fbpx

В казахских СМИ обсуждают транзит власти

В казах­ско­языч­ной прес­се нача­лось обсуж­де­ние тран­зи­та вла­сти. Еще недав­но запрет­ная тема появи­лась в ста­тьях  на двух интер­нет-ресур­сах с неболь­шим вре­мен­ным про­ме­жут­ком. Заме­тим, что  тему тран­зи­та каза­хо­языч­ные изда­ния обхо­ди­ли сто­ро­ной даже после смер­ти пре­зи­ден­та Узбе­ки­ста­на Исла­ма Кари­мо­ва, когда мно­гие ана­ли­ти­ки в рус­ско­языч­ной прес­се нача­ли «при­ме­рять» ситу­а­цию на сосед­ний Казах­стан.

Ста­тья под заго­лов­ком «Казах­стан после Назар­ба­е­ва» («Нұр­сұл­тан Назар­ба­ев­тан кей­ін­гі Қаза­қстан») появи­лась на интер­нет-сай­те qamshy.kz 26 июля.

«Со дня полу­че­ния Неза­ви­си­мо­сти в Казах­стане был и оста­ет­ся толь­ко один пре­зи­дент. И не видев­ший дру­гой вла­сти народ, по-вся­ко­му про­гно­зи­ру­ет судь­бу стра­ны без нынеш­не­го елба­сы. Несо­мнен­но, все заслу­ги Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва перед наро­дом оста­нут­ся в исто­рии. Это — лич­ность, име­ю­щая авто­ри­тет и ува­же­ние, как внут­ри стра­ны, так и за ее пре­де­ла­ми. Но ничто не веч­но, и чело­век тоже, сего­дня — есть, зав­тра — нет. И ему при­дет­ся пере­дать власть дру­го­му», — спра­вед­ли­во заме­ча­ет автор ста­тьи Гулим Жакан.

Он обра­ща­ет вни­ма­ние на раз­ные оцен­ки ситу­а­ции: «Неко­то­рые зару­беж­ные изда­ния писа­ли, что после Назар­ба­е­ва Казах­стан ждет «укра­ин­ский сце­на­рий», и учи­ты­вая этни­че­ско-поли­ти­че­скую ситу­а­цию на севе­ре стра­ны Рос­сия «поло­жит глаз» на эти реги­о­ны. Гово­ри­лось так­же о том, что после Кари­мо­ва в Узбе­ки­стане систе­ма вла­сти в стране пол­но­стью изме­нит­ся, но как мы видим, у сосе­дей все оста­лось по-преж­не­му».

Каким будет Казах­стан после нынеш­не­го пре­зи­ден­та Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва? Кто при­дет сле­ду­ю­щим к вла­сти? Что ждет стра­ну в этом слу­чае? Какие изме­не­ния могут про­изой­ти? — отве­ты на эти вопро­сы автор  попы­тал­ся най­ти в ходе раз­го­во­ра с экс­пер­та­ми.

Жизнь не закон­чит­ся на пер­вом пре­зи­ден­те

По мне­нию поли­ти­ка Амир­жа­на Коса­но­ва, нуж­но изба­вить­ся от пес­си­ми­сти­че­ско­го настроя, что в слу­чае ухо­да пре­зи­ден­та или его кон­чи­ны «будет все пло­хо».

«И до елба­сы у нас были руко­во­ди­те­ли госу­дар­ства, и после будут. Конеч­но, чело­ве­че­ский фак­тор будет иметь место, и опре­де­лен­ные пере­ме­ны про­изой­дут. Но это будет зави­сеть не толь­ко от чело­ве­ка, кото­рый при­дет после Назар­ба­е­ва, но и от поли­ти­че­ской систе­мы на тот момент, какой ста­нет фор­ма управ­ле­ния — супер­пре­зи­дент­ской или пре­зи­дент­ско-пар­ла­мент­ской», — счи­та­ет Коса­нов.

Вряд ли, по его мне­нию, буду­щая поли­ти­че­ская систе­ма выдер­жит любо­го руко­во­ди­те­ля, име­ю­ще­го неогра­ни­чен­ные пол­но­мо­чия. «Поэто­му в систе­ме вла­сти про­изой­дут изме­не­ния. Но будет ли эта рефор­ма касать­ся вос­ста­нов­ле­ния рав­но­ве­сия пол­но­мо­чий вет­вей вла­сти или созда­ния струк­тур в защи­ту инте­ре­сов опре­де­лен­ных кла­нов, пока­жет вре­мя».

Понят­но, счи­та­ет поли­тик, что «те, кто метит на место пре­ем­ни­ка, будут давать обе­ща­ния, что пла­ны нынеш­не­го пре­зи­ден­та будут и даль­ше вопло­щать­ся в жизнь, но вре­мя рас­ста­вит все на свои места».

Отве­тить на вопрос, кто кон­крет­но зай­мет крес­ло пре­зи­ден­та, Коса­нов затруд­нил­ся, ска­зав лишь, что пре­тен­ден­тов доста­точ­но. «Суще­ству­ют раз­ные про­гно­зы, и нема­ло тех, кто хочет занять это место. Види­мо, имен­но для них вно­сят­ся изме­не­ния в зако­ны. К при­ме­ру, тре­бо­ва­ние, что буду­щий пре­зи­дент дол­жен иметь 5 лет опы­та гос­служ­бы или отме­на пра­ва бал­ло­ти­ро­вать­ся само­вы­дви­жен­цем».

По сло­вам поли­ти­ка, по смене вла­сти в Казах­стане могут быть лишь два сце­на­рия. «Пер­вый, пре­зи­дент уйдет, зало­жив осно­ву власт­ной систе­мы и обо­зна­чив основ­ные фигу­ры. И вто­рой вари­ант, кото­рый может пой­ти по турк­мен­ско­му или узбек­ско­му сце­на­рию», — про­гно­зи­ру­ет Амир­жан Коса­нов.

С послед­ним  согла­сен и поли­то­лог Айдос Сарым, счи­та­ю­щий, что ситу­а­ция в Казах­стане ско­рее будет раз­ви­вать­ся так же, как в Узбе­ки­стане после смер­ти Исла­ма Кари­мо­ва.

«Назар­ба­ев до сих пор пра­вит стра­ной и пока не готов делить­ся вла­стью с дру­гим. Поэто­му ситу­а­ция может быть такой же, как в сосед­нем Узбе­ки­стане. Нынеш­ний узбек­ский пре­зи­дент Мир­зи­ёев пыта­ет­ся свою поли­ти­ку при­ве­сти в фор­мат ран­не­го Кари­мо­ва. Как бы гово­ря, «я моло­же его, учел ошиб­ки преж­ней вла­сти, но, мол, во мно­гом, Кари­мов про­во­дил пра­виль­ную поли­ти­ку», — счи­та­ет Сарым.

Поли­то­лог не дума­ет, что в жиз­ни про­стых людей одно­мо­мент­но что-то изме­нит­ся. «Ста­лин, Бреж­нев — все уми­ра­ют… После смер­ти пер­во­го руко­во­ди­те­ля  народ же не уми­ра­ет вме­сте с ним. Конеч­но, есть страх у наро­да. Но, посмот­ри­те опять же на Узбе­ки­стан: схо­жая во мно­гом с нами стра­на. Уже почти год про­шел после смер­ти Кари­мо­ва. И ниче­го, жизнь про­дол­жа­ет­ся: откры­ва­ют­ся мага­зи­ны и музеи, стро­ят­ся доро­ги и про­чее. Это закон диа­лек­ти­ки», — рас­суж­да­ет он.

Сарым так­же не дал кон­крет­но­го отве­та на вопрос: кто ста­нет пре­ем­ни­ком нынеш­не­го пре­зи­ден­та.

«В нашем слу­чае, эли­та попы­та­ет­ся выбрать не само­го «силь­но­го», а, наобо­рот, само­го «сла­бо­го» пре­тен­ден­та, кото­рый зав­тра не смо­жет ни над кем довлеть. Но если при­дет такой чело­век, то в стране не будет кон­крет­ной про­грам­мы даль­ней­ше­го раз­ви­тия, обще­ство ожи­да­ет застой и раз­ру­ше­ние.

У чело­ве­ка, кото­рый при­дет после Назар­ба­е­ва, навер­ное, будет воз­мож­ность побе­дить в чест­ных выбо­рах. Но оче­вид­но, что у него не будет такой же сла­вы и исто­рии за пле­ча­ми, как у Назар­ба­е­ва. Поэто­му он будет вынуж­ден счи­тать себя вер­ным после­до­ва­те­лем елба­сы и про­во­дить его поли­ти­ку. Хотя может и пере­смот­реть пла­ны сво­е­го пред­ше­ствен­ни­ка. И, конеч­но, он может попы­тать­ся заво­е­вать себе авто­ри­тет и любовь наро­да силой. Но в XXI веке дик­та­то­рам все слож­нее ста­но­вит­ся управ­лять наро­дом.

Кто кон­крет­но может стать сле­ду­ю­щим пре­зи­ден­том? Если вы зна­е­те, когда уйдет Назар­ба­ев, мне тоже ска­жи­те. Тогда, посмот­рев спи­сок, кто на тот момент явля­ет­ся спи­ке­ром сена­та, мажи­ли­са, руко­во­ди­те­лем аппа­ра­та пре­зи­ден­та, гла­вой пра­ви­тель­ства, я бы мог при­мер­но про­ана­ли­зи­ро­вать и дать ответ на этот вопрос. Пока рано делать про­гно­зы по это­му пово­ду», — заклю­чил Сарым.

Дату тран­зи­та зна­ет лишь Назар­ба­ев 

Дру­гой мате­ри­ал на эту тему — интер­вью с обще­ствен­ным дея­те­лем Серик­бол­сы­ном Абдиль­ди­ным, кото­ро­го дол­гие годы обхо­ди­ли сто­ро­ной осто­рож­ные СМИ, появил­ся на интер­нет-ресур­се qazaqtimes. kz на про­шлой неде­ле, 18 авгу­ста.

В интер­вью, оза­глав­лен­ном «Серик­бол­сын Абдиль­дин: Наша Кон­сти­ту­ция рабо­та­ет на пре­зи­ден­та» (Серік­бол­сын Әбділ­дин: Біздің кон­сти­ту­ция пре­зи­дент­ке қыз­мет ететін кон­сти­ту­ция»), начи­ная с заго­лов­ка и до тона в целом, все намно­го пря­мо­ли­ней­нее, чем в преды­ду­щей ста­тье.

«Про тран­зит вла­сти  в Казах­стане дав­но гово­рят. Он что-то затя­нул­ся. Вооб­ще, это поли­ти­ки вве­ли такой тер­мин «пере­ход­ной пери­од», но ни в фило­со­фии, ни в нау­ке нет точ­но­го опре­де­ле­ния это­му пери­о­ду. А то, что у нас име­ет­ся в виду, это — изме­не­ние поли­ти­ки вла­сти, и вслед­ствие это­го, ожи­да­е­мые труд­но­сти. Каж­дую осень у нас ждут пере­мен, но будут ли они, нуж­но спро­сить у Назар­ба­е­ва. Он един­ствен­ный пока чело­век в этой стране, кото­рый при­ни­ма­ет реше­ния во всех сфе­рах жиз­ни», — ска­зал акса­кал, отве­чая на вопрос о тран­зи­те вла­сти.

По мне­нию Серик­бол­сы­на Абдиль­ди­на, еди­но­лич­ность при­ня­тия реше­ния дей­ству­ю­щим пре­зи­ден­том не дает воз­мож­но­сти гово­рить о достой­ных пре­ем­ни­ках.

«Посу­ди­те сами. Мы гор­дим­ся, что добы­ва­ем мно­го неф­ти, но 81% нашей неф­ти у ино­стран­цев, это они ее добы­ва­ют, а мы полу­ча­ем лишь нало­ги с остав­ших­ся 19%. Тако­го нет ни в одном госу­дар­стве. Даже в Ливии, где пра­вил печаль­но извест­ный Кад­да­фи. У них все наобо­рот: 19% место­рож­де­ний у инве­сто­ров, а 81%   сами исполь­зу­ют. Когда к нам при­шел «Шев­рон», я гово­рил вла­стям, что если наша доля будет мень­ше 50%, мы не рати­фи­ци­ру­ем этот доку­мент в Вер­хов­ном сове­те. И сде­ла­ли так, это дела­ет­ся в самых сла­бо­раз­ви­тых стра­нах. Но после роспус­ка Вер­хов­но­го сове­та пре­зи­дент рас­по­ря­дил­ся и плюс 25% акций усту­пи­ли инве­сто­рам. Таких при­ме­ров мож­но при­ве­сти мно­го.

В 1993 году мы при­ня­ли первую Кон­сти­ту­цию, пре­зи­дент посчи­тал ее не такой, какая нуж­на была, и в 1995 году была при­ня­та вто­рая Кон­сти­ту­ция. В пер­вой Кон­сти­ту­ции все направ­ле­ния были обес­пе­че­ны с демо­кра­ти­че­ской точ­ки зре­ния: рас­пре­де­ле­ние пол­но­мо­чий вет­вей вла­сти, зако­но­твор­че­ство, суд. Но она не понра­ви­лась пре­зи­ден­ту. До это­го у нас все гово­ри­ли, что Вер­хов­ный совет само­рас­пу­стил­ся, и толь­ко недав­но Назар­ба­ев при­знал, что это он два раза рас­пу­стил его. Вто­рой созыв Вер­хов­но­го Сове­та был рас­пу­щен, и при­ня­та дру­гая Кон­сти­ту­ция. Нынеш­няя Кон­сти­ту­ция — это Кон­сти­ту­ция пре­зи­ден­та, она рабо­та­ет на него. Там есть, конеч­но, сло­ва, что «народ — источ­ник вла­сти», но мы не ощу­ща­ем это­го как народ. Это дока­зы­ва­ют наши выбо­ры. Во-вто­рых, все изме­не­ния, кото­рые вно­сят­ся в Кон­сти­ту­цию каж­дый раз, нуж­ны само­му пре­зи­ден­ту преж­де все­го. Для чего, нуж­но, навер­ное, спро­сить у него само­го», — ска­зал в заклю­че­ние Серик­бол­сын Абдиль­дин.

Заме­тим, что оба этих мате­ри­а­ла были пере­пе­ча­та­ны мно­ги­ми казах­ско­языч­ны­ми ресур­са­ми.