Дело Замиры Гаджиевой: лондонский суд дал старт охоте на необъяснимо богатых иностранцев в Британии

У Зами­ры Гаджи­е­вой есть неде­ля на то, что­бы объ­яс­нить про­ис­хож­де­ние капи­та­лов

Высо­кий суд Лон­до­на поста­вил точ­ку в зна­ко­вом деле жены гос­бан­ки­ра из Азер­бай­джа­на, чем снял послед­нее пре­пят­ствие для нача­ла мас­штаб­ной охо­ты за день­га­ми и дома­ми пона­е­хав­ших в Вели­ко­бри­та­нию кор­руп­ци­о­не­ров и пре­ступ­ни­ков.

Бри­тан­цы недо­воль­ны тем, что Лон­дон стал тихой гава­нью для сомни­тель­ных капи­та­лов. Они тре­бо­ва­ли от вла­стей наве­сти поря­док, и несколь­ко лет назад пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны полу­чи­ли новый инстру­мент для борь­бы с лега­ли­за­ци­ей пре­ступ­ных дохо­дов через покуп­ку недви­жи­мо­сти — ордер, обя­зы­ва­ю­щий чело­ве­ка с акти­ва­ми на сум­му от 50 тысяч фун­тов дока­зать, что они куп­ле­ны на чест­но зара­бо­тан­ные день­ги.

Теперь он нако­нец зара­бо­та­ет в пол­ную силу — бла­го­да­ря сего­дняш­не­му реше­нию Высо­ко­го суда Лон­до­на.

Трое судей откло­ни­ли апел­ля­цию Зами­ры Гаджи­е­вой, супру­ги быв­ше­го гла­вы Меж­ду­на­род­но­го бан­ка Азер­бай­джа­на, осуж­ден­но­го на родине за хище­ния. Имен­но ей был выпи­сан дебют­ный ордер новой кам­па­нии еще в 2018 году. Она оспа­ри­ва­ла его в суде два­жды, но в ито­ге про­иг­ра­ла апел­ля­цию и не смог­ла полу­чить раз­ре­ше­ние на про­дол­же­ние тяж­бы в послед­ней инстан­ции — Вер­хов­ном суде.

Не имея дохо­да, Гаджи­е­ва жила в Лон­доне на широ­кую ногу, что вызва­ло подо­зре­ния Наци­о­наль­но­го агент­ства по борь­бе с пре­ступ­но­стью Вели­ко­бри­та­нии (NCA) и сде­ла­ло ее иде­аль­ной мише­нью для пер­во­го гром­ко­го дела новой кам­па­нии. Сле­до­ва­те­ли лег­ко уго­во­ри­ли судью выпи­сать ей ордер, тре­бу­ю­щий объ­яс­нить, отку­да она взя­ла день­ги на покуп­ку дома в феше­не­бель­ном рай­оне Лон­до­на и поме­стья с гольф-полем в шикар­ной про­вин­ции.

Дом Гаджиевых в Найтсбридже был куплен в 2009 году за 11,5 млн фунтов
Image caption­Дом Гаджи­е­вых в Найтсбри­дже был куп­лен в 2009 году за 11,5 млн фун­тов

Гаджи­е­ва назы­ва­ет себя жерт­вой неспра­вед­ли­во­го пре­сле­до­ва­ния в Азер­бай­джане и гово­рит, что все нажи­то закон­но. Таб­ло­и­ды сма­ку­ют подроб­но­сти о ее мил­ли­он­ных тра­тах в доро­гом уни­вер­ма­ге и покуп­ку част­но­го само­ле­та. К этим тра­там у NCA пре­тен­зий нет, сле­до­ва­те­лей в этом деле инте­ре­су­ет толь­ко недви­жи­мость.

Теперь Гаджи­е­ва долж­на в тече­ние семи дней предо­ста­вить им объ­яс­не­ние сво­е­го богат­ства. Если она не сде­ла­ет это­го, NCA попро­сит суд кон­фис­ко­вать иму­ще­ство, а потом про­даст его. Выру­чен­ные день­ги пой­дут в каз­ну Вели­ко­бри­та­нии.

Если же Гаджи­е­ва пока­жет закон­ный источ­ник средств, у NCA есть 60 дней на изу­че­ние ее сче­тов, после чего сле­до­ва­те­ли решат, при­ни­мать и закры­вать дело или откло­нять и доби­вать­ся кон­фис­ка­ции.

Прецедент создан

При любом исхо­де дела вла­дель­цам “необос­но­ван­но­го богат­ства”, как его назы­ва­ет новый закон, ниче­го не будет, посколь­ку изъ­я­тие соб­ствен­но­сти, куп­лен­ной на непо­нят­ные дохо­ды, не дела­ет их винов­ны­ми. Это лишь граж­дан­ское про­из­вод­ство в рам­ках дозна­ния, а не уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние, где тре­бу­ют­ся зна­чи­тель­но более вес­кие дока­за­тель­ства.

Одна­ко если вла­сти посчи­та­ют, что чело­век, полу­чив­ший ордер, в про­цес­се испол­не­ния пред­пи­са­ния попы­тал­ся обве­сти их вокруг паль­ца, они могут начать уго­лов­ное дело, гро­зя­щее штра­фом и дву­мя года­ми тюрь­мы.

Новые пред­пи­са­ния (Unexplained Wealth Orders) мож­но выпи­сы­вать толь­ко с санк­ции Высо­ко­го суда и лишь двум кате­го­ри­ям людей: поли­ти­че­ски замет­ным фигу­рам из-за пре­де­лов Евро­пы и любым подо­зре­ва­е­мым в тяж­ких пре­ступ­ле­ни­ях, без огляд­ки на граж­дан­ство.

Ордер Гаджи­е­вой — пер­вый в сво­ем роде — пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны выпи­са­ли в фев­ра­ле 2018 года.

Три новых дела вско­ре долж­ны дой­ти до суда. Не все фигу­ран­ты назва­ны по име­ни, но ранее пред­ста­ви­те­ли NCA обе­ща­ли выпи­сать орде­ры людям из Афри­ки, Южной Азии, быв­ше­го СССР и Рос­сии.

Вер­дикт обра­до­вал NCA.

“Это новый закон, и мы пони­ма­ли, что дело дой­дет до суда, — ска­за­ла один из руко­во­ди­те­лей NCA Сара Прит­чард. — Мы доволь­ны сего­дняш­ним реше­ни­ем. Создан пре­це­дент, кото­рый помо­жет нам в после­ду­ю­щих тяж­бах по пово­ду орде­ров на необъ­яс­ни­мое богат­ство”.

Гаджи­е­ва оспа­ри­ва­ла пред­пи­са­ние по несколь­ким пунк­там.

Здравый смысл против формальности

В Бри­та­нии наби­ра­ет обо­ро­ты кам­па­ния про­тив осев­ших в Лон­доне кор­руп­ци­о­не­ров.

Посколь­ку закон отно­сит к поли­ти­че­ски замет­ным фигу­рам долж­ност­ных лиц, наде­лен­ных пол­но­мо­чи­я­ми от име­ни госу­дар­ства или меж­ду­на­род­ной орга­ни­за­ции, а так­же их при­бли­жен­ных, вклю­чая близ­ких род­ствен­ни­ков, Гаджи­е­ва утвер­жда­ла, что бри­тан­ские пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны долж­ны были для нача­ла дока­зать факт наде­ле­ния ее мужа таки­ми пол­но­мо­чи­я­ми.

Дру­ги­ми сло­ва­ми, пред­ста­вить сви­де­тель­ство того, что на посту гла­вы гос­бан­ка он выпол­нял госу­дар­ствен­ные функ­ции, а не про­сто управ­лял биз­не­сом.

Адво­ка­ты вла­стей пари­ро­ва­ли офи­ци­аль­ным разъ­яс­не­ни­ем к зако­ну, на кото­ром Гаджи­е­ва постро­и­ла апел­ля­цию. В разъ­яс­не­нии запи­са­но, что поли­ти­че­ски замет­ной фигу­рой в делах, свя­зан­ных с отмы­ва­ни­ем денег, сле­ду­ет счи­тать не толь­ко поли­ти­ков и чинов­ни­ков, но и ряд дру­гих лиц, вклю­чая, напри­мер, бух­гал­те­ра оппо­зи­ци­он­ной пар­тии или топ-мене­дже­ра гос­ком­па­нии.

Под послед­нюю кате­го­рию и попа­да­ет муж Гаджи­е­вой Джа­хан­гир.

Гаджи­е­ва гово­рит, что сле­до­ва­те­ли долж­ны были для нача­ла дока­зать, что гла­ва гос­бан­ка в Азер­бай­джане испол­ня­ет госу­дар­ствен­ную функ­цию, и объ­яс­нить, кто и каким имен­но спо­со­бом наде­лил его эти­ми пол­но­мо­чи­я­ми.

Адво­ка­ты вла­стей воз­ра­зи­ли про­тив такой трак­тов­ки зако­на. Ордер — инстру­мент пред­ва­ри­тель­но­го дозна­ния, отме­ти­ли они, и сле­до­ва­те­ли не обя­за­ны раз­би­рать­ся в тон­ко­стях про­це­дур “наде­ле­ния пол­но­мо­чи­я­ми” в ино­стран­ных госу­дар­ствах.

Доста­точ­но здра­во­го смыс­ла, а на край­ний слу­чай — упо­мя­ну­тых разъ­яс­не­ний к зако­ну, в кото­рых руко­во­ди­те­ли госкор­по­ра­ций вклю­че­ны в круг поли­ти­че­ски замет­ных фигур.

Гаджи­е­ва поспо­ри­ла и с тем, что судья посчи­тал МБА гос­бан­ком. Сле­до­ва­те­лям сна­ча­ла нуж­но дока­зать, что вла­сти Азер­бай­джа­на учре­ди­ли его для ком­мер­че­ской дея­тель­но­сти от име­ни пра­ви­тель­ства и оно непо­сред­ствен­но при­част­но к управ­ле­нию, пола­га­ет жена гос­бан­ки­ра.

Ниче­го тако­го в бри­тан­ских зако­нах нет, доста­точ­но здра­во­го смыс­ла и обще­при­ня­то­го в Евро­пе поня­тия о вла­дель­цах и бене­фи­ци­а­рах биз­не­са, пари­ро­ва­ли адво­ка­ты вла­стей и назва­ли аргу­мен­ты Гаджи­е­вой “ото­рван­ны­ми от реаль­но­сти”.

В отчет­но­сти МБА в быт­ность ее мужа гла­вой бан­ка напря­мую ука­зы­ва­лось, что он кон­тро­ли­ру­ет­ся госу­дар­ством, а сам Гаджи­ев гово­рил, что 50,2% бан­ка при­над­ле­жит пра­ви­тель­ству, гово­рит­ся в аргу­мен­тах бри­тан­ской сто­ро­ны.

К тому же, для целей борь­бы с отмы­ва­ни­ем денег бри­тан­цы воль­ны поль­зо­вать­ся соб­ствен­ны­ми кри­те­ри­я­ми, отме­тил один из трех судей на про­цес­се.

Даже если Азер­бай­джан или дру­гая стра­на запи­шут в сво­их зако­нах, что гос­банк не явля­ет­ся гос­бан­ком, англий­ский суд рас­смот­рит фак­ти­че­ское поло­же­ние вещей, а не фор­маль­ный ста­тус, закреп­лен­ный в законе ино­стран­но­го госу­дар­ства.

Гаджи­е­ва оспа­ри­ва­ла и пра­во­моч­ность подо­зре­ний, осно­ван­ных на вер­дик­те азер­бай­джан­ско­го суда о винов­но­сти ее мужа, кото­рый Гаджи­е­вы счи­та­ют поли­ти­че­ски моти­ви­ро­ван­ным и неспра­вед­ли­вым. Суд решил, что сле­до­ва­те­ли были впра­ве опи­рать­ся на сам факт того, что Гаджи­ев осуж­ден на родине за хище­ния, и не обя­за­ны раз­би­рать­ся в дета­лях и тон­ко­стях на эта­пе пред­ва­ри­тель­но­го след­ствия.

Автор: Алек­сей Кал­мы­ков Би-би-си
Ори­ги­наль­ный источ­ник:
Рус­ская служ­ба BBC NEWS — РУССКАЯ СЛУЖБА