fbpx

«Два президента» в Казахстане, или Кто в доме хозяин

«ГОСУДАРСТВО НАЗАРБАЕВА» И СОХРАНЯЮЩАЯСЯ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ

«Казах­стан оста­ет­ся госу­дар­ством Назар­ба­е­ва» — ста­тья под таким заго­лов­ком вышла в изда­ю­щей­ся в Вашинг­тоне газе­те Diplomat. В ней гово­рит­ся, что Нур­сул­тан Назар­ба­ев, объ­явив­ший в мар­те это­го года об отстав­ке после почти 30 лет прав­ле­ния, по-преж­не­му удер­жи­ва­ет в сво­их руках зна­чи­тель­ную власть, ведет себя как пре­зи­дент, «гово­рит как пре­зи­дент и обла­да­ет пол­но­мо­чи­я­ми наравне с пре­зи­ден­том». В пуб­ли­ка­ции ана­ли­зи­ру­ют указ дей­ству­ю­ще­го пре­зи­ден­та Касым-Жомар­та Тока­е­ва, соглас­но кото­ро­му назна­че­ния на клю­че­вые посты в госу­дар­стве под­ле­жат согла­со­ва­нию с Сове­том без­опас­но­сти, воз­глав­ля­е­мым Назар­ба­е­вым. Доку­мент появил­ся в пуб­лич­ном досту­пе 21 октяб­ря, из него сле­ду­ет, что обсуж­де­нию и согла­со­ва­нию с Сов­без­ом под­ле­жат кан­ди­да­ту­ры на посты аки­мов реги­о­нов и горо­дов рес­пуб­ли­кан­ско­го зна­че­ния, боль­шин­ства мини­стров, руко­во­ди­те­лей КНБ, Ген­про­ку­ра­ту­ры, Наци­о­наль­но­го бан­ка и дру­гих струк­тур.

Несмот­ря на то что Назар­ба­ев в интер­вью офи­ци­аль­но­му теле­ка­на­лу 11 октяб­ря ска­зал, что ведет раз­ме­рен­ную жизнь, посвя­щая свое вре­мя живо­пи­си и чте­нию, он про­дол­жа­ет совер­шать визи­ты за гра­ни­цу, в кото­рых пред­став­ля­ет Казах­стан, отме­ча­ет Diplomat. В чис­ле его недав­них поез­док упо­ми­на­ют визит в Япо­нию на коро­на­цию ново­го импе­ра­то­ра, встре­чу в Токио с пре­зи­ден­том Укра­и­ны Вла­ди­ми­ром Зелен­ским и поезд­ку в Баку на сам­мит Сове­та сотруд­ни­че­ства тюрк­ских стран.

Бывший президент Казахстана Нурсултан Назарбаев после церемонии интронизации императора Японии Нарухито в Императорском дворце. Токио, 22 октября 2019 года.
Быв­ший пре­зи­дент Казах­ста­на Нур­сул­тан Назар­ба­ев после цере­мо­нии интро­ни­за­ции импе­ра­то­ра Япо­нии Нару­хи­то в Импе­ра­тор­ском двор­це. Токио, 22 октяб­ря 2019 года.

«Мож­но поду­мать, что в стране два пре­зи­ден­та, пото­му что в неко­то­ром смыс­ле так и есть. Новые поправ­ки к зако­но­да­тель­ству о кад­ро­вых назна­че­ни­ях в Казах­стане укреп­ля­ют суще­ству­ю­щее пони­ма­ние того, что пре­бы­ва­ние Тока­е­ва на посту пре­зи­ден­та не долж­но рас­хо­дить­ся с виде­ни­ем Назар­ба­е­ва», — пишет автор пуб­ли­ка­ции. В ста­тье отме­ча­ет­ся, что само­сто­я­тель­ность Тока­е­ва и без это­го ука­за мно­гие оце­ни­ва­ли скеп­ти­че­ски, а теперь его обе­ща­ния про­ве­сти «глу­бо­кие поли­ти­че­ские рефор­мы» в стране кажут­ся еще более сла­бы­ми.

«Казах­стан твер­до оста­ет­ся госу­дар­ством Назар­ба­е­ва. Воз­мож­но, он подал в отстав­ку, но он сохра­ня­ет исклю­чи­тель­ные пол­но­мо­чия для вышед­ше­го в отстав­ку лиде­ра; широ­ко рас­про­стра­не­ны ожи­да­ния, что его пре­ем­ник Тока­ев будет сле­до­вать ска­зан­но­му Назар­ба­е­вым. Если “слы­ша­щее госу­дар­ство” Тока­е­ва и слу­ша­ет кого-либо, так это голос Назар­ба­е­ва», — резю­ми­ру­ет Diplomat.

Аме­ри­кан­ский ана­ли­ти­че­ский центр Jamestown Foundation так­же обра­ща­ет­ся к этой теме в ста­тье «Пре­ем­ствен­ность кажет­ся менее понят­ной, посколь­ку быв­ший пре­зи­дент Казах­ста­на Назар­ба­ев фор­маль­но полу­ча­ет огром­ные пол­но­мо­чия». Опуб­ли­ко­ван­ный 21 октяб­ря указ Тока­е­ва о кад­ро­вой поли­ти­ке назы­ва­ют в пуб­ли­ка­ции доку­мен­том, де-факто наде­ля­ю­щим Назар­ба­е­ва «пра­вом вето на реше­ния по клю­че­вым пра­ви­тель­ствен­ным назна­че­ни­ям».

Казах­стан­ская прес­са, как пишут в мате­ри­а­ле, сооб­щи­ла об этом ука­зе в «ней­траль­ном тоне», что неуди­ви­тель­но, пишет автор. Запад­ные СМИ, кото­рые систе­ма­ти­че­ски кри­ти­ку­ют «еди­но­лич­ное прав­ле­ние» в Казах­стане, не обо­шли вни­ма­ни­ем этот указ, отме­тив рас­ши­ре­ние пол­но­мо­чий Назар­ба­е­ва. В ана­ло­гич­ном клю­че об ука­зе напи­са­ли и неко­то­рые рос­сий­ские изда­ния. В част­но­сти, «Неза­ви­си­мая газе­та», редак­ци­он­ную поли­ти­ку кото­рой неод­но­крат­но обви­ня­ли в лояль­но­сти пре­зи­ден­ту Рос­сии Пути­ну, 22 октяб­ря напе­ча­та­ла ста­тью с под­за­го­лов­ком «Пер­вый пре­зи­дент оста­ет­ся хозя­и­ном в Казах­стане». В ней цити­ру­ют вид­но­го казах­стан­ско­го поли­то­ло­га Досы­ма Сат­па­е­ва, кото­рый счи­та­ет, что «сло­жив­ша­я­ся ситу­а­ция идет в явное про­ти­во­ре­чие с озву­чен­ным Тока­е­вым тези­сом в его посла­нии о “силь­ном пре­зи­ден­те, вли­я­тель­ном пар­ла­мен­те и под­от­чет­ном пра­ви­тель­стве”, так как бюро­кра­ти­че­ский аппа­рат полу­чил чет­кий сиг­нал о том, кто в доме хозя­ин».

Нурсултан Назарбаев в день сложения президентских полномочий, спикер мажилиса (нижней палаты) Нурлан Нигматулин и вступающий в должность президента спикер сената Касым-Жомарт Токаев. Астана, 20 марта 2019 года.
Нур­сул­тан Назар­ба­ев в день сло­же­ния пре­зи­дент­ских пол­но­мо­чий, спи­кер мажи­ли­са (ниж­ней пала­ты) Нур­лан Ниг­ма­ту­лин и всту­па­ю­щий в долж­ность пре­зи­ден­та спи­кер сена­та Касым-Жомарт Тока­ев. Аста­на, 20 мар­та 2019 года.

Суще­ству­ю­щая реаль­ность поз­во­ля­ет пред­по­ло­жить, что пере­да­ча вла­сти в мар­те 2019 года в круп­ней­шей стране Цен­траль­ной Азии «про­изо­шла исклю­чи­тель­но на бума­ге», счи­та­ет автор. «Под­лин­ная пре­ем­ствен­ность будет толь­ко тогда, когда Назар­ба­ев окон­ча­тель­но отка­жет­ся от кон­тро­ля», — заклю­ча­ет Jamestown Foundation.

Недав­нюю кри­ти­ку Тока­е­вым про­ек­та лег­ко­рель­со­во­го транс­пор­та в сто­ли­це (реа­ли­за­ция кото­ро­го омра­че­на кор­руп­ци­он­ным скан­да­лом и посто­ян­ным отста­ва­ни­ем от гра­фи­ка), под­хо­да к управ­ле­нию горо­дом Алма­ты и даже рефор­мы алфа­ви­та казах­ско­го язы­ка (за кото­рой лич­но сле­дит Назар­ба­ев), неко­то­рые рас­смат­ри­ва­ют как «слег­ка заву­а­ли­ро­ван­ную ата­ку на окру­же­ние его пред­ше­ствен­ни­ка».

«Мно­гие ожи­да­ли боль­шей ясно­сти после мир­ной пере­да­чи вла­сти в Казах­стане, но неопре­де­лен­ность всё еще сохра­ня­ет­ся», — счи­та­ет автор опуб­ли­ко­ван­ной на сай­те Jamestown Foundation ста­тьи.

ЧТО СТОИТ ЗА АНТИКИТАЙСКИМИ ПРОТЕСТАМИ?

На сай­те Мос­ков­ско­го цен­тра Carnegie.ru в ста­тье «Что сто­ит за про­те­ста­ми про­тив Китая в Казах­стане?» ана­ли­зи­ру­ют при­чи­ны роста анти­ки­тай­ских настро­е­ний в Казах­стане.

«Недо­воль­ство рас­ту­щей зави­си­мо­стью от Пеки­на копит­ся в Казах­стане не пер­вый год. Про­ис­хо­дит это не в послед­нюю оче­редь пото­му, что казах­ские вла­сти (как, впро­чем, и вла­сти дру­гих стран реги­о­на) не уме­ют гово­рить с людь­ми о балан­се про­блем и воз­мож­но­стей в отно­ше­ни­ях с Кита­ем. Руко­вод­ство офи­ци­аль­но отка­зы­ва­ет­ся при­зна­вать суще­ству­ю­щие рис­ки, пред­по­чи­тая вме­сто это­го уси­ли­вать кон­троль над Интер­не­том и искать нару­ши­те­лей спо­кой­ствия внут­ри стра­ны и вне ее», — пишет Carnegie.ru.

Акция в Актобе в поддержку жителей Жанаозена, которые призвали не допустить реализации совместных с Китаем проектов. 3 сентября 2019 года.
Акция в Акто­бе в под­держ­ку жите­лей Жана­о­зе­на, кото­рые при­зва­ли не допу­стить реа­ли­за­ции сов­мест­ных с Кита­ем про­ек­тов. 3 сен­тяб­ря 2019 года.

Вспых­нув­шие в сен­тяб­ре в Жана­о­зене про­те­сты охва­ти­ли дру­гие горо­да Казах­ста­на. В ста­тье отме­ча­ют, что сна­ча­ла «вла­сти дей­ство­ва­ли спо­кой­но и шли на диа­лог — несмот­ря на то что акции не были согла­со­ва­ны, ни одно­го задер­жан­но­го не было». Одна­ко митин­ги 21 сен­тяб­ря, орга­ни­зо­ван­ные запре­щен­ным в стране дви­же­ни­ем «Демо­кра­ти­че­ский выбор Казах­ста­на», гла­ва кото­ро­го Мух­тар Абля­зов живет во Фран­ции, поли­ция разо­гна­ла, задер­жав око­ло 100 чело­век в вось­ми горо­дах, гово­рит­ся в ста­тье.

Вла­сти вини­ли в про­те­стах «некие силы», гово­ри­ли о «фей­ках», рас­про­стра­ня­е­мых в свя­зи с реа­ли­за­ци­ей сов­мест­ных с Кита­ем про­ек­тов на тер­ри­то­рии Казах­ста­на. Carnegie.ru пишет, что про­те­сты про­шли после рас­сыл­ки в мес­сен­дже­ре WhatsApp, кото­рая была осно­ва­на на ново­стях пяти­лет­ней дав­но­сти о рамоч­ном согла­ше­нии отно­си­тель­но 55 сов­мест­ных казах­стан­ско-китай­ских про­ек­тов.

На фоне про­те­стов в пра­ви­тель­стве Казах­ста­на заяви­ли, что китай­ская сто­ро­на созда­ет высо­ко­тех­но­ло­гич­ные пред­при­я­тия, кото­рые в общей слож­но­сти созда­дут 20 тысяч новых рабо­чих мест для казах­стан­цев.

«В реаль­ность это­го заяв­ле­ния пове­рить труд­но. На дан­ный момент толь­ко 15 из 55 про­ек­тов на общую сум­му четы­ре мил­ли­ар­да ока­за­лись реа­ли­зо­ван­ны­ми, 11 — в рабо­те, 27 — пока даже не начи­на­ли. В каче­стве реа­ли­зо­ван­ных про­ек­тов засчи­ты­ва­ет­ся в чис­ле дру­гих про­стая покуп­ка китай­ца­ми долей в капи­та­ле казах­ских ком­па­ний, что совсем не обя­за­тель­но созда­ет новые рабо­чие места», — гово­рит­ся в ста­тье.

Дру­гим источ­ни­ком бес­по­кой­ства в казах­стан­ском обще­стве по пово­ду сотруд­ни­че­ства с Кита­ем явля­ет­ся тор­гов­ля с сосед­ним госу­дар­ством, в част­но­сти высо­кий уро­вень кор­руп­ции и махи­на­ции с доку­мен­та­ми на таможне, пишет автор. Пекин оце­нил экс­порт в Казах­стан в 2017 году в 11,56 мил­ли­ар­да дол­ла­ров, тогда как Казах­стан посчи­тал, что объ­ем импор­та из Китая соста­вил 4,69 мил­ли­ар­да дол­ла­ров. Раз­ни­ца — более чем в два раза. Око­ло мил­ли­ар­да дол­ла­ров това­ро­обо­ро­та при­хо­дит­ся на при­гра­нич­ную эко­но­ми­че­скую зону Хор­гос, кото­рая посто­ян­но упо­ми­на­ет­ся в новост­ных свод­ках в свя­зи с кор­руп­ци­он­ны­ми скан­да­ла­ми, зло­упо­треб­ле­ни­я­ми и кон­тра­бан­дой, отме­ча­ет Carnegie.ru.

Как пишет Carnegie.ru, неко­то­рые опа­се­ния явля­ют­ся необос­но­ван­ны­ми, — в част­но­сти, это каса­ет­ся обес­по­ко­ен­но­сти по пово­ду рас­ту­ще­го дол­га перед Кита­ем. На апрель 2019 года Казах­стан был дол­жен Китаю 11 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров, при­во­дит дан­ные изда­ние. Это самый высо­кий пока­за­тель в реги­оне в абсо­лют­ном выра­же­нии, но доля дол­га в ВВП Казах­ста­на состав­ля­ет 6,5 про­цен­тов — это ниже, чем у дру­гих стран Цен­траль­ной Азии. Более того, с 2013 года объ­ем внеш­не­го дол­га Казах­ста­на перед Кита­ем не рас­тет, а сни­жа­ет­ся в сред­нем на 7 про­цен­тов еже­год­но.

Мно­го стра­хов свя­за­но и с тру­до­вой мигра­ци­ей, одна­ко офи­ци­аль­ная ста­ти­сти­ка гово­рит, что угро­зы нет. 43 про­цен­та всех ино­стран­ных рабо­чих, при­быв­ших в Казах­стан в 2017 году, состав­ля­ли граж­дане Китая, но это все­го 12 тысяч чело­век. Кво­та на коли­че­ство рабо­чих из Китая на 2019 год состав­ля­ет 23 тыся­чи чело­век, гово­рит­ся в ста­тье.

Боль­ше все­го на вос­при­я­тие совре­мен­но­го Китая в Казах­стане повли­я­ла поли­ти­ка Пеки­на в Синьц­зяне в отно­ше­нии этни­че­ских мень­шинств, в том чис­ле каза­хов. Из про­вин­ции на севе­ро-запа­де Китая в послед­ние годы посту­па­ют сооб­ще­ния о при­ну­ди­тель­ном поме­ще­нии пред­ста­ви­те­лей корен­ных тюр­ко­языч­ных общин, испо­ве­ду­ю­щих в основ­ном ислам, в «лаге­ря поли­ти­че­ско­го пере­вос­пи­та­ния». Живу­щие в Казах­стане род­ствен­ни­ки каза­хов из Синьц­зя­на посто­ян­но гово­рят о дис­кри­ми­на­ци­он­ной поли­ти­ке Пеки­на. Эта поли­ти­ка «ста­вит вла­сти стран Цен­траль­ной Азии в нелов­кое поло­же­ние»: они, веро­ят­но, раз­де­ля­ют воз­му­ще­ние сво­их граж­дан, но кри­ти­ка внут­рен­ней поли­ти­ки их могу­ще­ствен­но­го сосе­да может создать про­бле­мы, гово­рит­ся в ста­тье.

«Эко­но­ми­че­ский рост Казах­ста­на зави­сит от отно­ше­ний с Кита­ем, поэто­му мест­ные эли­ты пре­крас­но осо­зна­ют необ­хо­ди­мость сотруд­ни­чать. Но в то же вре­мя они боят­ся рас­ту­щей зави­си­мо­сти. В таких усло­ви­ях вла­стям Казах­ста­на (и дру­гих стран Цен­траль­ной Азии) будет слож­нее подав­лять анти­ки­тай­ские настро­е­ния в стране. Без при­зна­ния при­чин таких настро­е­ний про­бле­мы про­дол­жат усу­губ­лять­ся. А стра­хи все чаще будут исполь­зо­вать­ся в борь­бе за вли­я­ние как оппо­зи­ци­ей, так и раз­лич­ны­ми поли­ти­че­ски­ми фрак­ци­я­ми внут­ри пра­вя­щей эли­ты», — заклю­ча­ет Carnegie.ru.

ИНВЕСТИЦИИ КИТАЯ И ОПАСЕНИЯ ЭКОЛОГОВ

На сай­те непра­ви­тель­ствен­ной орга­ни­за­ции Chinadialogue.net в ста­тье «Поло­ви­на инве­сти­ций Китая в Казах­стане идет в неф­те­га­зо­вый сек­тор» пишут, что вла­сти Казах­ста­на опуб­ли­ко­ва­ли спи­сок из 55 про­ек­тов с уча­сти­ем Пеки­на. Общая сум­ма инве­сти­ций в про­ек­ты оце­ни­ва­ет­ся в 27,6 мил­ли­ар­да дол­ла­ров, из них око­ло поло­ви­ны при­хо­дит­ся на неф­те­га­зо­вые про­ек­ты, а осталь­ные — на добы­чу и пере­ра­бот­ку руды, маши­но­стро­е­ние, энер­ге­ти­ку и про­из­вод­ство про­дук­тов пита­ния.

В ста­тье отме­ча­ют, что «вме­сто того, что­бы пытать­ся кон­ку­ри­ро­вать с Кита­ем в про­из­вод­стве това­ров, пра­ви­тель­ство Казах­ста­на сосре­до­то­чи­лось на про­мыш­лен­ной коопе­ра­ции как на луч­шем спо­со­бе раз­ви­тия сво­ей эко­но­ми­ки».

Антикитайская акция в Шымкенте, 5 сентября 2019 года.
Анти­ки­тай­ская акция в Шым­кен­те, 5 сен­тяб­ря 2019 года.

Эти 55 про­ек­тов не раз упо­ми­на­лись вла­стя­ми в доку­мен­тах и выступ­ле­ни­ях. Экс­пер­ты и акти­ви­сты-эко­ло­ги про­си­ли обна­ро­до­вать спи­сок на про­тя­же­нии несколь­ких лет, одна­ко вла­сти ссы­ла­лись на то, что инфор­ма­ция явля­ет­ся «ком­мер­че­ской тай­ной», гово­рит­ся в ста­тье. В ответ акти­ви­сты утвер­жда­ли, что раз­ме­ще­ние инфор­ма­ции в пуб­лич­ном досту­пе оста­вит мень­ше места для слу­хов и стра­хов, помо­жет отве­тить на обще­ствен­но зна­чи­мые вопро­сы о про­ек­тах Китая и про­ти­во­дей­ство­вать росту анти­ки­тай­ских настро­е­ний в Казах­стане.

После вол­ны анти­ки­тай­ских про­те­стов в сен­тяб­ре две непра­ви­тель­ствен­ные орга­ни­за­ции «Эко­Фо­рум» и Crude Accountability вновь обра­ти­лись к пра­ви­тель­ству с прось­бой опуб­ли­ко­вать спи­сок, и в этот раз их прось­бу выпол­ни­ли.

«Ста­тья 21 эко­ло­ги­че­ско­го кодек­са Казах­ста­на регла­мен­ти­ру­ет про­це­ду­ры рас­кры­тия такой инфор­ма­ции и уча­стия обще­ствен­но­сти. Но что­бы иметь воз­мож­ность запра­ши­вать эту инфор­ма­цию у раз­ра­бот­чи­ков, обще­ствен­ность долж­на знать, какие про­ек­ты суще­ству­ют. Вот поче­му запоз­да­лая пуб­ли­ка­ция спис­ка про­ек­тов рас­смат­ри­ва­ет­ся мно­ги­ми наблю­да­те­ля­ми как обна­де­жи­ва­ю­щий при­знак изме­не­ния поли­ти­ки под новым руко­вод­ством Казах­ста­на. Одна­ко неопре­де­лен­ность отно­си­тель­но того, когда и как китай­ские ком­па­нии будут рас­кры­вать соци­аль­ные и эко­ло­ги­че­ские послед­ствия кон­крет­ных про­ек­тов, оста­ет­ся», — пишет Chinadialogue.net.

Ори­ги­нал ста­тьи: Казах­стан — Радио «Сво­бод­ная Европа»/Радио «Сво­бо­да»