11 C
Астана
5 октября, 2022
Image default

Все будет так, как должно быть

Когда люди начи­на­ют про­те­сто­вать? В каких слу­ча­ях они, несмот­ря ни на что, друж­но голо­су­ют про­тив вла­сти, или выхо­дят на ули­цы, тре­буя сме­ны этой вла­сти? Я бы выде­лил три уров­ня протестности. 

Пер­вый самый при­ми­тив­ный  — это когда жить ста­но­вит­ся нев­мо­го­ту. То есть невы­но­си­мые соци­аль­но-эко­но­ми­че­ские усло­вия застав­ля­ют людей обра­щать­ся к поли­ти­ке или, что чаще все­го, выхо­дить на сти­хий­ные про­те­сты. Ана­ло­гич­но посту­па­ют бара­ны, кото­рые, если их дол­го не кор­мить, дове­ден­ные до отча­я­ния лома­ют все заграж­де­ния и выры­ва­ют­ся на волю в поис­ках пищи.

Сле­ду­ю­щий по зре­ло­сти уро­вень — когда в обще­стве име­ют­ся при­знан­ные авто­ри­те­ты, духов­ные лиде­ры, кото­рые откры­ва­ют людям гла­за на власть,  неспо­соб­ную решать их про­бле­мы,   и при­зы­ва­ют их к про­тестным дей­стви­ям. Здесь сама собой напра­ши­ва­ет­ся ана­ло­гия с коз­ла­ми (не очень кра­си­вая, но вер­ная), за кото­ры­ми бара­ны идут, не заду­мы­ва­ясь, пото­му что для них они без­ого­во­роч­ные авторитеты.

И нако­нец, тре­тий выс­ший уро­вень про­тестно­сти — когда уро­вень граж­дан­ско­го созна­ния насе­ле­ния пере­рас­та­ет потреб­но­сти «живо­та» и пре­кло­не­ния перед авто­ри­те­та­ми. То есть когда граж­дане в состо­я­нии сами без воз­дей­ствия поли­ти­че­ских пар­тий, лиде­ров и геро­ев отста­и­вать свои пра­ва и инте­ре­сы. Это состо­я­ние назы­ва­ет­ся раз­ви­тым граж­дан­ским обще­ством. В нашей ана­ло­гии это когда ста­до соб­ствен­но пере­ста­ет быть ста­дом  и ста­но­вит­ся само­сто­я­тель­ным субъ­ек­том в систе­ме вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду пас­ту­ха­ми,  бара­на­ми и козлами-предводителями.

Похо­же, пока дер­жат­ся цены на нефть сти­хий­ные про­те­сты Акор­де не гро­зят. Денег на заты­ка­ние соци­аль­ных про­рех еще хва­та­ет.  С граж­дан­ским обще­ством у вла­стей про­блем тоже нет, пото­му что как тако­во­го граж­дан­ско­го обще­ства нет. А вот о лиде­рах, точ­нее о обще­ствен­ных авто­ри­те­тах, могу­щих сыг­рать роль ката­ли­за­то­ров про­тестных настро­е­ний, сто­ит пого­во­рить отдельно.

В Рос­сии авто­ри­те­ты есть…

Сего­дня людям нуж­ны авто­ри­те­ты. Про­сто­му чело­ве­ку  в оцен­ке слож­ных обще­ствен­ных ситу­а­ций, в опре­де­ле­нии сво­ей  идео­ло­ги­че­ской и поли­ти­че­ской пози­ции свой­ствен­но опи­рать­ся на мне­ние  авто­ри­тет­ных лич­но­стей. Это свой­ство обы­ден­но­го созна­ния успеш­но исполь­зу­ют в реклам­ном биз­не­се, где узна­ва­е­мые арти­сты, пев­цы, спортс­ме­ны не навяз­чи­во созда­ют потре­би­тель­ские уста­нов­ки для миллионов.

Авто­ри­те­ты спо­соб­ны серьез­но вли­ять не толь­ко на обы­ден­ное, но и на обще­ствен­ное созна­ние. Ска­жем, выска­жет обще­ствен­ный авто­ри­тет свое «фи» в адрес кан­ди­да­та на пре­зи­дент­ских выбо­рах, послед­ний рис­ку­ет поте­рять солид­ный кусок голо­сов изби­ра­те­лей. И напро­тив кумир фут­боль­ных болель­щи­ков, под­дер­жав­ший одно­го из кан­ди­да­тов, может серьез­но изме­нить ход голо­со­ва­ния в его поль­зу. При­чем мне­ние извест­но­го чело­ве­ка спо­соб­но вли­ять не толь­ко на его пря­мых почи­та­те­лей, но и на тех, кто не пыта­ет боль­ших сим­па­тий к его пер­соне. Мне­ние авто­ри­те­та учи­ты­ва­ет­ся в любом слу­чае и его вли­я­ние тем силь­нее, чем попу­ляр­нее пер­со­на его выражающая.

Мне­ние авто­ри­те­та может све­сти на нет уси­лия офи­ци­аль­ной про­па­ган­ды. В Рос­сии обще­ствен­ных авто­ри­те­тов пол­но и, учи­ты­вая, что мно­гие из них могут поз­во­лить себе пуб­лич­но выра­жать свое мне­ние, рас­хо­дя­ще­е­ся с офи­ци­аль­ной точ­кой зре­ния, у рос­сий­ско­го обще­ства есть ори­ен­ти­ры, поз­во­ля­ю­щие про­ти­во­сто­ять нивел­ли­ру­ю­ще­му воз­дей­ствию путин­ской пропаганды.

То, что в Рос­сии граж­дан­ское обще­ство есть,  убе­ди­тель­но сви­де­тель­ству­ют дан­ные социо­ло­ги­че­ских опро­сов: при всей мощи путин­ской про­па­ган­ды треть рос­сий­ско­го обще­ства идео­ло­ги­че­ски оста­ет­ся при сво­ем мне­нии. В этом, без­услов­но, боль­шая заслу­га и обще­ствен­ных авто­ри­те­тов. При этом не нуж­но забы­вать, что авто­ри­те­тов сто­я­щих на пози­ци­ях высо­кой граж­дан­ствен­но­сти и про­яв­ля­ю­щих поли­ти­че­скую актив­ность, не так уж и много.

И еще один момент — дале­ко не все из них кри­ти­че­ски вос­при­ни­ма­ют путин­ский режим, напро­тив, очень мно­гие, явля­ют­ся его сто­рон­ни­ка­ми и соот­вет­ствен­но ори­ен­ти­ру­ют на это сограж­дан. Одна­ко основ­ная мас­са авто­ри­те­тов — это «пер­со­ны в себе», то есть те, для кого не прин­ци­пи­аль­но, какая поли­ти­че­ская власть в стране. Они спо­соб­ны ужи­вать­ся с любой вла­стью, кото­рая не меша­ет их про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти. Мно­гим писа­те­лям, эст­рад­ным испол­ни­те­лям, спортс­ме­нам, арти­стам  — что при Ста­лине, что при Хру­ще­ве, что при Ель­цине, что при Путине. Воз­мож­ность твор­че­ской само­ре­а­ли­за­ции, гоно­ра­ры, извест­ность, сла­ва — все это, как пра­ви­ло, никак не пере­се­ка­ет­ся с поли­ти­че­ской состав­ля­ю­щей про­ис­хо­дя­ще­го в стране.

…а в Казах­стане ситу­а­ция печальная

Иная ситу­а­ция в Казах­стане. Здесь нет писа­те­лей, арти­стов, эст­рад­ных испол­ни­те­лей, спортс­ме­нов, уче­ных, поли­ти­ков, явля­ю­щих­ся «авто­ри­те­та­ми» наци­о­наль­но­го уров­ня. Мно­гие казах­стан­цы даже не зна­ют оте­че­ствен­ных «звезд», а те, кто зна­ют, пони­ма­ют их вто­рич­ность по срав­не­нию с рос­сий­ски­ми и запад­ны­ми. Это дан­ность, кото­рая соб­ствен­но и опре­де­ля­ет казах­стан­скую спе­ци­фи­ку: реаль­ны­ми авто­ри­те­та­ми для казах­стан­ско­го обще­ства явля­ют­ся ино­стран­цы. Мест­ные пев­цы, арти­сты, спортс­ме­ны, поэты и писа­те­ли  в части авто­ри­тет­но­сти в луч­шем слу­чае вто­рич­ны, в худ­шем — вооб­ще неиз­вест­ны или малоизвестны.

Кто такой, для казах­стан­цев, ска­жем, Абду­лин и кто такой Мака­ре­вич? Кто такая Наги­ма Еска­ли­е­ва и кто такая Алла Пуга­че­ва? Кто такой Ермек Тур­су­нов и кто такой Ники­та Михал­ков? Кто такой Мух­тар Шаха­нов и кто такой Борис Аку­нин. Несо­по­ста­ви­мые уров­ни попу­ляр­но­сти и как след­ствие раз­ли­чие в обще­ствен­ной авторитетности.

Конеч­но, гово­рить об авто­ри­тет­но­сти пер­сон казах­стан­ской эли­ты мож­но и на вто­рич­ном, про­вин­ци­аль­ном уровне. Но эта авто­ри­тет­ность носит узко-огра­ни­чен­ный харак­тер. Такие пер­со­ны авто­ри­тет­ны лишь для огра­ни­чен­ной локаль­ной обще­ствен­ной груп­пы, но никак не для все­го обще­ства. При этом казах­стан­ские авто­ри­те­ты, как и рос­сий­ские, делят­ся на тех, кто:

а) инте­гри­ро­ван в систе­му назар­ба­ев­ской авто­кра­тии (напри­мер, Олжас Сулейменов)

б) про­воз­гла­шая прин­цип «быть вне поли­ти­ки», то есть, фор­маль­но дистан­ци­ру­ясь от авто­кра­тии, фак­ти­че­ски при­ни­ма­ет суще­ству­ю­щие пра­ви­ла игры (напри­мер, Ермек Тур­су­нов Герольд Бель­гер, Мух­тар Шаха­нов). В эту груп­пу вхо­дят и те авто­ри­те­ты (пре­иму­ще­ствен­но из шоу-биз­не­са), кото­рые по опре­де­ле­нию лояль­ны к любой вла­сти, поз­во­ля­ю­щей им зани­мать­ся люби­мым делом.

в)  пуб­лич­но про­яв­ля­ет свою граж­дан­скую пози­цию в части кри­ти­че­ско­го отно­ше­ния к режи­му Назар­ба­е­ва (ранее Нур­бу­лат Маса­нов, Рашид Нуг­ма­нов, сего­дня Булат Ата­ба­ев, Канат Ибрагимов)

Мож­но дол­го спо­рить о сте­пе­ни авто­ри­тет­но­сти тех или иных пер­сон. Одна­ко это не меня­ет глав­но­го — казах­стан­ские обще­ствен­ные авто­ри­те­ты  не вли­я­ют на обще­ствен­ное мнение.

Казах­стан­ское обще­ствен­ное мне­ние сего­дня фор­ми­ру­ет­ся в первую оче­редь под воз­дей­стви­ем рос­сий­ско­го теле­ви­де­ния и мне­ний тех рос­сий­ских авто­ри­те­тов, кото­рых казах­стан­цы видят там прак­ти­че­ски еже­днев­но. Понят­но, что в идео­ло­ги­че­ском плане рос­сий­ское ТВ явля­ет­ся путин­ским аги­та­то­ром и про­па­ган­ди­стом, со все­ми выте­ка­ю­щи­ми из это­го идео­ло­ги­че­ски­ми последствиями.

Сле­ду­ю­щим  по зна­чи­мо­сти воз­дей­ствия на обще­ствен­ное мне­ние явля­ет­ся мест­ное теле­ви­де­ние, кото­рое зани­ма­ет­ся про­мы­ва­ни­ем моз­гов казах­стан­цев в том же направ­ле­нии, что и рос­сий­ское, прав­да, с замет­но мень­шей резуль­та­тив­но­стью. Это объ­яс­ня­ет­ся мно­ги­ми при­чи­на­ми, в том чис­ле и отсут­стви­ем на мест­ном теле­ви­де­нии обще­ствен­ных авторитетов.

Ну а если доба­вить сюда отсут­ствие обще­ствен­ных авто­ри­те­тов и в реаль­ной жиз­ни, то ста­но­вит­ся понят­ным, кто и что доми­ни­ру­ет в про­цес­се фор­ми­ро­ва­ния  казах­стан­ско­го обще­ствен­но­го мнения.

Таким обра­зом казах­стан­ское обще­ствен­ное мне­ние — это плод сов­мест­ных уси­лий Крем­ля и Акор­ды по зом­би­ро­ва­нию насе­ле­ния на анти­аме­ри­ка­низм, на непри­я­тие демо­кра­ти­че­ских цен­но­стей, на раз­жи­га­ние идео­ло­ги­че­ской роз­ни меж­ду пре­успе­ва­ю­щим Запа­дом и стагни­ру­ю­щим пост­со­вет­ским про­стран­ством. Отче­го оно пол­но сте­рео­ти­пов и кли­ше от Леон­тье­ва, Шев­чен­ко и про­чих ана­ли­ти­ков-про­па­ган­ди­стов с Пер­во­го кана­ла.  Сто­ит ли после это­го удив­лять­ся, что казах­стан­цы свя­то верят, что в авгу­сте 2008-го Рос­сия оста­но­ви­ла агрес­сию Гру­зии про­тив Южной Осе­тии, а очень мно­гие счи­та­ют, что США, вве­дя свои вой­ска в Ирак, до сих пор отту­да кача­ют бес­плат­но нефть.

А недав­но боль­шин­ство казах­стан­цев, идя на пово­ду у назар­ба­ев­ско-путин­ской про­па­ган­ды, друж­но хоро­ни­ло дол­лар и соглас­но кива­ли голо­ва­ми, слу­шая раз­лич­ных ана­ли­ти­ков, пред­ска­зы­ва­ю­щих нача­ло кон­ца евро­пей­ской либе­раль­но-демо­кра­ти­че­ской циви­ли­за­ции. Сего­дня они все, вклю­чая этих ана­ли­ти­ков, так­же друж­но ску­па­ют дол­ла­ры как самую надеж­ную валюту.

С точ­ки зре­ния демо­кра­ти­че­ско­го век­то­ра раз­ви­тия резуль­тат доста­точ­но печаль­ный и удру­ча­ю­щий. Хотя с точ­ки зре­ния сохра­не­ния авто­кра­тии Назар­ба­е­ва такая ситу­а­ция напро­тив очень обна­де­жи­ва­ю­щая. Отсут­ствие аль­тер­на­ти­вы в виде серьез­ной поли­ти­че­ской оппо­зи­ции, раз­ви­то­го граж­дан­ско­го обще­ства и авто­ри­тет­ных пер­сон, спо­соб­ных воз­ра­жать и про­ти­во­сто­ять, добав­ля­ет устой­чи­во­сти режи­му Назарбаева.

Нет в Казах­стане «Эха Моск­вы» и «Сереб­ря­но­го дождя», где мог­ли бы зву­чать аль­тер­на­тив­ные точ­ки зре­ния. Нет сво­их Быко­ва и Ефре­мо­ва, спо­соб­ных высо­кой поэ­зи­ей вооду­шев­лять серд­ца нерав­но­душ­ных. Нет сво­е­го Аку­ни­на, Соб­чак, Пар­фе­но­ва, Шев­чу­ка, чей авто­ри­тет может заста­вить дале­ких от поли­ти­ки людей заду­мать­ся о про­ис­хо­дя­щем и пра­виль­но его оценить.

Да, есть Ата­ба­ев, есть Жовтис, есть Ибра­ги­мов. Но кто они на весах авто­ри­тет­но­сти для рядо­вых казах­стан­цев? Мно­гие ли о них вооб­ще зна­ют? А кто зна­ком с их пози­ци­ей? Кто ори­ен­ти­ру­ет­ся на их мне­ние?   Десят­ки, сот­ни? Но это абсо­лют­но не серьез­но! Счет дол­жен идти на сот­ни тысяч, на мил­ли­о­ны.  Нет это­го, а соот­вет­ствен­но нет и пред­ме­та раз­го­во­ра об авторитетах.

Жизнь не сто­ит на месте

Вер­нем­ся к нача­лу раз­го­во­ра — к трем уров­ням про­тестно­сти. Про­тестно­сти «живо­та», про­тестно­сти от авто­ри­те­тов и про­тестно­сти граж­дан­ско­го обще­ства. Реаль­но — ни того, ни дру­го­го, ни тре­тье­го не наблю­да­ет­ся. Вот такая вот неве­се­лая кар­ти­на полу­ча­ет­ся с про­тестно­стью и аль­тер­на­ти­вой суще­ству­ю­ще­му поли­ти­че­ско­му режиму.

А теперь о хоро­шем. Как это ни пара­док­саль­но, при всем удру­ча­ю­щем состо­я­нии про­тестно­сти насе­ле­ния, при всей сла­бо­сти и дез­ор­га­ни­зо­ван­но­сти поли­ти­че­ской аль­тер­на­ти­вы — этот режим обре­чен. То, что мы нари­со­ва­ли выше, это срез сего­дняш­не­го дня. И это  поз­во­ля­ет ото­дви­нуть конец режи­ма Назар­ба­е­ва на несколь­ко лет. Будь в Казах­стане хоть мало-маль­ское  граж­дан­ское обще­ство, имей это обще­ство пару-трой­ку хариз­ма­ти­че­ских, стой­ких и прин­ци­пи­аль­ных авто­ри­те­тов, спо­соб­ных бро­сить вызов Назар­ба­е­ву, — все закон­чи­лось бы уже в 2002 году. Увы!

Да, сего­дня у режи­ма нет реаль­ной поли­ти­че­ской аль­тер­на­ти­вы, но жизнь не сто­ит на месте, про­цес­сы идут, меня­ют­ся усло­вия, меня­ет­ся ситу­а­ция, а глав­ное меня­ют­ся люди. Все боль­шую роль в этом игра­ет Интер­нет, кото­рый в ито­ге порвет ста­рое тра­ди­ци­о­на­лист­ское созна­ние, что и ста­нет идей­ным кон­цом назар­ба­ев­щи­ны, даже если к тому вре­ме­ни его само­го уже и не будет.

К сча­стью Казах­стан не закрыт для вет­ров пере­мен. А они дуют в пол­ную силу, мед­лен­но, но вер­но выду­вая авто­ри­тар­ную дурь из голов людей.  Нику­да мы не денем­ся, мы часть общей циви­ли­за­ции, кото­рая уже выра­бо­та­ла и при­ня­ла  основ­ные прин­ци­пы поли­ти­че­ско­го устрой­ства и отно­ше­ния к пра­вам и сво­бо­дам  граждан.

Эти прин­ци­пы кате­го­ри­че­ски отри­ца­ют суще­ству­ю­щие вза­и­мо­от­но­ше­ния меж­ду вла­стью и граж­да­на­ми в Казах­стане. Они по опре­де­ле­нию исклю­ча­ют Хусей­нов, Кад­да­фи, Пути­ных, Лука­шен­ко, Назар­ба­е­вых и про­чих, возо­мнив­ших себя избран­ны­ми и мес­си­я­ми. Оче­вид­но, что авто­кра­ти­че­ские режи­мы — это вче­раш­ний день, и суще­ству­ют они толь­ко бла­го­да­ря незре­ло­сти граж­дан­ских обществ, не уме­ния и не жела­ния людей отста­и­вать свои пра­ва и защи­щать свои инте­ре­сы.  Но это дело наживное.

Читать ори­ги­нал статьи: 

Все будет так, как долж­но быть

архивные статьи по теме

«Аким хороший, а проблем много». «Пропадающие» села и выборы

Editor

Дарига может быть, Тасмагамбетов — нет

Прекратить задержания на митингах и пытки, пересмотреть законы. Рекомендации Нур-Султану и реакция

Editor