-17 C
Астана
7 февраля, 2023
Image default

Борьба элит за власть идет полным ходом

 Мно­гие стра­ны на пост­со­вет­ском про­стран­стве при­бли­жа­ют­ся к оче­ред­но­му столк­но­ве­нию меж­ду демо­кра­ти­че­ской моде­лью раз­ви­тия и авто­ри­тар­ной, про­гно­зи­ру­ет дирек­тор укра­ин­ско­го цен­тра при­клад­ных поли­ти­че­ских иссле­до­ва­ний «Пен­та» Вла­ди­мир Фесенко.

 

Автор: Вла­ди­мир ФЕСЕНКО

 

Мы попро­си­ли поли­то­ло­га сде­лать рас­клад по сего­дняш­ней ситу­а­ции в стра­нах Цен­траль­ной Азии, в первую оче­редь в Казахстане.

Уход лиде­ра — шанс для оппозиции

- Вла­ди­мир Вяче­сла­во­вич, тот пере­по­лох, кото­рый вызвал слух о тяже­лой болез­ни пре­зи­ден­та Узбе­ки­ста­на Исла­ма Кари­мо­ва, еще раз пока­зал, насколь­ко уяз­ви­мы наши цен­траль­но­ази­ат­ские режи­мы, так и не решив­шие про­бле­му тран­зи­та вла­сти. Как быть?

- В стра­нах с ярко выра­жен­ным авто­ри­тар­но-пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­ным руко­вод­ством, где есть наци­о­наль­ный лидер, кото­рый все реша­ет, пре­ем­ствен­ность вла­сти — дей­стви­тель­но клю­че­вая про­бле­ма. Она сто­ит так­же и перед Алек­сан­дром Лука­шен­ко и Нур­сул­та­ном Назар­ба­е­вым. Абсо­лют­но оче­вид­но, что уход этих руко­во­ди­те­лей повле­чет за собой про­сто тек­то­ни­че­ские изме­не­ния в поли­ти­че­ской системе.

- Поче­му?

- Пото­му что нет пре­ем­ни­ка и сце­на­рии могут быть самые раз­ные. Напри­мер, раз­ви­тие ситу­а­ции по азер­бай­джан­ской моде­ли: может быть назна­чен пре­ем­ник, эли­та при­сяг­нет ему, и в резуль­та­те поли­ти­че­ская систе­ма не изме­нит­ся, ибо появит­ся новый авто­ри­тар­ный пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­ный руко­во­ди­тель. Но может быть ина­че: после ухо­да сим­во­ла режи­ма слу­чит­ся двор­цо­вый пере­во­рот. Удаст­ся ли удер­жать поли­ти­че­скую систе­му, не посып­лет­ся ли она? Поэто­му для оппо­зи­ции уход лиде­ра — это очень серьез­ный шанс на поли­ти­че­ские изменения.

- В том чис­ле для Казахстана?

- В этой рес­пуб­ли­ке про­бле­му усу­губ­ля­ет цен­тро­беж­ная тен­ден­ция, свя­зан­ная вовсе не с внут­рен­ни­ми про­ти­во­ре­чи­я­ми в казах­ском обще­стве. Хотя они тоже суще­ству­ют, про­сто их при­га­сил и несколь­ко заце­мен­ти­ро­вал Назар­ба­ев. Идет серьез­ная борь­ба гео­по­ли­ти­че­ских сек­то­ров. С одной сто­ро­ны, вли­я­ние Рос­сии и уча­стие Казах­ста­на в Тамо­жен­ном сою­зе. С дру­гой — уси­ли­ва­ю­ще­е­ся вли­я­ние Китая.

Насколь­ко я знаю, в казах­ской вер­хуш­ке есть про­рос­сий­ские и про­ки­тай­ские пред­ста­ви­те­ли. И послед­ние кри­ти­че­ские выступ­ле­ния про­тив Тамо­жен­но­го сою­за — это как раз отоб­ра­же­ние их про­ти­во­ре­чий: в рес­пуб­ли­ке так и не опре­де­ли­лись, на кого ори­ен­ти­ро­вать­ся в эко­но­ми­че­ском раз­ви­тии — на Рос­сию или Китай.

Китая боят­ся. Я думаю, что для Казах­ста­на Тамо­жен­ный союз — это свое­об­раз­ный защит­ный козы­рек про­тив уси­ли­ва­ю­ще­го­ся вли­я­ния Китая и его воз­мож­ной экс­пан­сии. Но с дру­гой сто­ро­ны, часть казах­ско­го биз­не­са и эли­ты, конеч­но же, ори­ен­ти­ру­ет­ся на Китай. И борь­ба этих групп после Назар­ба­е­ва может усилиться.

- Какие тогда воз­мож­ны сценарии?

- Напри­мер, воз­мож­на пере­да­ча вла­сти кому-то из бли­жай­ших род­ствен­ни­ков — восточ­ная модель насле­до­ва­ния. Для это­го Назар­ба­ев сам дол­жен опре­де­лить­ся, кто зай­мет его место. Но не сто­ит исклю­чать и попыт­ки нефор­маль­но­го насле­до­ва­ния, то есть заве­ща­ния «тро­на» в поль­зу фигу­ры не из чис­ла бли­жай­ших род­ствен­ни­ков, в кото­рой Назар­ба­ев видит пре­ем­ни­ка. Нако­нец, воз­мо­жен вари­ант двор­цо­во­го пере­во­ро­та. Столк­но­ве­ние раз­ных элит, раз­ных групп вли­я­ния в руко­вод­стве Казах­ста­на… Кто-то побе­дит. А даль­ше вста­нет вопрос сохра­не­ния ста­биль­но­сти в стране.

- Могут быть проблемы?

- Конеч­но, при­чем при реа­ли­за­ции любо­го сце­на­рия. Стра­на неод­но­род­ная. Поэто­му про­бле­ма сохра­не­ния поли­ти­че­ской ста­биль­но­сти после сме­ны лиде­ра будет важ­ной зада­чей для Казах­ста­на. Как и для Узбе­ки­ста­на, кста­ти. В этих стра­нах мно­го глу­бин­ных тече­ний и струк­тур­ных про­ти­во­ре­чий, кото­рые могут при­ве­сти к деста­би­ли­за­ции поли­ти­че­ской систе­мы. Поэто­му вопрос пре­ем­ствен­но­сти вла­сти — клю­че­вой для этих стран.

После Назар­ба­е­ва будет перестройка

- Но, как извест­но, без­бо­лез­нен­ная пере­да­ча вла­сти может быть толь­ко в усло­ви­ях усто­яв­ших­ся демо­кра­ти­че­ских инсти­ту­тов, напри­мер таких, как выбо­ры. Что, как гово­рит­ся, не про нас. Наши авто­кра­ты при­ду­ма­ли раз­лич­ные опре­де­ле­ния тем «демо­кра­ти­ям», кото­рые они яко­бы постро­и­ли или стро­ят, но не созда­ли ни одно­го дей­стви­тель­но рабо­та­ю­ще­го демо­кра­ти­че­ско­го инсти­ту­та. Куда, на Ваш взгляд, они при­ве­дут свои страны?

- Нет про­сто­го отве­та на этот вопрос. Дей­стви­тель­но, во всем мире, в том чис­ле на пост­со­вет­ском про­стран­стве, идет борь­ба демо­кра­ти­че­ских тен­ден­ций и авто­ри­тар­ных режи­мов. Есть тео­рия Хан­тинг­то­на о вол­нах демо­кра­ти­за­ции, когда пери­о­ди­че­ски про­ис­хо­дит рас­ши­ре­ние демо­кра­ти­че­ско­го про­стран­ства в мире. Но сам Саму­эль Хан­тинг­тон отме­чал, что вслед за уров­нем демо­кра­ти­за­ции неиз­беж­но насту­па­ли пери­о­ды охла­жде­ния и неко­то­ро­го авто­ри­тар­но­го реван­ша, когда авто­ри­тар­ный или полу­ав­то­ри­тар­ный режим вос­ста­нав­ли­вал­ся. Мне кажет­ся, что сей­час мы при­бли­жа­ем­ся к оче­ред­но­му столк­но­ве­нию меж­ду демо­кра­ти­че­ской моде­лью раз­ви­тия и авторитарной.

В поль­зу демо­кра­тии рабо­та­ет вопрос на модер­ни­за­цию — эко­но­ми­че­скую, а вслед за ней — и поли­ти­че­скую. Но исход это­го про­ти­во­сто­я­ния, борь­бы двух поли­ти­че­ских тен­ден­ций не решен. Ибо эко­но­ми­че­ские успе­хи Китая в какой-то мере уси­ли­ли пози­цию тех людей, кото­рые счи­та­ют, что авто­ри­тар­ная модель тоже может быть доста­точ­но эффективной.

- А отче­го зави­сит выбор той или иной модели?

- Борь­ба обыч­но идет в рам­ках соци­аль­но-поли­ти­че­ско­го и куль­тур­но­го поля. И каж­дая стра­на выбра­ла для себя пре­дель­но воз­мож­ную модель поли­ти­че­ско­го развития.

Отсю­да то раз­но­об­ра­зие моди­фи­ка­ций даже в рам­ках одно­го реги­о­на. В Цен­траль­ной Азии, оче­вид­но, в силу мно­гих обсто­я­тельств ста­ла доми­ни­ро­вать авто­ри­тар­ная модель. Но при этом мы уви­де­ли и попыт­ки демо­кра­ти­че­ских экс­пе­ри­мен­тов, кото­рые пока не при­ве­ли к появ­ле­нию ста­биль­ных демо­кра­ти­че­ских систем, но экс­пе­ри­мен­ты продолжаются.

- Напри­мер?

- Напри­мер, в рам­ках такой неболь­шой стра­ны, как Кыр­гыз­стан. А Узбе­ки­стан и Казах­стан, наобо­рот, пошли на созда­ние свет­ских авто­ри­тар­ных режимов.

- Таков был запрос обще­ства, Вы полагаете?

- Мне кажет­ся, что в борь­бе с очень мно­ги­ми вызо­ва­ми, воз­ник­ши­ми после раз­ва­ла Сою­за, запрос на авто­ри­тар­ную поли­ти­че­скую систе­му мог быть. Дру­гое дело, что сего­дня в Казах­стане, напри­мер, есть запрос на модер­ни­за­цию — эко­но­ми­че­скую, соци­аль­ную, на фор­ми­ро­ва­ние новой элиты.

- Отку­да он взялся?

- В стране есть сред­ний класс, где нема­ло людей име­ют запад­ное обра­зо­ва­ние, они с сим­па­ти­ей и инте­ре­сом при­смат­ри­ва­ют­ся к евро­пей­ской поли­ти­че­ской моде­ли. Поэто­му, пола­гаю, что в этих соци­аль­ных сло­ях будут фор­ми­ро­вать­ся запро­сы на более демо­кра­ти­че­скую поли­ти­че­скую систему.

- А какой вре­мен­ной лаг нужен меж­ду появ­ле­ни­ем запро­са и его реализацией?

- Не думаю, что эти пере­ме­ны могут про­изой­ти быст­ро, но уход Назар­ба­е­ва может стать толч­ком для таких транс­фор­ма­ций и, может быть, боль­шей демо­кра­ти­за­ции поли­ти­че­ской систе­мы. В общем, после Назар­ба­е­ва может про­изой­ти некая казах­ская перестройка.

- Любо­пыт­но. А есть пред­по­ло­же­ния, что может воз­ник­нуть после этой перестройки?

- Наде­ять­ся нуж­но на луч­шее, но я не исклю­чаю, что может появить­ся и полу­ав­то­ри­тар­ный режим с боль­шей сте­пе­нью поли­ти­че­ско­го плю­ра­лиз­ма, с боль­шей ролью демо­кра­ти­че­ских инсти­ту­тов. Мне кажет­ся, что Казах­стан сего­дня бли­же осталь­ных стран реги­о­на нахо­дит­ся к чер­те, за кото­рой долж­ны после­до­вать зна­чи­тель­ные перемены.

- Поче­му?

- В силу укреп­ле­ния, рас­ши­ре­ния сред­не­го клас­са, накоп­ле­ния раз­но­об­раз­ных соци­аль­ных про­ти­во­ре­чий, стрем­ле­ния мно­гих людей к пере­ме­нам, некой уста­ло­сти от авто­ри­тар­но­го режи­ма. Я думаю, что Казах­стан готов дей­стви­тель­но идти по пути демократизации.

Демо­кра­тия Узбе­ки­ста­ну не грозит?

- Слу­хи отно­си­тель­но здо­ро­вья лиде­ра Узбе­ки­ста­на Исла­ма Кари­мов дали повод гово­рить о веро­ят­ных изме­не­ни­ях во вла­сти в этой стране. Как Вы счи­та­е­те, насколь­ко реаль­ны шан­сы Узбе­ки­ста­на на демо­кра­ти­че­ское развитие?

- Узбе­ки­стан, я думаю, будет раз­ви­вать­ся в рам­ках авто­ри­тар­ной моде­ли. Пото­му что, как мне пред­став­ля­ет­ся, глав­ная про­бле­ма сме­ны вла­сти в стране в том, что она может дать мощ­ный импульс к обостре­нию этно­куль­тур­ных про­ти­во­ре­чий в узбек­ском обще­стве и исла­миз­ма. Появит­ся про­бле­ма не толь­ко сохра­не­ния ста­биль­но­сти поли­ти­че­ской систе­мы, но и сохра­не­ния в нынеш­них фор­мах основ узбек­ско­го обще­ства. Каким будет Узбе­ки­стан после ухо­да нынеш­не­го пре­зи­ден­та, ска­зать сложно.

Я не спе­ци­а­лист по Узбе­ки­ста­ну и не риск­ну фор­му­ли­ро­вать какие-либо про­гно­зы, но пола­гаю, что огром­ную роль сыг­ра­ют буду­щий пре­ем­ник нынеш­не­го пре­зи­ден­та и ком­плекс нако­пив­ших­ся противоречий.

- А как обсто­ят дела в дру­гих пост­со­вет­ских республиках?

- И в Закав­ка­зье и на евро­пей­ской части мы видим борь­бу с попе­ре­мен­ным успе­хом авто­ри­та­риз­ма и демо­кра­тии. Напри­мер, в Рос­сии. Ее стрем­ле­ние к более цен­тра­ли­зо­ван­ной, авто­ри­тар­ной поли­ти­че­ской моде­ли — это мно­го­ве­ко­вая поли­ти­че­ская тра­ди­ция. По мне­нию рос­сий­ских кол­лег, Рос­сия без силь­ной цен­тра­ли­зо­ван­ной вла­сти может не выжить, поэто­му авто­ри­тар­ный тренд в ней будет при­сут­ство­вать все­гда. С дру­гой сто­ро­ны, новый рос­сий­ский сред­ний класс, конеч­но, тяго­те­ет к евро­пей­ской поли­ти­че­ской модели.

- Но как при­ми­рить два нача­ла: силь­ную цен­тра­ли­зо­ван­ную поли­ти­че­скую систе­му и демо­кра­ти­че­ский плюрализм?

- Дей­стви­тель­но, часть рос­сий­ской эли­ты опа­са­ет­ся, что поли­ти­че­ская борь­ба по евро­пей­ским образ­цам может стать серьез­ным деста­би­ли­зи­ру­ю­щим фак­то­ром для Рос­сии. Но здесь вопрос в балан­се. Если его удаст­ся най­ти меж­ду поли­ти­че­ской, демо­кра­ти­че­ской модер­ни­за­ци­ей и сохра­не­ни­ем един­ства рос­сий­ско­го обще­ства, госу­дар­ствен­но­сти, то тогда неми­ну­е­ма и поли­ти­че­ская модер­ни­за­ция Рос­сии. Если нет, то Рос­сия, воз­мож­но, пере­жи­вет еще один цикл дра­ма­ти­че­ских собы­тий, свя­зан­ных с силь­ной деста­би­ли­за­ци­ей поли­ти­че­ской систе­мы, а потом опять пой­дет ее цен­тра­ли­за­ция и вос­ста­нов­ле­ние един­ства, может быть, уже с эле­мен­та­ми новых демо­кра­ти­че­ских институтов.

- А что в кав­каз­ских республиках?

- Я думаю, трио закав­каз­ских стран будет демон­стри­ро­вать раз­ные поли­ти­че­ские моде­ли. Азер­бай­джан, ско­рее все­го, и далее будет тяго­теть к более восточ­ной, свет­ской, но авто­ри­тар­ной поли­ти­че­ской моде­ли. Гру­зия при всех сво­их коле­ба­ни­ях и всплес­ках острой поли­ти­че­ской борь­бы, ско­рее все­го, будет раз­ви­вать­ся в рам­ках свое­об­раз­ной моде­ли кав­каз­ской демо­кра­тии, где сме­на вла­сти будет про­ис­хо­дить дра­ма­тич­но, с раз­но­об­раз­ны­ми кон­флик­та­ми, но твер­до пой­дет по демо­кра­ти­че­ско­му пути, тяго­тея, ско­рее, к евро­пей­ским поли­ти­че­ским ценностям.

Как и полу­ав­то­ри­тар­ная Арме­ния. Внешне про­яв­ля­ют­ся демо­кра­ти­че­ские инсти­ту­ты, есть выбо­ры, пар­тии. Но при этом будет сохра­нять­ся, во вся­ком слу­чае на бли­жай­шую и сред­не­сроч­ную пер­спек­ти­ву, авто­ри­та­ризм. То есть там рабо­та­ет огра­ни­чен­ная, но все-таки авто­ри­тар­ная модель.

- А в какой стране на пост­со­вет­ском про­стран­стве какие-либо изме­не­ния во вла­сти маловероятны?

- В Бела­ру­си. Пока будет у руля Алек­сандр Лука­шен­ко, поли­ти­че­ская модель не изме­нит­ся. Серьез­но изме­нить ситу­а­цию в Бела­ру­си может толь­ко сме­на соци­аль­ных и поли­ти­че­ских поко­ле­ний. Насколь­ко я знаю, бело­рус­ские социо­ло­ги отме­ча­ют фено­мен кон­флик­тов цен­но­стей в бело­рус­ском обще­стве. Моло­дое город­ское поко­ле­ние тяго­те­ет к евро­пей­ским и демо­кра­ти­че­ским цен­но­стям. Если это поко­ле­ние будет наби­рать силу, струк­ту­ри­ро­вать­ся поли­ти­че­ски, появит­ся новая, более орга­ни­зо­ван­ная, силь­ная поли­ти­че­ская оппо­зи­ция, то вопрос изме­не­ний — это лишь вопрос вре­ме­ни и форм кре­на в сто­ро­ну демо­кра­ти­че­ской модели.

- Когда это­го мож­но ожидать?

- Вряд ли это про­изой­дет в бли­жай­шей пер­спек­ти­ве. Повто­рюсь, пока Лука­шен­ко в силе, я думаю, прин­ци­пи­аль­ных поли­ти­че­ских изме­не­ний не будет. Мож­но гово­рить толь­ко о каких-то внеш­них, несу­ще­ствен­ных трансформациях.

- Несколь­ко лет назад непло­хие шан­сы на каче­ствен­но новые изме­не­ния появ­ля­лись у Укра­и­ны. Сего­дня мно­гие экс­пер­ты счи­та­ют, что воз­мож­ность была упу­ще­на. А Вы как полагаете?

- В Укра­ине, как и в Мол­да­вии, борь­ба двух начал — авто­ри­тар­ных и демо­кра­ти­че­ских — про­ис­хо­ди­ла и будет про­ис­хо­дить. Для Укра­и­ны вре­мя «Ч», когда схват­ка этих двух начал выльет­ся нару­жу, — пре­зи­дент­ские выбо­ры 2015 года. Но в силу тех или иных собы­тий, тен­ден­ций этот кон­фликт может про­явить­ся и раньше.

При­чем для Укра­и­ны это не про­сто выбор меж­ду дву­мя систе­ма­ми цен­но­стей, меж­ду дву­мя поли­ти­че­ски­ми моде­ля­ми — авто­ри­тар­ной и демо­кра­ти­че­ской, но и кон­фликт двух гео­по­ли­ти­че­ских выбо­ров: в поль­зу евро­пей­ской инте­гра­ции либо в поль­зу инте­гра­ции евразийской.

- Поче­му мно­гие жела­ют быть в Евро­со­ю­зе — оче­вид­но. А поче­му не при­ни­ма­ют идею евразий­ской интеграции?

- Имен­но по при­чине того, что это союз авто­ри­тар­ных и полу­ав­то­ри­тар­ных режи­мов. Но не все так счи­та­ют, поэто­му для Укра­и­ны это очень серьез­ный выбор.

Кста­ти, тео­рия Хан­тинг­то­на про­яв­ля­ет­ся в Укра­ине очень силь­но. Борь­ба демо­кра­тии и авто­ри­та­риз­ма, мож­но ска­зать, не сти­ха­ет вовсе. Авто­ри­тар­ный откат про­изо­шел при Яну­ко­ви­че, теперь мно­гие ожи­да­ют, что 2015 год при­не­сет про­ти­во­по­лож­ную тен­ден­цию. Но в любом слу­чае это будет дра­ма­тич­ный пери­од борь­бы за власть. И вопрос о том, кто будет пре­зи­ден­том Укра­и­ны и как будет раз­ви­вать­ся Укра­и­на в поли­ти­че­ском плане, будет решать­ся не толь­ко на изби­ра­тель­ных участ­ках, но и на улицах.

Сою­зу быть

- В бесе­де о веро­ят­ных шан­сах на демо­кра­ти­че­ские изме­не­ния в стра­нах пост­со­вет­ско­го про­стран­ства, пожа­луй, невоз­мож­но оста­вить без вни­ма­ния один из самых мас­штаб­ных инте­гра­ци­он­ных про­ек­тов в СНГ — Тамо­жен­ный союз. Как Вы види­те его раз­ви­тие после, воз­мож­но, ско­рой сме­ны вла­сти в одних стра­нах и ново­го исто­ри­че­ско­го пери­о­да — в других?

- Ответ на этот вопрос доста­точ­но прост: пока Рос­си­ей будет руко­во­дить Путин, Тамо­жен­ный союз будет раз­ви­вать­ся. Речь идет не про­сто об эко­но­ми­че­ском, но и о поли­ти­че­ском про­ек­те Вла­ди­ми­ра Вла­ди­ми­ро­ви­ча. И как мне пред­став­ля­ет­ся, для него фор­ми­ро­ва­ние Евразий­ско­го сою­за — это некий венец его поли­ти­че­ской карье­ры, то, что Путин хочет оста­вить после себя в истории.

Поэто­му Тамо­жен­ный союз будет посту­па­тель­но дви­гать­ся к Евразий­ско­му. Локо­мо­ти­вом будет, конеч­но, Рос­сия. Бела­русь, ско­рее все­го, будет помо­гать. А сла­бым зве­ном я бы назвал Казахстан.

- Поче­му?

- Насколь­ко я знаю от казах­ских кол­лег, внут­ри обще­ства и эли­ты рес­пуб­ли­ки отно­ше­ние к Тамо­жен­но­му сою­зу очень неод­но­знач­ное. С одной сто­ро­ны, сде­лан поли­ти­че­ский выбор — это лич­ная пози­ция Назар­ба­е­ва, кото­рый дав­но снис­кал себе сла­ву идео­ло­га евразий­ской инте­гра­ции. Но с дру­гой сто­ро­ны, нын­че замет­но, что часть эли­ты и рядо­вых граж­дан Казах­ста­на очень кри­тич­но вос­при­ни­ма­ют послед­ствия вступ­ле­ния в Тамо­жен­ный союз.

- А что, на Ваш взгляд, ста­ло причиной?

- Повы­ше­ние потре­би­тель­ских цен, дис­па­ри­тет по неко­то­рым пози­ци­ям вызы­ва­ют соци­аль­ное раз­дра­же­ние и глу­хое недо­воль­ство от уча­стия в Тамо­жен­ном сою­зе. Не все полу­чи­ли зри­мые пози­тив­ные послед­ствия от вступ­ле­ния, а вот нега­тив кос­нул­ся каж­до­го. У эли­ты недо­воль­ство вызы­ва­ет идея про­дол­же­ния инте­гра­ции и пере­ход к ее поли­ти­че­ской фазе. И казах­ская оппо­зи­ция, и, как я пони­маю, даже часть окру­же­ния Назар­ба­е­ва не склон­ны к уча­стию в фор­ми­ро­ва­нии неко­ей поли­ти­че­ской над­строй­ки в виде Евразий­ско­го союза.

- Как может в таких усло­ви­ях раз­ви­вать­ся ситуация?

- Назар­ба­ев, я думаю, будет участ­во­вать в про­ек­те Пути­на, посколь­ку отча­сти это и его про­ект. Что будет после Назар­ба­е­ва — вопрос откры­тый. Если фор­ми­ро­ва­ние Евразий­ско­го сою­за про­изой­дет при Назар­ба­е­ве и Казах­стан там закре­пит­ся, то пере­иг­рать ситу­а­цию будет очень слож­но. Но мож­но про­гно­зи­ро­вать, что в казах­ском обще­стве сфор­ми­ру­ет­ся и укре­пит­ся так­же некая оппо­зи­ция к уча­стию Казах­ста­на в Евразий­ском сою­зе. А даль­ше вопрос лишь в том, насколь­ко эта оппо­зи­ция будет силь­ной и насколь­ко тако­го рода настро­е­ния будут пред­став­ле­ны в пра­вя­щей элите.

Ско­рее все­го, Казах­стан оста­нет­ся в рам­ках Тамо­жен­но­го сою­за, а вот каким обра­зом будет при­ни­мать уча­стие в Евразий­ском сою­зе — пол­но­цен­но или огра­ни­чен­но — вопрос открытый.

- А что насчет глав­ной интри­ги Тамо­жен­но­го сою­за — уча­стия в нем Укра­и­ны? Удаст­ся все-таки уви­деть ее в этом объединении?

- Как я уже ска­зал, в укра­ин­ском обще­стве идет борь­ба двух тен­ден­ций: евро­пей­ской и евразий­ской. Боль­шая часть элит скло­ня­ет­ся все-таки в сто­ро­ну евро­пей­ской инте­гра­ции. Хотя мно­гие пре­крас­но пони­ма­ют, что Укра­ине даже в сред­не­сроч­ной пер­спек­ти­ве не све­тит вступ­ле­ние в Евросоюз.

Сбли­же­ние с Евро­пой, посте­пен­ная транс­фор­ма­ция Укра­и­ны — идея очень попу­ляр­ная прак­ти­че­ски во всех сло­ях обще­ства, в запад­ной и цен­траль­ной обла­стях. Восток более тяго­те­ет к сотруд­ни­че­ству с Рос­си­ей. Но в чем про­бле­ма идеи евразий­ской инте­гра­ции в Укра­ине? В том, что нет силь­но­го поли­ти­че­ско­го субъ­ек­та, кото­рый стал бы ее попу­ля­ри­за­то­ром и дви­жу­щей силой.

Нынеш­нее укра­ин­ское руко­вод­ство по раз­ным при­чи­нам — как поли­ти­че­ским, так и эко­но­ми­че­ским и даже, я бы ска­зал, лич­ност­ным и пси­хо­ло­ги­че­ским — не хочет пол­но­цен­но­го уча­стия Укра­и­ны в Тамо­жен­ном, а затем и Евразий­ском сою­зе. Мак­си­мум, что при­ем­ле­мо, — это осо­бая фор­ма сотруд­ни­че­ства. Иде­аль­ный вари­ант для Укра­и­ны заклю­ча­ет­ся в том, что­бы иметь осо­бые парт­нер­ские отно­ше­ния как с Евро­пей­ским сою­зом, так и с Тамо­жен­ным. Полу­чать диви­ден­ды от частич­ной инте­гра­ции как с Евро­со­ю­за, так и с Тамо­жен­но­го союза…

- Это возможно?

- Дмит­рий Мед­ве­дев как-то ска­зал, что Яну­ко­вич хочет уси­деть на двух сту­льях. Но на самом деле на двух сту­льях хотят уси­деть треть укра­ин­цев. Это мож­но нели­це­при­ят­но назвать гео­по­ли­ти­че­ской шизо­фре­ни­ей. Мы как пла­не­та, кото­рая завис­ла меж­ду дву­мя боль­ши­ми солн­ца­ми — Евро­пой и Рос­си­ей. Послед­ние два­дцать лет Укра­и­на вро­де бы дви­га­лась в сто­ро­ну Евро­пы, но сей­час при­тя­же­ние Рос­сии уси­ли­лось. Поэто­му, пола­гаю, в бли­жай­шие годы дис­кус­сия по пово­ду выбо­ра Укра­и­ной инте­гра­ци­он­ных сою­зов будет толь­ко обостряться.

Под­го­то­ви­ла Татья­на ГАРЬКАВАЯ

Источ­ник: Еже­ме­сяч­ная газе­та «С Пером и Шпа­гой» №3 (66) от 30 мар­та 2013 года

Ори­ги­нал статьи: 

Борь­ба элит за власть идет пол­ным ходом

архивные статьи по теме

От памятника остался суслик?!

«Дело Козлова»: КНБ подделал протокол?!

Задача прессы — давать надежду?