fbpx

Последует ли новая волна репрессий?

НАЗАРБАЕВ сде­лал пре­ду­пре­жде­ние тем, кто хочет при­не­сти в Казах­стан подо­бие «укра­ин­ско­го сце­на­рия», цити­ру­ют офи­ци­аль­ные СМИ гла­ву госу­дар­ства. В част­но­сти, он ска­зал: «Все соб­ствен­ни­ки СМИ всех форм долж­ны понять свою ответ­ствен­ность в дан­ный момент раз­ви­тия Казах­ста­на. Поче­му гово­рю всех форм соб­ствен­но­сти – сей­час не вре­мя нам либе­раль­ни­чать, нам надо стра­ну сохра­нить. Сей­час вре­мя непро­стое, казах­стан­цы не хотят укра­ин­ских собы­тий в Казах­стане, я это знаю, пусть все слы­шат. А кто это хочет сюда при­не­сти – мы при­мем самые жесто­кие меры, что­бы зна­ли и не гово­ри­ли, что я не пре­ду­пре­ждал».
В свя­зи с угро­за­ми пре­зи­ден­та обще­ствен­но­сти воз­ни­ка­ют сле­ду­ю­щие вопро­сы, кото­рые мы зада­ли извест­но­му пра­во­за­щит­ни­ку Евге­нию ЖОВТИСУ, поли­то­ло­гу Тал­га­ту КАЛИЕВУ и аты­ра­ус­ко­му акти­ви­сту Мак­су БОКАЕВУ:

— Сле­ду­ет ли ждать оче­ред­но­го и еще более жесто­ко­го вит­ка репрес­сий неза­ви­си­мым СМИ, жур­на­ли­стам, обще­ствен­ным дея­те­лям и бло­ге­рам? Попа­дут ли под жер­но­ва репрес­сий орга­ни­за­то­ры митин­гов в реги­о­нах?

Евге­ний ЖОВТИС:

— Давай­те попы­та­ем­ся руко­вод­ство­вать­ся пра­вом, в том чис­ле меж­ду­на­род­ным пра­вом, кото­рое мы при­зна­ем, а не поли­ти­че­ской целе­со­об­раз­но­стью или эмо­ци­я­ми.
Наша Кон­сти­ту­ция, так же как и рати­фи­ци­ро­ван­ный нашей стра­ной Меж­ду­на­род­ный пакт о граж­дан­ских и поли­ти­че­ских пра­вах, преду­смат­ри­ва­ют сво­бо­ду сло­ва и мир­ных собра­ний, поли­ти­че­ский плю­ра­лизм и мно­го­об­ра­зие взгля­дов.
С поли­ти­кой вла­стей мож­но согла­шать­ся, а мож­но и не согла­шать­ся. А не согла­ша­ясь, мож­но выра­жать свое мне­ние в сред­ствах мас­со­вой инфор­ма­ции, кста­ти, тоже неза­ви­си­мо от форм соб­ствен­но­сти. Имею в виду воз­мож­ность выра­же­ния иных взгля­дов в наших госу­дар­ствен­ных СМИ.
И мож­но мир­но, под­чер­ки­ваю — мир­но, соби­рать­ся на пло­ща­дях и ули­цах и выра­жать это свое несо­гла­сие. Пото­му что это несо­гла­сие мир­но выра­жа­ет часть наро­да, кото­рый по Кон­сти­ту­ции — глав­ный источ­ник вла­сти. А дело выбран­ной или назна­чен­ной вла­сти — рас­смат­ри­вать народ не как под­ве­дом­ствен­ное насе­ле­ние, а как рабо­то­да­те­ля, от име­ни кото­ро­го и в инте­ре­сах кото­ро­го избран­ная или назна­чен­ная власть при­ни­ма­ет и испол­ня­ет зако­ны. И кото­ро­му надо все объ­яс­нять, про­яс­нять, дока­зы­вать и убеж­дать. А не запу­ги­вать и «ломать через коле­но». В том чис­ле и при при­ня­тии поли­ти­че­ски чув­стви­тель­ных и эмо­ци­о­наль­но окра­шен­ных реше­ний.
И мне, кста­ти, не очень понят­ны ссыл­ки на «укра­ин­ский сце­на­рий».
Надо раз­го­ва­ри­вать с наро­дом, а не стре­лять в него, не при­ме­нять дубин­ки, водо­ме­ты или сапер­ные лопат­ки. Если бы режим ЯНУКОВИЧА это­го не делал, таких тра­ги­че­ских собы­тий в Кие­ве, уве­рен, не про­изо­шло бы.
У нас тоже, кста­ти, есть такой тра­ги­че­ский опыт 1986 года и Жана­о­зе­на.
Если исто­рия чему-то учит, тогда репрес­сии не спо­соб реше­ния ост­рых обще­ствен­ных про­блем. А если не учит, то ожи­дать мож­но чего угод­но.

Тал­гат КАЛИЕВ:

— Судя по рито­ри­ке, вла­сти не жела­ют идти на одно­сто­рон­ние уступ­ки в виде мора­то­рия на нор­мы Земель­но­го кодек­са, пред­по­чи­тая обес­пе­чить прин­цип пари­те­та: услы­шать тре­бо­ва­ния митин­гу­ю­щих, но нака­зать орга­ни­за­то­ров. Веро­ят­но, это наце­ле­но на предот­вра­ще­ние даль­ней­ше­го нарас­та­ния про­те­ста, на воз­ник­но­ве­ние у насе­ле­ния вред­ных иллю­зий, что на пло­ща­ди мож­но решить любой вопрос и добить­ся любых усту­пок. Посколь­ку по мере ухуд­ше­ния эко­но­ми­че­ской ситу­а­ции чис­ло недо­воль­ных будет нарас­тать, стра­на может пре­вра­тить­ся в сплош­ное поле для митин­гов. С одной сто­ро­ны, это, конеч­но, дер­жа­ло бы вла­сти в тону­се, с дру­гой — спо­соб­но пара­ли­зо­вать рабо­ту госу­дар­ствен­ных орга­нов, лишить их поля для манев­ра, для реа­ли­за­ции, воз­мож­но, непо­пу­ляр­ных, но эффек­тив­ных с точ­ки зре­ния дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­вы реформ. Как, к при­ме­ру, было в 90‑е годы, когда болез­нен­ные, но необ­хо­ди­мые реше­ния в обла­сти ЖКХ, пен­си­он­ной и нало­го­вой систе­мы, при­ва­ти­за­ции дали свои пло­ды. Но в тот момент они были весь­ма и весь­ма болез­нен­ны­ми.

Макс БОКАЕВ:

— Навер­ня­ка утвер­ждать что-либо труд­но, но мож­но ожи­дать какие угод­но вари­ан­ты раз­ви­тия собы­тий. Тем не менее, учи­ты­вая состо­я­ние эко­но­ми­ки, уси­ли­ва­ю­щи­е­ся про­тестные настро­е­ния наро­да, мож­но пред­по­ла­гать, что в этот раз репрес­си­я­ми про­тив жур­на­ли­стов и акти­ви­стов про­бле­му не решить. Есть объ­ек­тив­ные осно­ва­ния для про­яв­ле­ния и уси­ле­ния про­те­стов (земель­ный вопрос лишь один из них), а зна­чит, будут появ­лять­ся дру­гие лиде­ры в слу­чае ней­тра­ли­за­ции дей­ству­ю­щих.

— В ходе дан­но­го собра­ния было при­ня­то реше­ние создать мини­стер­ство инфор­ма­ции и ком­му­ни­ка­ций. Оно долж­но мони­то­рить в том чис­ле интер­нет и соци­аль­ные сети. Как вы пола­га­е­те, будут ли нало­же­ны какие-либо огра­ни­че­ния на рабо­ту интер­не­та и соц­се­тей? Как это будет сде­ла­но? Сле­ду­ет ли ждать еще более гром­ких про­цес­сов над бло­ге­ра­ми?

Евге­ний ЖОВТИС:

— Мы про­дол­жа­ем жить по бес­смерт­но­му рома­ну ОРУЭЛЛА «1984». Все пыта­ем­ся создать «Мини­стер­ство прав­ды». Все пыта­ем­ся очер­тить идео­ло­ги­че­ский круг того, что мож­но гово­рить и чего нель­зя и как и что пра­виль­но гово­рить.
Сво­бо­да сло­ва и выра­же­ния мне­ния либо есть, либо ее нету.
Прав­да, конеч­но, надо бороть­ся со зло­упо­треб­ле­ни­я­ми сво­бо­дой сло­ва, кото­рые для меня заклю­ча­ют­ся в двух недо­пу­сти­мых вещах:
— про­па­ган­де или при­зы­ве к наси­лию,
— язы­ке нена­ви­сти, то есть про­па­ган­де враж­ды и нена­ви­сти по отно­ше­нию к любой груп­пе: соци­аль­ной, этни­че­ской, рели­ги­оз­ной и т. д.
При­чем имен­но «про­па­ган­де» и имен­но «нена­ви­сти». И здесь госу­дар­ство долж­но вме­ши­вать­ся и пре­се­кать.
Все осталь­ное допу­сти­мо, пото­му что сво­бо­да сло­ва и выра­же­ния мне­ния — это одна из глав­ных сво­бод чело­ве­ка. Да, забыл о рас­про­стра­не­нии недо­сто­вер­ной, оскорб­ля­ю­щей честь и досто­ин­ство инфор­ма­ции, кле­ве­те и т. д. Вот в этом слу­чае оскорб­лен­ный или недо­воль­ный (в том чис­ле чинов­ник), пожа­луй­ста, в суд в граж­дан­ском поряд­ке, и там будет уста­нов­ле­на исти­на и ком­пен­си­ро­ван вред, если он имел место быть, и вос­ста­нов­ле­ны нару­шен­ные пра­ва. Госу­дар­ству, в смыс­ле испол­ни­тель­ной вла­сти, неза­чем этим зани­мать­ся.
Если руко­вод­ство­вать­ся таки­ми под­хо­да­ми, то мож­но и сво­бо­ду сло­ва обес­печивать, и с реаль­ны­ми угро­за­ми бороть­ся. А если по ОРУЭЛЛУ, то, конеч­но, надо огра­ни­чи­вать интер­нет, соци­аль­ные сети и гонять­ся за неза­ви­си­мы­ми СМИ и бло­ге­ра­ми.

Тал­гат Кали­ев:

— Пла­чев­ное состо­я­ние оте­че­ствен­но­го инфор­ма­ци­он­но­го поля, чрез­мер­ное доми­ни­ро­ва­ние на нашем про­стран­стве рос­сий­ских СМИ, низ­кое каче­ство кон­тен­та явля­ют­ся пока­за­те­лем кри­ти­че­ско­го поло­же­ния вещей в дан­ной сфе­ре и тре­бу­ют кар­ди­наль­ных реше­ний. Наде­юсь, имен­но этой логи­кой про­дик­то­ва­но реше­ние о созда­нии дан­но­го госор­га­на. Тем более что пре­зи­дент под­верг откры­той кри­ти­ке рабо­ту средств мас­со­вой инфор­ма­ции, эффек­тив­ность осво­е­ния гигант­ских средств госин­форм­за­ка­за. Наде­юсь, это послу­жит пово­дом для кар­ди­наль­ных пере­мен, воз­мож­но, сме­ны топ-менедж­мен­та госС­МИ на более про­фес­си­о­наль­ных и эффек­тив­ных управ­лен­цев, рабо­те над повы­ше­ни­ем каче­ства оте­че­ствен­но­го кон­тен­та и вер­нет ауди­то­рию в оте­че­ствен­ное медиа­по­ле.
Что каса­ет­ся мони­то­рин­га соци­аль­ных сетей, то при кон­струк­тив­ном под­хо­де он бы послу­жил меха­низ­мом обрат­ной свя­зи, одним из баро­мет­ров соци­аль­но­го само­чув­ствия насе­ле­ния, поз­во­лил бы вла­сти дер­жать руку на пуль­се и свое­вре­мен­но реа­ги­ро­вать на акту­аль­ные про­бле­мы. По край­ней мере, лич­ные каче­ства мини­стра Дау­ре­на АБАЕВА поз­во­ля­ют на это расчи­ты­вать. Наде­юсь, ему удаст­ся предот­вра­тить функ­ци­о­наль­ное ска­ты­ва­ние в колею цен­зу­ры и репрес­сий. Важ­но ведь пони­мать, что за послед­ние годы сфор­ми­ро­ва­лись при­выч­ные фор­ма­ты рабо­ты с прес­сой, на этом вырос­ло целое поко­ле­ние гос­слу­жа­щих, для кото­рых при­вы­чен адми­ни­стра­тив­но-команд­ный и сило­вой спо­соб рабо­ты. И для внед­ре­ния совре­мен­ных стан­дар­тов рабо­ты необ­хо­ди­мо еще пре­одо­леть эту инер­цию, научить людей рабо­тать по-ново­му. Поэто­му обо­льщать­ся пока не сто­ит, соблаз­ны сило­во­го пре­сле­до­ва­ния актив­ных и неудоб­ных бло­ге­ров будут все­гда, тем более что сфор­му­ли­ро­ва­на новая «угро­за» в лице про­во­ка­то­ров и лиц, стре­мя­щих­ся деста­би­ли­зи­ро­вать внут­ри­по­ли­ти­че­скую ситу­а­цию. А под это мож­но под­ве­сти любо­го, кто подддер­жи­ва­ет митин­ги, тира­жи­ру­ет инфор­ма­цию о них, а тем более при­зы­ва­ет к их про­ве­де­нию.

Макс БОКАЕВ:

— Соци­аль­ные изме­не­ния про­ис­хо­ди­ли и до эпо­хи интер­не­та. Надо решать внут­рен­ние эко­но­ми­че­ские, поли­ти­че­ские и соци­аль­ные про­бле­мы, а не зани­мать­ся мони­то­рин­гом сетей и выяв­ле­ни­ем строп­ти­вых бло­ге­ров. Это было бы намно­го более эффек­тив­ным выхо­дом из сло­жив­шей­ся кри­зис­ной ситу­а­ции. Сего­дня любой жела­ю­щий может стать бло­ге­ром: для это­го доста­точ­но заре­ги­стри­ро­вать­ся в соци­аль­ных сетях и открыть акка­унт. Пре­сле­до­ва­ние бло­ге­ров — это чушь несу­свет­ная.

— Во всех реги­о­нах стра­ны митин­ги про­шли мир­но и без сило­вых экс­цес­сов со сто­ро­ны про­те­сту­ю­щих. Тем не менее НАЗАРБАЕВ счи­та­ет, что это угро­жа­ет стране. Поче­му мир­ные митин­ги так напу­га­ли пре­зи­ден­та? Угро­жа­ли ли они усто­ям авто­ри­тар­но­го режи­ма?

Евге­ний ЖОВТИС:

— А пото­му что наша власть, несмот­ря на кон­сти­ту­ци­он­ные гаран­тии сво­бо­ды мир­ных собра­ний, пике­тов, митин­гов, демон­стра­ций, боит­ся такой само­ор­га­ни­за­ции людей, да еще в отно­си­тель­но боль­ших коли­че­ствах. Собрав­ши­е­ся несо­глас­ные для них хотя и граж­дане сво­ей стра­ны, но почти как вра­ги, как реаль­ная угро­за. Да еще перед гла­за­ми у нашей вла­сти сра­зу про­но­сят­ся вся­кие «цвет­ные рево­лю­ции» и «араб­ские вес­ны», кото­рые в луч­ших тра­ди­ци­ях зани­ма­тель­ной кон­спи­ро­ло­гии яко­бы орга­ни­зо­вал какой-то обоб­щен­ный Запад.
То, что люди могут быть «бес­плат­но» чем-то недо­воль­ны, несо­глас­ны и вый­ти про­де­мон­стри­ро­вать это несо­гла­сие и что в какой-то момент несо­гла­сие с вла­стью может достичь точ­ки кипе­ния, наши вла­сти реши­тель­но отвер­га­ют.
И то, что созда­ние раз­ных демо­кра­ти­че­ских меха­низ­мов и про­це­дур, обес­печение про­зрач­но­сти при­ня­тия реше­ний, обес­пе­че­ние плю­ра­лиз­ма мне­ний и средств мас­со­вой инфор­ма­ции, нор­маль­ной кон­ку­рент­ной поли­ти­че­ской сре­ды и чест­ных выбо­ров может пре­ду­пре­дить такие выплес­ки, тоже как-то не очень вос­при­ни­ма­ет­ся.
А это при­во­дит к тому, что наши вла­сти начи­на­ют повто­рять те же самые ошиб­ки, кото­рые харак­тер­ны для авто­ри­тар­ных и тота­ли­тар­ных режи­мов. И это очень печаль­но…

Тал­гат КАЛИЕВ:

— Не думаю, что эта вол­на митин­гов нес­ла угро­зу устой­чи­во­сти нынеш­не­го режи­ма. Это сти­хий­ные про­сте­сты, не име­ю­щие серьез­ной инсти­ту­ци­о­наль­ной и орга­ни­за­ци­он­ной осно­вы. Имен­но поэто­му, мяг­ко гово­ря, наив­но искать за ними некий внеш­ний след. Посколь­ку если мы не видим за ними кон­крет­ных лиде­ров и орга­ни­за­то­ров, если власть не пред­при­ни­ма­ет попы­ток пере­го­во­ров с ними или их изо­ля­ции, то потен­ци­аль­ным ино­стран­ным спон­со­рам еще слож­нее их опре­де­лить и выде­лить им день­ги.
Но сти­хий­ный про­тест опа­сен и тем, что име­ет пер­спек­ти­ву сво­ей эво­лю­ции, начи­на­ет гене­ри­ро­вать из масс новых лиде­ров, не име­ю­щих ника­кой свя­зи с суще­ству­ю­щей систе­мой. С этой точ­ки зре­ния они могут пред­став­лять угро­зу, посколь­ку их при­ход к вла­сти воз­мо­жен не через инте­гра­цию в суще­ству­ю­щую поли­ти­че­скую систе­му коор­ди­нат и ее эво­лю­цию, а лишь через ее демон­таж и стро­и­тель­ство новой.
Имен­но поэто­му опас­ны подав­ле­ния таких про­те­стов, посколь­ку это может загнать их вглубь, закон­сер­ви­ро­вать до момен­та их повтор­но­го выплес­ка уже в более жест­кой, воз­мож­но даже экс­тре­мист­ской фор­ме. Во избе­жа­ние это­го луч­ше давать воз­мож­ность этим эмо­ци­ям выплес­нуть­ся нару­жу, выпу­стить пар, а может быть даже дать этим силам заре­ги­стри­ро­вать поли­ти­че­скую пар­тию, что поз­во­ли­ло бы вер­нуть про­тест в инсти­ту­ци­о­наль­ное рус­ло, вовлечь лиде­ров в систем­ный про­цесс и предот­вра­тить их ради­ка­ли­за­цию. Конеч­но, это потре­бу­ет усту­пок со сто­ро­ны вла­сти, воз­мож­но даже весь­ма серьез­ных, но это поз­во­лит избе­жать серьез­ных потря­се­ний.

Макс БОКАЕВ:

— Власть опа­са­ет­ся граж­дан­ских про­те­стов, ведь рань­ше их актив­ных про­яв­ле­ний не было. Для любо­го авто­ри­та­риз­ма доб­ро­воль­ный про­тест про­тив реше­ния суще­ству­ю­щей вла­сти пред­став­ля­ет угро­зу. Я верю и наде­юсь, что про­те­сты не будут задав­ле­ны гру­бой силой, это было бы круп­ней­шей ошиб­кой нынеш­не­го режи­ма.

Ори­ги­нал ста­тьи: Три­бу­на — Рес­пуб­ли­кан­ская обще­ствен­но-поли­ти­че­ская газе­та / tribunakz.com