fbpx

Акежан Кажегельдин: Украинские олигархи со своими 2–3 миллиардами — никто по сравнению с семьей Назарбаева

Аке­жан Каже­гель­дин, пре­мьер-министр Казах­ста­на в 1994–1997 годах, в эфи­ре про­грам­мы теле­ка­на­ла “Эспрес­со” “Студія Захід з Анто­ном Бор­ковсь­ким” про болезнь Назар­ба­е­ва, тран­зит казах­стан­ской вла­сти и кор­руп­ци­он­ный рас­пад пост­со­вет­ских госу­дарств

Нур­сул­тан Назар­ба­ев совер­шил неожи­дан­ную роки­ров­ку вла­сти, бук­валь­но за одни сут­ки было про­из­ве­де­но мно­же­ство поли­ти­че­ских дви­же­ний и он, фак­ти­че­ски, назна­чил (или его систе­ма вла­сти назна­чи­ла), свою дочь гла­вой Сена­та, а его сорат­ник стал испол­ня­ю­щим обя­зан­но­сти пре­зи­ден­та.

По боль­шо­му сче­ту, в  Укра­ине, эти собы­тия кажут­ся каки­ми-то экзо­тич­ны­ми, может быть забав­ны­ми, у вас  своя домаш­няя дра­ма – это пред­сто­я­щие выбо­ры. Про­изо­шед­шее  было ожи­да­е­мым, обще­ство к нему было гото­во,  часть обще­ства это­го жда­ла, мол,  “что же при­ду­ма­ют, и что на сцене будет про­ис­хо­дит “, но была и зна­чи­тель­ная часть обще­ства, что  свя­зы­ва­ла с эти­ми пере­ста­нов­ка­ми какие-то надеж­ды. После двух дней от всплес­ка эмо­ций в ожи­да­нии хоро­ших ново­стей, надеж­ды упа­ли.

Вот что про­изо­шло в Казах­стане.
Нур­сул­тан Аби­ше­вич (Назар­ба­ев – ред.), быв­ший пар­тий­ный функ­ци­о­нер, после 5–6 лет нача­ла стро­и­тель­ства неза­ви­си­мо­го госу­дар­ства, попро­бо­вав демо­кра­тию, глас­ность, ощу­тив на себе, что такое поли­ти­че­ская кон­ку­рен­ция, как она может  дей­ство­вать, как вли­я­ет ули­ца на поли­ти­ку внут­ри стра­ны, испу­гал­ся и решил этот экс­пе­ри­мент не про­дол­жать.

То, что про­ис­хо­ди­ло в послед­ние несколь­ко дней, напо­ми­на­ет ушед­ше­го Бреж­не­ва. Прав­да, еще живо­го, на его место мы хоте­ли,  чтоб при­шел хотя бы Гор­ба­чев, но при­шел Чер­нен­ко. А чтоб Чер­нен­ко как-то мог сто­ять на ногах, Нур­сул­тан Аби­ше­вич ему в под­пор­ку поста­вил свою дочь, если иро­ни­зи­ро­вать, но на самом деле так оно и было. 

А как выгля­дит систе­ма казах­стан­ской кла­но­вой вла­сти? Мы пони­ма­ем, что если назна­ча­ют род­ствен­ни­ков, то ни о какой демо­кра­тии речи быть не может — все реша­ют кулу­а­ры. Насколь­ко я пони­маю, роль семьи Назар­ба­е­вых чрез­вы­чай­но вели­ка.

Есте­ствен­но. Что про­изо­шло за послед­ние 20 лет? Все нача­лось в 1999 году. Пере­ста­нов­ка и бес­ко­неч­ное пере­пи­сы­ва­ние суще­ству­ю­щих Кон­сти­ту­ций нача­лось в 1999 году. Суще­ству­ет пар­ла­мент, кото­рый избран по пар­тий­ным спис­кам. Никто из граж­дан Казах­ста­на не зна­ет сво­их депу­та­тов. Мажо­ри­тар­ная систе­ма и одно­ман­дат­ные окру­га ушли в исто­рию. Суще­ству­ет пар­тий­ный спи­сок. Ну, допус­ка­ют одну оппо­зи­ци­он­ную пар­тию, чтоб “про­дать” это на Запа­де, что­бы все выгля­де­ло, как мно­го­пар­тий­ный пар­ла­мент, но на самом-то  деле это все одна пар­тия. Прак­ти­че­ски эти люди назна­ча­ют­ся. Актив­ность на пунк­тах голо­со­ва­ния очень низ­кая, никто во вла­сти не моро­чит себе голо­ву, что­бы бороть­ся за голо­са.

Реаль­ных кон­ку­рен­тов на выбо­ры не допус­ка­ют.

При­хо­дят выбо­ры и дает­ся ука­за­ние, в каком горо­де, в какой обла­сти какой про­цент голо­сов дол­жен быть  отдан за так назы­ва­е­мую пра­вя­щую пар­тию. Потом этот спи­сок кор­рек­ти­ру­ют в адми­ни­стра­ции пре­зи­ден­та и люди “до А до Я” при­хо­дят и ста­но­вят­ся депу­та­та­ми ниж­ней пала­ты.  Верх­няя пала­та вооб­ще не явля­ет­ся пред­ста­ви­тель­ной. По два чело­ве­ка от област­ных сове­тов изби­ра­ет­ся в Сенат, 9 чело­век назна­ча­ет пре­зи­дент Назар­ба­ев.

Так вот, гос­по­дин Тока­ев нико­гда не изби­рал­ся, нико­гда не про­хо­дил ника­кой поли­ти­че­ской про­це­ду­ры. Он был назна­чен сена­то­ром, и его роль была пред­се­да­тель­ство­вать — до послед­не­го вре­ме­ни.  

Кон­сти­ту­цию пере­пи­са­ли. И гла­ва Сена­та дол­жен был стать тем, кто при­ни­ма­ет вре­мен­ную власть и про­во­дит новые пре­зи­дент­ские выбо­ры.

При этом необя­за­тель­но будет ли он сам в них участ­во­вать или нет. В Казах­стане ушел в исто­рию инсти­тут само­вы­дви­же­ния. Выдви­гать­ся могут толь­ко от суще­ству­ю­щих, заре­ги­стри­ро­ван­ных на сего­дняш­ний день, поли­ти­че­ских пар­тий. То есть, никто не хочет рис­ко­вать в семье Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва.

Отве­чая на вопрос запад­ных жур­на­ли­стов, я ска­зал,  что он ведь нику­да и не ушел. Зако­ны и поправ­ки в Кон­сти­ту­цию были при­ня­ты  и при­нят новый Закон “О роли и месте Сове­та наци­о­наль­ной без­опас­но­сти”. Так  вот, этот орган явля­ет­ся сей­час выс­шим в вопро­сах внеш­ней поли­ти­ки и внут­рен­ней без­опас­но­сти, он явля­ет­ся глав­ным управ­ля­ю­щим и направ­ля­ю­щим орга­ном  и пре­зи­дент стра­ны, в нашем слу­чае, новый испол­ня­ю­щей обя­зан­но­сти пре­зи­ден­та стра­ны, ста­но­вить­ся чле­ном это­го Сове­та без­опас­но­сти.

Если 15 лет назад ниве­ли­ро­ва­ли роль пре­мьер-мини­стра —  по боль­шо­му сче­ту у нас Каби­не­та мини­стров нет, Каби­нет явля­ет­ся частью Адми­ни­стра­ции — то сей­час ниве­ли­ро­ва­ли и роль пре­зи­ден­та. Над ними сей­час довле­ет  пред­се­да­тель Сове­та без­опас­но­сти.  Скром­ни­чая, Нур­сул­тан Аби­ше­вич ухо­дя, ска­зал, что сохра­нил за собой пред­се­да­тель­ство в пар­тии, но кого вол­ну­ет эта пар­тия, все зна­ют исто­рию пар­тии за послед­ние 100 лет.  

По сути, в Казах­стане про­изо­шел так назы­ва­е­мый рос­сий­ский сце­на­рий, когда Путин назна­чил Мед­ве­де­ва, оста­ва­ясь у руля реаль­ной вла­сти. Но глав­ный вопрос, поче­му на это Назар­ба­ев пошел имен­но сей­час?   Я пони­маю, если бы эту новость про­воз­гла­си­ли его сорат­ни­ки,  было бы понят­но, что состо­я­ние здо­ро­вья Назар­ба­е­ва не слиш­ком  хоро­шо, тем не менее, он высту­пал сам, невзи­рая на свой весь­ма почтен­ный воз­раст.

Нуж­но обра­тить вни­ма­ние на сле­ду­ю­щее. Вы, конеч­но, нахо­ди­тесь дале­ко, сле­ди­те за собы­ти­я­ми по мере поступ­ле­ния инфор­ма­ции, а вот мы, казах­стан­цы, зна­ем очень хоро­шо, что обыч­но тако­го рода реше­ния Нур­сул­тан Аби­ше­вич  при­ни­ма­ет по сре­дам. Он чело­век очень под­вер­жен­ный тра­ди­ци­ям.  Он доволь­но бояз­ли­вый чело­век и верит во все­воз­мож­ные тра­ди­ци­он­ные “стра­шил­ки” (речь идет о суе­ве­ри­ях, — ред.). Казах­ский народ счи­та­ет, что самый удач­ный день — сре­да. Назар­ба­ев важ­ные  реше­ния при­ни­мал по сре­дам, а тут вдруг в поне­дель­ник и так все быст­ро, комом.  И пол­но­мо­чия пере­дал и сам остал­ся, и награ­ды все полу­чил, в один день став  “Геро­ем соци­а­ли­сти­че­ско­го тру­да” и “Геро­ем стра­ны”. Две выс­шие награ­ды из двух сфер враз полу­чил. То есть, он куда-то торо­пить­ся.

Это абсо­лют­но свя­за­но с про­бле­мой состо­я­ния  здо­ро­вья. Он про­сто хочет уехать надол­го лечить­ся, но он не поки­да­ет власть, он нико­му не дове­ря­ет, даже само­му лояль­но­му чело­ве­ку он дове­ря­ет, ска­жем, услов­но и напо­ло­ви­ну.

У него есть Сов­без, есть аппа­рат Сов­беза, ему под­чи­ня­ют­ся все сило­вые ведом­ства, плюс ко все­му в верх­нюю пала­ту пар­ла­мен­та он поста­вил  назна­чен­ною собой же дочь и ее назна­чи­ли пред­се­да­те­лем Сена­та. На слу­чай, если вдруг что-то про­изой­дет с нынеш­ним и.о. пре­зи­ден­та, то она быст­ро, авто­ма­ти­че­ски по Кон­сти­ту­ции, может на сле­ду­ю­щий день занять вре­мен­ную роль гла­вы госу­дар­ства.  

Это — абсо­лют­ная узур­па­ция вла­сти. Там совер­шен­но ниче­го не свя­за­но с демо­кра­ти­ей.  Даже позд­ние боль­ше­ви­ки, позд­няя ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия в этом отно­ше­нии была более изоб­ре­та­тель­ной.

Как вы дума­е­те, а как будут про­хо­дить  даль­ней­шее роки­ров­ки или пере­те­ка­ние вла­сти к доче­ри или пле­мян­ни­ку,  или еще к кому-то из кла­на Назар­ба­е­вых? Какой будет даль­ней­ший тран­зит вла­сти от Назар­ба­е­ва к Назар­ба­е­вым?

Воз­мож­но несколь­ко сце­на­ри­ев. Самый логич­ный, когда Нур­сул­тан Назар­ба­ев дождет­ся опре­де­лен­но­го вре­ме­ни и нынеш­не­му и.о. пре­зи­ден­та Тока­е­ву дадут воз­мож­ность участ­во­вать в изби­ра­тель­ной кам­па­нии,  воз­мож­но, он будет сле­ду­ю­щим пре­зи­ден­том. Ста­нет ли этот чело­век пре­зи­ден­том по насто­я­ще­му, смо­жет ли он пред­ло­жить нации свою повест­ку дня!?

Толь­ко сво­бод­ные выбо­ры и реаль­ная побе­да в 51% голо­сов при уча­стии реаль­ных кон­ку­рен­тов смо­гут дать это­му чело­ве­ку реаль­ную власть.  Тогда он смо­жет оспо­рить роль  Сена­та и Сов­беза. Вслед­ствие сво­бод­ных выбо­ров он полу­чит ман­дат и силу граж­дан.

Но вряд ли он на это пой­дет, ведь этот чело­век нико­гда не изби­рал­ся. Нико­гда не участ­во­вал ни в каких деба­тах, я не могу его себе пред­ста­вить в поли­ти­че­ских деба­тах на ули­це, в теле­сту­дии. Он даже не смо­жет вый­ти, про­сто вый­ти к людям на ули­цу, на пло­щадь.

Он будет встре­чать­ся толь­ко с теми, кого собе­рут губер­на­то­ры обла­стей. То есть, ско­рей все­го это будет такой регу­ли­ру­е­мый, адми­ни­стра­тив­но управ­ля­е­мый про­цесс.

Воз­мож­но, Нур­сул­тан Аби­ше­вич поду­мы­ва­ет о дру­гой кан­ди­да­ту­ре. Воз­мож­но, кан­ди­да­том будет некто, кого мы на сцене сей­час не видим, но это будет чело­век из бли­жай­ше­го окру­же­ния Нур­сул­та­на Аби­ше­ви­ча, пото­му что ему нуж­ны гаран­тии.

Дело в том, что за послед­ние 20 лет Нур­сул­тан Аби­ше­вич и его семья про­сто не удер­жа­лись и не толь­ко укра­ли власть, они еще и укра­ли наци­о­наль­ное досто­я­ние. Они ста­ли очень бога­ты­ми. Вы даже не може­те себе пред­ста­вить насколь­ко. Ваши, так назы­ва­е­мые оли­гар­хи, со сво­и­ми 2–3 мил­ли­ар­да­ми,  про­сто никто про­тив чле­нов этой семьи.

Они про­сто малый биз­нес по срав­не­нию с пра­вя­щей семьей Казах­ста­на. Поэто­му Нур­сул­та­ну Аби­ше­ви­чу нуж­ны очень силь­ные гаран­тии.

Вопрос гаран­тий это тоже очень важ­ный момент. Мы пони­ма­ем, что Казах­стан нахо­дит­ся под при­сталь­ным при­це­лом Китая, Рос­сий­ской Феде­ра­ции и Соеди­нен­ных Шта­тов. В свое вре­мя Кремль пытал­ся орга­ни­зо­вать в Казах­стане  про­цес­сы, кото­рые мож­но срав­ни­вать с  раз­во­ра­чи­ва­ни­ем гибрид­ной агрес­сии на восто­ке Укра­и­ны, туда высы­ла­ли рус­ских фаши­стов, в сти­ле Эду­ар­да Лимо­но­ва и про­чих, чтоб они бала­му­ти­ли воду. Насколь­ко я пони­маю сей­час, в слу­чае деле­ги­ти­ми­за­ции вла­сти, в Казах­стане могут про­изой­ти опре­де­лен­ный подоб­ные сце­на­рии.

Абсо­лют­но вер­но. Если пытать­ся каль­ку­ли­ро­вать сте­пень потен­ци­аль­но­го вли­я­ния на внут­рен­нюю ситу­а­цию Рес­пуб­ли­ки Казах­стан, то все вме­сте – Китай, ЕС и  США  — все вме­сте они не могут кон­ку­ри­ро­вать с вли­я­ни­ем Рос­сий­ской Феде­ра­ции. Прак­ти­че­ски, око­ло 7 тысяч кило­мет­ров сов­мест­ных гра­ниц, если вы посмот­ри­те на кар­ту наро­до­на­се­ле­ния Рес­пуб­ли­ки, то сра­зу же уви­ди­те, каким обра­зом рас­про­стра­ня­ет­ся  вли­я­ние, рас­се­ле­ние идет в основ­ном вдоль гра­ниц.

Но по боль­шо­му сче­ту, реаль­ный вызов для Казах­ста­на и его без­опас­но­сти —  Юг и про­ис­хо­дя­щее,  свя­зан­ное с ислам­ским экс­тре­миз­мом. “Боль­ное” место — это для нас Восточ­ный Тур­ке­стан, или Синьц­зян для Китая, Севе­ро-запад КНР, где в послед­ние годы обост­ри­лись отно­ше­ния мусуль­ман­ских мень­шинств с цен­траль­ной вла­стью в Пекине.

Это боль­шой кипя­тиль­ник, поэто­му я думаю, что там нас ожи­да­ет намно­го боль­ше непри­ят­но­стей, чем где-либо  еще.

Но вли­я­ние Рос­сии на ситу­а­цию в стране намно­го пре­вы­ша­ет потен­ци­аль­ное вли­я­ние дру­гих стран. В силу того, что кор­руп­ция пора­зи­ла абсо­лют­но все инсти­ту­ты вла­сти, наша стра­на, по боль­шо­му сче­ту, наше госу­дар­ство очень сла­бое. У нас нет хоро­шей армии, у нас спец­служ­бы постро­е­ны толь­ко для одно­го — раз­го­нять митин­ги и аре­сто­вы­вать оппо­зи­цию.

Мы подоб­ное пере­жи­ли во вре­мя Яну­ко­ви­ча, когда Кремль регу­ляр­но кооп­ти­ро­вал сво­их людей в орга­ны укра­ин­ской вла­сти и в тоже вре­мя гото­вил вари­ант ата­ки про­тив Укра­и­ны. В прин­ци­пе что-то подоб­ное сей­час пере­жи­ва­ет Лука­шен­ко, кото­рый боит­ся даже  соб­ствен­ных  спец­служб и воен­ных, в силу того, что они завя­за­ны на Кремль.

Вы зна­е­те, если сей­час тео­ре­ти­че­ски рас­смат­ри­вать ситу­а­цию, кото­рою вы сей­час опи­са­ли, то конеч­но, потен­ци­аль­но и сам Нур­сул­тан Назар­ба­ев, и его бли­жай­шее окру­же­ние име­ют под­черк­ну­то теп­лое отно­ше­ние с руко­вод­ством Китай­ской Народ­ной Рес­пуб­ли­ки.

Полу­че­на  огром­ная инве­сти­ция со сто­ро­ны Китая в обмен на гаран­тии воз­вра­та любой ценой, но вооб­ще усло­вия  полу­че­ния этих кре­ди­тов весь­ма тем­ные, с этим надо будет еще новым поко­ле­ни­ям казах­стан­цев раз­би­рать­ся. Но есть исто­рия, и есть гене­ти­че­ское отно­ше­ние каза­хов к сво­е­му месту в этом горя­чем мире. Мы пре­крас­но пом­ним, отку­да мы при­шли и как все эти годы жили. 

Мы дол­гое вре­мя нахо­ди­лись в соста­ве Рос­сий­ской импе­рии, всту­пая туда по частям в раз­ные годы, у нас своя исто­рия вза­и­мо­от­но­ше­ний с РФ, дра­ма­ти­че­ская, с оби­да­ми и дости­же­ни­я­ми, но наше госу­дар­ство сла­бое из-за того, что его съе­ла кор­руп­ция. У нас раз­во­ро­вы­ва­ет­ся прак­ти­че­ски все, а миро­вая эко­но­ми­ка при­шла к точ­ке отсче­та, когда энер­го­но­си­те­ли боль­ше не явля­ют­ся осно­вой раз­ви­тия.  

То есть нуж­но про­во­дить модер­ни­за­цию, нуж­но вер­нуть­ся к нор­маль­ной эко­но­ми­ке, мно­го­от­рас­ле­вой. Напри­мер, в Укра­ине это есть, у вас есть маши­но­стро­е­ние.  Может быть это даже хоро­шо, что у вас не было столь­ко неф­ти и газа — вы сохра­ни­ли мно­го­от­рас­ле­вую эко­но­ми­ку.

В нашем слу­чае это совер­шен­но не так и мы не под­го­то­ви­лись. Ухо­дя со сво­е­го поста, Нур­сул­тан Аби­ше­вич гово­рил, “что модер­ни­за­цию долж­но про­во­дить поко­ле­ние более моло­дых”.

Модер­ни­за­цию долж­но про­во­дить поко­ле­ние тех­но­кра­тов и дело тут не в  воз­расте, а дело в пони­ма­нии и в поли­ти­че­ской воле. Если вы тра­ти­те день­ги на стро­и­тель­ство бес­ко­неч­ных двор­цов, каких-то кон­церт­ных залов или моно­рель­сов – это один под­ход, то есть вы про­еда­е­те эти день­ги. Или же вы тра­ти­те день­ги на модер­ни­за­цию реаль­ной эко­но­ми­ки.

Если посмот­реть на инду­стри­аль­ный ланд­шафт Рес­пуб­ли­ки Казах­стан, то мож­но уви­деть, что это то, что нам оста­лось от Совет­ско­го Сою­за, это то, что сде­ла­ло поко­ле­ние Куна­е­ва (1‑й сек­ре­тар ЦК Ком­пар­тії Казах­сь­кої СССР у 1960–1986 рр. — ред.). Это абсо­лют­но не наша рабо­та. Мы, наше поко­ле­ние, все еще ниче­го не сде­ла­ли, а надо делать. Вот эти зада­чи сто­ят сей­час перед испол­ня­ю­щим обя­зан­но­сти пре­зи­ден­та. Ему сей­час, как воз­дух, нуж­ны день­ги. Для это­го он дол­жен вер­нуть из-за рубе­жа укра­ден­ные капи­та­лы. Это день­ги при­над­ле­жа­щие наро­ду Казах­ста­на, это не госу­дар­ствен­ные день­ги. У госу­дар­ства денег вооб­ще не быва­ет! И это не день­ги Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва! Поэто­му пер­вая зада­ча — вер­нуть день­ги, най­ти, иден­ти­фи­ци­ро­вать, предъ­явить пра­во на них и вер­нуть. Это мож­но сде­лать.

Насколь­ко я пони­маю,  если в деле завя­за­ны так назы­ва­е­мые рос­сий­ские и про­рос­сий­ские силы, они не будут гото­вы помо­гать казах­стан­ско­му наро­ду в воз­вра­ще­нии укра­ден­ных у него денег. Кремль очень актив­но пря­тал укра­ден­ные день­ги на Запа­де.

Каза­хи не дер­жат день­ги в Рос­сии и нико­гда не дер­жа­ли, и в Тамо­жен­ном сою­зе, кото­рый вот сей­час по вто­ро­му разу под­пи­сан, и в Евразий­ском сою­зе.

Если вы посмот­ри­те на струк­ту­ру, то вид­но, что в Казах­стане то и рус­ско­го капи­та­ла почти нет. У нас пред­став­ле­ны  в основ­ном  офф­шор­ные ком­па­нии, кото­рые пред­став­ля­ют пра­вя­щую семью и бли­жай­шее окру­же­ние, так назы­ва­е­мые эми­рат­ские ком­па­нии. Одним из наших основ­ных парт­не­ров в про­да­же неф­ти явля­ет­ся Швей­ца­рия. Все день­ги казах­ская эли­та, казах­ская бюро­кра­тия, клеп­то­кра­тия дер­жит за рубе­жом, за даль­ним рубе­жом, в Запад­ной Евро­пе, так­же они раз­ме­ща­лись в Син­га­пу­ре и Гон­кон­ге.

После того, как Син­га­пур и Гон­конг под­пи­са­ли меж­ду­на­род­ные обя­за­тель­ства рас­кры­вать бене­фи­ци­а­ров, послед­ним при­ста­ни­щем стал  Ближ­ний Восток. Ну, мы с вами зна­ем из исто­рии собы­тий в Малай­зии и Паки­стане, что как толь­ко новое пра­ви­тель­ство потре­бу­ет свои пра­ва на спря­тан­ные на Ближ­нем Восто­ке аву­а­ры, эти стра­ны будут быст­ро отда­вать их новым пра­ви­тель­ствам.

Дело сей­час не в этом. Две вещи надо делать. Пер­вое это най­ти и про­дол­жать отсле­жи­вать, а вто­рое – набрать­ся муже­ства и вер­нуть.

Так вот, это будет одним  из пер­вых и глав­ных тестов для гос­по­ди­на и.о. пре­зи­ден­та Тока­е­ва. Возь­мет­ся он за это дело, зна­чит, мы будем пони­мать, что он дей­стви­тель­но хочет дей­ство­вать в инте­ре­сах наро­да, а если не будет – соот­вет­ствен­но;  хотя он сра­зу уже начал раз­ру­шать свою поли­ти­че­скую карье­ру под­ли­зы­ва­ни­ем. Он бук­валь­но  за один день поли­ти­че­ски  пока­ле­чил себя. Если он будет про­дол­жать так слу­жить, то люди будут пони­мать, что он за чело­век и что к нему нуж­но отно­сить­ся соот­вет­ству­ю­щим обра­зом.

Вы зна­е­те, не хоте­лось бы, но, ско­рее все­го,  будет так­же как у вас. Если эта власть не будет само­ре­фор­ми­ро­вать­ся, как попы­та­лась сде­лать ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия Совет­ско­го Сою­за — попы­та­лась, но не сде­ла­ла – зна­чит, это сде­ла­ет ули­ца.

А будет ли ули­ца гото­ва риск­нуть? Мы риск­ну­ли и про­гна­ли наше­го дик­та­то­ра. Я про­сто не совсем знаю, како­ва струк­ту­ра казах­ско­го обще­ства, и какой уро­вень оттор­же­ния вла­сти.

Если в пер­вый день неко­то­рая часть обще­ства, как я вна­ча­ле ска­зал, чуть ли не захло­па­ла в ладо­ши, ожи­дая реаль­ных изме­не­ний, сле­ду­ю­щие собы­тия охла­ди­ли всех. На голо­ву наро­да выли­ли оче­ред­ной ушат  холод­ной воды. Я верю в свой народ,  я верю в мобиль­ность это­го наро­да, и у нас есть несколь­ко на то осно­ва­ний.

Пер­вое – это дол­гое, семи­ме­сяч­ное про­ти­во­сто­я­ние неф­тя­ни­ков про­тив новых хозя­ев, кото­рое, к сожа­ле­нию, закон­чи­лось кро­во­про­ли­ти­ем, и люди погиб­ли, но люди муже­ствен­но тер­пе­ли, — оби­ды сидят у наро­да в серд­це. На запа­де Казах­ста­на  народ под­нял­ся про­тив про­да­жи сель­ско­хо­зяй­ствен­ных уго­дий зару­беж­ным инве­сто­рам. Это было оста­нов­ле­но. Это ста­ло  шоком для пра­вя­ще­го режи­ма.

Десят­ки тысяч чело­век вышли на пло­ща­ди круп­ных горо­дов, но глав­ным ини­ци­а­то­ром ока­зал­ся запад­ный Казах­стан.  На сего­дняш­ний день глав­ный кипя­ток – в   запад­ном Казах­стане. Мы видим, народ оби­жен. Оби­жен тем, как с ним обхо­дить­ся, оби­жен тем, что нефть и газ выка­чи­ва­ют, их лиде­ров или вытес­ня­ют на вто­ро­сте­пен­ные роли или, по наду­ман­ным пре­ступ­ле­ни­ям, заоч­но судят и выдав­ли­ва­ют  со сво­их тер­ри­то­рий .

У нас в стране ситу­а­ция очень взры­во­опас­ная. Собы­тия, кото­рые отпра­ви­ли в отстав­ку Каби­нет мини­стров бук­валь­но пару недель назад — это был бунт мно­го­дет­ных мате­рей. Семья была не в состо­я­нии  про­кор­мить­ся, оба роди­те­ля рабо­та­ли, а дома оста­лось пяте­ро детей и все погиб­ли из-за пожа­ра.

В тоже вре­мя у быв­ше­го пер­во­го заме­сти­те­ля мини­стра ино­стран­ных дел Раха­та Али­е­ва, быв­ше­го зятя Назар­ба­е­ва, быв­ше­го пер­во­го мужа нынеш­не­го спи­ке­ра Сена­та, за рубе­жом у дво­их малень­ких детей от ново­го бра­ка, кото­рым от 3 до 5 лет, по 10 мил­ли­о­нов евро на сче­ту. 10 мил­ли­о­нов!

Шесть школ мож­но постро­ить на эти день­ги. А тут люди вдво­ем тру­дят­ся сут­ка­ми, что­бы про­кор­мить семью из пяте­рых детей и дети поги­ба­ют, пото­му что  в дет­ский сад сдать их не могут, нянеч­ку нанять не могут, денег не хва­та­ет. Вот такая жизнь. Толь­ко вопрос, когда и как люди вый­дут. 

Вто­рой очень важ­ный вопрос. Я два­жды наблю­дал за Май­да­ном. Послед­ний Май­дан, я хочу вам ска­зать, я смот­рел каж­дую ночь в интер­не­те. Есть люди или нет!?  Вый­дет ли веду­щий на сце­ну!? Будут пес­ни!? Будут кост­ры  зажи­гать!? Будут люди при­хо­дить или нет!? Я очень пере­жи­вал за этот Май­дан!  

Но очень важ­ный вопрос, кто моби­ли­зи­ру­ет резуль­та­ты Май­да­на?

Наша зада­ча сей­час заклю­ча­ет­ся в том, что если подоб­ное про­изой­дет, мы долж­ны быть гото­вы вый­ти на пло­ща­ди к людям и пред­ло­жить свою фор­му­лу вла­сти. 

Посколь­ку я насмот­рел­ся на все это, я убеж­ден­ный сто­рон­ник пар­ла­мент­ской демо­кра­тии. У нас нет абсо­лют­но ника­ких осно­ва­ний быть пре­зи­дент­ской рес­пуб­ли­кой, а послед­ние 25 лет пре­зи­дент­скую рес­пуб­ли­ку про­сто ском­про­ме­ти­ро­ва­ли.

Пре­зи­дент­ская власть это путь в глу­бо­чай­шую, широ­чай­шую, огром­ную кор­руп­цию. И ниче­го боль­ше.