9 C
Астана
20 сентября, 2021
Image default

“Москва не позволит разводить самодеятельность”. Почему Таджикистан против талибов, а Узбекистан — за

Захва­тив власть в Афга­ни­стане, тали­бы пообе­ща­ли сво­им сосе­дям по Цен­траль­ной Азии без­опас­ность, отказ от сотруд­ни­че­ства с тер­ро­ри­ста­ми и невме­ша­тель­ство в их внут­рен­ние дела. Узбе­ки­стан и Турк­ме­ни­стан ведут пере­го­во­ры с тали­ба­ми, Таджи­ки­стан не торо­пит­ся при­зна­вать новую власть в Кабуле.

Поче­му близ­кие друг дру­гу стра­ны выбра­ли раз­ный под­ход — и повли­я­ла ли на него Россия?

Гость, которому были не рады

24 авгу­ста Шах Махмуд Куре­ши, гла­ва мини­стер­ства ино­стран­ных дел Паки­ста­на, выле­тел из Исла­ма­ба­да в Душан­бе. Это была пер­вая оста­нов­ка Куре­ши — извест­но­го сто­рон­ни­ка тали­бов — в его турне по стра­нам-сосе­дям Афга­ни­ста­на. Все­го за пол­то­ры неде­ли до это­го тали­бы вошли в Кабул и заня­ли пре­зи­дент­ский дворец.

Пре­зи­дент Таджи­ки­ста­на Эмо­ма­ли Рах­мон не то что­бы был рад гостю. Цель неожи­дан­но­го визи­та была ему вполне понят­на и отто­го — вряд ли приятна.

Офи­ци­аль­ный Исла­ма­бад любит заяв­лять о сво­ей ней­траль­ной пози­ции по пово­ду про­ис­хо­дя­ще­го в сосед­нем Афга­ни­стане, но меж­ду­на­род­ные экс­пер­ты не сомне­ва­ют­ся: имен­но под­держ­ка Паки­ста­на сыг­ра­ла клю­че­вую роль в успе­хах “Тали­ба­на” (орга­ни­за­ция при­зна­на тер­ро­ри­сти­че­ской и запре­ще­на во мно­гих стра­нах мира, в том чис­ле в России).

Рах­мон отка­зал­ся при­зна­вать власть талибов

Куре­ши, не скры­ва­ю­щий сво­их сим­па­тий к тали­бам, непло­хо пред­став­лял себе, как Рах­мон отно­сит­ся к новой вла­сти в Кабу­ле. Их встре­ча про­шла за закры­ты­ми две­ря­ми. Учи­ты­вая явное столк­но­ве­ние взгля­дов и крат­кие отпис­ки пресс-служб, Куре­ши не уда­лось пере­убе­дить Рах­мо­на, хотя он и пытал­ся, напри­мер, сде­лать это подоб­ны­ми заяв­ле­ни­я­ми: “Паки­стан — сто­рон­ник созда­ния инклю­зив­но­го пра­ви­тель­ства в Афга­ни­стане, в кото­ром пред­ста­ви­те­ли всех наро­дов смо­гут при­нять актив­ное участие”.

Попыт­ка про­ва­ли­лась. На сле­ду­ю­щий день после встре­чи Эмо­ма­ли Рах­мон выпу­стил заяв­ле­ние: “Таджи­ки­стан не будет при­зна­вать ника­ко­го дру­го­го пра­ви­тель­ства, сфор­ми­ро­ван­но­го [в Афга­ни­стане] путем угне­те­ния и пре­сле­до­ва­ния, без уче­та пози­ции все­го афган­ско­го наро­да, всех его наци­о­наль­ных меньшинств”.

Так Рах­мон, пре­зи­дент послед­ней в реги­оне стра­ны, отка­зав­шей­ся уста­нав­ли­вать какие-либо отно­ше­ния с “Тали­ба­ном”, нако­нец-то пря­мо озву­чил пози­цию Таджи­ки­ста­на. И хотя его пози­ция не ста­ла сюр­при­зом, само жест­кое заяв­ле­ние может пока­зать­ся неожи­дан­ным. Во мно­гом из-за того, что оно идет враз­рез с мне­ни­ем глав­ных стра­те­ги­че­ских парт­не­ров Таджи­ки­ста­на — Моск­вы и Пеки­на, кото­рые актив­но ведут пере­го­во­ры с тали­ба­ми, захва­тив­ши­ми власть в Кабуле.

Пози­ция Таджи­ки­ста­на не мог­ла быть сюр­при­зом для Москвы

За несколь­ко дней до визи­та Куре­ши Рах­мон общал­ся с Вла­ди­ми­ром Пути­ным, так что Москва была явно в кур­се настро­е­ний внут­ри Таджикистана.

Письма трудящихся

Эмо­ма­ли Рах­мон ока­зал­ся в слож­ном поло­же­нии. Во-пер­вых, он занят реше­ни­ем внут­ри­по­ли­ти­че­ских про­блем. В стране несколь­ко лет идет под­го­тов­ка к тран­зи­ту вла­сти: Рах­мон, управ­ляя стра­ной уже трид­цать лет, гото­вит поч­ву для пере­да­чи пол­но­мо­чий сво­е­му сыну. Мно­го­сту­пен­ча­тая ком­би­на­ция тре­бу­ет при­сталь­но­го вни­ма­ния — осо­бен­но в ситу­а­ции, когда мест­ная поли­ти­че­ская эли­та выска­зы­ва­ет недо­воль­ство ситу­а­ци­ей в стране.

Во-вто­рых, Рах­мо­на бес­по­ко­ит поло­же­ние этни­че­ских таджи­ков в Афга­ни­стане. Они состав­ля­ют от 27 до 40% — более точ­ных цифр нет — насе­ле­ния Афга­ни­ста­на. Часть из них вою­ет на сто­роне тали­бов, а дру­гая часть под­дер­жи­ва­ет сопротивление.

Основ­ную часть насе­ле­ния Пан­дж­ше­ра — уще­лья, кото­рое про­сти­ра­ет­ся на 130 кило­мет­ров и явля­ет­ся домом лиде­ров сопро­тив­ле­ния, — тоже состав­ля­ют этни­че­ские таджики.

В сере­дине авгу­ста, за несколь­ко дней до захва­та Кабу­ла, поли­ти­че­ский лидер этни­че­ских таджи­ков в Афга­ни­стане Атто Мухам­ма­ди Нур при­ни­мал уча­стие в сове­ща­нии быв­ших коман­ди­ров “Север­но­го аль­ян­са”, после чего объ­явил о созда­нии коми­те­тов народ­но­го сопро­тив­ле­ния, кото­рые долж­ны дать отпор талибам.

В нача­ле авгу­ста Рос­сия, Узбе­ки­стан и Таджи­ки­стан про­во­ди­ли сов­мест­ные уче­ния в 20 кило­мет­рах от афган­ской границы

В то же вре­мя афган­ские таджи­ки, кото­рые вста­ли на сто­ро­ну “Тали­ба­на”, совсем не обя­за­тель­но искренне под­дер­жи­ва­ют группировку.

“Сра­бо­тал праг­ма­ти­че­ский под­ход. Мол, мы сей­час под­дер­жим эти силы, что­бы потом нас не нака­за­ли. В гла­зах мно­гих наблю­да­те­лей побе­да тали­бов была неиз­беж­ной, и таджи­ки пыта­лись зара­нее не испор­тить отно­ше­ния с “Тали­ба­ном”, что­бы не навлечь на себя репрес­сии”, — объ­яс­ня­ет Али­шер Иль­ха­мов, сотруд­ник про­грам­мы “Евра­зия” фон­да “Откры­тое обще­ство” (в Рос­сии при­знан неже­ла­тель­ной организацией).

Внут­ри Таджи­ки­ста­на инте­рес к про­ис­хо­дя­ще­му у сосе­дей зашка­ли­ва­ет. Несколь­ко тысяч моло­дых людей из южных рай­о­нов стра­ны, при­мы­ка­ю­щих к Афга­ни­ста­ну, даже изъ­яви­ли жела­ние доб­ро­воль­но при­со­еди­нить­ся к анти­та­либ­ско­му сопротивлению.

“Эти “пись­ма тру­дя­щих­ся” — при­ем, кото­рым поль­зу­ет­ся Коми­тет наци­о­наль­ной без­опас­но­сти Таджи­ки­ста­на, — объ­яс­ня­ет Сай­муд­дин Дустов, член Евро­пей­ско­го кон­грес­са таджик­ских жур­на­ли­стов. — Эти пись­ма при­зва­ны пока­зать народ­ное воз­му­ще­ние. Без согла­сия КНБ в усло­ви­ях Таджи­ки­ста­на это было бы невоз­мож­но. Так что появ­ле­ние этих писем гово­рит нам, что сило­ви­ки под­дер­жи­ва­ют пози­цию [Рах­мо­на]”.

Эмо­ма­ли Рах­мон, кото­ро­му важ­но спло­тить людей и зара­бо­тать поли­ти­че­ские очки, сде­лал став­ку на афган­ское сопротивление.

Таджи­ки­стан сде­лал став­ку на силы сопро­тив­ле­ния, сосре­до­то­чен­ные в Панджшере

“Таджи­ки­стан выбрал сто­ро­ну — он под­дер­жи­ва­ет про­тив­ни­ков “Тали­ба­на”. Этот рас­чет сде­лан из-за наци­о­на­ли­сти­че­ских идей: пре­зи­дент Рах­мон сей­час пыта­ет­ся пере­дать власть сво­е­му сыну. И ему понят­но, что лег­че объ­еди­нить народ Таджи­ки­ста­на про­тив одно­го вра­га”, — счи­та­ет Эри­ка Марат, экс­перт по Цен­траль­ной Азии.

Пре­зи­дент Рах­мон, извест­ный сво­ей жест­кой поли­ти­кой в отно­ше­нии оппо­зи­ции, при теку­щей внут­ри­по­ли­ти­че­ской ситу­а­ции явно не может опи­рать­ся толь­ко на свои сило­вые воз­мож­но­сти. Что­бы сохра­нить власть, ему нужен опре­де­лен­ный уро­вень леги­тим­но­сти в гла­зах насе­ле­ния. И розыг­рыш наци­о­на­ли­сти­че­ской кар­ты помо­га­ет ему создать образ чело­ве­ка, кото­рый забо­тит­ся о таджи­ках не толь­ко в пре­де­лах сво­ей стра­ны, но и в дру­гих государствах.

“Россия ставит на разных лошадок”

Нико­гда за послед­ние 15–20 лет в Таджи­ки­стане не было тако­го еди­но­ду­шия по вопро­су Афга­ни­ста­на, как сей­час, гово­рит Сай­муд­дин Дустов, член Евро­пей­ско­го кон­грес­са таджик­ских жур­на­ли­стов. В послед­ние годы в таджик­ском обще­стве под­держ­кой поль­зо­вал­ся “Наци­о­наль­ный аль­янс”, объ­еди­нив­ший таджик­ских оппо­зи­ци­о­не­ров в эмиграции.

Чле­ны “Аль­ян­са” утвер­жда­ют, что при­зы­ва­ют к соблю­де­нию прав чело­ве­ка в Таджи­ки­стане и уста­нов­ле­нию демо­кра­тии. Таджик­ские вла­сти счи­та­ют ина­че: объ­еди­не­ние при­зна­ли экс­тре­мист­ской и тер­ро­ри­сти­че­ской орга­ни­за­ци­ей. Сво­им заяв­ле­ни­ем по Афга­ни­ста­ну Рах­мо­ну уда­лось при­влечь на свою сто­ро­ну и часть таджи­ков, под­дер­жи­ва­ю­щих оппозицию.

Рос­сия не поз­во­лит стра­нам Цен­траль­ной Азии раз­во­дить само­де­я­тель­ность, счи­та­ют эксперты

Воз­ни­ка­ет вопрос: поче­му Москва, име­ю­щая непо­сред­ствен­ное вли­я­ние на таджик­ские вла­сти, не про­тив подоб­ных выска­зы­ва­ний Рах­мо­на? Ведь на меж­ду­на­род­ной арене Рос­сия пыта­ет­ся вести пере­го­во­ры с тали­ба­ми и назы­ва­ет их “вме­ня­е­мы­ми людьми”.

“Это гибрид­ный под­ход, харак­тер­ный для поли­ти­ки Рос­сии, — счи­та­ет Али­шер Иль­ха­мов. — Рос­сия дела­ет став­ку на раз­ных лоша­док — это что-то вро­де поли­ти­ки типа “раз­де­ляй и власт­вуй”. С одной сто­ро­ны — давить, созда­вать усло­вия, при кото­рых тали­бы будут вынуж­де­ны обра­щать­ся к Москве как к посред­ни­ку. Рос­сии нече­го пред­ло­жить, кро­ме поли­ти­ки навя­зы­ва­ния себя как посред­ни­ка. И вот одно кры­ло в лице Таджи­ки­ста­на дела­ет жест­кие заяв­ле­ния, а дру­гое — в про­цес­се пере­го­во­ров ведет такую же поли­ти­ку, как Узбекистан”.

Узбекистан занят “социальным консерватизмом”

Таш­кент дей­стви­тель­но выбрал дру­гую поли­ти­ку вза­и­мо­дей­ствия с “Тали­ба­ном”. Наци­о­на­ли­сти­че­скую кар­ту в их слу­чае разыг­ры­вать бес­смыс­лен­но — узбе­ки хоть и живут в Афга­ни­стане, но их в стране не более 10%.

Вме­сте с запад­ным сосе­дом — Турк­ме­ни­ста­ном — Таш­кент не опа­са­ет­ся при­зна­вать власть тали­бов. Деле­га­ции дипло­ма­тов из этих двух стран даже про­во­ди­ли пере­го­во­ры с лиде­ра­ми “Тали­ба­на”.

Гра­ни­ца Узбе­ки­ста­на и Афга­ни­ста­на непро­тя­жен­ная: все­го с одним погран­пунк­том. Мест­ность рав­нин­ная и хоро­шо просматривается

Пре­зи­дент Узбе­ки­ста­на Шав­кат Мир­зи­ёев сей­час тоже занят внут­ри­по­ли­ти­че­ски­ми вопро­са­ми. И в его слу­чае захват Афга­ни­ста­на тали­ба­ми — не проблема.

Как отме­ча­ет Али­шер Иль­ха­мов, Мир­зи­ёев занят “насаж­де­ни­ем соци­аль­но­го кон­сер­ва­тиз­ма” внут­ри стра­ны. Суще­ствен­ный спрос на это есть у рели­ги­оз­но настро­ен­ной части насе­ле­ния. Все­го несколь­ко дней назад в Узбе­ки­стане “в поряд­ке исклю­че­ния” и “по мно­го­чис­лен­ным прось­бам роди­те­лей” девоч­кам раз­ре­ши­ли носить в шко­лах наци­о­наль­ные плат­ки, покры­ва­ю­щие голову.

“Мы видим, что пра­ви­тель­ство ста­ло заиг­ры­вать с бло­ге­ра­ми, попу­ляр­ны­ми у кон­сер­ва­тив­но настро­ен­ной части насе­ле­ния. Напри­мер, бло­гер Аброр Мух­тор Алий, извест­ный сво­и­ми экс­тре­мист­ски­ми выска­зы­ва­ни­я­ми: он в какой-то момент даже гово­рил, что при опре­де­лен­ных усло­ви­ях мож­но при­ме­нять наси­лие в отно­ше­нии жен­щин. Но вла­сти без­дей­ству­ют. Насколь­ко мне извест­но, этот бло­гер к 30-летию неза­ви­си­мо­сти Узбе­ки­ста­на даже полу­чил награ­ду. Думаю, это попыт­ка разыг­рать соци­аль­но-кон­сер­ва­тив­ную кар­ту путем флир­та с рели­ги­оз­но настро­ен­ной частью насе­ле­ния”, — гово­рит Ильхамов.

Выгодные партнеры

Запу­тан­ные отно­ше­ния тер­ро­ри­сти­че­ских груп­пи­ро­вок в Афга­ни­стане — еще один фак­тор, вли­я­ю­щий на реше­ния Узбекистана.

“Тали­бан” сохра­ня­ет тес­ные кон­так­ты с “Аль-Каи­дой”, но вдво­ем они счи­та­ют сво­им глав­ным вра­гом “Ислам­ское госу­дар­ство” (все эти орга­ни­за­ции при­зна­ны тер­ро­ри­сти­че­ски­ми и запре­ще­ны в Рос­сии). Выбор из двух зол для Узбе­ки­ста­на очевиден.

Ради­ка­ли­за­ция насе­ле­ния в Узбе­ки­стане — серьез­ная про­бле­ма послед­них лет, и вер­бов­щи­ки “Ислам­ско­го госу­дар­ства” хоро­шо об этой про­бле­ме осведомлены.

“Тали­бан” кажет­ся Узбе­ки­ста­ну более пред­по­чти­тель­ным вари­ан­том, чем ИГ

“Ради­ка­ли­за­ция про­ис­хо­дит по при­чине бед­но­сти, отсут­ствия обра­зо­ва­ния, неуве­рен­но­сти в буду­щем, а так­же от ощу­ще­ния отсут­ствия сво­бо­ды веро­ис­по­ве­да­ния на тер­ри­то­рии быв­ше­го Совет­ско­го Сою­за. Поче­му столь­ко людей при­со­еди­ни­лось к ИГ, когда они бази­ро­ва­лись в Сирии и Ира­ке? Не пото­му, что они хоте­ли бороть­ся с режи­мом Аса­да, а пото­му что, как им каза­лось, ИГ дава­ло воз­мож­ность тру­до­устрой­ства на сво­ей тер­ри­то­рии. Плюс — у тер­ро­ри­стов была хоро­шо раз­ви­та пиар-маши­на, и их обе­ща­ния о жиз­ни в ислам­ском госу­дар­стве под­ку­па­ли мно­гих”, — гово­рит экс­перт по Цен­траль­ной Азии Эри­ка Марат.

Сотруд­ни­че­ство с “Тали­ба­ном”, воз­мож­но, не самый опти­маль­ный вари­ант для Узбе­ки­ста­на, но Таш­кент пред­по­чи­та­ет, что­бы те, в чьих руках нахо­дит­ся власть в Афга­ни­стане, высту­па­ли про­тив ИГ, даже если речь идет о тали­бах и “Аль-Каи­де”, гово­рит эксперт.

Мало кто верит в то, что тали­бы могут угро­жать стра­нам Цен­траль­ной Азии напря­мую. Меж­ду­на­род­ные экс­пер­ты счи­та­ют, что “Тали­бан” не инте­ре­су­ет­ся север­ны­ми сосе­дя­ми и сосре­до­то­чен на постро­е­нии сво­е­го госу­дар­ства толь­ко на тер­ри­то­рии Афганистана.

“У Узбе­ки­ста­на очень праг­ма­тич­ный под­ход: “Если тали­бы нас заве­ри­ли, что не будут ата­ко­вать, мы будем хоро­ши­ми сосе­дя­ми”. Вла­сти Узбе­ки­ста­на в первую оче­редь заин­те­ре­со­ва­ны в тор­го­во-эко­но­ми­че­ских отно­ше­ни­ях с любым пра­ви­тель­ством, вклю­чая тали­бов. Самое глав­ное — что­бы это было вза­и­мо­вы­год­но и что­бы не было вой­ны”, — объ­яс­ня­ет Сирод­жид­дин Толи­бов, спе­ци­а­лист по Узбе­ки­ста­ну, жур­на­лист “Радио Азаттык” (под­раз­де­ле­ния “Радио Сво­бо­да”, при­знан­но­го в Рос­сии ино­стран­ным агентом).

Мир­зи­ёев успел дого­во­рить­ся с Гани (сле­ва) о стро­и­тель­стве желез­ной доро­ги и упус­кать воз­мож­ность не хочет, несмот­ря на сме­ну поли­ти­че­ской обстановки

Неза­дол­го до при­хо­да тали­бов к вла­сти Мир­зи­ёев встре­чал­ся с тогда еще пре­зи­ден­том Афга­ни­ста­на Ашра­фом Гани — они дого­во­ри­лись, что Узбе­ки­стан постро­ит желез­ную доро­гу, кото­рая соеди­нит Тер­мез — город на юге Узбе­ки­ста­на — с паки­стан­ским Пеша­ва­ром и прой­дет через Кабул. Про­ект оце­ни­ли в почти 5 млрд долларов.

При­дя к вла­сти, “Тали­бан” под­дер­жал про­ект — в Узбе­ки­стане вос­при­ня­ли это как доб­рый знак.

“Узбе­ки­стан не име­ет выхо­да к морю, и одна из воз­мож­но­стей вый­ти на миро­вые рын­ки — это постро­ить через тер­ри­то­рию Афга­ни­ста­на желез­ную доро­гу, кото­рая выво­ди­ла бы на паки­стан­ские пор­ты. Эта идея полу­чи­ла финан­со­вую под­держ­ку со сто­ро­ны глав­ных меж­ду­на­род­ных финан­со­вых инсти­ту­тов, в част­но­сти — США”, — отме­ча­ет Али­шер Ильхамов.

Узбе­ки­стан нашел для себя эко­но­ми­че­ские выго­ды и не слиш­ком пере­жи­ва­ет по пово­ду вопро­сов без­опас­но­сти: про­тя­жен­ность узбек­ско-афган­ской гра­ни­цы неболь­шая, все­го 144 кило­мет­ра, и в основ­ном хоро­шо про­смат­ри­ва­ет­ся из-за рав­нин­ной тер­ри­то­рии. Сосед­не­му Таджи­ки­ста­ну тяже­лее — их общая с Афга­ни­ста­ном гра­ни­ца тянет­ся 1344 километра.

Реальные опасения

Тали­бы обе­ща­ют не пося­гать на тер­ри­то­ри­аль­ную целост­ность сосе­дей, но это не зна­чит, что с их при­хо­дом Цен­траль­ной Азии не гро­зят проблемы.

Одна из глав­ных — нар­ко­тра­фик. Сей­час, когда “Тали­бан” отре­зан от внеш­них источ­ни­ков финан­си­ро­ва­ния, вопрос где брать день­ги для них осо­бен­но актуален.

Москва высту­па­ет про­тив раз­ме­ще­ния бежен­цев в стра­нах Цен­траль­ной Азии

Когда тали­бы были у вла­сти в про­шлый раз, они пока­за­тель­но боро­лись с мако­вы­ми поля­ми, пыта­ясь таким обра­зом заво­е­вать меж­ду­на­род­ное при­зна­ние. Но вме­сто при­зна­ния они поте­ря­ли попу­ляр­ность внут­ри стра­ны, а вско­ре их вытес­ни­ли из Кабу­ла американцы.

За два­дцать лет ниче­го не изме­ни­лось: Афга­ни­стан — по-преж­не­му глав­ный постав­щик геро­и­на и опи­а­тов в мире. В усло­ви­ях, когда у насе­ле­ния нет дру­гих источ­ни­ков зара­бот­ка, спра­вить­ся с нар­ко­тра­фи­ком будет непросто.

Еще одна угро­за выте­ка­ет напря­мую из про­бле­мы ради­ка­ли­за­ции насе­ле­ния. Эри­ка Марат счи­та­ет, что в силу систем прав­ле­ния в стра­нах Цен­траль­ной Азии вла­сти могут исполь­зо­вать эту про­бле­му для подав­ле­ния оппо­нен­тов. Ины­ми сло­ва­ми, обви­нить оппо­зи­цию в радикализации.

“Когда-то это была рас­про­стра­нен­ная прак­ти­ка, и я боюсь, что она воз­об­но­вит­ся, — гово­рит Марат. — Осо­бен­но учи­ты­вая, что в каж­дой из этих стран у вла­сти нахо­дят­ся авто­кра­ты, кото­рые могут исполь­зо­вать этот инстру­мент для того, что­бы, напри­мер, не пус­кать оппо­нен­тов на выборы”.

Еще не так дав­но глав­ной угро­зой для стран Цен­траль­ной Азии счи­та­лись бежен­цы из Афга­ни­ста­на. Люди актив­но бежа­ли в Таджи­ки­стан в послед­ние меся­цы перед при­хо­дом тали­бов, а во вре­мя наступ­ле­ния “Тали­ба­на” на Кабул гра­ни­цу пере­сек­ли несколь­ко тысяч человек.

Для бежен­цев Таджи­ки­стан поста­вил палат­ки в при­гра­нич­ном рай­оне, рядом со сво­им южным аэро­пор­том Куляб. Вла­сти рас­счи­ты­ва­ют, что людей удаст­ся эва­ку­и­ро­вать в тре­тьи страны.

Цен­траль­ная Азия отка­зы­ва­лась предо­став­лять свои аэро­пор­ты для тран­зи­та бежен­цев во вре­мя мас­со­вой эва­ку­а­ции из Кабула

Во вре­мя мас­со­вой эва­ку­а­ции США из Кабу­ла аме­ри­кан­ские вла­сти рас­счи­ты­ва­ли исполь­зо­вать сосед­ние стра­ны как места вре­мен­ной дис­ло­ка­ции людей, но Таш­кент и Душан­бе выска­за­лись про­тив это­го. Воз­душ­ны­ми воро­та­ми этих госу­дарств вос­поль­зо­ва­лись лишь те стра­ны (напри­мер, Гер­ма­ния), кото­рые были гото­вы забрать эва­ку­и­ро­ван­ных людей без промедления.

“Аме­ри­кан­цы сде­ла­ли попыт­ку, но им было отка­за­но. Даже пере­го­вор­щи­ки при­ле­та­ли в Душан­бе после паде­ния Кабу­ла. Тем не менее Таджи­ки­стан и Узбе­ки­стан сооб­ща реши­ли, что не при­мут само­ле­ты на сво­их аэро­дро­мах, чем очень пора­до­ва­ли Пути­на. Аме­ри­кан­цы не убе­ди­ли их ни день­га­ми, ни дру­гой помо­щью”, — гово­рит Сай­муд­дин Дустов.

Вла­ди­мир Путин откры­то выска­зал­ся про­тив того, что­бы афган­ских бежен­цев раз­ме­ща­ли — пусть и вре­мен­но — в стра­нах Цен­траль­ной Азии. “Запад­ные парт­не­ры, — гово­рил Путин, — настой­чи­во ста­вят вопрос о том, что­бы раз­ме­стить бежен­цев [в этих стра­нах] до полу­че­ния виз США и дру­гих стран”. Свое отно­ше­ние Путин объ­яс­нил тем, что под видом бежен­цев в сосед­ние стра­ны могут про­ник­нуть боевики.

Экс­пер­ты, с кото­ры­ми пого­во­ри­ла Би-би-си, не сомне­ва­ют­ся, что свои даль­ней­шие шаги стра­ны Цен­траль­ной Азии будут в любом слу­чае согла­со­вы­вать с Москвой.

“По всей види­мо­сти, и жест­кая пози­ция Таджи­ки­ста­на была согла­со­ва­на с Моск­вой, — гово­рит Али­шер Иль­ха­мов. — Я думаю, все основ­ные заяв­ле­ния и шаги, осо­бен­но по воен­но-стра­те­ги­че­ским и обо­рон­ным вопро­сам, Душан­бе согла­су­ет с Моск­вой. По-дру­го­му и быть не может, ведь Москва не поз­во­лит [раз­во­дить] самодеятельность”.

Источ­ник: https://www.bbc.com/

архивные статьи по теме

Билисбеков уволен и ответит за Хоргос?

Соглашение между ЕС и Украиной под угрозой

Крик отчаявшихся должен быть услышан