10 C
Астана
25 апреля, 2024
Image default

“Дело Козлова”: “Не осуждайте Амирову!”

С таким при­зы­вом обра­тил­ся Вла­ди­мир Коз­лов ко всем, кто его под­дер­жи­ва­ет. Ни поли­тик, ни Серик Сапар­га­ли не выра­зи­ли сво­е­го осуж­де­ния, хотя допрос Айжан­гуль Ами­ро­вой, во вре­мя кото­ро­го она дава­ла пока­за­ния про­тив сво­их быв­ших сорат­ни­ков, длил­ся целых три дня. 

 

Автор: Шари­па ИСКАКОВА

 

- Я Айжан­гуль не осуж­даю и не сове­тую  делать дру­гим. Осуж­дать может  толь­ко тот, кто сам про­шел через все это. За пять с поло­ви­ной меся­цев аре­ста здесь даже муж­чи­ны лома­ют­ся, а она жен­щи­на. И к ней нуж­но отно­сить­ся, как к жен­щине. И я ее не осуж­даю, я ее пони­маю, — заявил Вла­ди­мир Коз­лов 31 авгу­ста, когда нам уда­лось пере­ки­нуть­ся с ним парой фраз во вре­мя перерыва.

С таким же пони­ма­ни­ем к Айжан­гуль Ами­ро­вой отнес­ся и Серик Сапар­га­ли — он даже выра­зил сло­ва бла­го­дар­но­сти ей и ее маме. Послед­нее при­зна­ние про­зву­ча­ло перед тем, как Вла­ди­мир Коз­лов и Серик Сапар­га­ли нача­ли зада­вать Айжан­гуль вопро­сы по ее пока­за­ни­ям про­тив них. Каза­лось, под­су­ди­мые даже ста­ра­лись под­дер­жать быв­шую акти­вист­ку «Халык Май­да­ны», кото­рая «дея­тель­но рас­ка­я­лась» и обре­ла свободу.

В пят­ни­цу, 31 авгу­ста ей дей­стви­тель­но нуж­на была под­держ­ка. По отек­ше­му и измож­ден­но­му лицу Айжан­гуль Ами­ро­вой каза­лось, что она про­пла­ка­ла не один день. Когда судья при­гла­сил ее в зал, она тяже­лой посту­пью про­шла к три­буне, не под­ни­мая глаз. Взъеро­шен­ные воло­сы, вре­ме­на­ми дро­жа­щие руки, туск­лый взгзляд — все это гово­ри­ло о душев­ном дис­ком­фор­те, кото­рое достав­ля­ет ей каж­дая мину­та нахож­де­ния в суде. 

«Поня­ла и раскаялась»

Как толь­ко Айжан­гуль дошла до три­бу­ны, судья пере­дал сло­во Сери­ку Сапаргали.

Судья: «Под­су­ди­мый Сапар­га­ли, про­дол­жай­те опрос свидетеля».

Серик Сапар­га­ли: «Вопро­сов очень мно­го, но, учи­ты­вая, что вы тоже сиде­ли пять меся­цев, буду зада­вать толь­ко важ­ные вопро­сы. Но перед этим хочу побла­го­да­рить вашу маму. Когда на меня напа­ли поли­цей­ские,  она всту­пи­лась за меня, она очень сме­лый человек».

После таких слов Айж­на­гуль Ами­ро­ва опу­сти­ла голо­ву и нача­ла тере­бить очки. Серик Сапра­га­ли, тяже­ло вздох­нув, при­сту­пил к вопро­сам, гово­ря о себе в тре­тьем лице:

«Под­твер­жда­е­те ли вы, что сами при­гла­си­ли Ерла­на Кали­е­ва и Сери­ка Сапар­га­ли для уча­стия в при­ми­ри­тель­ной комиссии,по прось­бе рабочих?»

Ами­ро­ва: «Да».

Серик Сапар­га­ли: «Поче­му вы не поста­ви­ли вопрос о том что при­ез­жа­ю­щие из «Халык май­да­ны»  люди при­ез­жа­ют толь­ко ради пиа­ра, или не доло­жи­ли об этом Вла­ди­ми­ру Коз­ло­ву, если вы так счи­та­ли тогда?»

Ами­ро­ва не дала точ­но­го отве­та, а уда­ри­лась в про­стран­ные обьяс­не­ния, что не раз обра­ща­лась к Бола­ту Ата­ба­е­ву, к Жан­бол­тау Мамаю, ста­ла гово­рить о ста­тье Кана­та Берен­та­е­ва. Затем сви­де­тель уда­ри­лась в вос­по­ми­на­ния: ока­зы­ва­ет­ся, все  пять меся­цев в СИЗО, она раз­мыш­ля­ла, поче­му Берен­та­ев не ска­зал Тал­га­ту Сак­та­га­но­ву о сво­ей ста­тье, когда они были вме­сте на кон­фе­рен­ции в Евро­пе, и поче­му вооб­ще Сак­та­га­нов поехал в Евро­пу. Но и в ито­ге так и не нашлась, что ска­зать, и отве­ти­ла встреч­ным вопросом:

- Мы зво­ни­ли Берен­та­е­ву, он ска­зал, что люди долж­ны пре­кра­тить заба­стов­ку. Поче­му заклю­че­ние Берен­та­е­ва не раз­мно­жи­ли и не отпра­ви­ли мне, ведь я мог­ла раз­дать их, как листов­ки Абля­зо­ва, тогда бы у меня был выбор, что раздавать?

Серик Сапар­га­ли, тяже­ло вздох­нув, лишь отме­тил: «У меня был дру­гой вопрос.  Хоро­шо, задаю сле­ду­ю­щий. Вы ста­ли извест­ным чело­ве­ком после всех этих собы­тий, вы неглу­пый чело­век. Как вы не пони­ма­ли тогда, что вы совер­ша­е­те неза­кон­ные действия?»

Ами­ро­ва: «Я поня­ла и раскаялась».

После это­го при­зна­ния Айжан­гуль слов­но бы попы­та­лась убе­дить при­сут­ству­ю­щих в акта­ус­ком зале суда, что дала пока­за­ния про­тив сорат­ни­ков не в обмен на сво­бо­ду, а исхо­дя из лич­ных побуж­де­ний. «Каж­дый чело­век ищет себе оправ­да­ние, и я иска­ла выход. У меня вна­ча­ле было мно­го запи­сей: «Поче­му? Поче­му я не сде­ла­ла так? Я все­гда иска­ла ответ, но не мог­ла най­ти ответы»…

Серик Сапар­га­ли пре­рвал ее моно­лог, побла­го­да­рил и сел на место. Он не стал опра­ши­вать ее даль­ше, пото­му что было понят­но — пря­мых отве­тов не будет.

А помощь-то была!

Влад­мир Коз­лов перед тем, как зада­вать вопро­сы, попро­сил судью поз­во­лить ему сде­лать неболь­шую преамбулу.

«Я бла­го­да­рен Айжан­гуль за то, что она дела­ла в Жана­о­е­зене. Это был боль­шой и нуж­ный труд. Во-вто­рых, хочу ска­зать, что я чув­ствую мораль­ную ответ­ствен­ность за Айжан­гуль. Она была един­ствен­ная, кого я напра­вил в Жана­о­зен. Но тем не менее, я вынуж­ден зада­вать вопро­сы: я под­су­ди­мый и я дол­жен защищаться».

После это­го поли­тик при­сту­пил к вопросам.

Вла­ди­мир Коз­лов: «Когда вы обра­ти­лись в пер­вый раз по пово­ду заба­стов­ки в Жана­о­е­зене, я ска­зал, что ребят уже уво­ли­ли, и теперь можем помочь толь­ко в рам­ках при­ми­ри­тель­ной комис­сии. Вы помни­те это?»

«Ваш ответ был не такой, Вла­ди­мир Ива­но­вич, — вста­ла в обо­ро­ну Ами­ро­ва. — Когда мне зво­ни­ла Жанар Сак­та­га­но­ва, вы ска­за­ли, что вам нуж­но попасть туда. Про эко­но­ми­стов и юри­стов вы ска­за­ли позже».

Вла­ди­мир Коз­лов на тако­ей выпад лишь недо­му­ен­но отме­тил: «А в томе 7, стр 52, вы так ска­за­ли. Ну, хоро­шо, далее. Ерлан Кали­ев, Серик Сапар­га­ли явля­ют­ся дипло­ми­ро­ван­ны­ми спе­ци­а­ли­ста­ми, так­же и Уткин, Берен­та­ев. Вы под­твер­жда­е­те, что они при­ни­ма­ли уча­стие в раз­ре­ше­нии проблем?».

«Они при­ез­жа­ли, но резуль­та­тов не было». — нача­ла горя­чить­ся свидетельница.

«Я про резуль­та­ты не спра­ши­ваю, я спра­ши­ваю — при­ни­ма­ли уча­стие они или нет?» — оса­дил ее Козлов.

«Да, при­ни­ма­ли», — отве­ти­ла Ами­ро­ва уже более спокойно.

Вла­ди­мир Коз­лов: «Уткин под­го­то­вил образ­цы заяв­ле­ний для вос­ста­нов­ле­ния на рабо­ту, Ерлан Кали­ев, Сапар­га­ли участ­во­ва­ли в собра­нии 23—24 нояб­ря, Берен­та­ев сде­лал ана­лиз тре­бо­ва­ний. Вы под­твер­жда­е­те эти факты?».

Ами­ро­ва: «Да»

Вла­ди­мир Коз­лов: «По вашим сло­вам, работ­ни­ки отка­за­лись вос­поль­зо­вать­ся образ­ца­ми Утки­на. Сре­ди тех, кто отка­зал­ся, были те, у кого было юри­ди­че­ское образование?»

Ами­ро­ва: «Сре­ди тех кого я знаю, юри­стов не было».

Вла­ди­мир Коз­лов: «Сре­ди тех, кто участ­во­вал 23—24 нояб­ря (в пере­го­во­рах) со сто­ро­ны заба­стов­щи­ков (были) име­ю­щие юри­ди­че­ское образование?»

Ами­ро­ва: «Нет»

Вла­ди­мир Коз­лов: «Таким обра­зом, реко­мен­да­ции про­фес­си­о­наль­ных юри­стов и эко­но­ми­стов были отверг­ну­ты басту­ю­щи­ми, пото­му что они не соот­вет­ство­ва­ли их мне­нию, вы соглас­ны? Басту­ю­щие оце­ни­ва­ли эти реко­мен­да­ции даже как нега­тив­ные, вы подтверждаете?».

Ами­ро­ва: «Да, подтверждаю».

Далее Вла­ди­мир Коз­лов заго­во­рил со сви­де­те­лем о попыт­ках най­ти посто­ян­но­го юри­ста для неф­тя­ни­ков в Жана­о­зене. В ходе допро­са Айжа­гуль под­твер­ди­ла, что поис­ки были без­ре­зуль­тат­ны­ми не пото­му, что пар­тия «Алга» не была в этом заин­те­ре­со­ва­на, а в силу обьек­тив­ных при­чин. Хотя в нача­ле она гово­ри­ла обратное.

Далее г‑н Коз­лов задал вопро­сы по адво­ка­там, кото­рых пар­тия обес­пе­чи­ла для защи­ты Ната­льи Соко­ло­вой, Акжа­на­та Ами­но­ва и самой Айжан­гуль. Более того, он напом­нил ей, что пар­тия предо­ста­ви­ла для нее адво­ка­та Лепи­ка, кото­рый до это­го «выта­щил» Акжа­на­та Ами­но­ва. На все эти вопро­сы Ами­ро­ва отве­ти­ла поло­жи­тель­но, без лиш­них выпа­дов, и даже побла­го­да­ри­ла Козлова.

Вла­ди­мир Ива­но­вич так­же напом­нил Ами­ро­вой, что, давая согла­сие на предо­став­ле­ние спе­ци­а­ли­стов на уча­стие в при­ми­ри­тель­ной коми­сии, он не давал гарант­ний поло­жи­тель­но­го исхо­да дела. Айжан­гуль после неко­то­рых попы­ток уйти от пря­мо­го отве­та все же при­зна­ла факт, что пар­тия как мог­ла спо­сбо­сто­ва­ла пере­го­во­рам, обес­пе­чи­вая неф­тя­ни­ков юри­ста­ми и эко­но­ми­ста­ми, а так­же ока­зы­вая мате­ри­аль­ную поддержку.

Пока­за­ния делят­ся на «до» и «после»

Сле­ду­щие вопро­сы каса­лись листо­вок, к кото­рым, по при­зна­нию сви­де­тель­ни­цы, отри­ца­тель­но отнес­лись и неф­тя­ни­ки,  и она сама. Но, как ока­за­лось, в листов­ках, кото­рые она раз­да­ва­ла (исхо­дя из ее слов, это про­ис­хо­ди­ло в кон­це сен­тяб­ря и в нача­ле октяб­ря),  гово­ри­лось об осво­бож­де­нии Ната­льи Соко­ло­вой и Акжа­на­та Аминова.

Тогда Влад­мир Коз­лов зада вполне резон­ный вопрос:

«Но ведь по тек­сту ясно, что листов­ка при­зы­ва­ет осво­бож­дать Ами­но­ва и Соко­ло­ву. А Соко­ло­ва была уже в Аты­рау, Ами­нов дома. Тогда кого освобождать?»

Про­ку­ро­ры высту­пи­ли про­тив, но судья их оста­но­вил. Вла­ди­мир Коз­лов посо­ве­то­вал сто­роне обви­не­ния выпить успо­ки­тель­но­го и про­дол­жил: «Содер­жи­мое листо­вок к момен­ту раз­да­чи уже уста­ре­ло. Поче­му ваша и неф­тя­ни­ков реак­ция была негативной?»

Ами­ро­ва: «Вызва­ли нега­тив­ную реак­цию сло­ва «вос­стать», а не сло­ва про Соко­ло­ву и Аминова».

Вла­ди­мир Коз­лов: «В деле гово­рит­ся, что сло­ва из листо­вок вы про­из­нес­ли еще летом, но тогда не было нега­тив­ной реак­ции. Как може­те объ­яс­нить это?»

Ами­ро­ва ста­ла опра­вы­д­вать­ся: «В тот день, когда я это ска­за­ла на допро­се, это был день мое­го аре­ста. Поэто­му мое состо­я­ние было такое»…

Вла­ди­мир Коз­лов: «В дру­гое вре­мя, в дру­гом месте вы так­же цити­ро­ва­ли сло­ва Абля­зо­ва, но не было упо­ми­на­ния о нега­тив­ной реак­ции. В деле есть даже ваши сло­ва о том, что вы не зна­ли о при­зы­вах Абля­зо­ва. Как вы може­те объ­яс­нить это?»

«В нача­ле янва­ря я иска­ла оправ­да­ние. Воз­мож­но, я скры­ва­ла свои чув­ства», — сно­ва  попы­та­лась сви­де­тель­ни­ца объ­яс­нить про­ти­во­ре­чия в соб­ствен­ных пока­за­ни­ях до и после при­ми­не­ния к ней 65‑й ста­тьи УК РК.

Далее выяс­ни­лось, что Ами­ро­ва ранее в пока­за­ни­ях нико­гда не гово­ри­ла о том, что неф­тя­ни­ки отно­си­лись к при­ез­жим как к «людям Абля­зо­ва». Но поче­му-то об этом она заго­во­ри­ла на суде. Ами­ро­ва ста­ла опра­д­вы­вать­ся, что это рас­про­стра­ня­лось Мух­та­ром Умбе­то­вым — одним из акта­ус­ких проф­со­юз­ных лидеров.

Вла­ди­мир Коз­лов оста­но­вил­ся и на дру­гих про­ти­во­ре­чи­ях в пока­за­ни­ях Айжан­гуль. В част­но­сти, поли­тик напом­нил ей про слу­чай напа­де­ния на нее и на Жанар Сак­та­га­но­ву в пери­од забастовки.

«Тогда вы в отве­тах сле­до­ва­те­лю ска­за­ли, что на вас и Жанар Сак­та­га­но­ву совер­ши­ли поку­ше­ние. Кро­ме это­го были изби­ты наши пресс-сек­ре­та­ри, в свя­зи с этим мы направ­ля­ли (им) видео­ка­ме­ры. Но после эти пока­за­ния исчез­ли, когда вы из обви­ня­е­мой в сви­де­те­ли пере­шли. Поче­му это случилось?»

Ами­ро­ва: «Отве­ты я под­твер­ждаю, но куда они делись, я не знаю»

Вла­ди­мир Коз­лов: «Вы ска­за­ли что полу­чи­ли по элек­трон­ной почте бро­шю­ру по еги­пет­ским собы­ти­ям. Сна­ча­ла гово­ри­ли, что не зна­ли, кто отпра­вил, но потом, когда ста­ли сви­де­те­лем ска­за­ли, что отпра­вил Коз­лов. Как это мог­ло слу­чить­ся, поче­му изме­ни­ли показания?»

Ами­ро­ва: «Я не изме­ни­ла, я толь­ко допол­ни­ла показания».

Вла­ди­мир Коз­лов: «В сво­их пока­за­ни­ях вы ска­за­ли что если бы пре­зи­дент сде­лал пред­ло­же­ние рань­ше, тако­го бы не слу­чи­лось. А перед тем, как ста­ли сви­де­те­лем, вы гово­ри­те, что види­те при­чин­но-след­ствен­ную связь меж­ду тра­ге­ди­ей и «Халык май­да­ны». Как вы объ­яс­ни­те про­ти­во­ре­чие меж­ду эти­ми дву­мя показаниями?

«Я же объ­яс­ня­ла ранее», — бурк­ну­ла Айжангуль.

«Вы зна­ли, что для реше­ния вопро­са неф­тя­ни­ков необ­хо­ди­мо при­вле­че­ние депутатов?»

«Да, но вам нуж­но было обсуж­дать эту тему здесь, а не толь­ко раз­ме­щать в интер­не­те и ехать в Евро­пу», — не уни­ма­лась Айжангуль.

«Вы зна­ли, что «Халык май­да­ны» еще в июне обра­ща­лось к депу­та­там: про­си­ло при­е­хать в Жана­о­зен и при­нять уча­стие в раз­ре­ше­нии кон­флик­та. То есть, извни­те, блок «Наро­вла­стие». Вы зна­ли, что такое обра­ще­ние было?»

Ами­ро­ва: «Да, вспомнила»

Коз­лов дове­рял Амировой

Далее Вла­ди­мир Коз­лов кос­нул­ся темы СМИ: «Вы опре­ди­ли­ли отно­ше­ния «Алги» и неко­то­рых СМИ как аффи­ли­ро­ван­ные. Могут ли наши отно­ше­ния быть про­сто дру­же­ски­ми, ведь неко­то­рых жур­на­ли­стов мы зна­ем более деся­ти лет?»

Ами­ро­ва: «Думаю, что когда гово­рит­ся «мы», «наши», то это тес­ная взаимосвязь».

«В Жана­о­е­зене вы были дол­гое вре­мя, и одной из ваших задач было под­дер­жи­вать кон­так­ты со СМИ. Кто из неоппо­зи­ци­он­ных СМИ был в Жана­о­е­зене? Вы толь­ко про «Тен­гри­ньюс» упоминали».

«Сей­час вспом­ню», — пообе­ща­ла Айжан­гуль, но так и не дала отве­та на этот вопрос.

Далее выяс­ни­лось, что 4 мил­ли­о­на тен­ге, 10 тысяч дол­ла­ров и 4 тыся­чи евро (эта сум­ма, как заяв­ля­ла ранее Ами­ро­ва, была потра­че­на за весь пери­од уча­стия пар­тии «Алга» в вопро­се раз­ре­ше­ния рабо­че­го кон­флик­та неф­тя­ни­ков), не были зафик­си­ро­ва­ны в ее финан­со­вых отче­тах Вла­ди­ми­ру Коз­ло­ву. Вер­нее ска­зать, отче­тов от нее вооб­ще не было, Айжан­гуль огра­ни­чи­ва­лась ифор­ма­ци­ей обще­го содержания.

«Вас удо­вле­тво­ря­ли мои отче­ты по скай­пу», — огрыз­ну­лась Айжангуль.

«Это были инфор­ма­ци­он­ные отче­ты, а не финан­со­вые», — воз­ра­зил Вла­ди­мир Козлов.

Далее поли­тик сно­ва кос­нул­ся темы недо­воль­ства рабо­той пар­тии и тех людей, кото­рых «Алга» при­сы­ла­ла в Жана­о­зен каче­стве экс­пер­тов. В сво­их пока­за­ни­ях Ами­ро­ва утвер­жда­ла, что слы­ша­ла недо­воль­ство со сто­ро­ны нефтяников.

«Поче­му она не поде­ли­лась сво­и­ми мыс­ля­ми рань­ше?», — задал он ско­рее рито­ри­че­ский вопрос.

Не полу­чив пря­мо­го отве­та, Вла­ди­мир Ива­но­вич сде­лал заклю­чи­тель­ный аккорд:

- Судя по про­слуш­кам, в раз­го­во­ре с Сизо­вым и Алдам­жа­ро­вым я гово­рю: «Я дове­ряю толь­ко Ами­ро­вой». Это озна­ча­ет что по собы­ти­ям в Жана­о­зене, я дове­рял толь­ко той инфор­ма­ции, посту­пав­шей от вас. Так было до само­го кон­ца, хочу что­бы вы это зна­ли. Это все, спасибо.

Вопро­сы толь­ко про Жанаозен

Затем пошли вопро­сы защитников.

- Поняв все, что про­ис­хо­дит, вы ска­за­ли, что забо­ле­ли. Поче­му тогда вы не отка­за­лись от этой рабо­ты, не сда­ли офис? Поче­му про­дол­жа­ли? Может, вам нра­ви­лась эта рабо­та? Может, вы виде­ли в этом финан­со­вую выго­ду? — не ста­ла ходитль вокруг да око­ло адво­кат Коз­ло­ва Вене­ра Сарсембина.

- Я не зара­бо­та­ла денег в «Алге», все это зна­ют. Я даже дол­ги набра­ла, кре­дит не опла­чи­ва­ла.  Я хоте­ла быть рядом с ребя­та­ми, хоте­ла помочь им, — отве­ти­ла Айжан­гуль Амирова.

- На Алане было более 900 муж­чин адай­цев, а вы, жен­щи­на, бега­ли там, вол­но­ва­лись за них. Кто-нибудь из них под­хо­дил к вам, гово­рил, не надо Айжан­гуль, не вмешивайся?

- Толь­ко Сар­бо­пе­ев так гово­рил. Меня напра­ви­ли, и я дела­ла это.

- Остать­ся в Жана­о­зене было вашим реше­ни­ем, про­дик­то­ван­ным чув­ством дол­га, вы сами толь­ко что ска­за­ли, — пере­хва­тил ини­ци­а­ти­ву Алек­сей Плу­гов. — Но  уви­дев заклю­че­ние Берен­та­е­ва, кото­рое пока­зы­ва­ло выход из ситу­а­ции, поче­му вы не ска­за­ли ребятам?

- Не было указания.

- Вы ранее не отве­ти­ли на вопрос. Вы гово­ри­ли, что СМИ, аффи­ли­и­ро­ван­ные с «Алгой», дава­ли одно­бо­кую инфор­ма­цию. Что, по ваше­му мне­нию, они не дово­ди­ли до зри­те­ля? Что скрывали?

- В Жана­о­зене было мно­го и дру­гих собы­тий, но об этом не писа­ли. Писа­ли толь­ко о пози­ции заба­стов­щи­ков. Но ведь были и дру­гие, пози­тив­ные собы­тия. Их не освещали.

- Вы дол­го рабо­та­ли в «Алге» под руко­вод­ством Коз­ло­ва, — опять всту­пи­ла адво­кат Сар­сем­би­на. — В тот пери­од вы полу­ча­ли инструк­ции, при­ка­за­ния, свя­зан­ные с раз­жи­га­ни­ем соцаль­ной роз­ни, о насиль­ствен­ном захва­те вла­сти, о насиль­ствен­ном изме­не­нии кон­сти­ту­ци­он­но­го строя?

- Этот вопрос не может быть задан сви­де­те­лю, — воз­му­тил­ся прокурор.

- Да, это так, — под­дер­жал его судья.

Вене­ра Сар­сем­би­на не оступила:

- Но сви­де­тель рабо­та­ла дол­гое вре­мя под руко­вод­ством Коз­ло­ва, и я желаю услы­шать ответ.

- Може­те отве­тить, сви­де­тель? — обра­тил­ся к Айжан­гуль судья.

- Нет, — еле слыш­но отве­ти­ла та.

Затем наста­ла оче­редь госу­дар­ствен­но­го обви­ни­те­ля зада­вать вопро­сы. Он решил сде­лать акцент на финансах.

- Вы гово­ри­ли, что для рабо­ты в Ман­ги­стау были выде­ле­ны день­ги, а во вре­мя рабо­ты в Алма­ты были выде­ле­ны сред­ства, рав­ные по объему?

- Во вре­мя рабо­ты в Алма­ты таких денег не выде­ля­ли. Очень труд­но было полу­чить любые день­ги. Для того что­бы полу­чить хоть 1000 тен­ге допол­ни­тель­но, при­хо­ди­лось про­хо­дить бюро­ка­ти­че­ские про­во­лоч­ки, — нача­ла жало­вать­ся Амирова.

- Эти день­ги ведь направ­ля­лись не на лич­ные ваши нуж­ды, а для рабо­ты. В свя­зи с вопро­сом про­ку­ро­ра, ска­жи­те пожа­луй­ста, а что, в Алма­ты были такие собы­тия как  голо­дов­ка, и нуж­но было выде­лять такие сум­мы? — вме­ша­лась в диа­лог адво­кат Сарсембина.

- При­хо­ди­ли пен­си­о­не­ры, дру­гие нуж­да­ю­щи­е­ся, про­си­ли день­ги. Но им не выда­ва­ли такие день­ги, — заме­ти­ла Амирова

- Полу­ча­ет­ся, что вы были про­тив выде­ле­ния денег такой боль­шой сум­мы. Вы были про­тив? С вашей сто­ро­ны было пред­ло­же­ние не выде­лять деньги?

- Таких пред­ло­же­ний с моей сто­ро­ны не было.

После это­го судья пред­ло­жил сви­де­те­лю прой­ти в зал. Ами­ро­ва захо­те­ла уйти, сослав­шись на пло­хое само­чув­ствие в свя­зи с аллер­ги­ей, но судья про­про­сил ее не поки­дать зал.

Сло­ва Ата­ба­е­ва переврали?!

Судья спро­сил, есть ли еще сви­де­те­ли. Про­ку­рор заявил, что был при­гла­шен Болат Ата­ба­ев, но он остут­ству­ет в свя­зи с тем, что нахо­дит­ся сей­час в Гер­ма­нии, на вру­че­нии меда­ли Гете, и попро­сил раз­ре­ше­ния зачи­тать его пока­за­ния. Судья раз­ре­шил, несмот­ря на воз­ра­же­ния адвокатов.

«24 том, на допро­се сви­де­те­ля Ата­ба­е­ва, кото­рый начал­ся 11.00 и окон­чил­ся 12.10. опрос вел сле­до­ва­тель КНБ РК Толыкбаев.

Вопрос: «Ата­ба­ев, ваши рас­хо­ды и рас­хо­ды дру­гих людей, Ами­ро­вой опла­чи­вал Козлов?»

Ата­ба­ев: «Да, но дру­гой помо­щи он не оказывал».

Сле­до­ва­тель: «Какой ваш взгляд на мне­ние, что он, пар­тия «Алга», «Халык май­да­ны» пыта­лись поли­ти­зи­ро­вать тру­до­вой конфликт?»

Ата­ба­ев: «В свя­зи с акци­ей про­те­ста «Алга» помо­га­ла им, в сво­их целях. Я про­чи­тал ста­тью Берен­та­е­ва в «Рес­пуб­ли­ке», но поз­же узнал. Если бы рань­ше знал, то не поехал бы в Жанаоезен».

В сле­ду­ю­щих отве­тах, по вер­сии КНБ, Ата­ба­ев, гово­рит о листов­ках и газе­тах, о палат­ках, направ­лен­ных неф­тя­ни­кам. Гово­рит, что знал, что ока­зы­ва­ет­ся инфор­ма­ци­он­ная под­держ­ка. Но не смог отве­тить, ока­за­ло ли вли­я­ние содер­жи­мое листо­вок, так как не знал, что там написано.

В про­то­ко­ле допро­са режис­се­ра есть и дру­гие инте­рес­ные момен­ты. Под­чер­ки­ва­ем, что это — вер­сия допро­са, пре­под­не­сен­ная следствием.

Вопрос сле­до­ва­те­ля: «Вы счи­та­е­те, что «Халык Май­да­ны», пар­тия «Алга» и дру­гие не ста­ра­лись помочь бастующим?»

Ответ Ата­ба­е­ва: «Дей­ствия при­ез­жав­ших, «Халык май­да­ны», «Алги», евро­де­пу­та­тов обна­де­жи­ва­ли басту­ю­щих. Они дума­ли что не одни».

Вопрос сле­до­ва­те­ля: «В ходе встреч с басту­ю­щи­ми вы чув­ство­ва­ли что дей­ствия могут при­ве­сти к беспорядкам?»

Ответ Ата­ба­е­ва: «Я не думал, что все это при­ве­дет к мас­со­вым бес­по­ряд­кам. У меня были самые искрен­ние чув­ства. В насто­я­щее вре­мя сооб­щаю, что по мере воз­мож­но­сти буду помо­гать след­ствию, в рас­кры­тии преступлений».

Вопрос сле­до­ва­те­ля: «Вам гово­ри­ли, что за 4 года поме­ня­ли 6 руко­во­ди­те­лей Озенмунайгаз?»

Ата­ба­ев: «Не знал, толь­ко от вас слышу»

Вопрос: «Вам было ска­за­но, что рабо­чим повы­си­ли зар­па­ла­ту в 1,5- 2 раза?»

Ата­ба­ев: «Мне никто такой инфор­ма­ции не давал.Не видел и не слы­шал, что такое со сто­ро­ны рабо­то­да­те­ля делается».

Вопрос: « С кем-нибудь обсуж­да­ли воз­мож­ность насиль­ствен­но решить вопрос?».

Ата­ба­ев: «В голо­ву такое и не приходило».

Вопрос: «Вы слы­ша­ли, что Соко­ло­ва оши­боч­но дела­ла расчеты?».

Ответ: «Нет, и это­го не слы­шал. Если бы рань­ше услы­шал, то  моя пози­ция изме­ни­лась бы».

Вос­прос: «Когда вы соби­ра­лись выехать в Жана­о­зен, от кого вы полу­ча­ли информацию?»

Ответ: «Из газет «Рес­пуб­ли­ка», «Взгляд», «К‑плюс».

В завер­ше­нии про­ку­рор зачи­тал, что  про­то­кол состав­лен с его (Ата­ба­е­ва) слов пра­виль­но, его под­пись, пису­ство­ва­ла защит­ник  Жан­до­со­ва, сле­до­ва­тель Толыкбаев.

На этом судья обь­вил пере­рыв до 14.30.

К сло­ву, после опуб­ли­ко­ва­ния этой инфор­ма­ции 31 сен­тяб­ря в «Рес­пуб­ли­ке» Болат Ата­ба­ев  в «Фейс­бу­ке», в груп­пе «Сво­бо­ду поли­ти­че­ским заклю­чен­ным», опуб­ли­ко­вал сове сообщение:

«Про­чи­тал твит­тер сооб­ще­ния «Рес­пуб­ли­ки» по пово­ду моих пока­за­нии сле­до­ва­те­лю КНБ Толык­ба­е­ву Тал­га­ту. Я давал свои пока­за­ния исклю­чи­тель­но на казах­ском язы­ке. Когда зна­ко­мил­ся с про­то­к­лом, то заме­чал, что сле­до­ва­тель Толык­ба­ев впи­сы­вал сло­ва, направ­лен­ные про­тив Влад­ми­ра Коз­ло­ва, напри­мер: “Коз­ло­втың арам ойы, мен Коз­ло­вқа толық есеп беріп отыр­дым” и т.д. Несколь­ко раз тре­бо­вал от сле­до­ва­те­ля убрать из про­то­ко­ла те пред­ло­же­ния, кото­рые я вооб­ще не гово­рил. Тому сви­де­тель адво­кат Абзал Куспа­нов и Ермек Тур­су­нов. При них я устра­и­вал скан­дал. Если это дослов­ная сте­но­грам­ма моих слов, то пере­ве­ли на рус­ский язык с явным при­стра­сти­ем, это оче­вид­но. В моих пока­за­ни­ях нет слов, направ­лен­ные про­тив ува­жа­е­мо­го Вла­ди­ми­ра Коз­ло­ва! Я пре­ры­ваю свою поезд­ку в ФРГ. И при­еду в Актау на суди­ли­ще. И не один!»

Был води­те­лем, и тоже разжигал

После пере­ры­ва вызва­ли сви­де­те­ля Аска­ра Искан­де­ро­ва, кото­рый был води­те­лем у Ами­ро­вой в тот пери­од. Он не рас­скрыл ниче­го ужа­са­ю­ще­го, не ска­зал ниче­го ново­го. Сто­ит лишь отме­тить, что в сво­их отве­тах на вопро­сы госу­дар­ствен­но­го обви­ни­те­ля Аскар  под­чер­ки­вал, что Айжан­гуль Ами­ро­ва ему ска­за­ла, что ее руко­во­ди­те­лем явля­ет­ся Коз­лов. Так же сви­де­тель заявил: обе­щан­ную финан­со­вую и юри­ди­че­скую помощь пар­тия так и не ока­за­ла неф­тя­ни­кам. А еще он сам видел, что те самые страш­ные листов­ки были под­пи­са­ны Аблязовым.

И сно­ва поли­лась зна­ко­мая песен­ка: «что-то слы­шал», «кто ска­зал, не пом­ню», «сам лич­но не видел, что кто-то из при­ез­жих пры­зы­вал к чему-то плохому».

Когда он пере­чис­лил свои фук­ци­о­наль­ные обя­зан­но­сти, выяс­ни­лось, что Искан­де­ров, будучи в чис­ле неф­тя­ни­ков, реша­ю­щих свой тру­до­вой вопрос, позна­ко­мил­ся с Айжан­гуль Ами­ро­вой, кото­рая наня­ла его в каче­стве води­те­ля. Он при­во­зил печ­та­ную про­дук­цию, газе­ты, листов­ки, палат­ки, пре­сы­ла­е­мые из Алма­ты, от стан­ции Ман­гыш­лак до Жана­о­зе­на. А так же ино­гда ездил с Ами­ро­вой на базар за вся­ки­ми покупками.

Тогда Вла­ди­мир Коз­лов недо­умен­но спро­сил: «А поче­му тогда вы при­зна­ли себя винов­ным по ст. 164, 170 УК РК?»

Аскар Искан­де­ров замял­ся и опу­стил голо­ву. Но судья, как все­гда, пре­рвал допрос на самом инте­рес­ном месте, снял этот вопрос и отпу­стил сви­де­те­ля восвояси.

Не пока­за­ния, а сплетни

Сле­ду­ю­щей — тре­тьей за этот день сви­де­тель­ни­цей ста­ла Айман Онгар­ба­е­ва, кото­рая в свое вре­мя была не послед­ней фигу­рой в жен­ском бата­льоне лиде­ров неф­тя­ни­ков заба­сто­воч­но­го дви­же­ния. Она, как Роза Туле­та­е­ва и Айжан­гуль Ами­ро­ва, вза­и­мо­дей­сто­ва­ла с неза­ви­си­мы­ми казах­стан­ски­ми и меж­ду­на­род­ны­ми СМИ, дава­ла обьек­тив­ную инфор­ма­цию о состо­я­нии заба­сто­воч­но­го дви­же­ния, о послед­них ново­стях с пло­ща­ди и мно­гое дру­гое. Теперь Айман тоже ока­за­лась в чис­ле тех, кто дает пока­за­ния про­тив Вла­ди­ми­ра Коз­ло­ва, Сери­ка Сапар­га­ли и Акжа­на­та Аминова.

Айман Онгар­ба­е­ва сра­зу же заяви­ла, что пар­тия «Алга» и все при­ез­жие из Алма­ты и Евро­пар­ла­мен­та обма­ны­ва­ли народ все 7 меся­цев заба­стов­ки. После тра­ди­ци­он­но­го рас­ска­за, как все это про­изо­шло, и обыч­ных отве­тов на дежур­ные вопро­сы про­ку­ро­ров к опро­су при­сту­пи­ли адвокаты.

На заяв­ле­ние Онгар­ба­е­вой, что при­слан­ные от «Халык Май­да­ны» в каче­стве помо­щи 420 тысяч тен­ге были мизер­ной сум­мой, адво­кат Вене­ра Сар­сем­би­на спросила:

- Из ваших пока­за­ний скла­ды­ва­ет­ся впе­чат­ле­ние, что «Халык Май­да­ны» долж­ны были вам пла­тить день­ги. Поче­му по про­ше­ствии вре­ме­ни вы не обви­ни­ли их в мошенничестве?

- Мы не тре­бо­ва­ли от них денег. Они же сами гово­ри­ли, что хотят помочь, — нача­ла оправ­ды­вать­ся Онгарбаева.

Но этот ответ адво­ка­та не удовлетворил:

- Но вы же толь­ко что ска­за­ли, что те 420 тысяч — это мало!

И тут, как обыч­но по сце­на­рию, вме­шал­ся судья и снял этот вопрос. В сле­ду­ю­щих отве­тах на вопро­сы адво­ка­та выяс­ни­лось, что Онгар­ба­е­ва до сих явля­ет­ся чле­ном «Нур Ота­на», когда дру­гие неф­тя­ни­ки в знак про­те­ста вышли из пар­тии вла­сти (вот тебе и солидарность).

Затем она заяви­ла, что нико­гда не при­зы­ва­ла людей не рас­хо­дить­ся с пло­ща­ди, пото­му что слы­ша­ла от дру­гих, что будет юри­ди­че­ская помощь, и пол­но­стью вери­ла в «Халык май­да­ны». Из ее отве­та выте­кал резон­ный вопрос, если она такая пре­дан­ная «нуро­тан­ка», то поче­му, когда руко­вод­ство горо­да, пред­став­ля­ю­щее эту пар­тию, при­зы­ва­ло рас­хо­дить­ся, она не ушла? А когда чинов­ни­ки сов­мест­но с руко­во­ди­те­ля­ми пред­при­я­тий пред­ла­га­ли вер­нуть­ся на рабо­чие места, она не послушалась?

- 16 нояб­ря Сар­бо­пе­ев, аким горо­да, Нурым­бе­тов, вице-министр тру­да и соци­аль­ной защи­ты, Айт­ку­лов, пер­вый зама­ки­ма Ман­ги­ста­уской обла­сти вам разъ­яс­ни­ли, что дей­ствия без­ра­бот­ных неф­тя­ни­ков были неза­кон­ны­ми. Поче­му тогда вы не вышли на рабо­ту? Вы же член «Нур Отана»?

- Мы все еще жда­ли юри­стов, и мы же были уже уво­ле­ны. Поче­му обе­щан­ные юри­сты не при­е­ха­ли и не ска­за­ли, что мы не пра­вы? — зато­ро­то­ри­ла Онгарбаева.

- Един­ствен­ный спо­соб вос­ста­но­вить­ся на рабо­те — это подать заяв­ле­ние в суд, — отме­тил адво­кат Плу­гов. — Уткин вам напи­сал образ­цы. Поче­му  вы не вос­поль­зо­ва­лись эти­ми образцами?

Онгар­ба­е­ва сде­ла­ла недо­умен­ное лицо и ста­ла убеж­дать, что про эти образ­цы она ниче­го не зна­ла. Ответ  был неубе­ди­тель­ным, учи­ты­вая, что в нача­ле она заяв­ля­ла, что явля­ет­ся близ­кой подру­гой Ната­льи Ажи­га­ли­е­вой, кото­рая поче­му-то зна­ла об этих образцах.

- Полу­ча­ет­ся, что ни Ами­ро­ва, ни Ажи­га­ли­е­ва не пока­зы­ва­ли и не рас­ска­зы­ва­ли об этих образ­цах? — спро­сил адвокат

- Не пом­ню, — бурк­ну­ла Айман.

Далее она ста­ла убеж­дать суд, что слы­ша­ла про заклю­че­ние про­фес­со­ра Берен­та­е­ва о неза­кон­но­сти их заба­стов­ки, но не чита­ла его. Это тоже уди­ви­ло адво­ка­тов: поче­му акти­вист­ка заба­сто­воч­но­го дви­же­ния не соиз­во­ли­ла про­чи­тать доку­мент, име­ю­щий к ним пря­мое отно­ше­ние? Тут Онгар­ба­е­ва не выдер­жа­ла и ста­ла тыкать паль­цем на адво­ка­та Плу­го­ва: «Поче­му ваши люди не объ­яс­ня­ли нам, что наши дей­ствия незаконные?».

На такое пове­де­ние адво­кат сде­лал заме­ча­ние, обра­тив­шись к судье: «Ваша честь, про­шу вас сде­лать заме­ча­ние сви­де­те­лю, пусть она не отож­деств­ля­ет меня и мое­го подзащитного».

- Адво­ка­ты — это не пред­ста­ви­те­ли «Халык Май­да­ны», — сде­лал судья пояс­не­ние свидетелю.

В осталь­ных отве­тах она, как и преды­ду­щи­ес сви­де­те­ли, ста­ла ссы­лать­ся на тре­тьих лиц. От них сви­де­тель­ни­ца яко­бы слы­ша­ла, как высту­па­ли люди от «Халык май­да­ны», но сама лич­но это­го не виде­ла, и т.д.  Онгар­ба­е­ва посто­ян­но твер­ди­ла: «народ ска­зал», «народ верил», «я пере­ска­зы­ваю то, что гово­рил народ». Адво­ка­ты сде­ла­ли заме­ча­ние, что­бы оона гово­ри­ла от сво­е­го име­ни, а то полу­чет­ся, что она раз­но­сит сплет­ни, и пре­ду­пре­ди­ли Айман об ответ­ствен­но­сти за дачу лож­ных пока­за­ний. Айман поник­ла ина после­ду­щие вопро­сы отве­ча­ла еле слыш­но, нерв­но тере­бя в руках свое удо­сто­ве­ре­ние личности.

На одном из вопро­сов Вла­ди­ми­ра Коз­ло­ва вме­сте с залом улыб­нуть­ся при­шлось и госу­дар­ствен­ным обви­ни­те­лям. Речь шла о встре­че пред­ста­ви­те­ля гене­раль­ной  про­ку­ра­ту­ры РК с Тал­га­том Сак­та­га­но­вым во вре­мя его поезд­ки в Вара­ша­ву на кофе­рен­цию ОБСЕ.

- Вспом­ни­те, пожа­луй­ста, что гово­рил Сак­та­га­нов после воз­вра­ще­ния из Вар­ша­вы о встре­че с пред­ста­ви­те­лем гене­раль­ной про­ку­ра­ту­ры РК?  — попро­сил Вла­ди­мир Козлов.

- Там было ска­за­но при­мер­но сле­ду­ю­щее: «Это будет ваша послед­няя заба­стов­ка, если эти ваши тре­бо­ва­ния выполнят».

После тако­го отве­та г‑н Коз­лов раз­вел руками:

- Ну, из это­го исхо­дя, есте­ствен­но, у меня воз­ни­ка­ет вопрос. Не счи­та­е­те ли вы сло­ва пред­ста­ви­те­ля ген­про­ку­ра­ту­ры попыт­кой удер­жать людей на площади?

Зал стал посме­и­вать­ся, есте­ствен­но, не ожи­дая отве­та (судья в любом слу­чае снял бы вопрос). Гла­за сидя­щих были обра­ще­ны к госу­дар­ствен­ным обви­ни­те­лям. Но что уди­ви­тель­но, ни один из них не выра­зил про­тест. Вди­мо, не ожи­да­ли они тако­го вопро­са, лишь посме­я­ва­лись, гля­дя в сто­ро­ну Вла­ди­ми­ра Коз­ло­ва. Но судья оправ­дал ожи­да­ния, снял этот вопрос, отпу­стил сви­де­те­ля и при­гла­сил следующего.

«Вас бы уважали»

Все после­ду­ю­щие сви­де­те­ли — Сул­тан­се­рик Ерма­гам­бе­тов, Аман­гель­ды Лук­па­нов и Рама­зан Бай­за­ков —  явля­лись акти­ви­ста­ми рабо­че­го дви­же­ния и быв­ши­ми сотруд­ни­ка­ми офи­са «Халык Май­да­ны» в горо­де Жана­о­езне и Актау. Пре­чис­лять их пока­за­ния нет смыс­ла, в сво­их отве­тах на вопро­сы адво­ка­тов сви­де­те­ли   ссы­ла­лись на тре­тьих лиц или на народ, от кото­ро­го что-то  слышали. 

При этом Лук­па­нов, к при­ме­ру, упор­но избе­гал кон­крет­ных отве­тов на вопро­сы про­ку­ро­ров. В ито­ге гособ­ви­ни­тель зачи­тал его пока­за­ния из мате­ри­а­лов дела, ехид­но спросив:

- Вы ведь так отве­ча­ли на следствии?

- Ну, да, — да отве­чал Лукпанов.

Так повто­ря­лось несколь­ко раз. Памя­туя о том, как вел себя Аман­гель­ды в про­шлом году, ста­ло понят­но, что он отве­чал так, лишь бы побыст­рее поки­нуть место сви­де­те­ля. Лук­па­нов, как и дру­гие сви­де­те­ли, ухо­дил из зала, не под­ни­мая глаз.

…После завер­ше­ния суда мы ста­ли неволь­ны­ми сви­де­те­ля­ми диа­ло­га людей, один из кото­рых был актив­ным участ­ни­ком заба­стов­ки, а сего­дня сви­де­тель­ство­вал про­тив Коз­ло­ва, Сапар­га­ли и Ами­но­ва. Ему без зло­бы было ска­за­но: «Мужи­ки, надо было «дер­жать сто­як». Сей­час в тюрь­ме намно­го без­опас­нее, чем на воле. И  вас бы там ува­жа­ли. Ты же пони­ма­ешь, Назар­ба­ев ско­ро уйдет, мак­си­мум лет через пять вы бы вышли, люди вас встре­ти­ли бы как геро­ев». После таких слов послы­ша­лась какая-то бес­связ­ная речь, один из «сме­лых мужи­ков» пытал­ся ска­зать, что-то в свое оправ­да­ние. Но все, что мы уви­де­ли, это то, как он сье­жил­ся, покрас­нел и побыст­рее пошел прочь, не под­ни­мая глаз.

Excerpt from:
“Дело Коз­ло­ва”: “Не осуж­дай­те Амирову!”

архивные статьи по теме

Рахат Алиев ответил на обвинения

Жанаозен восстал, люди выходят на улицы

Мобильники были, а кроссовок не видели