15 C
Астана
28 июля, 2021
Image default

Резолюция Европейского парламента от 8 июля 2021 года о режиме глобальных санкций ЕС в области прав человека (Закон Магнитского ЕС)

Евро­пей­ский парламент,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свою реко­мен­да­цию Сове­ту от 2 фев­ра­ля 2012 г. о после­до­ва­тель­ной поли­ти­ке в отно­ше­нии режи­мов, про­тив кото­рых ЕС при­ме­ня­ет огра­ни­чи­тель­ные меры, когда их лиде­ры осу­ществ­ля­ют свои лич­ные и ком­мер­че­ские инте­ре­сы в пре­де­лах гра­ниц ЕС,

- при­ни­мая во вни­ма­ние резо­лю­цию от 14 мар­та 2019 г. о режи­ме санк­ций в отно­ше­нии нару­ше­ний прав чело­ве­ка в Европе,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свои преды­ду­щие резо­лю­ции, при­зы­ва­ю­щие к обще­му ЕС меха­низм нало­же­ния адрес­ных санк­ций про­тив лиц, при­част­ных к гру­бым нару­ше­ни­ям прав чело­ве­ка, вклю­чая резо­лю­цию от 4 сен­тяб­ря 2008 г. об оцен­ке санк­ций ЕС как части дей­ствий и поли­ти­ки ЕС в область прав чело­ве­ка, резо­лю­цию от 11 мар­та 2014 г. об иско­ре­не­нии пыток в мире  и резо­лю­цию от 20 янва­ря 2021 г. о реа­ли­за­ции Общей внеш­ней поли­ти­ки и поли­ти­ки без­опас­но­сти — годо­вой отчет 2020,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свою резо­лю­цию от 20 янва­ря 2021 года о пра­вах чело­ве­ка и демо­кра­тии в мире и поли­ти­ку Евро­пей­ско­го Сою­за по это­му вопро­су — годо­вой отчет 2019,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свою резо­лю­цию от 13 сен­тяб­ря 2017 года о кор­руп­ции и пра­вах чело­ве­ка в тре­тьих стра­нах  и свою резо­лю­цию от 5 июля 2016 года о борь­бе с тор­гов­лей людь­ми во внеш­них отно­ше­ни­ях ЕС,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свои резо­лю­ции о нару­ше­ни­ях прав чело­ве­ка, демо­кра­тии и вер­хо­вен­ства зако­на (извест­ные как резо­лю­ции о сроч­но­сти) в соот­вет­ствии с пра­ви­лом 144 сво­их Пра­вил процедуры,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Раз­дел V, Гла­ва 2 Дого­во­ра о Евро­пей­ском Сою­зе (TEU), каса­ю­щий­ся при­ня­тия санк­ций в соот­вет­ствии с Общей внеш­ней поли­ти­кой и поли­ти­кой без­опас­но­сти (CFSP),

- при­ни­мая во вни­ма­ние ста­тью 21 TEU о прин­ци­пах меж­ду­на­род­ных дей­ствий Сою­за, вклю­чая ува­же­ние прин­ци­пов Уста­ва Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций и меж­ду­на­род­но­го права,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Ста­тью 31 (2) TEU о кон­крет­ных поло­же­ни­ях CSFP,

- при­ни­мая во вни­ма­ние ста­тью 215 Дого­во­ра о функ­ци­о­ни­ро­ва­нии Евро­пей­ско­го Сою­за (TFEU) о при­ня­тии санк­ций как про­тив тре­тьих стран, так и про­тив отдель­ных лиц, групп и него­су­дар­ствен­ных образований,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Декла­ра­цию 25 Лис­са­бон­ско­го дого­во­ра о необ­хо­ди­мо­сти обес­пе­че­ния над­ле­жа­щих про­цес­су­аль­ных прав физи­че­ских или юри­ди­че­ских лиц, затро­ну­тых огра­ни­чи­тель­ны­ми мера­ми ЕС или мера­ми ЕС в борь­бе с терроризмом,

- при­ни­мая во вни­ма­ние сов­мест­ное пред­ло­же­ние Комис­сии и вице-пре­зи­ден­та по пра­вам чело­ве­ка от 19 октяб­ря 2020 года отно­си­тель­но огра­ни­чи­тель­ных мер про­тив серьез­ных нару­ше­ний и зло­упо­треб­ле­ний в обла­сти прав чело­ве­ка (ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ (2020) 0020),

- при­ни­мая во вни­ма­ние Реше­ние Сове­та (CFSP) 2020/1999  и Регла­мент Сове­та (ЕС) 2020/1998  от 7 декаб­ря 2020 года об огра­ни­чи­тель­ных мерах про­тив серьез­ных нару­ше­ний прав чело­ве­ка и злоупотреблений,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Испол­ни­тель­ный регла­мент Сове­та (ЕС) 2021/371 от 2 мар­та 2021 г.

 и Испол­ни­тель­ный регла­мент Сове­та (ЕС) 2021/478 от 22 мар­та 2021 г.  испол­ни­тель­ный регла­мент (ЕС) 2020/1998, каса­ю­щий­ся огра­ни­чи­тель­ных мер про­тив серьез­ных нару­ше­ния прав чело­ве­ка и злоупотребления,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Дирек­ти­ву (ЕС) 2017/1371 Евро­пей­ско­го пар­ла­мен­та и Сове­та от 5 июля 2017 года о борь­бе с мошен­ни­че­ством в отно­ше­нии финан­со­вых инте­ре­сов Сою­за посред­ством уго­лов­но­го права,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Поста­нов­ле­ние Сове­та (ЕС) 2017/1939 от 12 октяб­ря 2017 г. о рас­ши­ре­нии сотруд­ни­че­ства по созда­нию Евро­пей­ской про­ку­ра­ту­ры (ЕОКЗР),

- при­ни­мая во вни­ма­ние выво­ды Сове­та от 18 нояб­ря 2020 года о Плане дей­ствий ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка и демо­кра­тии на 2020–2024 годы,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Стра­те­ги­че­ские рам­ки ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка и демо­кра­тии от 2012 года,

- при­ни­мая во вни­ма­ние дирек­тив­ную запис­ку Комис­сии от 17 декаб­ря 2020 года по реа­ли­за­ции опре­де­лен­ных поло­же­ний Регла­мен­та Сове­та (ЕС) 2020/1998 (C (2020) 9432),

- при­ни­мая во вни­ма­ние Все­об­щую декла­ра­цию прав чело­ве­ка и дру­гие дого­во­ры и инстру­мен­ты ООН по пра­вам человека,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Кон­вен­цию Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций про­тив кор­руп­ции и поли­ти­че­скую декла­ра­цию спе­ци­аль­ной сес­сии Гене­раль­ной Ассам­блеи о вызо­вах и мерах по предот­вра­ще­нию и борь­бе с кор­руп­ци­ей и укреп­ле­нию меж­ду­на­род­но­го сотруд­ни­че­ства от 2–4 июня 2021 года,

- при­ни­мая во вни­ма­ние Евро­пей­скую кон­вен­цию о пра­вах чело­ве­ка и про­то­ко­лы к ней,

- при­ни­мая во вни­ма­ние свое иссле­до­ва­ние от 26 апре­ля 2018 года под назва­ни­ем «Целе­вые санк­ции про­тив отдель­ных лиц за серьез­ные нару­ше­ния прав чело­ве­ка — вли­я­ние, тен­ден­ции и пер­спек­ти­вы на уровне ЕС»,

- при­ни­мая во вни­ма­ние реше­ние Уго­лов­ной пала­ты Вер­хов­но­го суда Испа­нии от 26 нояб­ря 2020 года отно­си­тель­но Реше­ния Сове­та (CFSP) 2017/2074 от 13 нояб­ря 2017 года об огра­ни­чи­тель­ных мерах с уче­том ситу­а­ции в Венесуэле,

- при­ни­мая во вни­ма­ние вопро­сы к Комис­сии и к Вице-пре­зи­ден­ту Комис­сии / Вер­хов­но­му пред­ста­ви­те­лю Сою­за по ино­стран­ным делам и поли­ти­ке без­опас­но­сти по Гло­баль­но­му режи­му санк­ций ЕС в отно­ше­нии прав чело­ве­ка (Закон Маг­нит­ско­го ЕС) ( O ‑ 000047/2021 — B9‑0028 / 2021 и O ‑ 000048/2021 — B9‑0029 / 2021),

- при­ни­мая во вни­ма­ние пра­ви­ла 136 (5) и 132 (2) сво­их Пра­вил процедуры,

- при­ни­мая во вни­ма­ние хода­тай­ство о раз­ре­ше­нии комис­сии по ино­стран­ным делам,

A. посколь­ку ста­тья 21 TEU преду­смат­ри­ва­ет, что дей­ствия Сою­за долж­ны руко­вод­ство­вать­ся прин­ци­па­ми демо­кра­тии, вер­хо­вен­ства зако­на, уни­вер­саль­но­сти и неде­ли­мо­сти прав чело­ве­ка и основ­ных сво­бод, ува­же­ния чело­ве­че­ско­го досто­ин­ства, прин­ци­пов равен­ства и соли­дар­но­сти и ува­же­ния прин­ци­пы Уста­ва Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций и меж­ду­на­род­но­го права;

B. посколь­ку в соот­вет­ствии со ста­тьей 215 TFEU ЕС при­ни­ма­ет санк­ции либо в каче­стве соб­ствен­ных мер ЕС (т. Е. Авто­ном­ные санк­ции) и / или для выпол­не­ния резо­лю­ций Сове­та Без­опас­но­сти Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций, в слу­ча­ях, когда стра­ны, не вхо­дя­щие в ЕС, физи­че­ские или юри­ди­че­ские лица, груп­пы или него­су­дар­ствен­ные субъ­ек­ты не соблю­да­ют меж­ду­на­род­ное пра­во или пра­ва чело­ве­ка, или про­во­дят поли­ти­ку или дей­ствия, кото­рые не соот­вет­ству­ют вер­хо­вен­ству зако­на или демо­кра­ти­че­ским принципам;

C. посколь­ку в сооб­ще­нии Комис­сии от 19 янва­ря 2021 года, оза­глав­лен­ном «Евро­пей­ская эко­но­ми­че­ская и финан­со­вая систе­ма: содей­ствие откры­то­сти, силе и устой­чи­во­сти» ( COM (2021) 0032 ), изло­же­ны меры по повы­ше­нию эффек­тив­но­сти санк­ций ЕС, гаран­ти­руя, что они не будут обой­де­ны или подо­рвал и создал репо­зи­то­рий для обме­на инфор­ма­ци­ей о санк­ци­ях, а так­же дорож­ную кар­ту для пере­хо­да от выяв­ле­ния систем­но­го несо­блю­де­ния санк­ций ЕС к про­це­ду­рам нару­ше­ния прав в Суде Евро­пей­ско­го Союза;

D. посколь­ку пра­ви­тель­ство Нидер­лан­дов ини­ци­и­ро­ва­ло обсуж­де­ние госу­дар­ства­ми-чле­на­ми ЕС в нояб­ре 2018 года режи­ма адрес­ных санк­ций в обла­сти прав чело­ве­ка на уровне ЕС; при­ни­мая во вни­ма­ние, что Совет нако­нец при­нял соот­вет­ству­ю­щее реше­ние и поста­нов­ле­ние, уста­нав­ли­ва­ю­щее Гло­баль­ный режим санк­ций ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка 7 декаб­ря 2020 года;

E. посколь­ку Евро­пей­ский пар­ла­мент систе­ма­ти­че­ски осуж­да­ет слу­чаи нару­ше­ния прав человека;

F. посколь­ку очень часто резо­лю­ции, при­ня­тые Евро­пей­ским пар­ла­мен­том, при­зы­ва­ют инсти­ту­ты ЕС при­ни­мать санк­ции, в том чис­ле инди­ви­ду­аль­ные, про­тив лиц, подо­зре­ва­е­мых в совер­ше­нии пре­ступ­ле­ний про­тив чело­веч­но­сти или серьез­ных нару­ше­ний прав человека;

G. посколь­ку кор­руп­ция может иметь раз­ру­ши­тель­ное воз­дей­ствие на состо­я­ние прав чело­ве­ка и часто под­ры­ва­ет функ­ци­о­ни­ро­ва­ние и леги­тим­ность инсти­ту­тов и вер­хо­вен­ство зако­на; посколь­ку Пар­ла­мент при­звал к рас­смот­ре­нию зло­упо­треб­ле­ний и актов систем­ной кор­руп­ции, свя­зан­ных с серьез­ны­ми нару­ше­ни­я­ми прав чело­ве­ка, в рам­ках Гло­баль­но­го режи­ма санк­ций ЕС в обла­сти прав человека;

H. посколь­ку Соеди­нен­ные Шта­ты, Кана­да и Соеди­нен­ное Коро­лев­ство при­ня­ли ана­ло­гич­ные режи­мы санк­ций; посколь­ку сотруд­ни­че­ство меж­ду стра­на­ми-еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми, раз­де­ля­ю­щи­ми цен­но­сти основ­ных прав, демо­кра­тии и вер­хо­вен­ства зако­на, сде­ла­ет при­ме­не­ние адрес­ных санк­ций более ско­ор­ди­ни­ро­ван­ным и, сле­до­ва­тель­но, более эффек­тив­ным; посколь­ку пра­ви­тель­ство Вели­ко­бри­та­нии вве­ло режим гло­баль­ных анти­кор­руп­ци­он­ных санк­ций 26 апре­ля 2021 года;

1. При­вет­ству­ет при­ня­тие Гло­баль­но­го режи­ма санк­ций ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка (EU GHRSR) в каче­стве важ­но­го допол­не­ния к инстру­мен­та­рию ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка и внеш­ней поли­ти­ки, кото­рый уси­ли­ва­ет роль ЕС как гло­баль­но­го пра­во­за­щит­но­го субъ­ек­та, поз­во­ляя ему при­ни­мать огра­ни­чи­тель­ные меры про­тив юри­ди­че­ские и физи­че­ские лица, при­част­ные к серьез­ным нару­ше­ни­ям прав чело­ве­ка во всем мире; под­чер­ки­ва­ет, что новый режим дол­жен стать частью более широ­кой, после­до­ва­тель­ной и чет­ко опре­де­лен­ной стра­те­гии, кото­рая учи­ты­ва­ет цели внеш­ней поли­ти­ки ЕС; под­чер­ки­ва­ет, что стра­те­гия так­же долж­на быть направ­ле­на ​​на опре­де­ле­ние кон­крет­ных кри­те­ри­ев, свя­зан­ных с целя­ми, и подроб­ное опи­са­ние того, как санк­ции могут помочь достичь этих пока­за­те­лей; сожа­ле­ет, одна­ко, что Совет решил при­ме­нить еди­но­гла­сие вме­сто голо­со­ва­ния ква­ли­фи­ци­ро­ван­ным боль­шин­ством при при­ня­тии ново­го режима,

2. При­вет­ству­ет опре­де­ле­ние сфе­ры дей­ствия режи­ма со спис­ком кон­крет­ных серьез­ных нару­ше­ний прав чело­ве­ка, в том чис­ле свя­зан­ных с сек­су­аль­ным и ген­дер­ным наси­ли­ем, и при­зы­ва­ет Комис­сию высту­пить с зако­но­да­тель­ным пред­ло­же­ни­ем о вне­се­нии попра­вок в дей­ству­ю­щее зако­но­да­тель­ство ЕС о GHRSR путем рас­ши­ре­ние сфе­ры его дей­ствия на кор­руп­ци­он­ные дея­ния; насто­я­тель­но при­зы­ва­ет Евро­пей­скую служ­бу внеш­них дей­ствий (EEAS) и госу­дар­ства-чле­ны про­яв­лять гиб­кость при адап­та­ции к воз­ни­ка­ю­щим вызо­вам и угро­зам пра­вам чело­ве­ка или зло­упо­треб­ле­ни­ям госу­дар­ствен­ны­ми или чрез­вы­чай­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми, вклю­чая те, кото­рые свя­за­ны с огра­ни­че­ни­я­ми COVID-19 или наси­ли­ем в отно­ше­нии пра­во­за­щит­ни­ков; под­чер­ки­ва­ет, что санк­ции ЕС наце­ле­ны на лиц, нару­ша­ю­щих пра­ва чело­ве­ка, и не направ­ле­ны на то, что­бы повли­ять на осу­ществ­ле­ние прав чело­ве­ка населением;

3. при­вет­ству­ет объ­яв­ле­ние о том, что в 2021 году Комис­сия про­ве­дет обзор прак­ти­ки обхо­да и под­ры­ва санк­ций, а так­же обзор суще­ству­ю­щих обя­за­тельств госу­дарств-чле­нов по отчет­но­сти о при­ме­не­нии и обес­пе­че­нии соблю­де­ния санк­ций; при­зы­ва­ет Комис­сию и вице-пре­зи­ден­та Комис­сии / Вер­хов­но­го пред­ста­ви­те­ля Сою­за по ино­стран­ным делам и поли­ти­ке без­опас­но­сти (VP / HR) при­нять во вни­ма­ние резуль­та­ты это­го обзо­ра, что­бы пред­ло­жить допол­ни­тель­ные зако­но­да­тель­ные изме­не­ния и соот­вет­ству­ю­щие руко­во­дя­щие прин­ци­пы реализации;

4. Под­чер­ки­ва­ет важ­ность обес­пе­че­ния того, что­бы режим наце­лен так­же на эко­но­ми­че­ские и финан­со­вые инстру­мен­ты, спо­соб­ству­ю­щие нару­ше­нию прав чело­ве­ка, и в той же сте­пе­ни; в слу­чае, если кор­руп­ци­он­ные дея­ния не вклю­че­ны в пере­смотр суще­ству­ю­ще­го режи­ма, при­зы­ва­ет ЕС и его госу­дар­ства-чле­ны исполь­зо­вать зако­но­да­тель­ные пред­ло­же­ния Вели­ко­бри­та­нии в отно­ше­нии поло­же­ний о гло­баль­ных анти­кор­руп­ци­он­ных санк­ци­ях или Гло­баль­но­го зако­на Маг­нит­ско­го США или Канад­ско­го пра­во­су­дия для жертв Зако­на о кор­рум­пи­ро­ван­ных ино­стран­ных долж­ност­ных лицах или дру­гих ана­ло­гич­ных режи­мов и при­нять режим анти­кор­руп­ци­он­ных санк­ций ЕС, что­бы допол­нить GHRSR ЕС;

5. при­вет­ству­ет Гло­баль­ный закон Маг­нит­ско­го от 2016 года в Соеди­нен­ных Шта­тах и ​​веду­щую роль, кото­рую этот закон сыг­рал в вдох­но­ве­нии дру­гих меж­ду­на­род­ных субъ­ек­тов, вклю­чая ЕС, в их уси­ли­ях по защи­те прав человека;

6. При­вет­ству­ет пер­вые импле­мен­та­ци­он­ные реше­ния в рам­ках режи­ма, кото­рые под­твер­жда­ют при­вер­жен­ность ЕС эффек­тив­но­му исполь­зо­ва­нию ново­го амби­ци­оз­но­го инстру­мен­та; при­зы­ва­ет Совет в пол­ной мере исполь­зо­вать этот инстру­мент для уси­ле­ния его воздействия;

7. Убеж­ден в эффек­тив­но­сти ново­го режи­ма, вклю­чая его сдер­жи­ва­ю­щий эффект; твер­до убеж­ден в том, что выс­шие воз­мож­ные стан­дар­ты с точ­ки зре­ния судеб­но­го над­зо­ра и над­ле­жа­ще­го кон­тро­ля за его соблю­де­ни­ем явля­ют­ся неотъ­ем­ле­мой частью обес­пе­че­ния леги­тим­но­сти режи­ма; под­чер­ки­ва­ет необ­хо­ди­мость регу­ляр­но­го обзо­ра листин­гов, чет­ко опре­де­лен­ных и про­зрач­ных кри­те­ри­ев и мето­до­ло­гии вклю­че­ния и исклю­че­ния лиц или орга­ни­за­ций, под­па­да­ю­щих под санк­ции, а так­же соот­вет­ству­ю­щих юри­ди­че­ских про­це­дур, с помо­щью кото­рых листинг может быть оспо­рен, что­бы гаран­ти­ро­вать тща­тель­ный судеб­ный кон­троль и пра­ва на воз­ме­ще­ние ущерба;

8. Осуж­да­ет любые кон­тр­санк­ции, нала­га­е­мые на ЕС, его инсти­ту­ты или чле­нов пар­ла­мен­та, орга­ны или граж­дан исклю­чи­тель­но для поощ­ре­ния и защи­ты ува­же­ния прав чело­ве­ка, демо­кра­тии и вер­хо­вен­ства зако­на через GHRSR ЕС; напо­ми­на­ет, что ответ­ные меры направ­ле­ны на удер­жа­ние ЕС от его гло­баль­ных дей­ствий по защи­те прав чело­ве­ка в соот­вет­ствии с его обя­за­тель­ства­ми по Дого­во­ру: под­чер­ки­ва­ет необ­хо­ди­мость быст­ро­го, надеж­но­го и ско­ор­ди­ни­ро­ван­но­го отве­та ЕС на ответ­ные санк­ции тре­тьих стран и необ­хо­ди­мость обес­пе­че­ния того, что­бы дву­сто­рон­ние согла­ше­ния с таки­ми стра­на­ми не под­ры­ва­ют ЕСПЧР или авто­ри­тет ЕС во внеш­ней поли­ти­ке в целом;

9. Под­чер­ки­ва­ет необ­хо­ди­мость того, что­бы все госу­дар­ства-чле­ны ЕС тол­ко­ва­ли при­ме­не­ние и обес­пе­че­ние соблю­де­ния санк­ций оди­на­ко­во после­до­ва­тель­ным и быст­рым обра­зом; насто­я­тель­но при­зы­ва­ет Комис­сию в ее роли хра­ни­те­ля дого­во­ров обес­пе­чить, что­бы наци­о­наль­ные нака­за­ния за нару­ше­ние санк­ций ЕС были эффек­тив­ны­ми, сораз­мер­ны­ми и ока­зы­ва­ю­щи­ми сдер­жи­ва­ю­щее воз­дей­ствие; счи­та­ет, что непри­ня­тие соот­вет­ству­ю­щих мер в ситу­а­ци­ях, отме­чен­ных посто­ян­ны­ми нару­ше­ни­я­ми прав чело­ве­ка, подо­рвет стра­те­гию ЕС в обла­сти прав чело­ве­ка, поли­ти­ку санк­ций и дове­рие; счи­та­ет, что цен­тра­ли­зо­ван­ный меха­низм над­зо­ра за осу­ществ­ле­ни­ем и соблю­де­ни­ем необ­хо­дим для обес­пе­че­ния более стро­го­го соблю­де­ния санкций;

10. Под­чер­ки­ва­ет, что госу­дар­ства-чле­ны долж­ны гаран­ти­ро­вать, что орга­ны вла­сти, ком­па­нии и дру­гие субъ­ек­ты, заре­ги­стри­ро­ван­ные на их тер­ри­то­ри­ях, пол­но­стью соблю­да­ют реше­ния Сове­та об огра­ни­чи­тель­ных мерах; насто­я­тель­но при­зы­ва­ет госу­дар­ства-чле­ны и Комис­сию рас­ши­рять сотруд­ни­че­ство и обмен инфор­ма­ци­ей, а так­же при­зы­ва­ет к уси­ле­нию евро­пей­ско­го меха­низ­ма над­зо­ра и пра­во­при­ме­не­ния; при­зы­ва­ет Совет регу­ляр­но обнов­лять ком­па­нии в санк­ци­он­ных спис­ках, посколь­ку пере­чис­лен­ные ком­па­нии склон­ны исполь­зо­вать юри­ди­че­ские лазей­ки и нахо­дить дру­гие твор­че­ские реше­ния, что­бы избе­жать санкций;

11. Убеж­ден, что нару­ше­ния огра­ни­чи­тель­ных мер и, в част­но­сти, замо­ра­жи­ва­ния акти­вов пред­став­ля­ют собой неза­кон­ную дея­тель­ность, затра­ги­ва­ю­щую финан­со­вые инте­ре­сы Сою­за; при­зы­ва­ет оце­нить целе­со­об­раз­ность пере­смот­ра Дирек­ти­вы (ЕС) 2017/1371 и Регла­мен­та Сове­та (ЕС) 2017/1939, что­бы воз­ло­жить на Евро­пей­скую про­ку­ра­ту­ру ответ­ствен­ность за рас­сле­до­ва­ние, судеб­ное пре­сле­до­ва­ние и при­вле­че­ние к суду винов­ных и соучаст­ни­ки уго­лов­ных пре­ступ­ле­ний в нару­ше­ние огра­ни­чи­тель­ных мер, при­ня­тых соглас­но GHRSR ЕС;

12. Сожа­ле­ет, что Евро­пей­ский пар­ла­мент не игра­ет инсти­ту­ци­о­наль­ной роли в этом про­цес­се; при­зы­ва­ет к пар­ла­мент­ско­му над­зо­ру за GHRSR ЕС и уси­ле­нию роли Евро­пей­ско­го пар­ла­мен­та в выдви­же­нии пред­ло­же­ний о серьез­ных нару­ше­ни­ях прав чело­ве­ка, что­бы повы­сить леги­тим­ность GHRSR ЕС, и при­зы­ва­ет к созда­нию спе­ци­аль­ной пар­ла­мент­ской рабо­чей груп­пы для тща­тель­но­го изу­че­ния соблю­де­ние режи­ма санк­ций; при­зы­ва­ет к систе­ма­ти­че­ско­му и инсти­ту­ци­о­наль­но­му обме­ну инфор­ма­ци­ей и отчет­но­сти перед Пар­ла­мен­том и госу­дар­ства­ми-чле­на­ми ЕСВД и Комиссией;

13. Наста­и­ва­ет на про­зрач­ном и инклю­зив­ном про­цес­се для содей­ствия уча­стию субъ­ек­тов граж­дан­ско­го обще­ства, вклю­чая созда­ние кон­суль­та­тив­но­го коми­те­та на уровне ЕС и регу­ляр­ные встре­чи с орга­ни­за­ци­я­ми граж­дан­ско­го обще­ства, пра­во­за­щит­ни­ка­ми и жур­на­ли­ста­ми, веду­щи­ми рас­сле­до­ва­ния, с целью мони­то­рин­га состо­я­ния. об игре режи­ма и улуч­ше­нии его реа­ли­за­ции; при­зы­ва­ет ЕСВД издать руко­вод­ство о том, как участ­во­вать в про­цес­се, и под­чер­ки­ва­ет необ­хо­ди­мость обес­пе­че­ния кон­фи­ден­ци­аль­но­сти и созда­ния меха­низ­ма защи­ты сви­де­те­лей для тех, кто предо­став­ля­ет инфор­ма­цию, напри­мер, пра­во­за­щит­ни­ков и организаций;

14. Под­чер­ки­ва­ет, что адрес­ные санк­ции долж­ны быть направ­ле­ны на дости­же­ние эффек­тив­ных и проч­ных резуль­та­тов; при­зы­ва­ет Комис­сию, ЕСВД и госу­дар­ства-чле­ны выде­лить адек­ват­ные ресур­сы и экс­перт­ные зна­ния для обес­пе­че­ния соблю­де­ния и регу­ляр­но­го мони­то­рин­га воз­дей­ствия GHRSR ЕС, а так­же вни­ма­тель­но сле­дить за спис­ка­ми и исклю­че­ни­я­ми из листин­гов; наста­и­ва­ет на необ­хо­ди­мо­сти уде­лять боль­ше вни­ма­ния и ресур­сов пуб­лич­но­му обще­нию о листин­гах как в ЕС, так и в соот­вет­ству­ю­щих стра­нах, в том чис­ле посред­ством пере­во­да соот­вет­ству­ю­щей доку­мен­та­ции на мест­ный язык целе­вых лиц или организаций;

15. напо­ми­на­ет о необ­хо­ди­мо­сти еди­ной и после­до­ва­тель­ной стра­те­гии для реа­ли­за­ции режи­мов санк­ций ЕС и при­зы­ва­ет Комис­сию и ЕСВД обес­пе­чить согла­со­ван­ность меж­ду ЕСПЧР и внеш­ней поли­ти­кой ЕС, в част­но­сти с его поли­ти­кой под­держ­ки прав чело­ве­ка и демо­кра­тии, а так­же общая внеш­няя поли­ти­ка и поли­ти­ка без­опас­но­сти (CFSP) и общая поли­ти­ка без­опас­но­сти и обо­ро­ны (CSDP); при­зы­ва­ет так­же к согла­со­ван­но­сти меж­ду режи­ма­ми санк­ций ЕС и меж­ду­на­род­ным уго­лов­ным пра­вом, меж­ду­на­род­ным гума­ни­тар­ным пра­вом и поли­ти­кой ЕС в отно­ше­нии вер­хо­вен­ства зако­на и основ­ных свобод;

16. Вновь под­чер­ки­ва­ет важ­ность того, что­бы GHRSR ЕС соот­вет­ство­вал и допол­нял наци­о­наль­ные и гори­зон­таль­ные огра­ни­чи­тель­ные меры ЕС, сек­то­раль­ные меры и эмбар­го на постав­ки ору­жия, а так­же суще­ству­ю­щие меж­ду­на­род­ные рам­ки санк­ций, осо­бен­но в отно­ше­нии Сове­та Без­опас­но­сти ООН;

17. При­зы­ва­ет ЕС создать с США транс­ат­лан­ти­че­ский аль­янс для защи­ты демо­кра­тии во всем мире и пред­ло­жить инстру­мен­та­рий защи­ты демо­кра­тии, кото­рый будет вклю­чать сов­мест­ные дей­ствия по санк­ци­ям и поли­ти­ке борь­бы с отмы­ва­ни­ем денег, а так­же обес­пе­чить, что­бы его поли­ти­ка санк­ций была свя­за­на с ЕС и меж­ду­на­род­ные рас­сле­до­ва­ния и мно­гие дру­гие инстру­мен­ты меж­ду­на­род­но­го пра­во­су­дия, такие как меж­ду­на­род­ные три­бу­на­лы и ини­ци­а­ти­ва по созда­нию цен­тра пра­во­су­дия ЕС;

18. Убеж­ден в пре­иму­ще­ствах сотруд­ни­че­ства и коор­ди­на­ции с парт­не­ра­ми и стра­на­ми-еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми во внед­ре­нии ЕС GHRSR; при­зы­ва­ет Комис­сию и госу­дар­ства-чле­ны исполь­зо­вать тес­ное сотруд­ни­че­ство и стра­те­ги­че­ские отно­ше­ния меж­ду ЕС и США, осно­ван­ные на общей исто­рии и общем набо­ре демо­кра­ти­че­ских цен­но­стей, при уста­нов­ле­нии санк­ций и при­зы­ва­ет к регу­ляр­ным обсуж­де­ни­ям адрес­ных санк­ций, осо­бен­но в кон­текст Транс­ат­лан­ти­че­ско­го диа­ло­га зако­но­да­те­лей; при­зы­ва­ет Комис­сию и ЕСВД сотруд­ни­чать с внеш­ни­ми судеб­ны­ми учре­жде­ни­я­ми, таки­ми как Меж­ду­на­род­ный уго­лов­ный суд, Евро­пей­ский суд по пра­вам чело­ве­ка, Межа­ме­ри­кан­ский суд по пра­вам чело­ве­ка, Афри­кан­ский суд по пра­вам чело­ве­ка и наро­дов и дру­гие спе­ци­аль­ныетри­бу­на­лы, три­бу­на­лы при под­держ­ке ООН и дру­гие орга­ны, вклю­чая Управ­ле­ние Вер­хов­но­го комис­са­ра ООН по пра­вам чело­ве­ка и меж­ду­на­род­ные над­зор­ные и кон­троль­ные орга­ны, Орга­ни­за­цию по без­опас­но­сти и сотруд­ни­че­ству в Евро­пе, НАТО и Совет Евро­пы, с цель сбо­ра дока­за­тельств для вве­де­ния санк­ций в соот­вет­ствии с GHRSR ЕС и предот­вра­ще­ния серьез­ных нару­ше­ний прав чело­ве­ка; при­зы­ва­ет ЕС содей­ство­вать рати­фи­ка­ции Рим­ско­го ста­ту­та Меж­ду­на­род­но­го уго­лов­но­го суда каж­дой стра­ной мира;

19. Вновь заяв­ля­ет, что уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние винов­ных в гру­бых нару­ше­ни­ях прав чело­ве­ка и зло­де­я­ни­ях в рам­ках наци­о­наль­ной или меж­ду­на­род­ной юрис­дик­ции долж­но оста­вать­ся глав­ной целью всех уси­лий, пред­при­ни­ма­е­мых ЕС и его госу­дар­ства­ми-чле­на­ми для борь­бы с без­на­ка­зан­но­стью; под­твер­жда­ет важ­ность прин­ци­па уни­вер­саль­ной юрис­дик­ции в этом отно­ше­нии и при­вет­ству­ет недав­ние судеб­ные раз­би­ра­тель­ства по это­му прин­ци­пу в ряде государств-членов;

20. Под­чер­ки­ва­ет важ­ность согла­со­ва­ния стран-кан­ди­да­тов в ЕС и потен­ци­аль­ных стран-кан­ди­да­тов с GHRSR ЕС в соот­вет­ствии с их более широ­ким согла­со­ва­ни­ем с CFSP ЕС;

21. Пору­ча­ет сво­е­му Пре­зи­ден­ту напра­вить эту резо­лю­цию Сове­ту, Комис­сии и вице-пре­зи­ден­ту Комис­сии / Вер­хов­но­му пред­ста­ви­те­лю Сою­за по ино­стран­ным делам и поли­ти­ке безопасности.

Источ­ник: https://www.europarl.europa.eu/doceo/document/TA‑9–2021-0349_EN.html

архивные статьи по теме

Комиссия Тома Лантоса при Конгрессе обсуждает имплементацию «Закона Магнитского»

Editor

Казначейство США получило новый мандат на расследование отмывания денег в Китае

Editor

Усидит ли Таджикистан на трех стульях?

Editor