16 C
Астана
29 июля, 2021
Image default

Защита получает мат. Отборный

Судеб­ный про­цесс в Кок­ше­тау по делу экс-судей Сай­лау­бе­ка Джа­ки­ше­ва и Алмаз Таше­но­вой может обер­нуть­ся меж­ду­на­род­ным скан­да­лом. Исчер­пав аргу­мен­ты, обви­не­ние пере­шло к оскорб­ле­ни­ям пред­ста­ви­те­лей защиты.

 

Автор: Лидия ШМИДТ

 

Как уже писа­ла «Рес­пуб­ли­ка», экс-судей обви­ня­ют в кор­руп­ции. Быв­ше­го руко­во­ди­те­ля сто­лич­но­го город­ско­го суда  Джа­ки­ше­ва — в посред­ни­че­стве при полу­че­нии взят­ки, Таше­но­ву — непо­сред­ствен­но в полу­че­нии. Сама взят­ка, то, как она изы­ма­лась, и про­во­ди­лись про­чие вро­де бы необ­хо­ди­мые про­це­ду­ры, в деле отсут­ству­ют, име­ют­ся толь­ко видео- и ауди­о­за­пи­си, по кото­рым доста­точ­но слож­но опре­де­лить, име­ло ли  кор­руп­ци­он­ное пре­ступ­ле­ние место быть. Или наобо­рот — само след­ствие пре­ступ­но фаль­си­фи­ци­ро­ва­ло улики.

Соглас­но видео- и ауди­о­за­пи­си, сде­лан­ной сотруд­ни­ка­ми Депар­та­мен­та по борь­бе с эко­но­ми­че­ской и кор­руп­ци­он­ной пре­ступ­но­стью, Джа­ки­шев пере­дал Таше­но­вой пап­ку (в ней, как счи­та­ют фин­по­лов­цы, нахо­ди­лись день­ги) с зага­доч­ны­ми сло­ва­ми: «Алмаз, я при­нес, что­бы вы изу­чи­ли 70 тысяч дол­ла­ров». Запи­си были тща­тель­но изу­че­ны экс­пер­та­ми, как казах­стан­ски­ми (при­гла­шен­ны­ми обви­не­ни­ем), так и рос­сий­ски­ми, (при­гла­шен­ны­ми защи­той). Мне­ния раз­де­ли­лись. Казах­стан­цы утвер­жда­ют, что ника­ко­го мон­та­жа не обна­ру­жи­ли, рос­си­яне — что ком­би­на­ция налицо.

Впро­чем, необ­хо­ди­мо отме­тить, что рос­сий­ских экс­пер­тов в суде, мяг­ко гово­ря, не жда­ли. Судья Сер­гек Бай­ма­гам­бе­тов пер­вое хода­тай­ство откло­нил, и в ито­ге избрал хит­рую так­ти­ку — фор­маль­но допу­стив рос­си­ян к делу, а фак­ти­че­ски не допус­кая. Засе­да­ния откла­ды­ва­лись и пере­но­си­лись, допро­сы отме­ня­лись (слов­но в надеж­де, что ино­стран­ные гости уедут). Экс­пер­ты тер­пе­ли­во жда­ли, когда их при­гла­сят, про­дляя казах­стан­ские коман­ди­ров­ки, насколь­ко это было воз­мож­но. Поеди­нок закон­чил­ся со сче­том 1:1. Экс­перт-фоно­ско­пист Авто­ном­ной Неком­мер­че­ской Орга­ни­за­ции «Центр Судеб­ных Экс­пер­тиз по Цен­траль­но­му Феде­раль­но­му Окру­гу» Иван Уру­сов, уехал, так и не высту­пив. Его кол­ле­га из него­су­дар­ствен­ной экс­перт­ной орга­ни­за­ции «Forenex» Гер­ман Зубов все-таки дождал­ся «ауди­ен­ции».

В каче­стве «тяже­лой артил­ле­рии» защит­ни­ки при­гла­си­ли в суд Еле­ну Галя­ши­ну, экс­пер­та меж­ду­на­род­но­го уров­ня, про­фес­со­ра, док­то­ра юри­ди­че­ских и фило­соф­ских наук, авто­ра более 170 науч­ных работ, учеб­ни­ков и посо­бий. Сей­час Галя­ши­на — заме­сти­тель заве­ду­ю­ще­го кафед­рой судеб­ных экс­пер­тиз Мос­ков­ской госу­дар­ствен­ной юри­ди­че­ской ака­де­мии име­ни О.Е. Кута­фи­на. Одна­ко несмот­ря на заня­тость, экс­перт нашла вре­мя, что­бы при­е­хать на процесс.

С осо­бы­ми эмо­ци­я­ми зару­беж­ных гостей встре­тил пред­ста­ви­тель сто­ро­ны обви­не­ния, про­ку­рор Мей­рам­бек Каныбеков.

- Пре­де­лы фан­та­зии со сто­ро­ны защи­ты пере­хо­дят уже все допу­сти­мые гра­ни­цы!  — заявил он судье на про­цес­се. — Толь­ко два дня назад вы откло­ни­ли их попыт­ки пустить к уча­стию в деле заин­те­ре­со­ван­ных в деле лже­спе­ци­а­ли­стов из сосед­ней России…

После этой фра­зы судья был вынуж­ден пре­рвать пыл­кое выступ­ле­ние гособ­ви­ни­те­ля и попро­сить при­сяж­ных не при­ни­мать сло­во «лже­спе­ци­а­ли­сты» к сведению.

Глу­ши­те женщину!

Впро­чем, сле­ду­ет отме­тить, что про­ку­рор Каны­бе­ков с само­го нача­ла про­цес­са не отли­чал­ся веж­ли­во­стью. При­чем в каче­стве мише­ней для сво­их оскор­би­тель­ных и не все­гда цен­зур­ных выска­зы­ва­ний поче­му-то выби­рал в основ­ном жен­щин. Адво­кат Аль­ми­ра Шай­хи­на, не выдер­жав оскорб­ле­ний, обра­ти­лась с жало­бой к гене­раль­но­му про­ку­ро­ру Асха­ту Даул­ба­е­ву с прось­бой при­нять меры к чрез­мер­но рети­во­му обвинителю.

«На про­тя­же­нии все­го про­цес­са госу­дар­ствен­ный обви­ни­тель Каны­бе­ков М.М. поз­во­ля­ет себе выска­зы­ва­ния, заве­до­мо направ­лен­ные на  созда­ние предубеж­де­ния  у при­сяж­ных засе­да­те­лей, — напи­са­ла она. — Неод­но­крат­но, обра­ща­ясь к при­сяж­ным, он в кате­го­ри­че­ской фор­ме выра­жал свое мне­ние  о том, что винов­ность под­су­ди­мых дока­за­на, при этом назы­вая  дей­ствия под­су­ди­мых пре­ступ­ны­ми. Заяв­ле­ния защи­ты о недо­пу­ще­нии впредь подоб­ных выска­зы­ва­ний, Каны­бе­ков М. встре­ча­ет в «шты­ки» —  вска­ки­вая с места, в исте­ри­че­ской фор­ме начи­на­ет скан­да­лить с адво­ка­та­ми, в пре­не­бре­жи­тель­ной и оскор­би­тель­ной мане­ре отзы­ва­ет­ся об адво­ка­тах и спо­со­бах защи­ты… совер­шен­но необос­но­ван­но заяв­ляя: «убе­ри­те, выставь­те, выго­ни­те» того или ино­го адвоката».

Так же, в кате­го­рич­ной фор­ме, про­ку­рор высту­пил про­тив при­вле­че­ния рос­сий­ских экс­пер­тов. Преж­де все­го, пишет Шай­хи­на, он усо­мнил­ся в неза­ви­си­мо­сти спе­ци­а­ли­стов, без­апел­ля­ци­он­но заявив, что «они заин­те­ре­со­ван­ные, им за это запла­ти­ли». Потом гособ­ви­ни­тель пытал­ся не допу­стить экс­пер­тов до про­цес­са, ссы­ла­ясь на закон, а когда его ули­чи­ли  в незна­нии про­цес­су­аль­но­го зако­но­да­тель­ства, под­нял скандал.

«Он (про­ку­рор — авт.) полу­чил заме­ча­ние от пред­се­да­тель­ству­ю­ще­го, кото­рый попро­сил про­ку­ро­ра не пре­вра­щать про­цесс в базар, — отме­ча­ет­ся в жало­бе. — В этот момент, несмот­ря на полу­чен­ное заме­ча­ние, Каны­бе­ков М.М. в исте­рич­ной фор­ме  возо­пил: «Буду гово­рить, пото­му что она сама базар­ная баба!», повто­рив это выра­же­ние трижды…»

Когда рос­сий­ских экс­пер­тов все-таки допу­сти­ли до про­цес­са, про­ку­рор сде­лал все, что­бы они почув­ство­ва­ли себя здесь лишними.

«…Во вре­мя допро­са спе­ци­а­ли­ста Каны­бе­ков М. посто­ян­но пере­би­вал спе­ци­а­ли­ста Зубо­ва Г.Н. таки­ми заме­ча­ни­я­ми, как «это по Вашим рос­сий­ским зако­нам поло­же­но, а у нас в Казах­стане не так», — пишет Шай­хи­на.- Как при обсуж­де­нии хода­тайств защи­ты, так и при иссле­до­ва­нии мате­ри­а­лов уго­лов­но­го дела, Каны­бе­ков М.М. поз­во­ля­ет себе такие выска­зы­ва­ния, что те или иные доку­мен­ты не име­ет ника­ко­го зна­че­ния, явля­ют­ся «мело­чью», ни на что не вли­я­ют и т.д.»

При этом к мест­ным экс­пер­там, под­дер­жи­ва­ю­щим линию обви­не­ния, про­ку­рор был более чем либе­ра­лен, и все­ми сила­ми защи­щал их от вопро­сов оппо­нен­тов, допус­кая про­рой весь­ма непро­ку­рор­ские выра­же­ния. А в фина­ле засе­да­ния так вооб­ще пере­шел все границы.

«Когда допра­ши­ва­лись экс­пер­ты, Каны­бе­ков М.М. со сло­ва­ми: «Да, я защи­щаю  экс­пер­тов» само­сто­я­тель­но сни­мал вопро­сы, отве­чал на вопро­сы, задан­ные экс­пер­там, тре­бо­вал пре­кра­тить «изде­вать­ся» над ними, а потом дошел до того, что заявил: «Г‑н Джа­ки­шев, Вы всех спе­ци­а­ли­стов затра­ха­ли здесь по пово­ду аппа­ра­ту­ры. Вы про­грамм­ный ком­плекс, на кото­рый они ссы­ла­ют­ся здесь, сами гла­за­ми виде­ли?», — ука­за­но в жало­бе. -… Во вре­мя допро­са экс­пер­та Алим­бе­ко­вой, Каны­бе­ков М. неод­но­крат­но с места тре­бо­вал пре­кра­тить допрос  и ука­зы­вал на то, что Шай­хи­на А. цеп­ля­ет­ся к мело­чам, про­яв­ля­ет без­гра­мот­ность, незна­ние мате­ри­а­лов экс­пер­ти­зы,  уго­лов­но­го дела, зако­на,  и т.д… После окон­ча­ния допро­са про­ку­рор Каны­бе­ков М.М. раз­ра­зил­ся сле­ду­ю­щей тира­дой (при­во­жу дослов­но):…Я в пого­нах здесь сижу и пред­став­ляю орган про­ку­ра­ту­ры! А не как Вы — несколь­ко тысяч дол­ла­ров в месяц бере­те — в тече­ние года сосе­те свою под­за­щит­ную!… Я пред­став­ляю орга­ны про­ку­ра­ту­ры, и мне тоже нелег­ко здесь нахо­дить­ся, тем более с ваши­ми вся­ки­ми белой и чер­ной маги­ей — сиди­те здесь чистые на поляне!… Пер­вый раз сидит на уго­лов­ном деле, и еще суча­ра, бл…, сидит здесь!»…»

- На про­тя­же­нии сво­ей трид­ца­ти­лет­ней адво­кат­ской прак­ти­ки я впер­вые встре­ти­лась с фак­та­ми столь несдер­жан­но­го, непро­фес­си­о­наль­но­го и хам­ско­го пове­де­ния со сто­ро­ны сотруд­ни­ка про­ку­ра­ту­ры, — при­зна­лась Аль­ми­ра Шай­хи­на, кото­рая к сво­ей жало­бе наме­ре­на при­ло­жить ауди­о­за­пись дан­но­го «выступ­ле­ния».

Самое инте­рес­ное, что пред­се­да­тель­ству­ю­щий на суде оскор­би­тель­ных выпа­дов в адрес защи­ты не заме­тил. Зато когда потре­бо­ва­лось «всту­пить­ся» за само­го про­ку­ро­ра, яко­бы оби­жен­но­го пред­ста­ви­тель­ни­цей защи­ты Бахыт­жа­мал Кабы­ке­но­вой, про­явил небы­ва­лое рвение.

- «Сего­дня во вто­рой поло­вине дня, — зачи­тал Бай­ма­гам­бе­тов вслух жало­бу про­ку­ро­ра, — вос­поль­зо­вав­шись удоб­ным для себя момен­том, Бахыт­жа­мал Кабы­ке­но­ва вскрик­ну­ла в нашу сто­ро­ну и выра­зи­лась бук­валь­но (здесь напи­са­но сло­во «м…к»). Про­явив при этом свое бес­куль­тур­ное при при­сяж­ных засе­да­те­лях бес­куль­ту­рье. Учи­ты­вая, что мы пред­став­ля­ем обви­не­ние от име­ни госу­дар­ства, и нахо­дим­ся в зале свя­зи с испол­не­ни­ем сво­их слу­жеб­ных обя­зан­но­стей, любое такое выра­же­ние Кабы­ке­но­вой нано­сит ущерб не толь­ко нам лич­но, но и репу­та­ции орга­нов про­ку­ра­ту­ры стра­ны в целом…» (конец цита­ты — авт.). Дан­ное заяв­ле­ние я при­об­щаю к мате­ри­а­лам уго­лов­но­го дела. В слу­чае повто­ре­ния буду вынуж­ден при­нять меры адми­ни­стра­тив­но­го харак­те­ра. Вы може­те не ока­зать­ся сре­ди участ­ни­ков про­цес­са. Такое бес­куль­тур­ное пове­де­ние недо­пу­сти­мо в зале судеб­ных засе­да­ний. Ника­ких комментариев!

Ника­ких дока­за­тельств инци­ден­та судья от про­ку­ро­ра, как ни стран­но не потре­бо­вал (даже объ­яс­не­ний, поче­му гособ­ви­ни­тель отнес выска­зы­ва­ние, если тако­вое и было, на свой счет). При этом ни сидев­шие рядом с Кабы­ке­но­вой адво­ка­ты, ни чут­кая тех­ни­ка жур­на­лист­ских дик­то­фо­нов ника­ких нецен­зур­ных слов в адрес про­ку­ро­ра поче­му-то не зафик­си­ро­ва­ли. Вот уж дей­стви­тель­но магия!

- А когда меня оскорб­ля­ли, никто про­ку­ро­ру не делал ника­ко­го заме­ча­ния, — отме­ти­ла в про­стран­ство адво­кат Шайхина.

Дыши­те! Не дышите!

После дли­тель­ных дис­кус­сий экс­пер­та Галя­ши­ну на судеб­ный про­цесс допу­сти­ли. Но с усло­ви­ем — что­бы на засе­да­нии при­сут­ство­ва­ли и казах­стан­ские спе­ци­а­ли­сты — напрас­но сто­ро­на защи­ты про­си­ла не устра­и­вать в суде айты­сов и очных ставок.

- Давай­те, знай­те, свое место адво­кат­ское, — пре­сек дис­кус­сию судья.

При этом обви­не­ние сде­ла­ло все, что­бы Галя­ши­на уеха­ла, так и не высту­пив. Сна­ча­ла про­ку­рор потре­бо­вал вре­мя на озна­ком­ле­ние с экс­пер­ти­зой, сде­лан­ной рос­си­ян­кой, потом — при­гла­ше­ние и достав­ку спе­ци­а­ли­стов. В ито­ге гостье из Рос­сии, экс­пер­ту меж­ду­на­род­но­го уров­ня, круп­но­му уче­но­му, авто­ру науч­ных тру­дов и моно­гра­фий при­шлось почти целый день сидеть в ком­на­те ожидания.

Более того, судья запре­тил при при­сяж­ных пере­чис­лять заслу­ги гостьи.

- Ваши вот эти вот ее рега­лии, они могут ока­зать воз­дей­ствие на при­сяж­ных. Поэто­му не назы­вай­те, огра­ничь­те, не надо это­го, — заявил он.

А на роб­кое воз­ра­же­ние защи­ты, что Галя­ши­на сто­я­ла у исто­ков фоно­гра­фии, и имен­но с помо­щью ее мето­дик иссле­до­ва­ли при­ло­жен­ные к делу запи­си, отрезал:

- Она не име­ет при­о­ри­те­та. Я при­сяж­ным засе­да­те­лям объ­яв­ляю,  что… ее заслу­ги — это в России!

М‑да, види­мо, с уче­том казах­стан­ско­го зако­но­да­тель­ства у нас в стране и зву­ки слы­шат­ся по ино­му, и зако­ны физи­ки меня­ют­ся.  Осо­бен­но если того тре­бу­ет обвинение.

Нако­нец, бли­же к вече­ру, все спе­ци­а­ли­сты собра­лись в зале заседаний.

- Ана­ли­зи­руя заклю­че­ния экс­пер­тов допол­ни­тель­но, в кото­ром вывод содер­жит­ся, как раз двух циф­ро­вых объ­ек­тов фоно­грамм, я сде­ла­ла заклю­че­ние, что на самом деле экс­пер­там не были пред­став­ле­ны под­лин­ни­ки, — отме­ти­ла Галя­ши­на, отве­чая на вопро­сы. — Экс­пер­ты полу­чи­ли в свое рас­по­ря­же­ние фраг­мен­ты, кото­рые были полу­че­ны путем копи­ро­ва­ния. Это не ори­ги­на­лы, это не аутен­тич­ные запи­си. Об этом сви­де­тель­ству­ет и вывод экс­пер­тов, кото­рые не дали заклю­че­ние о  том, что это ори­ги­на­лы. Они ука­зы­ва­ют, что при­зна­ков мон­та­жа не обна­ру­же­но. При­чем вывод огра­ни­чи­ли пре­де­лом чув­стви­тель­но­сти аппаратуры.

Как нетруд­но дога­дать­ся, осо­бо­го вни­ма­ния экс­пер­та удо­сто­и­лась клю­че­вая фра­за ауди­о­за­пи­си: «Алмаз, я при­нес, чтоб Вы изу­чи­ли 70 тысяч дол­ла­ров». Спе­ци­а­лист не услы­ша­ла на запи­си… вдоха.

- Я обна­ру­жи­ла, что если бы чело­век про­из­нес вот эту фра­зу так цели­ком, как она здесь запи­са­на, то он бы задох­нул­ся, — под­черк­ну­ла рос­си­ян­ка. — Он про­сто умер бы уже. А чело­век здесь вот эту фра­зу про­из­но­сит так, как буд­то у него вот этот вдох выну­ли из него. Есте­ствен­но, такая искус­ствен­ность быть не может. Это озна­ча­ет, что в дан­ном слу­чае про­изо­шло  соеди­не­ние. Нача­ло одной фра­зы: «Я вам при­нес, чтоб вы изу­чи­ли» и к нему при­со­еди­ни­ли, под­тя­ну­ли с помо­щью редак­то­ра «70 тысяч дол­ла­ров», кото­рое мог­ло нахо­дить­ся в совер­шен­но дру­гой фра­зе. И они полу­чи­лись искус­ствен­но соеди­нен­ны­ми в одну фра­зу, про­из­не­сти кото­рую от нача­ла до кон­ца без вдо­ха невоз­мож­но. Зна­чит, чело­век дол­жен был уме­реть, или это мон­таж — тре­тье­го не дано.

По залу пошел шепот. И жур­на­ли­сты, и экс­пер­ты попы­та­лись реа­ли­зо­вать это на прак­ти­ке. Не дышать не смог ни один.

Рекла­ма хама

Экс­перт напом­ни­ла, что ори­ги­нал запи­си может быть толь­ко в един­ствен­ном чис­ле. Все осталь­ное — толь­ко тира­жи­ро­ва­ние. И не факт, что тот файл, кото­рый пер­вым иссле­до­ва­ли казах­стан­цы, явля­ет­ся ори­ги­на­лом. Более того, рос­сий­ский спе­ци­а­лист аргу­мен­ти­ро­ва­но, со ссыл­кой на каж­дый зву­ко­вой недо­чет, дока­за­ла, что запись ори­ги­на­лом не явля­ет­ся. Что уже ста­вит под сомне­ние содер­жи­мое записи.

- Дей­стви­тель­но ли эти фоно­грам­мы не содер­жат ника­ких при­зна­ков мон­та­жа? — усо­мни­лась Галя­ши­на. — А может быть, экс­пер­ты их про­сто не смог­ли обна­ру­жить и чест­но об этом напи­са­ли, ну, в пре­де­лах аппа­ра­ту­ры, кото­рая у них была. Была бы у них чув­стви­тель­ная аппа­ра­ту­ра, может, обна­ру­жи­ли бы. А тут поста­ра­лись, но не сумели.

Экс­перт отме­ти­ла, что при­ме­нен­ная казах­стан­ски­ми спе­ци­а­ли­ста­ми аппа­ра­ту­ра  явля­ет­ся стан­дарт­ной, но для выяв­ле­ния высо­ко­точ­ных сиг­на­лов совер­шен­но неподходящей.

- Но что они не сде­ла­ли, а долж­ны были, если хоте­ли про­ве­сти иссле­до­ва­ние пол­но и все­сто­ронне? — под­черк­ну­ла рос­си­ян­ка. — Они обя­за­ны были про­ве­сти пол­ный и все­сто­рон­ний линг­ви­сти­че­ский ана­лиз, такой, какой тре­бу­ют совре­мен­ные мето­ди­ки по циф­ро­вым фоно­грам­мам, без кото­рых ква­ли­фи­ци­ро­ван­но опре­де­лить нали­чие или отсут­ствие внут­ри­ре­че­во­го мон­та­жа в прин­ци­пе невоз­мож­но. Соот­вет­ствен­но, экс­пер­ты при­ме­ни­ли мето­ди­ки доста­точ­но ста­рые. Они дале­ко уже не соот­вет­ству­ют тому, что совре­мен­ная нау­ка име­ет в сво­ем рас­по­ря­же­нии. Мето­ди­че­ские реко­мен­да­ции были наце­ле­ны в основ­ном на ана­ло­го­вые фоно­грам­мы, т.е. на ста­рые кас­се­ты, катуш­ки, но не на циф­ро­вые объ­ек­ты, кото­ры­ми сего­дня запо­ло­не­на наша жизнь, без кото­рых мы уже не можем ника­кие фоно­грам­мы иссле­до­вать. А это зна­чит, что те новые мето­ды мон­та­жа, кото­рые суще­ству­ют в совре­мен­ных редак­то­рах, экс­пер­ты не могут при­ме­нить, пото­му что они не зна­ют мето­ди­че­ских под­хо­дов для их выяв­ле­ния. А мето­ди­ки такие есть.

Про­ще гово­ря, не экс­пер­ты у нас пло­хие, а мето­ди­ки устаревшие.

- О недо­стат­ках экс­перт­но­го иссле­до­ва­ния я гово­рить не хочу, пото­му что в дан­ном слу­чае, на мой взгляд, это даже не вина, а беда экс­пер­тов, — счи­та­ет рос­си­ян­ка. — Экс­пер­ты, кото­рые про­во­ди­ли пер­вич­ную экс­пер­ти­зу, посту­пи­ли более гра­мот­но, более чест­но. Они ска­за­ли: нам не хва­та­ет того-то, того-то, и поэто­му решить вопрос не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным. Экс­пер­ты, кото­рые про­во­ди­ли допол­ни­тель­ную экс­пер­ти­зу, посту­пи­ли более, мяг­ко гово­ря… посту­пи­ли ина­че. Они не отка­за­лись от реше­ния вопро­са, а напи­са­ли: при­зна­ков мон­та­жа не обна­ру­же­но. Дали такую аморф­ную фор­му­ли­ров­ку. К ней экс­пер­ты при­бе­га­ют, у нас тоже. Такие слу­чаи быва­ют, когда не хва­та­ет инфор­ма­ции, а решить вопрос надо, посколь­ку зада­ча постав­ле­на, экс­пер­ти­за при­ня­та к про­из­вод­ству. Вот этот вывод экс­пер­тов ниче­го фак­ти­че­ски не дает, не ста­вит им в вину. Вот я не вижу здесь мик­ро­бов, даже под мик­ро­скоп. Но это не зна­чит, что их нет. Поэто­му сам вывод «не обна­ру­же­но» — эта фор­му­ли­ров­ка, конеч­но, она обе­ре­га­ет экс­пер­та от тех слу­ча­ев, кото­рые могут воз­ник­нуть в прак­ти­ке, когда этот экс­перт не обна­ру­жил, а вто­рой при­шел и обнаружил.

Казах­стан­ская кол­ле­га Галя­ши­ной, экс­перт Свет­ла­на Кра­марь попы­та­лась всту­пить­ся за оте­че­ствен­ную нау­ку.  И меж­ду делом отме­ти­ла, что Казах­стан не рабо­та­ет по рос­сий­ским ГОСТам. Зато, как выяс­ни­лось, он рабо­та­ет по… несу­ще­ству­ю­щим методикам.

- Что вы ГОСТы не при­ме­ня­е­те — конеч­но, я знаю, — согла­си­лась рос­си­ян­ка. — Но поче­му-то вы при­ме­ня­е­те ста­рые мето­ди­ки, кото­рые не содер­жат ника­ких реко­мен­да­ций по иссле­до­ва­нию циф­ро­вых фоно­грамм. Напри­мер, сбор­ник науч­но-мето­ди­че­ских реко­мен­да­ций под редак­ци­ей Кова­ля от 2004 года. Вы зна­е­те, что он не может быть исполь­зо­ван даже в каче­стве мето­ди­ки, пото­му что он не опуб­ли­ко­ван в поряд­ке, уста­нов­лен­ном зако­но­да­тель­ством Рос­сий­ской Феде­ра­ции? А уж тем более, навер­ное, Казах­ста­на! Если бы он был опуб­ли­ко­ван, экс­пер­ты при­ве­ли бы дату, изда­тель­ство, дату пуб­ли­ка­ции и т.д.  А здесь это­го нет.

Галя­ши­на вслух посо­чув­ство­ва­ла казах­стан­ским кол­ле­гам в том, что они лише­ны воз­мож­но­сти рабо­тать на совре­мен­ном обо­ру­до­ва­нии. Что такая бога­тая стра­на, как Казах­стан, лиша­ет себя воз­мож­но­сти про­во­дить иссле­до­ва­ния пол­но и все­сто­ронне. А так же, что в нашей стране отсут­ству­ет кон­ку­рен­ция меж­ду спе­ци­а­ли­ста­ми, что тор­мо­зит раз­ви­тие науки.

- Но если вы экс­перт, — обра­ти­лась рос­си­ян­ка к Кра­марь, — это ваша про­фес­си­о­наль­ная гор­дость долж­на быть, про­фес­си­о­наль­ная  честь — выхо­дить с пред­ло­же­ни­ем, доби­вать­ся, в кон­це кон­цов, чтоб заку­па­ли то обо­ру­до­ва­ние, кото­рое поз­во­лит быть вам на уровне миро­вых стан­дар­тов. А так… я могу толь­ко сожалеть.

Про­ку­рор Мей­рам­бек Каны­бе­ков, види­мо, из чув­ства пат­ри­о­тиз­ма, решил встать на защи­ту род­ной стра­ны. По мере выступ­ле­ния он все чаще повы­шал голос, пере­би­вал рос­сий­ско­го экс­пер­та нелест­ны­ми ком­мен­та­ри­я­ми и заме­ча­ни­я­ми, вро­де: «это не наша голов­ная боль!» «вы в Рос­сии у себя так гово­ри­те!». А потом, заявив, что спе­ци­а­ли­сту тре­бу­ет­ся иссле­до­вать ноут­бук, на кото­рый велась запись, вооб­ще потре­бо­вал пере­не­сти допрос на сле­ду­ю­щий день, (пре­крас­но зная, что экс­перт сво­бод­ным вре­ме­нем не рас­по­ла­га­ет и остать­ся в Казах­стане еще на день не может).

- Я буду наста­и­вать на этом, — фами­льяр­но заявил гособ­ви­ни­тель, — Мы будем зада­вать вопро­сы. Ваше заклю­че­ние… там по каж­до­му, листу вопрос будет, доро­гая!

Галя­ши­на намек­ну­ла, что сво­и­ми выкри­ка­ми про­ку­рор про­яв­ля­ет неува­же­ние к ней не толь­ко как к участ­ни­ку про­цес­са, спе­ци­а­ли­сту, но и как к пред­ста­ви­тель­ни­це Рос­сии и как к женщине.

- Жен­щи­на она вот, на ска­мье под­су­ди­мых даже сидит, — отре­зал про­ку­рор, а чуть поз­же, когда Галя­ши­на попро­си­ла офи­ци­аль­но вызвать ее на судеб­ный про­цесс уже не в каче­стве спе­ци­а­ли­ста, а в ста­ту­се экс­пер­та, пре­не­бре­жи­тель­но бро­сил: — Деви­ца по вызову…

Как ни стран­но, но такой эпи­тет по отно­ше­нию к уче­но­му меж­ду­на­род­но­го уров­ня у судьи ника­ко­го воз­му­ще­ния не вызвал.

- Я про­сто долж­на объ­яс­нить раз­ни­цу меж­ду спе­ци­а­ли­стом и экс­пер­том, — уточ­ни­ла Галя­ши­на. —  Как спе­ци­а­лист, я даю разъ­яс­не­ния по тем вопро­сам, кото­рые были озву­че­ны. Если вы хоти­те, чтоб я вещ­док иссле­до­ва­ла, изви­ни­те, это уже экс­пер­ти­за. Я не отка­зы­ва­юсь ее про­во­дить, но давай­те мне дру­гой ста­тус. Пото­му что там иные пра­ва, иная ответ­ствен­ность, иные воз­мож­но­сти. И есть воз­мож­ность про­ти­во­сто­ять хам­ству госу­дар­ствен­но­го обвинителя.

…Засе­да­ние закон­чи­лось ничем. Рос­си­ян­ка вер­ну­лась домой, насколь­ко будут при­ня­ты ее пока­за­ния — неиз­вест­но. Чем закон­чит­ся дело, пока­жет вре­мя. Сей­час обе сто­ро­ны про­цес­са актив­но гото­вят­ся к прениям.

More here:
Защи­та полу­ча­ет мат. Отборный

архивные статьи по теме

Об оружии для пролетариата и снайперах

Между Митталом и «Коргау» кошка пробежала

Гранты ЕС – финансирование диктатуры?