эта ини­ци­а­ти­ва Касым-Жомар­та Кеме­ле­ви­ча выгля­де­ла, по мень­шей мере, стран­но. Даже не гово­ря о про­ек­ции темы на день сего­дняш­ний, она мог­ла пока­зать­ся «немно­го запоз­да­лой» или даже лиш­ней. Одна­ко вряд ли Акор­да бы выхо­ди­ла с таким пред­ло­же­ни­ем и дей­стви­я­ми. «Меж­ду строк» мож­но было пред­ска­зать опре­де­лен­ный потен­ци­ал в рабо­те комис­сии, кото­рая тео­ре­ти­че­ски мог­ла охва­тить не толь­ко ста­лин­скую эпо­ху, как тако­вую, но в целом прий­ти к выво­ду о необ­хо­ди­мо­сти выне­сти поли­ти­че­ское реше­ние по все­му совет­ско­му пери­о­ду, вплоть до под­ня­тия вопро­са о деком­му­ни­за­ции. В прин­ци­пе, более точ­ные выво­ды мож­но было делать, исхо­дя из дея­тель­но­сти самой комис­сии, одна­ко, судя по прес­се, было толь­ко одно засе­да­ния. По край­ней мере, ника­ких осо­бых ново­стей об этом слыш­но не было.

Что каса­ет­ся Ашар­шы­лы­ка, то эта тема тоже не оста­ва­лась без вни­ма­ния вла­стей. В 1992 году в Алма­ты, в скве­ре у НКВД-КГБ-КНБ, был уста­нов­лен чер­ный гра­нит­ный куб, где было ука­за­но, что на этом месте будет воз­двиг­нут памят­ник жерт­вам голо­до­мо­ра. Одна­ко он появил­ся лишь чет­верть века спу­стя, а за два-три года до это­го некая «обще­ствен­ность» даже яко­бы высту­пи­ла за то, что­бы сне­сти или пере­не­сти этот куб – мол, там дети гуля­ют, а он грусть и нега­тив несет. Даже были устро­е­но подо­бие обще­ствен­ных слу­ша­ний, но в 2017 году нынеш­ний памят­ник был все же установлен.

Эта исто­рия, как нель­зя луч­ше, демон­стри­ру­ет отно­ше­ние вла­стей и обще­ства к Ашар­шы­лы­ку. Да, в Казах­стане за послед­нее 10-летие было откры­то еще несколь­ко памят­ни­ков, про­во­ди­лись науч­ные кон­фе­рен­ции и даже про­из­но­си­лись речи с пар­ла­мент­ской три­бу­ны. В то же вре­мя сре­ди тех же пар­ла­мен­та­ри­ев нема­ло тех, кто не про­сто отри­ца­ет факт голо­до­мо­ра или, «в луч­шем слу­чае», при­зы­ва­ет «не поми­нать ста­рое», но одно­вре­мен­но обви­ня­ет в наци­о­на­лиз­ме тех, кто под­ни­ма­ет вопро­сы о целе­на­прав­лен­ном гено­ци­де нача­ла 30‑х годов.

Суще­ству­ет доволь­но широ­кая про­слой­ка «отри­ца­те­лей» и в самом обще­стве. При­чем, это не толь­ко так назы­ва­е­мое «совет­ское поко­ле­ние», у кото­ро­го про­сто сра­ба­ты­ва­ет инстинкт само­за­щи­ты, но и более моло­дое и те, кто дела­ет это целе­на­прав­лен­но. Неко­то­рые при­чи­ны это­го мы опи­сы­ва­ли в мате­ри­а­ле о деком­му­ни­за­ции, а более кон­крет­но о том, как и для чего нуж­но при­знать гено­цид, мы опи­шем в дру­гой раз, а сей­час хоте­ли бы обра­тить вни­ма­ние имен­но на неко­то­рую фаль­ши­вость «Дня памяти».

Здесь, опять-таки, речь не толь­ко и не сколь­ко с алле­го­ри­я­ми дня сего­дняш­не­го или послед­них 30 лет, а с недо­ска­зан­но­стью отно­си­тель­но про­шло­го. В этом плане сов­ме­ще­ние поли­ти­че­ских репрес­сий, как тако­вых, и Ашар­шы­лы­ка, может пока­зать­ся наме­рен­ным дей­стви­ем, что­бы, ска­жем так, раз­мыть и то, и дру­гое. Понят­но, что сре­ди нас мно­го тех, кто с оди­на­ко­вым почте­ни­ем и скор­бью отно­сит­ся к жерт­вам, но все же «31 мая» при всех сопут­ству­ю­щих меро­при­я­ти­ях, смот­рит­ся недосказано.

А что ска­зать надо-то? Опять-таки – поли­ти­че­ское реше­ние. Если в этот день что-то и объ­еди­нять, то нуж­но память посвя­щать всем жерт­вам всей совет­ской (боль­ше­вист­ской, ком­му­ни­сти­че­ской или какой-то еще) систе­мы. Пони­ма­ем, что этот тезис выгля­дит неод­но­знач­но, одна­ко преж­де чем под­вер­гать авто­ра кри­ти­ке и напо­ми­нать (при­ду­мы­вать) все досто­ин­ства СССР и всей совет­ской систе­мы, надо вспом­нить, что как раз с пра­ва­ми чело­ве­ка у нас был пол­ный про­вал. Кста­ти, не хоте­лось бы разо­ча­ро­вы­вать, но плом­бир был «самый вкус­ный» толь­ко пото­му, что мы дру­го­го и не про­бо­ва­ли, а квар­ти­ры нико­му бес­плат­но не выда­ва­ли – нас про­сто туда засе­ля­ли. При­мер­но так же, как и пря­мых жертв ста­лин­ских репрес­сий в бара­ки ГУЛАГа.

Источ­ник: check-point.kz

архивные статьи по теме

Объединить национальный и пенсионный фонды и передать EXPO-2017 частным инвесторам предлагает экс-премьер РК Кажегельдин

Editor

Большой брат будет следить за всеми!

Казахских школ в стране – как капля в море